Постановление от 5 октября 2017 г. по делу № А65-13277/2017

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aac.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело №А65-13277/2017
г. Самара
05 октября 2017 года
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Кувшинова В.Е.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс-Д» на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 июля 2017 года по делу №А65-13277/2017 (судья Бадретдинова А.Р.), принятое в порядке упрощенного производства по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Екатеринбург, к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс-Д» (ОГРН <***>, ИНН <***>), г.Москва, третье лицо: ФИО2, о взыскании денежных средств,



УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, предприниматель) обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Мегарусс-Д» (далее – ответчик, ООО «СК «Мегарусс-Д») о взыскании ущерба в размере 5 238 руб., неустойки в размере 8 580 руб., расходов на оплату экспертизы в размере 10 000 руб., неустойки по момент вынесения решения суда, расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб., почтовых расходов в размере 450 руб. 53 коп. (л.д.3-8).

В соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявление рассмотрено в порядке упрощенного производства.

Определением суда первой инстанции, в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена – ФИО2 (далее – третье лицо).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.07.2017 по делу №А65-13277/2017 заявленные требования удовлетворены.

Суд взыскал с ООО «Страховая компания «Мегарусс-Д», Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>), в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Екатеринбург (ОГРН <***>, ИНН <***>), 5 238 руб. утраты товарной стоимости, 10 500 руб. неустойки, 1 461 руб. 91 коп. расходов по уплате государственной пошлины, 2 192 руб. 87 коп. расходов на оплату услуг представителя, 151 руб. 13 коп. за направление требования о выплате страхового возмещения, 174 руб. 55 коп. почтовых расходов. В остальной части иска отказано (л.д.94-101).

В апелляционной жалобе ответчик просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт, указывая, что из представленных истцом документов усматривается, что он обратился к ответчику с соответствующим заявлением, самостоятельно установил время и место осмотра автомобиля, самостоятельно организовал экспертизу до подачи заявления, не извещая об осмотре ответчика. Данные действия нарушают порядок статьи 12 Закона об ОСАГО. Поскольку истцом не были соблюдены требования пункта 11 статьи 12 Закона №40 ФЗ и пунктов 3.11, 4.13 Положения №431-П, экспертиза, а также расходы по ее проведению не могут рассматриваться в качестве убытков истца, в связи с тем, что их наличие вызвано и обусловлено неправомерными действиями самого истца. С учетом этого, у ответчика отсутствовала обязанность по выплате страхового возмещения (л.д.109-110).

Лица, участвующие в деле, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 272.1 АПК РФ апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания и без вызова сторон.

Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов изложенных в апелляционной жалобе и исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, 24.06.2014 в 17 час. 55 мин. на пересечении улиц Гаврилова и Ямашева города Казани Республики Татарстан произошло столкновение транспортных средств Mercedes-Benz E230 (государственный регистрационный знак <***>), под управлением ФИО3, и Toyota RAV4 (государственный регистрационный знак <***>), под управлением ФИО4

В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия транспортному средству Toyota RAV4 (государственный регистрационный знак <***>), принадлежащему третьему лицу, причинены механические повреждения, указанные в справке о дорожно-транспортном происшествии от 24.06.2014, составленной уполномоченным сотрудником органов ГИБДД (л.д.24).

Постановлением по делу об административном правонарушении 16КТ №00414431 от 24.06.2014 виновной в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия признана ФИО3, управлявшая транспортным средством Mercedes-Benz E230 (государственный регистрационный знак <***>), которая своими неправомерными действиями причинила ущерб имуществу третьего лица (л.д.25).

Гражданская ответственность третьего лица на момент совершения дорожно-транспортного происшествия застрахована ответчиком на основании договора обязательного страхования гражданской ответственности (полис ССС 0672135031), что ответчиком не оспаривается.

Для определения величины утраты товарной стоимости транспортного средства Toyota RAV4 (государственный регистрационный знак <***>), третье лицо обратилось к независимому оценщику.

Согласно заключению №7411 от 01.12.2016 величина утраты товарной стоимости составила 5 238 руб., стоимость услуг независимого оценщика составила 10 000 руб.

01.12.2016 между третьим лицом и истцом заключен договор цессии №87/11-16, по которому третье лицо уступило истцу в полном объеме все права, связанные с возмещением ущерба по утрате товарной стоимости, расходов, связанных с составлением экспертного заключения по страховому случаю от 24.06.2014.

