Решение от 24 октября 2023 г. по делу № А40-86838/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело №А40-86838/2022-52-627
24 октября 2023 года
г. Москва



Резолютивная часть решения объявлена 18 сентября 2023 года.

Решение в полном объеме изготовлено 24 октября 2023 года.


Арбитражный суд в составе председательствующего судьи Галиевой Р.Е.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании

дело по иску общества с ограниченной ответственностью «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» (119435, РОССИЯ, МОСКВА Г., МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ХАМОВНИКИ ВН.ТЕР.Г., МАЛАЯ ПИРОГОВСКАЯ УЛ., Д. 18, СТР. 1, ОФИС 503, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 30.01.2019, ИНН: <***>)

к ответчику: обществу с ограниченной ответственностью «СМК ГЛАВСТРОЙ» (105118, РОССИЯ, Г. МОСКВА, МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ СОКОЛИНАЯ ГОРА ВН.ТЕР.Г., БУРАКОВА УЛ., Д. 29, ЭТАЖ 3, ПОМЕЩ. 328.1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.03.2016, ИНН: <***>)

третье лицо: общество с ограниченной ответственностью «БИЗНЕС ЛАЙТБУХ» (140182, МОСКОВСКАЯ ОБЛАСТЬ, ЖУКОВСКИЙ ГОРОД, ГРИЗОДУБОВОЙ <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 07.11.2016, ИНН: <***>)

о признании Договора субподряда от 18.04.2019 № ИЛК2.2-СЗ.4-14 незаключенным, взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 8 632 899, 97 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 644 007, 43 руб.,

встречное исковое заявление о взыскании задолженности по договору от 18.04.2019 №ИЛК2.2-СЗ.4-14 в размере 4 958 763,72 руб., неустойку в размере 471 958,84 руб.,


при участии:

от истца – ФИО2 (паспорт, дов. от 29.08.2023),

от ответчика – ФИО3 (паспорт, диплом, дов. от 01.02.2023), ФИО4 (паспорт, диплом, дов. от 01.02.2023),

от третьего лица – представитель не явился, извещен.




УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «СМК ГЛАВСТРОЙ» (далее – ответчик) о признании Договора субподряда от 18.04.2019 № ИЛК2.2-СЗ.4-14 незаключенным, взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 8 632 899, 97 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 644 007, 43 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «БИЗНЕС ЛАЙТБУХ».

Наряду с изложенным обществом с ограниченной ответственностью «СМК ГЛАВСТРОЙ» заявлено встречное исковое заявление о взыскании задолженности по договору от 18.04.2019 №ИЛК2.2-СЗ.4-14 в размере 4 958 763,72 руб., неустойки в размере 471 958,84 руб.

В соответствии с требованиями ст. 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчик до принятия арбитражным судом первой инстанции судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, вправе предъявить истцу встречный иск для рассмотрения его совместно с первоначальным иском. Предъявление встречного иска осуществляется по общим правилам предъявления исков. Встречный иск принимается арбитражным судом в случае, если встречное требование направлено к зачету первоначального требования; удовлетворение встречного иска исключает полностью или в части удовлетворение первоначального иска; между встречным и первоначальным исками имеется взаимная связь и их совместное рассмотрение приведет к более быстрому и правильному рассмотрению дела.

На основании изложенного, учитывая, что требования основаны на положениях договора от 18.04.2019 № ИЛК2.2-СЗ.4-14, встречный иск принят судом к рассмотрению совместно с первоначальными исковыми требованиями.

Истец первоначальные требования поддержал, по встречным требованиям возражал.

Ответчик по первоначальным требованиям возражал, встречные требования поддержал.

Истцом было заявлено о вызове в качестве свидетеля ФИО5

Ответчик по заявленному ходатайству возражал.

В соответствии со ст. 56 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, располагающее сведениями о фактических обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела. Свидетель обязан сообщить арбитражному суду сведения по существу рассматриваемого дела, которые известны ему лично.

Вызов свидетелей является правом, а не обязанностью суда (ст. 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Необходимость в свидетельских показаниях определяется судом исходя из заявленного предмета и основания иска, представленных в материалы дела доказательств.

