Постановление от 20 февраля 2023 г. по делу № А45-33012/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Тюмень Дело № А45-33012/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 15 февраля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 20 февраля 2023 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:


председательствующего Мельника С.А.,

судей Доронина С.А.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Рожковой Г.Р. рассмотрел кассационные жалобы представителя участников общества с ограниченной ответственностью «МОТТО-СЕРВИС» ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3 (город Новосибирск) и общества с ограниченной ответственностью «ИнтерЛайн» (630099, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) на определение от 10.08.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Пащенко Е.В.) и постановление от 24.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Иванов О.А., Дубовик В.С., Иващенко А.П.) по делу №А45-33012/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МОТТО-СЕРВИС» (630027, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), принятые по заявлению ФИО4 (город Новосибирск) о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Путём использования средств видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Новосибирской области (судья Васютина О.М.) в заседании участвовали: ФИО4 и его представитель ФИО5 по доверенности от 29.08.2022, представитель ФИО6 ФИО7 по доверенности от 23.05.2022.

В здании Арбитражного суда Западно-Сибирского округа в заседании участвовали представители: ФИО2 ФИО8 по доверенности от 07.07.2021, общества с ограниченной ответственностью «ИнтерЛайн» ФИО9 по доверенности от 01.06.2022, индивидуального предпринимателя ФИО3 ФИО10 по доверенности от 09.08.2022, общества с ограниченной ответственностью Торговой компании «Крокус» ФИО11 по доверенности от 12.01.2023.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «МОТТО-СЕРВИС» (далее - общество, должник) ФИО4 (далее – кредитор) 05.03.2021 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о включении требования в реестр требований кредиторов общества.

Определением суда от 10.08.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 24.10.2022, требование ФИО4 в размере 4 584 845 руб. 81 коп., включающее в себя суммы основного долга и процентов за пользование займом (2 653 334 руб. 23 коп.), неустойки (1 910 996 руб. 58 коп.) и судебных расходов (20 515 руб.) включено в реестр требований кредиторов должника с отнесением к третьей очереди удовлетворения.

В кассационных жалобах представитель участников общества ФИО2 и конкурсные кредиторы - индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее - предприниматель) и общество с ограниченной ответственностью «ИнтерЛайн» (далее - организация) просят определение арбитражного суда от 10.08.2021 и постановление апелляционного суда от 24.10.2022 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявители кассационных жалоб ссылаясь на детально изложенные ими фактические обстоятельства длительного взаимодействия бывшего руководителя должника ФИО12 и находившихся с ним в доверительных отношениях (в жалобах используется термин «сговор») кредитора и ФИО6, указывают на компенсационный характер финансирования деятельности общества в период его неплатёжеспособности; полагают, что судами не применён повышенный стандарт доказывания обоснованности требований кредиторов в деле о банкротстве; не дана надлежащая оценка обстоятельствам, указывающим на фактическую подконтрольность общества ФИО4; считают недопустимым противопоставление его требования требованиям независимых кредиторов.

В отзывах на кассационные жалобы ФИО4 и конкурсный управляющий должником ФИО13 (далее – управляющий) выражают согласие с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В судебном заседании представители ФИО2, предпринимателя, организации и общества с ограниченной ответственностью Торговой компании «Крокус» доводы, изложенные в кассационных жалобах, поддержали. Кредитор, его представитель и представитель ФИО6 в удовлетворении жалоб просили отказать.

Изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не нашёл оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, в период с 09.09.2016 по 12.11.2018 кредитор неоднократно предоставлял обществу денежные средства на условиях возвратности и платности.

Определением арбитражного суда от 21.12.2020 принято заявление о признании общества несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 07.06.2021 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

Обращаясь в суд с настоящим требованием, ФИО4 указал на ненадлежащее исполнение обществом принятых на себя заёмных обязательств.

Признавая требование обоснованным, суд первой инстанции исходил из доказанности реального характера заёмных и иных финансовых отношений, подтверждённых допустимыми и достоверными доказательствами, в том числе вступившими в законную силу судебными актами суда общей юрисдикции.

Апелляционный суд, рассмотревший обособленный спор на основании имевшихся в деле и дополнительно представленных доказательств, поддержал выводы суда первой инстанции, отклонив возражения представителя участников должника, предпринимателя и организации, ссылавшихся на фальсификацию доказательств предоставления займов, а также на компенсационный характер финансирования, осуществлённого кредитором в ситуации неплатёжеспособности подконтрольного ему общества.

