Постановление от 18 октября 2024 г. по делу № А55-2475/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-11647/2021

Дело № А55-2475/2021
г. Казань
18 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 18 октября 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Зориной О.В., Самсонова В.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции представителей:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Промтехнология» ФИО1 – ФИО2, доверенность от 15.06.2020,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 05.12.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Самарской области от 18.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024

по делу № А55-2475/2021

по вопросу о рассмотрении отчета конкурсного управляющего ФИО1 о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Промтехнология», ИНН <***>, ОГРН <***>,

УСТАНОВИЛ:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Промтехнология» (далее – общество «Промтехнология», должник) его конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Самарской области с заявлением о принятии к рассмотрению отчета о результатах выбора способа распоряжения правом требования о взыскании убытков и о замене взыскателя с общества «Промтехнология» на кредиторов по определению Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2023.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 18.12.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024, заявление удовлетворено.

Произведена частичная замена взыскателя по определению от 02.03.2023 с должника на его правопреемников: общество с ограниченной ответственностью «Стройспецмаш» (далее – общество «Стройспецмаш») в части требований в размере 3 441 604,11 руб. и Федеральную налоговую службы (далее – ФНС России, уполномоченный орган) в части требований в размере 6 059,87руб. Обществу «Стройспецмаш» и ФНС России выданы исполнительные листы на взыскание солидарно с ФИО3, ФИО5, ФИО6 3 441 604,11 руб. и 6 059,87 руб. задолженности.

Также должнику выдан исполнительный лист на взыскание солидарно с ФИО3, ФИО5, ФИО6 в пользу общества «Промтехнология» денежных средств в размере 1 139 592,92 руб.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, ФИО3, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, а также на несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 18.12.2023 и постановление суда апелляционной инстанции от 25.06.2024 отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на то, что кредиторы не вправе претендовать на получение мораторных процентов, поскольку вступившим в законную силу определением суда от 02.03.2023 размер причиненных убытков определен в пределах совокупного размера непогашенных требований кредиторов и без учета задолженности по мораторным процентам; конкурсные кредиторы имеют право на получение мораторных процентов, если конкурсная масса должника позволяет осуществить такую выплату, то есть установлена достаточность имущества самого должника, а не привлеченного к ответственности контролирующего лица, однако в данном случае судами не устанавливалась достаточность имущества должника для погашения мораторных процентов. Отмечает, что суды необоснованно выдали должнику исполнительный лист на взыскание оставшейся после уступки кредиторам суммы убытков, так как были взысканы кредиторские убытки, а не корпоративные; суды не выяснили, имеются ли помимо кредиторов должника другие лица, чей правовой интерес подлежит защите путем взыскания убытков в пользу должника с его бывшего директора в размере, превышающем совокупный размер непогашенных требований кредиторов.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий возражает против приведенных в ней доводов, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании, проводимом в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) путем использования системы веб-конференции, представитель ФИО3 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель конкурсного управляющего, напротив, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2023 заявление конкурсного управляющего о взыскании солидарно с ФИО3, ФИО5, ФИО6 в пользу должника причиненных убытков в размере 7 866 236,03 руб. удовлетворено частично. С ФИО3, ФИО5, ФИО6 в солидарном порядке в пользу общества «Промтехнология» взысканы убытки в размере 4 587 256, 90 руб.

Обращаясь в суд с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указывал на то, что от общества «Стройспецмаш» и уполномоченного органа поступили заявления о выборе способа распоряжения правом требования в части сумм, соответствующих размеру оставшихся непогашенных требований каждого кредитора, в связи с чем просил произвести замену должника и взыскать солидарно с ответчиков в пользу общества «Стройспецмаш» денежные средства в размере 3 441 604,11 руб., в пользу ФНС России - в размере 6 059,87 руб., выдать правопреемникам соответствующие исполнительные листы, а также выдать исполнительный лист на взыскание солидарно с ответчиков в пользу должника оставшейся суммы - 1 139 592,92 руб.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего в полном объеме, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 61.17 Федерального закона от 23.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходил из наличия оснований для замены в соответствующем размере взыскателя на кредиторов, реализовавших надлежащим образом право на выбор способа распоряжения требованием о привлечении ФИО3, ФИО5, ФИО6 к ответственности в виде возмещения убытков, удовлетворенным определением суда от 02.03.2023, выдав при этом на оставшуюся сумму исполнительный лист должнику.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев обособленный спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы ФИО3