Суд приходит к выводу, что ходатайство о вызове свидетеля необоснованно, поскольку ФИО5 уже была допрошена в рамках дела № А40-163708/2022-151-1236, кроме того, в рассматриваемом случае одних показаний свидетелей недостаточно для опровержения иных письменных доказательств, явка свидетеля не обеспечена.

В обоснование первоначальных требований истец ссылается на следующие обстоятельства.

18.04.2019 между ООО «Комбинат промышленной отделки» и ООО «СМК Главстрой» (Субподрядчик) был заключен договор субподряда № ИЛК2.2-С3.4-14, согласно которому Субподрядчик обязался выполнить по заданию Подрядчика, собственными средствами и силами, комплекс работ в соответствии с п. 1.2. Договора (далее-Работы»), а также работы, прямо Договором не предусмотренные, но необходимые для надлежащего выполнения работ, а Подрядчик обязался принять результат Работ и оплатить его в соответствии с условиями Договора.

Работы выполняются на объекте капитального строительства по адресу: Работы выполняются на объекте капитального строительства по адресу: Московская область, городской округ Балашиха, 16-й км автодороги М7 «Волга», Блок 2, корпус 2.2.

Согласно п. 1.2. Договора, виды и объемы выполняемых Субподрядчиком работ по настоящему Договору согласуются Сторонами в Дополнительном соглашении к Договору.

Согласно п. 2.1. Договора, цена Договора включает в себя все расходы Субподрядчика, связанные с исполнением настоящего Договора и определяется в Дополнительном соглашении к настоящему Договору.

Как указывает истец, содержание Договора, а также отсутствие дополнительных соглашений, приложений, спецификаций свидетельствует о том, что договор, порождающий обязательства сторон, не был заключен. Сторонами Договора не согласованы условия об объемах, содержании, сроках выполнения работ и их стоимости. В свою очередь, ООО «КПО» по Договору перечислило на расчетный счет ООО «СМК Главстрой» аванс в размере 7 000 000 руб., а также поставило строительные материалы на сумму в размере 1 632 899,97 руб., что подтверждается платежными поручениями и универсальными передаточными документами.

Поскольку инициированный и реализованный истцом досудебный порядок урегулирования спора не принес положительного результата, истец обратился с настоящим иском в суд.

В обоснование встречных требований ответчик ссылается на следующие обстоятельства.

Между истцом и ответчиком 27.06.2019 было заключено Дополнительное соглашение № 1, согласно которому подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательство выполнить работы по отделке квартир на объекте на сумму 11 958 763,72 руб. со сроком выполнения с 27.06.2019 по 01.09.2019.

Как указывает ответчик, им было выполнено работ на сумму 11 958 763,72 руб., что подтверждается Актами по форме КС-2, Справками по форме КС-3 от 31.08.2019 № 1, Актом сверки взаимных расчетов от 10.09.2019. Указанные Акты были переданы руководителю проекта ООО «КПО» ФИО6 сопроводительным письмом от 31.08.2019.

В соответствии с п. 6.3 договора, подрядчик в течение 10 рабочих дней со дня получения документов, указанных в п. 6.2 договора обязан принять работы, либо направит субподрядчику письменный мотивированный отказ от их приемки.

Из пояснений ответчика усматривается, что каких-либо претензий от истца по качеству и объему выполненных работ не поступало. 10.09.2019 между сторонами был подписан Акт о выполнении работ и начале гарантийного срока. Работы по актам от 31.08.2019 оплачены истцом частично на сумму 7 000 000 руб., что подтверждается платежными поручениями от 25.04.2019 на сумму 2 000 000 руб., от 29.04.2019 на сумму 1 000 000 руб., от 16.05.2019 на сумму 2 000 000 руб., от 29.05.2019 на сумму 2 000 000 руб., сумма долга составляет 4 958 763,72 руб.

То есть, как указывает ответчик, договор между сторонами заключен, работы им выполнены в полном объеме.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения истца и ответчика, оценив представленные доказательства в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к вывод об отказе в удовлетворении требований в рамках первоначального иска в полном объеме и удовлетворении встречных требований на основании нижеследующего.