Суд кассационной инстанции считает, что судами приняты правильные судебные акты.

В соответствии с пунктами 3 - 5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) арбитражный суд осуществляет проверку обоснованности требований кредиторов.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При этом к отношениям, складывающимся в связи с рассмотрением арбитражным судом требований кредиторов в деле о банкротстве подлежит применению повышенный стандарт доказывания кредитором обстоятельств, положенных в основание требований, существенно отличающийся от обычного бремени доказывания в сходном частноправовом споре.

По общему правилу повышенный стандарт доказывания предполагает необходимость представления суду ясных и убедительных доказательств наличия и размера задолженности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3), от 04.07.2017 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197, от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3553, от 29.10.2018 № 3-8-ЭС18-9470, от 21.09.2019 № 308-ЭС18-16740, от 11.07.2019 № 305-ЭС19-1539).

Если же кредитор и должник фактически или юридически аффилированы, то к требованию кредитора применим еще более строгий стандарт доказывания, а именно, кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга (стандарт доказывания «достоверность за пределами разумных сомнений»).

Тесная экономическая связь позволяет аффилированному кредитору и должнику настолько внешне безупречно документально подтвердить мнимое обязательство, что независимые кредиторы в принципе не в состоянии опровергнуть это представлением иных документов. Поэтому суд должен провести настолько требовательную проверку соответствия действительности обстоятельств, положенных в основание притязаний аффилированного кредитора, насколько это возможно для исключения любых разумных сомнений в обоснованности его требования, когда все альтернативные возможности объяснения причин возникновения представленных доказательств являются чрезвычайно маловероятными.

Изложенное подтверждается многочисленной судебной практикой и согласуется со смыслом разъяснений, содержащихся в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований, контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020).

При этом даже требование, обоснованность которого подтверждена, может быть в определённых случаях признано подлежащим удовлетворению в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты (пункты 3, 4, 6, 8 и 9 Обзора от 29.01.2020).

В настоящем деле реальный характер задолженности общества перед кредитором и совокупный размер неисполненных обязательств установлены судами по результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств, обоснованно признанных ими соответствующими требованиям допустимости и достоверности.

Соглашаясь с выводом судов в указанной части, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить, что обоснованность требования ФИО4 подтверждена (в части) вступившими в законную силу судебными актами – решениями Калининского районного суда города Новосибирска от 28.09.2020 по делу № 2-2556/2020 и от 07.08.2020 по делу № 2-2543/2020; оставшаяся часть денежных средств предоставлена кредитором путём безналичного перечисления денежных средств на расчётный счёт должника либо на счета других лиц по письменному поручению последнего (платёжные поручения от 12.09.2017 № 99, от 12.11.2018 № 117, от 12.11.2018 № 118, от 19.11.2018 № 123, от 03.12.2018 № 134 и др.).

В целях исключения разумных сомнений в реальном характере заёмных отношений судом апелляционной инстанции назначена судебная экспертиза, по результатам которой суд отклонил доводы представителя участников должника и поддерживающих его позицию лиц (изложенные в виде заявления о фальсификации доказательств) о том, что подписи, учинённые на письмах общества и приходных кассовых ордерах, якобы, не принадлежат бывшему директору общества директору ФИО12

При этом исследование судом названных обстоятельств носило скрупулёзный характер и сопровождалось, в том числе вызовом экспертов для дачи ими пояснений в судебном заседании.

Вывод апелляционного суда о соответствии экспертного заключения требованиям статьи 86 АПК РФ сделан им в пределах процессуальной компетенции; доводы заявителей кассационных жалоб, выражающие, по сути, несогласие с данным заключением, подлежат отклонению.

Судами также установлены обстоятельства наличия у ФИО4, осуществлявшего риэлтерскую деятельность, финансовой возможности предоставления спорных займов; обоснованно, со ссылкой на фактические обстоятельства совершения обществом действий, свидетельствующих о признании долга, указано на предъявление требования в пределах срока исковой давности; правильно применены положения пункта 1 статьи 196, статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размера подлежащего включению в реестр требования суды не усмотрели оснований для снижения суммы неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), признав её соразмерной последствия нарушения обязательства.

В свою очередь, суд кассационной инстанции не вправе снизить размер взысканной неустойки или увеличить размер сниженной судом на основании статьи 333 ГК РФ неустойки по мотиву несоответствия ее последствиям нарушения обязательства, а равно отменить или изменить судебный акт суда первой инстанции или постановление суда апелляционной инстанции в части снижения неустойки с направлением дела на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, поскольку определение судом конкретного размера неустойки не является выводом о применении нормы права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.12.2016 № 308-ЭС16-16055).