Довод ФИО3 о невозможности применения положений статьи 61.17 Закона о банкротстве к ответственности в виде взыскания убытков отклонен судом апелляционной инстанции как основанный на неверном толковании норм права.

Как отметил апелляционный суд, с учетом единых принципов положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц, положения о распоряжении правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, содержащиеся в статье 61.17 Закона о банкротстве, подлежат применению и к правам требования о взыскании убытков; определение доли каждого кредитора по требованию о взыскании убытков не влечет нарушение прав другого кредитора.

В рассматриваемом случае, взыскивая определением от 02.03.2023 убытки, суд первой инстанции ограничил их размер объемом кредиторской задолженности и отказал в их взыскании в части, превышающей такой объем.

Таким образом, в настоящем случае убытки взысканы именно как кредиторские, а не корпоративные, в связи с чем не имеется препятствий для осуществления процессуальной замены.

Отклоняя доводы ФИО3 о неправильном определении размера уступленного кредиторам права требования, суд апелляционной инстанции указал, что совокупность уступленных кредиторам сумм и суммы, отраженной в выданном должнику исполнительном листе, не превышает общий размер убытков, взысканных определением Арбитражного суда Самарской области от 02.03.2023.

При этом суд апелляционной инстанции установил, что все ранее состоявшиеся поступления в конкурсную массу были учтены конкурсным управляющим, а имеющиеся к должнику требования удовлетворялись в соответствии с установленной очередностью (статья 134 Закона о банкротстве); часть ранее поступивших в конкурсную массу денежных средств, в том числе взысканных с ФИО3 по иным основаниям (3 327 999 руб.) была направлена на исполнение текущих обязательств (1 416 043,03 руб.).

На расчеты с кредиторами направлено 1 850 000 руб., по реестру остаток непогашенного требования общества «Стройспецмаш» составил 2 293 694,68 руб. - основной долг и 438 490,28 руб. – пени; ФНС России – 3 660,39 руб. - основной долг и 1 411,55 руб. - пени.

Также суд апелляционной инстанции установил, что в размер переданных требований включены мораторные проценты (ООО «Стройспецмаш» - 709 419,15 руб.; ФНС России - 987,93 руб.).

В связи с этим, как указал суд апелляционной инстанции, с учетом мораторных процентов размер непогашенных требований перед обществом «Стройспецмаш» составил 3 441 604,11 руб., перед уполномоченным органом – 6 059,87 руб.; остаток должника - 1 139 592,92 руб. (4 587 256,90 руб. - 3 441 604,11 руб. - 6 059,87 руб.).

Довод ФИО3 о недопустимости включения мораторных процентов в размер переданных кредиторам прав требований отклонен судом апелляционной инстанции.

Апелляционный суд, сославшись на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2020 № 309-ЭС20-10487, отметил, что конкурсные кредиторы имеют право на получение мораторных процентов, не взысканных в составе субсидиарной ответственности за счет контролирующего лица, если конкурсная масса должника позволяет осуществить такую выплату.

Между тем в рассматриваемом случае, как указал суд апелляционной инстанции, не передача кредиторам прав на соответствующие выплаты повлекла бы перераспределение объема требований о взыскании убытков, причитающихся кредиторам и остающегося у должника, в пользу последнего. То есть в конкурсной массе должника осталось бы требование к контролирующим должника лицам в большем объеме, за счет которого в соответствии с упомянутой правовой позицией возможно осуществление соответствующей выплаты. Таким образом, поскольку кредиторы вправе были рассчитывать на такое возмещение из конкурсной массы, получение его в виде прямого требования к ответчикам не нарушает чьих-либо прав и интересов.