Истцом в ходе судебного разбирательства было заявлено о фальсификации доказательств, а именно:

Дополнительного соглашения № 1 от 27.06.2019 с Приложением № 1;

Сопроводительного письма ООО «СМК Главстрой» № 83 от 10.09.2019;

Сопроводительного письма ООО «СМК Главстрой» № 82 от 31.08.2019;

Акта о приемке выполненных работ (форма КС-2) от 31.08.2019 № 1;

Справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма КС-3) от 31.08.2019 № 1;

Акта сверки от 10.09.2019;

Акта о выполнении работ и начале гарантийного срока от 10.09.2019.

Также истцом было заявлено о фальсификации следующих документов:

Приказа № 4 от 25.06.2019 о предоставлении ФИО5 полномочий;

Доверенности от 25.06.2019 № КПО-20 от ООО «КПО» на ФИО5;

Доверенности от 01.07.2019 № КПО-26 от ООО «КПО» на ФИО6

Как указывает истец в обоснование заявлений о фальсификации указанных выше документов, согласно пояснениям ФИО7, исполнявшего в указанный период обязанности генерального директора истца, он впервые видит данные документы, ни директора по экономике и финансам ФИО5, ни руководителя проекта ФИО6 не уполномочивал подписывать и акцептовать подобные документы.

В целях проверки заявлений о фальсификации, истец просил назначить экспертизу давности спорных документов.

Представитель ООО «СМК ГЛАВСТРОЙ» указал, что оригиналы документов были представлены как вещественные доказательства при подаче заявления о совершении преступления в ОМВД России по району Южное Бутово г. Москвы. Между тем, при подаче заявления о выдаче оригиналов документов, ОМВД России по району Южное Бутово г. Москвы сообщило заявителю, что данные материалы находятся в ОД УВД по ЮЗАО ГУ МВД России по г. Москве, приобщены к материалу проверки КУСП №38819 от 15.09.2022.

Поскольку у ответчика оригиналы спорных документов отсутствовали, суд в порядке ст. 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, неоднократно направлял судебные запросы о предоставлении спорных документов.

На последний запрос от 10.07.2023 ответ не поступил.

Между тем, в производстве Арбитражного суда города Москвы находится дело № А40-163708/2022-151-1236 по иску ООО «СМК ГЛАВСТРОЙ» к ООО «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» о взыскании задолженности в размере 47 161 598 руб. 14 коп., неустойки в размере 4 227 441 руб. 52 коп. по договору № ИЛ-К1.1/с1-5. от 24.04.2018.

Судом в рамках дела № А40-163708/2022-151-1236 были исследованы Приказ № 4 от 25.06.2019 и доверенность № КПО-20 от 25.06.2019, которые впоследствии были признаны надлежащими доказательствами. Решением суда от 10.03.2023 было установлено, что указанные полномочия были изготовлены самим истцом.

Также полномочия ФИО5 подписывать от имени истца документы были признаны:

- Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2022 по делу № А40-163725/2022-80-1200, в котором был исследован Акт выполненных работ и начала гарантийных сроков, подписанный со стороны ООО «КПО» ФИО5;

- Решением Арбитражного суда города Москвы от 14.06.2022 по делу № А40-86182/2022-12-608, в котором исследовалось Письмо ООО «КПО» о продлении сроков выполнения работ по договору подписанное ФИО5;

- Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.03.2023 суда по делу №А40-163708/2022-151-1236 в котором был исследован Акт сверки и УПД на генподрядные услуги подписанные ФИО5

Указанные выше судебные акты вступили в законную силу, были оставлены без изменения судами вышестоящих инстанций.

Суд, рассмотрев заявления о фальсификации истца, отклоняет их в порядке ст.166 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду следующего.

Если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры (ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания. Назначение экспертизы относится к праву арбитражного суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

Назначение экспертизы не является единственно возможным способом проверки достоверности заявления о фальсификации доказательств.

Так, суд может предложить лицу, которое обвиняют в фальсификации доказательства, представить дополнительные доказательства, подтверждающие либо достоверность оспариваемого доказательства, либо наличие (отсутствие) фактов, в подтверждение которых представлено спорное доказательство.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 14.07.2020 № Ф05-11059/2020 по делу № А40-44413/2019; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.02.2020 № Ф05-10553/2019 по делу № А40-105425/2018.

