Решение от 10 марта 2020 г. по делу № А40-148454/2019

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-148454/19-50-1244

10.03.2020 г.

Резолютивная часть решения объявлена 17.02.2020г.

Полный текст решения изготовлен 10.03.2020г.

Арбитражный суд в составе

Судьи И.А. Васильевой

Единолично

При ведении протокола секретарем с/з ФИО1

Рассмотрев в судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Консалт-Групп" (115088, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 28.05.2007, ИНН: <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью "Прэсто" (115230, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.04.2008, ИНН: <***>)

третьи лица: 1) Публичное акционерное общество Банк "Югра" (101000, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.07.2002, ИНН: <***>), 2) Временный управляющий "Прэсто" ФИО2

о взыскании задолженности по договору краткосрочной аренды помещения № 1211-КОГ/17А от 01.07.2017 г. в размере 2 229 510 руб. 97 коп.,

в судебном заседании приняли участие:

от истца: представитель не явился, извещен

от ответчика: представитель не явился, извещен

от 1-го третьего лица: ФИО3 по доверенности № 77АГ3402694 от 11.02.2020 г.

от 2-го третьего лица: представитель не явился, извещен

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "Консалт-Групп" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "Прэсто" о взыскании долга в размере 2 121 600 руб. 00 коп., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 107 910 руб. 97 коп., ссылаясь на нарушение ответчиком обязательств по договору краткосрочной аренды помещения № 1211-КОГ/17А от 01.07.2017 г., на положения ст.ст. 309, 310, 395, 606, 614 ГК РФ.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований на предмет спора, привлечены Публичное акционерное общество Банк "Югра" и Временный управляющий "Прэсто" ФИО2.

Представитель третьего лица Публичного акционерного общества Банк "Югра" в судебное заседание явился, против удовлетворения заявленных требований возражал, мотивы изложены в письменных пояснениях.

От истца, ответчика и третьего лица временного управляющего "Прэсто" ФИО2 представители в заседание суда не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

Суд в порядке ч. 4 ст. 121, ч. 1, 4 ст. 123, ч.ч. 1, 3 ст. 156 АПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчика и третьего лица временного управляющего "Прэсто" ФИО2, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.

От третьего лица временного управляющего "Прэсто" ФИО2 в материалы дела поступил письменный отзыв.

От ответчика письменный отзыв в материалы дела не поступил.

Суд, исследовав письменные материалы дела, заслушав представителя третьего лица Публичного акционерного общества Банк "Югра", пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 01 июля 2017 года между ООО «Консалт-Групп» (далее - Истец, Арендодатель) и ООО «Прэсто» (далее - Ответчик, Арендатор) был заключен договор Краткосрочной аренды нежилого помещения № 1211-КОГ/17А (далее - Договор).

В соответствии с п. 1.1. Арендодатель обязуется передать, а Арендатор принять во временное владение и пользование (в аренду) нежилые помещения, общей площадью 221 кв.м., по адресу: 115088, <...>, строение 11АБ.

Пунктом 4.1.1. предусмотрено, что базовая арендная плата составляет 265 200 рублей в месяц. При этом Базовая арендная плата вносится на расчетный счет Истца до 10-го числа расчетного месяца на основании Договора.

01 июля 2017 года Арендодатель передал Арендатору нежилые помещения общей площадью 221 кв.м. в соответствии с Актом приема-передачи к Договору.

Вместе с тем, как указывает истец в иске ответчиком нарушены обязательства по Договору в части оплаты.

22.04.2019 Истцом в адрес ответчика направлена претензия с требованием погасить образовавшуюся задолженность. Претензия истца оставлена ответчиком без ответа и без удовлетворения, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в суд.

В соответствии со ст. 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями, а односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со ст. 606 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно и в полном объеме вносить арендную плату. Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Как в исковом заявлении указывает истец, за период с 01.07.2017 по 30.09.2018 Арендодатель оказал Арендатору услуг на общую сумму 2 121 600 руб.

Вместе с тем, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований, ввиду следующего.

Стороны согласно ст.ст. 8, 9 АПК РФ пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

В силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Проанализировав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что спорный Договор заключен для вида (без намерения создать правовые последствия, свойственные правоотношениям по аренды) и искусственного создания задолженности для контролирования банкротства Ответчика и участия в распределении конкурсной массы.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 29.10.2018 №308-ЭС18-9470 сформулировал правовой подход в соответствии с которым, в условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда судебный спор разыгрывается должником и «дружественным» с ним кредитором с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр и последующего участия в распределении конкурсной массы.

В связи с тем, что интересы сторон такого спора совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на решение иных задач. При этом в отсутствие столкновения интересов сторон и состязательности в доказывании суд лишен возможности предвидеть реальную цель истца и ответчика, а значит и выполнить задачи судопроизводства (статья 2 АПК РФ).

При таких обстоятельствах активность вступившего в дело конкурирующего кредитора при содействии арбитражного суда (п. 3 ст. 9, п. п. 2, 4 ст. 66 АПК РФ) позволяет эффективно пресекать формирование фиктивной задолженности и прочие подобные злоупотребления и не допускать недобросовестных лиц к распределению конкурсной массы.