Претензией, направленной посредством почтовой связи 15.12.2016, истец обратился к ответчику с требованием о выплате утраты товарной стоимости и компенсации расходов на экспертизу. К указанной претензии истцом также приложены экспертное заключение и договор цессии.

В ответ на претензию ответчик письмом от 13.01.2017 исх. №88 сообщил, что в виду истечения сроков давности для предъявления претензий по КАСКО ответчик не имеет правовых оснований для выплаты утраты товарной стоимости. Заявление о выплате страхового возмещения по ОСАГО по указанному страховому случаю ответчиком не зарегистрировано.

25.01.2017 истцом повторно направлено ответчику претензионное письмо с требованием о выплате утраты товарной стоимости и расходов на оценку.

Письмом от 06.02.2017 №305 ответчик в удовлетворении требования отказал.

Неисполнение ответчиком требований истца послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим иском.

Суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции, удовлетворив заявленные требования частично, правильно применил нормы материального права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

В силу указанной нормы права предметом договора уступки права требования (цессии) является право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства должника, возникшего из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, предусмотренных гражданским законодательством (пункт 2 статьи 307 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты (статья 384 ГК РФ).

В пунктах 19 и 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что уступка третьим лицом истцу невыплаченной ответчиком суммы страхового возмещения не противоречит закону.

При этом доказательств того, что представленный в материалы дела договор уступки права требования оспорен в установленном законом порядке, изменен либо признан недействительными, в материалах дела не имеется.

Предмет договора между сторонами определен, неясностей у цедента и цессионария отсутствовали, разногласий относительно уступленного права требования между данными лица не имеется.

Должник в порядке статьи 385 ГК РФ извещен о состоявшейся уступке права требования.

Таким образом, право требования страхового возмещения в установленном законом порядке перешло к истцу.

Согласно статье 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно положениям статьи 14.1 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу,

б) дорожно-транспортное происшествие произошло с участием двух транспортных средств, гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с названным законом.

Страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, проводит оценку обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, изложенных в извещении о дорожно-транспортном происшествии, и на основании представленных документов осуществляет потерпевшему по его требованию возмещение вреда в соответствии с правилами обязательного страхования (пункт 2 статьи 14.1 указанного закона).

Факт наличия причинно-следственной связи между виновными действиями водителя ФИО3, управлявшей транспортным средством Mercedes-Benz E230 (государственный регистрационный знак <***>), связанными с нарушением Правил дорожного движения Российской Федерации, и причиненным истцу убытками подтверждается материалами дела и сторонами не оспаривается.

Оценив представленные в деле доказательства в их совокупности и взаимной связи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что в данном случае наступление страхового случая, при котором у ответчика возникает обязанность по выплате страхового возмещения, подтверждается материалами дела.

Наличие указанного страхового случая подтверждается решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.06.2015 по делу №А65-7362/2015, которым с ООО «Росгосстрах», Московская область, г.Люберцы, в пользу ООО Страховая компания «Мегарусс-Д», г.Москва, в порядке суброгации взыскано 14 884 руб. страхового возмещения, а также 2 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Ответчик не воспользовался правом заявить ходатайство о назначении экспертизы.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума ВАС РФ №23 от 04.04.2014, если экспертиза в силу Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могла быть назначена по ходатайству или с согласия участвующих в деле лиц, однако такое ходатайство не поступило или согласие не было получено, оценка требований и возражений сторон осуществляется судом с учетом положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о бремени доказывания исходя из принципа состязательности, согласно которому риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий несут лица, участвующие в деле, применительно к части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом возражения против отчета, представленного истцом, ответчиком документально не опровергнуты, доказательств несоответствия экспертного заключения истца требованиям законодательства ответчиком не предоставлено, о наличии пороков в данном экспертном заключении ответчиком не заявлено.

В тоже время, предъявленный к взысканию размер страхового возмещения определен истцом на основании заключение эксперта-техника ФИО5 № 7411 от 01.12.2016, составленного с учетом повреждений транспортного средства, зафиксированных в заключении ООО «Гранд Эксперт», на основании которого ответчиком выплачено страховое возмещение во договору добровольного страхования транспортного средства по указанному страховому случаю, что подтверждается решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.06.2015 по делу №А65-7362/2015.

