Решение от 15 декабря 2024 г. по делу № А45-30949/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ

город Новосибирск Дело № А45-30949/2024 Резолютивная часть решения объявлена 06 декабря 2024 года Решение в полном объеме изготовлено 16 декабря 2024 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Серёдкиной Е.Л., при ведении протокола секретарем судебного заседания Кудренко Р.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "Дальневосточный специализированный центр безопасности информации "Маском" (1042700129504), г. Хабаровск,

к федеральному государственному казенному учреждению "9 Центр заказчика-застройщика войск национальной гвардии Российской Федерации (войсковая часть 6903, г. Новосибирск)" (ОГРН <***>), г. Новосибирск,

при участии в деле третьего лица: Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, г. Новосибирск,

о взыскании убытков в размере 6 133 792 рублей, при участии в судебном заседании представителей

истца: ФИО1, доверенность № 50-2024/ДМ от 23.01.2024, паспорт, диплом (онлайн),

ответчика: ФИО2, доверенность № 4 от 24.05.2024, паспорт, диплом, третьего лица: не явился, извещен надлежащим образом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Дальневосточный специализированный центр безопасности информации «Маском» (далее - истец) обратилось в суд с иском к федеральному государственному казенному учреждению «9 Центр заказчика-застройщика войск национальной гвардии Российской Федерации (войсковая часть 6903, г. Новосибирск)» (далее – ответчик) о взыскании убытков в размере 6133792 рублей.

К участию в деле в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) было привлечено третье лицо без

самостоятельных требований относительно предмета спора Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации.

Ответчик представил мотивированный, документально обоснованный отзыв на иск, которым указал, что обстоятельства, повлекшие невозможность исполнения расторгнутого контракта, не зависели от волеизъявления сторон и не являются для них равнозначным риском.

Как полагает ответчик, решение о привлечении охранного предприятия для исполнения условий контракта принималось исключительно в интересах истца и по его личной инициативе. Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

Третье лицо своего представителя в суд не направило, мотивированный, документально обоснованный отзыв на иск не представило, заявило о рассмотрении спора в его отсутствие.

При рассмотрении спора суд исходит из того, что в соответствии со статьей 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности, заслушав представителей сторон и третьего лица в судебном заседании (часть 2 статьи 64, статья 71, 81 АПК РФ), суд установил следующее.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что между ответчиком (государственный заказчик) и истцом (подрядчик) был заключен государственный контракт от 08.12.2014 № 32-2014 (далее - контракт) на выполнение работ по строительству «под ключ» объекта - комплекс зданий военного городка в/ч 2668 в г. Новосибирске, расположенный по адресу: <...>.

Контракт расторгнут решением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.08.2021 по делу № А45-10794/2021 вступило в законную силу.

В период действия контракта подрядчиком понесены убытки - оплата услуг по охране строительной площадки и объекта с обеспечением пропускного режима, возникшие в связи со следующим.

Факт несения подрядчиком дополнительных расходов на оплату услуг по охране строительной площадки и объекта с обеспечением пропускного режима, возникшие

из-за продления государственным заказчиком сроков выполнения работ.

Первоначальный срок исполнения контракта 33 месяца (05.02.2015-05.11.2017) изменен: до 45 месяцев дополнительным соглашением к контракту № 2 от 13.12.2016 (по 05.11.2018); до 70 месяцев дополнительным соглашением к контракту № 6 от 19.09.2018 (по 05.12.2020); до 81 месяца дополнительным соглашением к контракту № 7 от 25.03.2019 (по 05.11.2021).

Все изменения срока выполнения работ производились на основании пункта 6 статьи 161 Бюджетного кодекса Российской Федерации по инициативе Государственного заказчика по причине недоведения ему лимитов бюджетных обязательств (далее - ЛБО) и не были связаны с обстоятельствами, за которые отвечал подрядчик.