Соответствующие разъяснения также даны в абзаце третьем пункта 72 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Довод заявителей жалоб об ошибочном включении в реестр части требования в размере 150 000 руб. и начисленной на данную сумму неустойки подлежит отклонению судом кассационной инстанции, поскольку определением арбитражного суда от 30.01.2013 удовлетворено заявление ФИО4 об исключении требования в указанном размере основного долга из реестра. В производстве суда первой инстанции в настоящее время также находится заявление кредитора об исключении из реестра соответствующих сумм неустойки и судебных расходов (судебное заседание назначено на 13.03.2023). В связи с устранением допущенной неточности в расчётах в порядке ординарного судопроизводства и отсутствия в указанной части спора как такового вмешательства вышестоящей судебной инстанции, очевидно, не требуется.

В отношении доводов заявителей кассационных жалоб о необходимости субординации требования кредитора суд округа считает необходимым отметить следующее.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 Обзора от 29.10.2020, требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса.

Вопрос о возможной аффилированности кредитора с обществом являлся предметом исследования судов в обособленном споре о процессуальном правопреемстве, в рамках которого представитель участников должника также приводил доводы о том, что между ФИО4 и должником имелись длительные хозяйственные отношения, включающие в себя предоставление должнику финансирования и оплату кредиторской задолженность общества, а также о намерении кредитора, инициировавшего процедуру банкротства, безвозмездно получить нежилые помещения, построенные должником. Данные доводы были отклонены судами всех трёх инстанций со ссылкой на отсутствие достоверных доказательств, подтверждающих договорённости об участии ФИО4 в распределении будущей прибыли должника и принятии им управленческих решений относительно действий должника (определение суда от 06.09.2021, оставленное без изменения постановлениями апелляционного суда от 18.11.2021 и суда округа от 16.02.2022).

В настоящем споре апелляционный суд по результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств также пришёл к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО4 контролирующим должника лицом.

В обоснование своей позиции суд, в частности, указал на то, что:

ФИО4 своевременно обратился за взысканием задолженности с общества, а затем на основании судебных актов – с заявлением о признании должника банкротом, что характерно для обычного поведения независимого кредитора;

из содержания переписки участников спорных отношений усматривается намерение кредитора обеспечить рациональное расходование предоставленных им денежных средств и обеспечить достижение результата строительства; при этом в ней отсутствуют какие-либо обязательные для исполнения указания, определяющее действия или решения общества;

в материалах дела отсутствуют сведения о независимых кредиторах, якобы, введённых в заблуждение относительно реальных финансовых возможностей общества и вступивших в отношения с ним после перечисления спорных сумм займов;

поведение аффилированных с обществом ФИО2, предпринимателя и организации, активно возражающих против требований ФИО4 в настоящем деле о банкротстве, не свойственно обычному поведению лиц, входящих в одну группу лиц с должником и имеющих сонаправленные интересы.

Соглашаясь с выводами апелляционного суда, суд кассационной инстанции также считает необходимым отметить, что само по себе наличие общих экономических интересов и даже фидуциарных отношений между кредитором ФИО4 и бывшим руководителем общества ФИО12 (даже в случае их доказанности заявителями кассационных жалоб) не должно влечь автоматического понижения очерёдности удовлетворения спорного требования.

Основной целью института субординации является понижение в очерёдности контролирующего лица по отношению к независимому (внешнему) кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли.

Поскольку, аффилированными для целей применения правила о понижении в очерёдности признаются лица, которые либо сами являются контролирующими лицами, либо находятся и действуют под непосредственным влиянием единого контролирующего лица (пункт 4 Обзора от 29.01.2022), требования кредитора, не имеющего права получения неограниченного дохода от бизнеса (бенефициарного интереса) и права влияния на принимаемые ключевые деловые решения, не должны понижаться в очерёдности при банкротстве.

Правильно применив к установленным обстоятельствам обособленного спора приведённые нормы права в их толковании, данном высшей судебной инстанцией, суды обоснованно включили требование кредитора в реестр.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, выражают несогласие их заявителей с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений о проверке обоснованности требований кредиторов в деле о банкротстве и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 10.08.2021 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 24.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-33012/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы представителя участников общества с ограниченной ответственностью «МОТТО-СЕРВИС» ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью «ИнтерЛайн» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Мельник

Судьи С.А. Доронин

ФИО1