В экспертном заключении приведено краткое изложение основных фактов и выводов, в том числе информация об объекте оценки, о применяемых подходах к оценке. Также в состав отчета включена выписка из государственного реестра экспертов-техников, осуществляющих независимую техническую экспертизу транспортных средств.

Таким образом, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что отчет, представленный истцом, соответствует в целом требованиям, предъявляемым к содержанию и оформлению такого рода документов, а также порядок определения утраты товарной стоимости, отраженный в данном отчете, не противоречит требованиям действующего законодательства.

Ответчиком достоверность представленного истцом отчета, также как и квалификация его составлявшего оценщика, надлежаще не оспорена, несоответствие представленного истцом заключения нормативно установленным требованиям к оценке ответчик не обосновал и надлежащими доказательствами не подтвердил.

В тоже время судом учтено, что ответчиком не оспаривались объем необходимых ремонтных воздействий поврежденного транспортного средства, и соответствия механизма дорожно-транспортного происшествия и заявленных повреждений.

По смыслу пунктов 18 - 19 статьи 12 Закона об ОСАГО к реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утраченная товарная стоимость, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

Таким образом, по смыслу указанных норм подлежат возмещению по договору обязательного страхования, то есть включаются в размер страхового возмещения, в том числе стоимость восстановительного ремонта с учетом износа деталей, узлов и запасных частей поврежденного транспортного средства, а также размер утраченной товарной стоимости.

Согласно пункту 7.1.1 Методических рекомендаций для судебных экспертов по исследованию автомототранспортных средств в целях определения стоимости восстановительного ремонта и оценки, утвержденных Минюстом России в 2013 году (далее -Методические рекомендации), утрата товарной стоимости (УТС) обусловлена тем, что проведение отдельных видов работ по устранению определенных видов повреждений (дефектов) транспортного средства сопровождается объективно необратимыми изменениями его геометрических параметров, физико-химических свойств конструктивных материалов и характеристик рабочих процессов, однозначно приводящих к ухудшению функциональных и эксплуатационных характеристик, из-за чего восстановить доаварийное техническое состояние транспортного средства (и соответственно его стоимость) объективно невозможно.

Ответчик в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства надлежащего исполнения обязательства по выплате утраты товарной стоимости не представил.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод, что требование истца о взыскании с ответчика утраты товарной стоимости в размере 5 238 руб. признается обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ответчика, что организация потерпевшим самостоятельно проведенной экспертизы, без согласования со страховщиком, противоречит требованиям закона.

Как видно из материалов дела, размер страхового возмещения определен истцом на основании заключение эксперта-техника ФИО5 № 7411 от 01.12.2016, составленного с учетом повреждений транспортного средства, зафиксированных в заключении ООО «Гранд Эксперт», на основании которого ответчиком выплачено страховое возмещение во договору добровольного страхования транспортного средства по указанному страховому случаю, что подтверждается решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.06.2015 по делу №А65-7362/2015.

Таким образом, отчет представленный истцом, соответствует в целом требованиям, предъявляемым к содержанию и оформлению такого рода документов, а также порядок определения утраты товарной стоимости, отраженный в данном отчете, не противоречит требованиям действующего законодательства.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности.

Согласно разъяснениям Конституционного Суда Российской Федерации, изложенным в Определении от 03.11.2006 №445-О, под исковой давностью действующее гражданское законодательство понимает срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации). Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов.

Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пункту 2 статьи 966 ГК РФ срок исковой давности по требованиям, вытекающим из договора страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, составляет три года.

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ установлено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 №2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» исковая давность по спорам, возникающим из правоотношений по обязательному страхованию риска гражданской ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 966 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда потерпевший (выгодоприобретатель) узнал или должен был узнать об отказе страховщика в выплате страхового возмещения или о выплате его страховщиком не в полном объеме, либо со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения (выдачи направления на ремонт транспортного средства), предусмотренного нормами Закона об ОСАГО или договором.

Претензия с требованием выплате утраты товарной стоимости направлена истцом ответчику посредством почтовой связи 15.12.2016 и получена ответчиком 27.12.2016.

Письмом от 13.01.2017 №88 ответчик сообщил об отказе в выплате страхового возмещения.

Таким образом, истец узнал об отказе страховщика в выплате страхового возмещения в полном объеме 13.01.2017.