Отклоняя довод ФИО3 о невозможности выдачи исполнительного листа на взыскание остатка кредиторских убытков в пользу должника с учетом отсутствия кредиторов как таковых, суд апелляционной инстанции исходил из того, что размер убытков установлен вступившим в законную силу судебным актом, в связи с чем не имеется оснований для отказа в его исполнении по правилам раздела VII АПК РФ.

Суд отметил, что дело о банкротстве не завершено, его мероприятия не окончены, следовательно, должна обеспечиваться возможность погашения расходов по такому делу за счет конкурсной массы в соответствии со статьей 59 Закона о банкротстве.

При этом суд апелляционной инстанции также указал, что учредитель (участник) должника, признанного банкротом, вправе получить его имущество, оставшееся после завершения расчетов с кредиторами (подпункт 2 пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве); согласно письменным объяснениям конкурсного управляющего от 24.05.2024 в настоящее время доли в уставном капитале должника принадлежат ФИО7 и ФИО8, то есть упомянутые лица вправе претендовать на имущество, оставшееся после завершения расчетов с кредиторами.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усмотрел препятствий для обеспечения возможности исполнения вступившего в законную силу судебного акта в пользу должника в оставшейся (не уступленной кредиторам) части.

Арбитражный суд Поволжского округа оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает.

Разрешая обособленный спор, суды первой и апелляционной инстанций правомерно исходили из того, что положения о распоряжении правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, содержащиеся в статье 61.17 Закона о банкротстве, подлежат применению и к правам требования о взыскании убытков.

Толкование норм статьи 61.17 Закона о банкротстве о распоряжении правом требования должно осуществляться в пользу конкурсных кредиторов, пострадавших от действий контролирующих лиц должника, в том числе ответчиков, чья вина в причинении убытков конкурсной массе уже доказана вступившим в законную силу судебным актом.

Данный вывод подтверждается сложившейся судебной практикой о применимости положения статьи 61.17 Закона о банкротстве и в отношении распоряжения права требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц, в том числе определением Конституционного Суда Российской Федерации от 24.10.2019 № 2789-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО9 на нарушение его конституционных прав подпунктом 1 пункта 4 статьи 61.17 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, исходя из системного толкования положений статьи 61.17 Закона о банкротстве, выбор способа распоряжения правом требования к субсидиарным ответчикам в порядке статьи 61.17 Закона о банкротстве является правом кредиторов должника и касается как непосредственно привлечения к субсидиарной ответственности, так и взыскания сумм убытков. При этом реализация данного права не может быть ограничена другими кредиторами или ответчиками, в том числе ссылкой на мотивы экономического характера, поскольку реализация данного права не нарушает права других кредиторов и не изменяет объем ответственности контролирующих должника лиц.

Довод заявителя кассационной жалобы о необоснованном включении в размер переданных кредиторам прав требований мораторных процентов являлся предметом исследования суда апелляционной инстанции и получил надлежащую оценку с учетом фактических обстоятельств дела.

В рассматриваемом случае, как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, потенциальное взыскание убытков непосредственно в конкурсную массу позволило бы кредиторам претендовать на получение мораторных процентов за счет имущества самого должника, в связи с чем включение таких процентов в размер уступленных прав не привело к нарушению как прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, так и прав ответчиков, размер ответственности которых был установлен вступившим в законную силу определением суда первой инстанции от 02.03.2023.

Также суд округа не усматривает оснований для отмены судебных актов и в части выдачи исполнительного листа должнику на взыскание в его пользу соответствующей суммы, поскольку совокупный размер уступленных кредиторам сумм и указанной в исполнительном листе суммы не превышает размер взысканных убытков и не влияет на размер уже установленной ответственности контролирующих лиц.