Истцом не указано конкретное лицо, сфальсифицировавшее документы; не указано, кем сфальсифицированы доказательства, ответчиком или иными лицами, а также не доказан факт фальсификации доказательств именно ответчиком.

Также не установлено, что имело место сознательное искажение представленных доказательств, то есть в рамках данного дела не установлен прямой умысел лица, участвующего в деле, в фальсификации доказательств. Таким образом, истцом не доказан факт фальсификации.

Кроме того, судом в рамках дела № А40-163708/2022-151-1236 было установлено, что Приказ № 4 от 25.06.2019, доверенности от 25.06.2019 № КПО-20 и от 01.07.2019 № КПО-26 были получены ответчиком в качестве приложений к сопроводительным письмам от организаций-контрагентов, их руководителей, а также сотрудников компании истца, никак не связанных с ответчиком, в ответ на соответствующие запросы. Указанный факт, равно как достоверность указанных сопроводительных писем истцом не оспаривалась.

Суд, не лишен возможности оценить представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно абз. 1 п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 способ проведения проверки достоверности заявления о фальсификации определяется судом.

Истец не заявил, что оспариваемые им документы сфальсифицированы конкретным лицом, действующим от имени заинтересованного лица. Учитывая, что истец не указал конкретное лицо, действующее от имени заинтересованного лица, которое должно нести уголовную ответственность за фальсификацию доказательств у суда, с учетом положений ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации, ст. 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется оснований для проверки достоверности заявления заявителя.

Таким образом, заявление о фальсификации доказательств удовлетворению не подлежит. Оснований для назначения судебной экспертизы в целях проверки заявления ответчика о фальсификации доказательства, соответственно, также не имеется.

18.04.2019 между истцом (подрядчик) и ответчиком (субподрядчик) был заключен Договор № ИЛК2.2-СЗ.4-14, согласно которому субподрядчик обязуется выполнить по заданию подрядчика, собственными средствами и силами, без привлечения третьих лиц, комплекс работ в соответствии с п. 1.2 договора, а также работы, прямо договором не предусмотренные, но необходимые для надлежащего выполнения работ, а подрядчик обязуется принять результат работ и оплатить его в соответствии с условиями договора.

Работы выполняются на объекте капитального строительства по адресу: Московская область, городской округ Балашиха, 16-й км автодороги М7 «Волга», Блок 2 корпус 2.2».

27.06.2019 между сторонами было подписано Дополнительное соглашение №1, согласно которому подрядчик поручает, а субподрядчик принимает на себя обязательство выполнить работы по отделке объекта на сумму 11 958 763,72 руб.

В соответствии с п. 2 Дополнительного соглашения № 1 срок выполнения работ составляет – 27.06.2019 по 01.09.2019.

Из пункта 1.4 договора следует, что подрядчик осуществляет поставку материалов субподрядчику. Обязанность по поставке материалов считается исполненной в момент передачи материалов в распоряжение субподрядчика, что подтверждается подписанной полномочным представителем субподрядчика накладной или иного учетного документа, подтверждающего факт передачи материалов субподрядчику. Отношения сторон в данном случае регулируются положениями главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из представленных в материалы дела документов усматривается, что истец поставил в адрес ответчика материалы по следующим УПД:

- от 31.05.2019 № ЦБ-7 на сумму 494 834,09 руб.;

- от 30.06.2019 № ЦБ-19 на сумму 78 736,32 руб.;

- от 31.07.2019 № ЦБ-43 на сумму 1 059 319,56 руб.,

итого на сумму 1 632 899,97 руб.

Материалами дела подтверждается, что договор сторонами исполнялся.

Признание договора незаключенным в условиях, когда он фактически исполнялся, не способствует стабильности гражданского оборота и не может считаться отвечающим интересам сторон, поскольку при его исполнении разногласия относительно предмета и условий договора у сторон отсутствовали (определение Верховного суда Российской Федерации от 19.01.2023 по делу №А40-15319/2022).

В соответствии с п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 3 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст.1).

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства.

Таким образом, если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем своими действиями по исполнению договора и его принятию фактически выполнили такое условие, то стороны не вправе ссылаться на его незаключенность.

Кроме того, незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ и их результат может им использоваться, незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ («Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020).