Государственным заказчиком установлено, что в пункте 6.1.35, пункте 8.1 контракта требование к подрядчику - осуществлять охрану строительной площадки и объекта с обеспечением пропускного режима (далее - охранные услуги) в течение всего срока действия контракта (пункт 8.1 контракта). Соответственно, продление срока выполнения работ влечет за собой необходимость продления периода охранных услуг. Расходы на оплату охранных услуг из-за продленного периода работ понесены подрядчиком исходя из сформулированных государственных заказчиком требований к исполнителю работ.

В целях осуществления охраны объекта с обеспечением пропускного режима требуется привлечение лица, имеющего лицензию на осуществление охранной деятельности, так как: подрядчик обязан привлекать специалистов, имеющих документы, подтверждающие возможность осуществлять соответствующие работы (пункт 1.17 контракта); выполнять работы в соответствии с требованиями нормативных правовых актов, действующих на территории РФ (пункт 6.1.2 контракта); в соответствии со статьями 3, 11 Закона РФ от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» охрана объектов и (или) имущества, обеспечение внутриобъектового и пропускного режимов на объектах разрешается только организациям, специально учреждаемым для их выполнения и имеющим лицензию, предоставленную федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в сфере частной охранной.

Таким образом, как поясняет истец, он не мог не привлечь сторонние организации в целях охраны объекта.

Во исполнение указанной обязанности подрядчиком привлечены: ООО ОП «Драккар-С» на основании договора на возмездное оказание услуг по охране строящегося объекта от 18.11.2016 № 126-С/16/ДКС, ООО ОО «Драккар» на основании договора на возмездное оказание услуг по охране строящегося объекта от 01.11.2018 № 59-С/18/ДКС, от 01.02.2020 № 4-С/20/ДКС.

При этом, истец указывает, что неисполнение подрядчиком обязанностей по контракту - в частности необеспечение охраны объекта на требуемых контрактом условиях, является основанием для одностороннего отказа государственного заказчика от исполнения контракта. В соответствии с пунктом 9 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ (далее - Закон о контрактной системе) государственный заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, претензия о возмещении убытков за охранные услуги направлена в адрес ответчика вх. от 04.07.2024, однако оставлена ответчиком без ответа и удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения с настоящим иском.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, реализация такого способа защиты как возмещение убытков предполагает применение к правонарушителю имущественных санкций, а потому возможна лишь при наличии общих условий гражданско-правовой ответственности: совершение противоправного действия (бездействие), возникновение у потерпевшего убытков, причинно-следственная связь между действиями и его последствиями и вина правонарушителя. Отсутствие одного из элементов вышеуказанного состава

правонарушения влечет за собой отказ в удовлетворении иска.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 25), применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

Если иное не установлено законом, использование кредитором иных способов защиты нарушенных прав, предусмотренных законом или договором, не лишает его права требовать от должника возмещения убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 ГК РФ) (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 12 Постановления Пленума № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.

Из содержания приведенных норм права следует, что при обращении с настоящим иском истец должен доказать факт причинения убытков, их размер, вину лица, обязанного к возмещению вреда, противоправность поведения ответчика, причинную связь между поведением ответчика и наступившим вредом.

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима

доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований. Исходя из изложенного, обращаясь в суд с иском, истец должен доказать факт причинения вреда, противоправность действий ответчика, а также наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими последствиями и размер причиненного вреда.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления Пленума № 7, по смыслу ст. 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 указанного Кодекса). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи

401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Решением от 16.08.2021 по делу А45-10794/2021, вступившим в законную силу 17.09.2021 спорный контракт был расторгнут, в связи с существенным изменением обстоятельств.

При этом, при расторжении договора вследствие существенно изменившихся обстоятельств суд по требованию любой из сторон определяет последствия расторжения договора, исходя из необходимости справедливого распределения между сторонами расходов, понесенных ими в связи с исполнением этого договора (статья 451 ГК РФ).