Исковое заявление направлено в суд 11.05.2017 согласно штампу на почтовом конверте, то есть в пределах срока исковой давности.

В связи с просрочкой обязательства по выплате страхового возмещения, истцом предъявлено требование о взыскании с ответчика неустойки на дату вынесения судебного акта.

При этом по расчету истца размер неустойки, начисленной за период с 28.01.2017 по 02.04.2017 на сумму 120 000 руб., составляет 8 580 руб.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой (штрафом, пеней), то есть определенной законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения (пункт 1 статьи 330 названного кодекса).

Неустойка по смыслу статьи 330 ГК РФ является мерой гражданско-правовой ответственности должника в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения договорных обязательств.

Размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуральной форме определяется в размере 1 процента за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено следующее.

Предусмотренный пунктом 21 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» двадцатидневный срок рассмотрения страховщиком заявления потерпевшего о страховом случае подлежит применению к отношениям между страховщиком и потерпевшим, возникшим из договоров обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, заключенных начиная с 01.09.2014.

В силу абзаца одиннадцатого статьи 1 Закона об ОСАГО по договору обязательного страхования гражданской ответственности застрахованным является риск наступления гражданской ответственности при эксплуатации конкретного транспортного средства, поэтому при наступлении страхового случая страховое возмещение как страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность потерпевшего (т.е. в порядке прямого возмещения ущерба в соответствии со статьей 14.1 Закона об ОСАГО), так и страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность лица, причинившего вред, производится в соответствии с условиями договора лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии.

Аналогичной позиции придерживается Верховный Суд Российской Федерации в определении от 29.11.2016 № 78-КГ16-58.

В п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017) разъяснено, что в случае изменения действующего законодательства при разрешении споров, возникающих из договоров обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, следует исходить из сроков выплаты страхового возмещения и санкций за несвоевременность исполнения данной обязанности, которые были установлены законодательством на момент заключения такого договора виновным лицом.

Гражданская ответственность виновника дорожно-транспортного происшествия ФИО3 застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности серии ССС № 0656127728.

Согласно сведениям, размещенным на официальном сайте Российского союза автостраховщиков (http://www.autoins.ru), договор обязательного страхования гражданской ответственности серии ССС № 0656127728 заключен 28.04.2014, т.е. до 01.09.2014.

Следовательно, неустойка в данном случае должна быть определена в размере, предусмотренном пунктом 2 статьи 13 Закона об ОСАГО, действовавшей в момент возникновения правоотношений из договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, заключенного до 01.09.2014.

Согласно пункту 2 названной статьи, действовавшей до 01.09.2014, страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы в течение 30 дней со дня их получения.

Согласно пункту 2 статьи 13 Закона об ОСАГО (действующей на момент заключения договора страхования) страховщик рассматривает заявление потерпевшего о страховой выплате и предусмотренные правилами обязательного страхования приложенные к нему документы в течение 30 дней со дня их получения.

В течение указанного срока страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или направить ему мотивированный отказ в такой выплате, а при неисполнении данной обязанности страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пени) в размере одной семьдесят пятой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день, когда страховщик должен был исполнить эту обязанность, от установленной статьей 7 данного закона страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденному Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.03.2015, в силу указания, сделанного в пункте 2 статьи 13 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», размер неустойки (пени) рассчитывается от установленной статьей 7 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предельной страховой суммы по виду возмещения вреда каждому потерпевшему.

Следовательно, расчет неустойки необходимо производить из лимита страховой суммы, установленной статьей 7 Закона об ОСАГО, действовавшей на момент заключения договора страхования, в сумме 120 000 руб.

Истец предъявил требование о выплате утраты товарной стоимости по договору обязательного страхования в претензии, которая получена ответчиком 27.12.2016.

Соответственно начальной датой начисления неустойки является 28.01.2017.

По расчету арбитражного суда размер неустойки за период с 28.01.2017 по 11.07.2017 (день вынесения решения) составляет 21 780 руб. (120 000*8,25%/75*165).

Ответчиком заявлено о применении статьи 333 ГК РФ.

Исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

Согласно п. 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее –постановление № 7), подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 71 постановления № 7, бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. В свою очередь, возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно (пункты 73, 74 постановления № 7).

В то же время при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Указанные положения разъяснены в пункте 75 постановления № 7.