Как правило, в данном случае конкурирующему кредитору достаточно заявить такие доводы или указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые подтверждали бы малую вероятность развития событий таким образом, на котором настаивает истец, либо которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в доказательствах, представленных должником и «дружественным» кредитором.

Бремя опровержения этих сомнений лежит на последних.

При этом суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению иска являлось бы представление истцом доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих разумные возражения кредитора, обжалующего судебный акт (пункт 26 постановления № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», далее - постановление № 35).

Напротив, предъявление к конкурирующему кредитору высокого стандарта доказывания заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей кредиторов, так как такой кредитор по существу вынужден представлять доказательства, доступ к которым у него отсутствует в силу его невовлеченности в спорные правоотношения, либо подтверждать обстоятельства, которых не было.

В то же время доказывание так называемых «отрицательных фактов» в большинстве случаев либо невозможно, так как несостоявшиеся события и деяния не оставляют следов, либо крайне затруднительно. Для уравнивания кредиторов в правах суд в силу статьи 9 АПК РФ должен оказывать содействие в реализации их прав, создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Суд должен проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В силу положений ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем признания сделки недействительной.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Из определения мнимой сделки следует, что такая сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, является ничтожной (п. 1 ст. 170 ГК РФ).

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. О том, что мнимая сделка является ничтожной в силу прямого указания закона, обращается внимание в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положения раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Кроме того, согласно правовой позиции Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств», эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена тем, что арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск (пункт 1 постановления).

Таким образом, для решения вопроса о мнимости сделки не требуется подача самостоятельного либо встречного иска об оспаривании самой сделки. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. ст. 65, 168, 170 АПК РФ). Отсюда следует, что при наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

В материалах дела отсутствуют доказательства реального исполнения сторонами договора аренды. Арендатор не произвел ни одного платежа. Так же отсутствуют доказательства того, что арендатором в период с 01 июля 2017 г. по 30 сентября 2017 г. и с 01 ноября 2017 г. по 28 февраля 2018 года действительно производились какие-либо ремонтные работы, на период проведения которых, ответчик был освобожден от оплаты аренды.

Договор краткосрочной аренды был заключен на срок с 01 июля 2017 года по 31 мая 2018 года.

01 марта 2018 года (за два месяца до истечения срока действия договора), стороны подписывают Дополнительное соглашение № 3, в соответствии с которым стороны пришли к соглашению изложить п. 8.1 договора в следующей редакции: «8.1 Настоящий Договор вступает в силу с момента его подписания и действует в течение неопределенного срока», тем самым продли срок его действия.

Из представленных истцом документов следует, что за период с момента заключения договора до подписания дополнительного соглашения № 3 о продлении срока действия договора, у арендатора сформировалась задолженность на сумму 265 200 рублей (плата за октябрь 2017 г.).

Подписание арендодателем дополнительного соглашения о продлении срока действия договора, при том обстоятельстве, что у арендатора имеется перед ним просроченная задолженность, не является экономически целесообразным и не соответствует условиям обычного делового оборота, что свидетельствует об аффилированности сторон договора аренды и отсутствии цели у истца извлечения прибыли.

В условиях рыночных хозяйственных отношений добросовестный арендодатель не пойдёт на продление договора аренды с арендатором, который ненадлежащим образом исполняет свои обязанности по оплате аренды помещения.

Существенное сомнение в реальности договора краткосрочной аренды вызывает тот факт, что истцом не велась какая-либо работа по досудебному взысканию долга. С момента возникновения просроченной задолженности (октябрь 2017 г.) до предъявления искового заявления (10 июня 2019 г.) истец в течение длительного времени бездействовал и только после возбуждения в отношении ответчика дела о банкротстве подал исковое заявление.

Также о недобросовестности истца, по мнению суда, свидетельствует тот факт, что истец способом защиты своих прав выбрал предъявление искового заявления в общем порядке, вместо подачи заявления о вступлении в дело о банкротстве ООО «Прэсто», осознавая тот факт, что к требованиям кредиторов в деле о банкротстве должника применяется повышенный стандарт доказывания.

Претензия в адрес ответчика была подана лишь 22 апреля 2019 г. посредством передачи нарочно лично генеральному директору ООО «Прэсто» ФИО4 от генерального директора ООО «Консалт-Групп» ФИО5, что также характерно для формального документооборота. Докащательств направления иных претензий в материалы дела не представлено.

Отсутствуют доказательства экономической целесообразности со стороны ответчика брать в аренду нежилые помещения, которые находятся на той же территории, где у него в собственности имеется недвижимость, которая в свою очередь передана в аренду Истцу.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 "О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках" не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Истцом не раскрыта экономическая целесообразность заключения спорного договора.

С учетом изложенного, суд отказывает истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Основания для удовлетворения производных требований (проценты за пользование чужими денежными средствами)) также не имеется.

Судебные расходы по государственной пошлине распределяются между сторонами по правилам ст. 110 АПК РФ и относятся на истца.

При таких обстоятельствах, на основании ст.ст. 8, 309, 310 ГК РФ и ст.ст. 4, 65, 66, 75, 101-103, 110, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В иске отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Консалт-Групп" в доход федерального бюджета 34 147 (тридцать четыре тысячи сто сорок семь) руб. 55 коп. расходов по госпошлине.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ: И.А.Васильева