Между тем суд кассационной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Частично удовлетворяя требования конкурсного управляющего и взыскивая с ФИО3, ФИО5, ФИО6 в солидарном порядке убытки, суд первой инстанции в определении от 02.03.2023 указал, что на ответчиков не может быть возложена обязанность возместить должнику убытки в размере, превышающем совокупный размер имеющихся требований кредиторов.

Установив, что реестр требований кредиторов сформирован на сумму 4 587 256, 90 руб., суд первой инстанции ограничил объем ответственности указанной суммой и взыскал с ответчиков в пользу должника убытки, фактически причиненные его кредиторам и им причитающиеся.

Следовательно, обращение взыскания в рамках принудительного исполнения определения суда от 02.03.2023 на указанную в нем сумму в интересах иных кредиторов, в том числе и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, невозможно по следующим причинам.

Так, по смыслу пункта 12 статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которому определение о привлечении к субсидиарной ответственности, вынесенное в соответствии с пунктами 9 - 11 настоящей статьи, подлежит исполнению после истечения срока на подачу апелляционной жалобы или принятия судом апелляционной инстанции соответствующего судебного акта, лицо может считаться привлеченным к субсидиарной ответственности в отношении каждого конкретного требования кредитора только при условии, если в отношении этого требования состоялся судебный акт, вступивший в законную силу.

Распоряжение таким требованием, в том числе в виде уступки кредитору части этого требования в размере требования кредитора осуществляется только после вступления судебного акта в законную силу.

В данном случае судами установлено, что иные кредиторы у должника, помимо общества «Стройспецмаш» и уполномоченного органа, которым уступлено право требования, отсутствуют.

В отношении же требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, в том числе требований конкурсного управляющего о возмещении расходов и вознаграждения, определение суда первой инстанции от 02.03.2023 не содержит выводов о том, что в размер убытков ФИО3, ФИО5, ФИО6 включены соответствующие вознаграждение и расходы.

Поэтому и распоряжение должника таким требованием в пользу конкурсного управляющего невозможно, оно не будет иметь юридической силы.

Кроме того, само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков принадлежит не корпорации, а сообществу кредиторов (конкурсной массе). В отсутствие кредиторов права на привлечение к субсидиарной ответственности или на возмещение кредиторских убытков (равно как и на конкурсное оспаривание) не имеется как такового. Поэтому должник (корпорация) в такой ситуации выступает лишь номинальным держателем права от имени сообщества кредиторов.

Конкурсный управляющий не входит в гражданско-правовое сообщество конкурсных кредиторов и в отсутствие конкурсных кредиторов не вправе поддерживать иск о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или взыскании с них кредиторских убытков хотя бы потому, что текущие расходы по делу о банкротстве не находятся в причинной связи с доведением должника до банкротства или причинением убытков конкурсным кредиторам.

Тем более конкурсный управляющий не имеет и права претендовать на возмещение в свою пользу корпоративных убытков.

Расходы по делу о банкротстве - это расходы на ликвидацию должника в процедуре конкурсного производства.

Для расходов по делу о банкротстве существует особый механизм погашения, не связанный с добанкротным поведением контролирующих должника лиц (статья 59 Закона о банкротстве).

Следовательно, конкурсный управляющий не вправе распоряжаться требованиями, подтвержденными вступившим в законную силу определением суда от 02.03.2023 и содержащимися в выданном исполнительном листе на оставшуюся после уступки кредиторам сумму, в том числе направлять полученные в рамках принудительного исполнения денежные средства на погашение своих текущих требований.

Ввиду того, что самим фактом выдачи исполнительного листа должнику права заявителя кассационной жалобы не нарушаются, поскольку предельный размер ответственности ФИО3 был установлен вступившим в законную силу определением суда от 02.03.2023, суд кассационной инстанции в данном конкретном случае не усматривает оснований для отмены состоявшихся судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 18.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2024 по делу № А55-2475/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяН.А. Третьяков

СудьиО.В. Зорина

В.А. Самсонов