Согласно п. 77 постановления № 7, снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего арбитражный суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Согласно п. 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика. В решении должны указываться мотивы, по которым суд полагает, что уменьшение их размера является допустимым.

В силу части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений прав и свобод конкретного лица в целях защиты прав и законных интересов других лиц. Это касается и свободы договора при определении на основе федерального закона такого его условия, как размер неустойки: он должен быть соразмерен указанным в этой конституционной норме целям.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, при применении данной нормы суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Соответствующие положения разъяснены в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О.

Судом первой инстанции, при рассмотрении заявления ответчика о снижении размера неустойки, учтено, что истец взыскивает неустойку в рамках его предпринимательской деятельности, имущественная сфера истца в результате наступления страхового случая не пострадала.

В данном случае, предусмотренная законом неустойка, очевидно, является чрезмерно высокой – 365% годовых, несоразмерной последствиям нарушения обязательства.Истец не представил доказательств причинения ему ущерба в размере, соразмерном с размером заявленной к взысканию неустойки.

Размер ответственности за просрочку выплаты страхового возмещения, установленный законом, явно несоразмерен размеру ответственности, установленной действующим законодательством за аналогичное правонарушение, сумма неустойки явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

В пункте 75 постановления № 7 разъяснено, что при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правила о снижении размера неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации применяются также в случаях, когда неустойка определена законом (пункт 78 постановления № 7).

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что заявленная истцом неустойка подлежит снижению до 10 500 руб., что не ниже предела, установленного пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац третий пункта 72 постановления № 7) с учетом пункта 2 постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика 10 000 руб. расходов по оплате услуг на проведение оценки, организованной истцом по собственной инициативе.

Пунктом 14 статьи 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования.

Вместе с тем, статьей 309 ГК РФ установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 10 статьи 12 Закона об ОСАГО при причинении вреда имуществу в целях выяснения обстоятельств причинения вреда и определения размера подлежащих возмещению страховщиком убытков потерпевший, намеренный воспользоваться своим правом на страховую выплату или прямое возмещение убытков, в течение пяти рабочих дней с даты подачи заявления о страховой выплате и прилагаемых к нему в соответствии с правилами обязательного страхования документов обязан представить поврежденное транспортное средство или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы.

Согласно норме пункта 11 статьи 12 Закона об ОСАГО страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня представления потерпевшим поврежденного имущества для осмотра и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим.

Как установлено абзацем вторым пункта 13 статьи 12 Закона об ОСАГО если страховщик не осмотрел поврежденное имущество или его остатки и (или) не организовал независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) поврежденного имущества или его остатков в установленный пунктом 11 названной статьи срок, потерпевший вправе обратиться самостоятельно за технической экспертизой или экспертизой (оценкой). В таком случае результаты самостоятельно организованной потерпевшим независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) принимаются страховщиком для определения размера страховой выплаты.

Таким образом, страхователь обращается в независимую экспертизу только при несогласии со страховщиком о сумме расчета/не произведении страховщиком независимой экспертизы, в установленные законом сроки.

При этом возможность самостоятельного обращения потерпевшего за независимой экспертизой норма пункта 13 статьи 12 Закона об ОСАГО допускает в том случае, если страховщик не осмотрел поврежденное имущество или его остатки и (или) не организовал независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) поврежденного имущества или его остатков в установленный срок.

Аналогичные положения предусмотрены в Положении о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Банком России 19.09.2014 № 431-П.

В Положении о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Банком России 19.09.2014 № 431-П предусмотрено следующее.

Страховщик проводит осмотр поврежденного имущества и (или) организует независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) путем выдачи соответствующего направления на независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня представления потерпевшим поврежденного имущества для осмотра.

Фактом, свидетельствующим об исполнении страховщиком обязанности по организации проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), является выдача (направление) потерпевшему соответствующего направления.

В то же время возможность самостоятельного обращения потерпевшего за экспертизой (оценкой) положения статьи 12 Закона об ОСАГО допускают в том случае, если страховщик не осмотрел поврежденного имущества и (или) не организовал его независимой экспертизы (оценки) в установленный законом срок.