При этом, судом было указано, что само по себе неоднократное и существенное увеличение сроков выполнения работ по контракту, произошедшее ввиду изменения лимитов бюджетного финансирования, влечет для истца дополнительные финансовые издержки в виде оплаты банковской гарантии, страхования, расходов по текущему содержанию на объекте и резервирования рабочей силы.

Расторжение контракта не препятствует сторонам решать вопросы приемки и оплаты выполненных истцом работ, с учетом условий контракта № 32-2014 и с применением норм главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд обратил внимание на факт выполнения подрядчиком части работ и, соответственно, факт несения соответствующих расходов, в том числе, в части обеспечения безопасности объекта, условия о которой, предусмотрены контрактом.

Так, суд указал, что при сохранении контракта № 32-2014 будет нарушен баланс имущественных интересов сторон контракта при том, что риск изменения обстоятельств не может быть возложен только на истца – как указано выше, увеличение срока выполнения работ и необходимость изменения проектной документации произошло по причинам, зависящим от стороны заказчика (ответчика).

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Отнесение тех или иных обстоятельств к преюдициально установленным означает запрет заново устанавливать, оспаривать или опровергать те же обстоятельства с целью замены ранее сделанных выводов на противоположные.

Преюдициально установленные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь, не могут быть повторно исследованы и пересмотрены судом.

Учитывая, что подрядчик был лишен возможности исполнить контракт в полном объеме ввиду прекращения его действия, расходы общества в виде платы за охраны объекта, являются его убытком, который подлежит взысканию с заказчика.

Оценив в соответствии со статьями 67, 68, 71 АПК РФ совокупность имеющихся в деле доказательств, суд пришел к выводу о том, что истец доказал причинение ему убытков, наличие прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика в виде продления сроков выполнения работ по причинам, независящим от подрядчика, необходимостью внесения изменений в проектную документацию и возникшими в результате у истца убытками, а также размер причиненных убытков; ответчиком не представлено доказательств отсутствия его вины в причинении убытков.

Следовательно, исковые требования о взыскании убытков размере 6133792 рублей, являются обоснованными и законными, подлежат удовлетворению на основании статей 15, 393 ГК РФ.

Как полагает ответчик, истец неверно рассчитывает срок исковой давности со дня вступления в законную силу судебного акта о расторжении контракта, а не со дня осуществления платежей.

Относительно доводов ответчика о применении срока исковой давности к сумме убытков, суд пришел к следующим выводам.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Так, расходы на оплату охранных услуг понесены подрядчиком исходя из сформулированных государственным заказчиком требований к подрядчику, обусловлены намерением подрядчика исполнить контракт в полном объеме и получить за выполненные работы установленную контрактом цену, за счет которой, помимо прочего, компенсировать упомянутые расходы.

Поскольку контракт расторгнут решением Арбитражного суда Новосибирской области по делу от 16.08.2021 по делу № А45-10794/2021 (вступило в .законную силу 17.09.2021), о возникновении права на возмещение своих убытков истец узнал с момента вступления в законную силу указанного решения, так как до этого момента он находился в состоянии правовой неопределенность, при этом, осуществление отдельных платежей не может свидетельствовать об их оплате в полном объеме. В настоящем споре истцом заявлено требование о взыскании убытков, возникший в связи с расторжением контракта, а не о взыскании задолженности по отдельным просроченным платежам.

Кроме того, согласно пункту 3 статьи 453 ГК РФ в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Таким образом, суд отклоняет доводы ответчика о пропуске срока исковой давности и приходит к выводу о том, что он не пропущен.

Распределение судебных расходов производится по правилам статей 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

взыскать с федерального государственного казенного учреждения "9 Центр заказчика-застройщика войск национальной гвардии Российской Федерации (войсковая часть 6903, г. Новосибирск)" (ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Дальневосточный специализированный центр безопасности информации "Маском" (1042700129504) 6133792 рубля убытков, 56621 рубль расходов по оплате государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд, в течение месяца после его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.Л. Серёдкина