Из материалов дела следует, что заключение о величине утраты товарной стоимости составлено 01.12.2016, а требование о выплате утраты товарной стоимости впервые было заявлено в претензии, направленной истцом ответчику 15.12.2016 и полученной ответчиком 27.12.2016. Из указанных действий истца следует, что им был нарушен порядок взаимодействия со страховщиком, предусмотренный законом, для получения выплаты страхового возмещения. Истец самостоятельно организовал проведение независимой экспертизы до обращения к ответчику с заявлением о выплате утраты товарной стоимости по договору обязательного страхования, когда в этом необходимость у истца отсутствовала.

Фактически рассматриваемые расходы истца были понесены им до истечения нормативных сроков для организации ответчиком расчета размера утраты товарной стоимости поврежденного транспортного средства, а также осуществления страховой выплаты.

То есть истец самостоятельно приступил к организации независимой экспертизы поврежденного транспортного средства в отсутствие на то должных оснований, предусмотренных статьями 12, 12.1 Закона об ОСАГО.

При таких обстоятельствах, риск возникновения заявленных расходов несет сам истец, поскольку на момент их осуществления отсутствовала необходимость несения таких расходов по вине ответчика.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что заявленные истцом расходы на проведение оценки не связаны с нарушением страховщиком обязанности по проведению независимой экспертизы поврежденного транспортного средства а, следовательно, не могут быть отнесены к убыткам, поскольку наличие в совокупности условий, предусмотренных положениями статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом не установлено, а истцом в материалы дела в нарушении положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, следовательно, данные расходы не могут быть взысканы с ответчика в пользу истца, так как отсутствует причинная связь между поведением ответчика и убытками истца, а также на момент проведения оценки отсутствовала необходимость их несения по вине ответчика.

Указанные выводы также согласуются с разъяснениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 23 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного 22.06.2016.

Истцом заявлено требование о распределении судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Состав судебных издержек определен в статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с названной правовой нормой к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту), в том числе расходы по оплате юридических услуг, признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Минимальный стандарт распределения бремени доказывания при разрешении споров о взыскании судебных расходов сформулирован в разъяснениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 3 Информационного письма от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвоката и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах».

Согласно данным разъяснениям лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

Аналогичные положения содержатся в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Однако данный стандарт не отменяет публично-правовой обязанности суда по оценке разумности взыскиваемых судебных расходов и определению баланса прав сторон в случаях,

когда заявленная к взысканию сумма судебных расходов носит явно неразумный характер, поскольку определение баланса интересов сторон является обязанностью суда, относящейся к базовым элементам публичного порядка Российской Федерации.

Таким образом, законодателем на суд возложена обязанность оценки разумных пределов судебных расходов, которая является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Соответствующая правовая позиция выражена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации».

Согласно п. 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В качестве доказательств, подтверждающих расходы истца на оплату услуг представителя, в материалы дела представлены договор на оказание юридических услуг №12/2016 от 01.06.2016, расходный кассовый ордер №871/11-16 от 01.12.2016.

Фактическое оказание услуг по составлению процессуальных документов подтверждается материалами дела.

Представитель заявителя участие в судебных заседаниях не принимал, поскольку дело рассмотрено в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

Суд первой инстанции учитывал, что из материалов дела не усматривается, что представителем ответчика в рамках данного дела предпринимались какие-либо меры по оказанию юридических услуг истцу, непосредственно связанных с судебным процессом по данному делу, выходящие за пределы обычной деятельности и действий представителя ответчика по данной категории споров.

Арбитражным судом также не усматривается, что данное дело обладало повышенной сложностью и требовало от представителя дополнительных временных, трудовых и финансовых затрат, связанных с исполнением функций представителя лица, участвующего в деле.

В рассматриваемом случае требование о взыскании 15 000 руб. не является разумным с учетом представленных доказательств, объема выполненной представителем работы, категории и характера спора, его несложности, а также серийности указанных дел и типового характера дел.

Оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принимая во внимание изложенные выше обстоятельства, исходя из принципа свободы заключения договора, в том числе и на юридические услуги, а также учитывая характер спора, объем оказанных услуг, среднюю стоимость аналогичных услуг, фактическое оказание услуг представителем и документальное подтверждение данных расходов, суд первой инстанции сделал правильный вывод о разумности понесенных истцом судебных расходов в сумме 3 000 руб. (за составление процессуальных документов), однако с учетом т того, что исковые требования подлежат удовлетворению частично, требование истца в указанной части подлежит удовлетворению в размере 2 192 руб. 87 коп., с учетом пропорционального распределения судебных расходов,

Также истцом заявлено о взыскании почтовых расходов в размере 450 руб. 53 коп. При этом из указанной суммы расходы, связанные с направление претензии, в которой предъявлено требование о выплате утраты товарной стоимости по договору обязательного страхования, составляет 151 руб. 13 коп.

Согласно п. 10 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обязательным страхованием гражданской ответственности владельцев транспортных средств, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016, почтовые расходы, необходимые для реализации потерпевшим права на получение страховой суммы, являются убытками и подлежат включению в состав страховой суммы, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая обязуется возместить потерпевшим причиненный вред.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного кодекса.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Поскольку возмещение убытков – это мера гражданско-правовой ответственности, ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом.

Как усматривается из материалов дела, истец почтовым отправлением от 15.12.2016 направил в адрес ответчика претензию с требованием выплаты утраты товарной стоимости, а также документы, необходимые для осуществления страховой выплаты, в том числе копию договора об уступке права требования.

Указанные документы ответчик получил 27.12.2016, что последним не оспаривается.

Размер указанных расходов составил 151 руб. 13 коп., что подтверждается представленной в материалы дела квитанцией.

Суд первой инстанции сделал правильный вывод, что почтовые расходы в размере 151 руб. 13 коп. за направление претензии о выплате страхового возмещения, подлежат удовлетворению в полном объеме.

Вместе с тем, почтовые расходы, связанные с направлением 25.01.2017 претензии в размере 57 руб., а также расходы по направлению копии искового заявления лицам, участвующим в деле, в размере 242 руб. 40 коп., относятся к судебным расходам в силу следующего.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом (статья 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Состав судебных издержек определен в статье 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии с названной правовой нормой к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

При этом в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что в случаях, когда законом либо договором предусмотрен претензионный или иной обязательный досудебный порядок урегулирования спора, расходы, вызванные соблюдением такого порядка (например, издержки на направление претензии контрагенту), признаются судебными издержками и подлежат возмещению исходя из того, что у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд без несения таких издержек (статьи 94, 135 ГПК РФ, статьи 106, 129 КАС РФ, статьи 106, 148 АПК РФ).

Однако почтовые расходы, связанные с направлением копии искового заявления лицам, участвующим в деле, признаются обоснованными в размере 181 руб. 80 коп., поскольку согласно списку почтовых отправлению копии исковых заявлений направлены третьему лицу, ответчику по юридическом адресу и месту нахождения филиала, а также ФИО3, в то время как ФИО3 не является лицом, участвующим в деле, и необходимость направления ей копии искового заявления отсутствовала.

При указанных обстоятельствах, почтовые расходы в размере 238 руб. 80 коп. (181,80+57), связанные с направлением претензии и искового заявления, подтверждаются материалами дела и судом первой инстанции правомерно признаны обоснованными и подлежат удовлетворению с учетом пропорциональности удовлетворенного требования в размере 174 руб. 55 коп.

В рассматриваемом случае истец обратился к ответчику с исковыми требованиями не в рамках договора КАСКО, а в рамках договора ОСАГО.

Риск гражданской ответственности владельца автомобиля Тойона г/ну439ат 116 застрахован ООО «СК «Мегарусс-Д» по страховому полису ОСАГО ССС 0672135031, что следует из справки о дорожно-транспортном происшествии от 24.06.2014. Полис ОСАГО действовал с 23.05.2014 по 22.05.2015.

Положенные в основу апелляционной жалобы доводы проверены судом апелляционной инстанции в полном объеме, но учтены быть не могут, так как не опровергают обстоятельств, установленных судом первой инстанции и, соответственно, не влияют на законность принятого судебного акта.

При вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции всесторонне, полно и объективно исследовал материалы дела, дал им надлежащую оценку и правильно применил нормы права. Нарушений процессуального закона, влекущих отмену обжалуемого решения, также не установлено.

Таким образом, обжалуемое судебное решение является законным и обоснованным, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Расходы по государственной пошлине, согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует отнести на заявителя жалобы.

По правилам, установленным в абзаце 2 части 3 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое в порядке упрощенного производства, может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 настоящего Кодекса.

Руководствуясь статьями 110, 112, 229, 268 - 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 19 июля 2017 года по делу №А65-13277/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и в двухмесячный срок может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции только по основаниям, установленным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Судья В.Е. Кувшинов