Учитывая изложенного, суд приходит к выводу, что между сторонами заключен договор субподряда от 18.04.2019 № ИЛК2.2-СЗ.4-14 в редакции, представленной ответчиком, поскольку указанное обстоятельства не опровергнуто надлежащими доказательствами. Кроме того, истцом о фальсификации самого договора не заявлено. Печать на спорных документах также не оспорена, о выбытии ее из оборота не заявлено.

Ответчиком, в целях подтверждения выполнения им спорного объема работ, представлена в материалы дела исполнительная документация, подписанная, в том числе, Застройщиком (ООО «ГП-МО»), Истцом в лице инженера ПТО ФИО8 и ООО «СМК Главстрой».

Исполнительные схемы (чертежи) устройства межкомнатных перегородок подписаны со стороны Истца инженером ПТО ФИО8

Из показаний ФИО8 (протокол опроса № 59 от 23.03.2023) следует, что он в 2019 году работал в ООО «ФПО» и ООО «КПО» в должности инженера ПТО.

Как пояснил ответчик, Исполнительная документация по объекту корпус 2.2 была оформлена от имени ООО «ФПО» вместо ООО «КПО» по технической ошибке, поскольку в период ее подготовки происходила смена в работе юридических лиц с ООО «ФПО» на ООО «КПО». На момент, когда стало известно об ошибке, часть исполнительной документации уже была оформлена и подписана Заказчиком (в том числе Акты скрытых работ). Фактически исполнительная документация по объекту корпус 2.2, оформленная с ООО «СМК Главстрой», имеет отношение к ООО «КПО». Компании ООО «ФПО» и ООО «КПО» имеют один штат сотрудников, один офис, управляются одним и тем же лицом, имеют схожее наименование и идентичный торговый знак, контактные данные (телефон, e-mail) и т.д. Компании ООО «ФПО» и ООО «КПО» являются взаимозависимыми, аффилированными между собой лицами, что подтверждается: протоколом опроса № 341 от 28.11.2022 ФИО9 (заместитель гл.бухгатера ООО «КПО»); протоколом опроса № 59 от 23.03.2023 ФИО8 (инженера ПТО ООО «КПО»); нотариальным заявлением от 20.10.2022 ФИО5 (финансовый директор ООО «КПО»).

Истец в своих пояснениях также указывает, что спорные работы были выполнены силами самого истца, а ответчик к таким работам не приступал.

В качестве опровержения довода истца, ответчиком были представлены в материалы дела следующе документы:

- показания заместителя главного бухгалтера ООО «КПО» ФИО9 (протокол опроса № 341 от 28.11.2022);

- показания инженера ПТО ООО «КПО» ФИО8 (протокол опроса № 59 от 23.03.2023);

- показания финансового директора ООО «КПО» ФИО5 (нотариальное заявление от 20.10.2022);

- показания специалиста отдела снабжения ООО «КПО» ФИО10 (протокол опроса № 342 от 02.12.2022);

- показания ведущего экономиста ООО «КПО» ФИО11 (протокол опроса № 343 от 02.12.2022);

- показания начальника участка ООО «КПО» ФИО12 (протокол опроса от 23.01.2023, представленный Истцом);

- показания заместителя директора ООО «Техстрой» ФИО13 (нотариальное заявление от 20.10.2022),

- письмо ООО «СК СтройГарант» от 17.10.2022 (подрядчик ООО «КПО»);

- электронная переписка сторон, в которой обсуждался ход выполнения работ;

- протокол рабочей встречи от 04.07.2019 на объекте с участием Застройщика.

В материалы дела представлена электронная переписка сторон, согласно которой Ответчик 03.09.2019 направлял Истцу спорный акт выполненных работ № 1 от 31.08.2019 в адрес заместителя главного бухгалтера ООО «КПО» ФИО9 в электронном виде.

Согласно показаниям ФИО9 (протокол опроса № 341 от 28.11.2022) Истец получал от Ответчика акты № 1 от 31.08.2019 на сумму 11 958 763,72 руб. по договору № ИЛК2.2-СЗ.4-14 от 18.04.2019 в том числе по электронной почте.

Акты по форме КС-2 и 3 № 1 от 31.08.2019 на бумажном носителе были переданы руководителю проекта ООО «КПО» ФИО6, объемы выполненной работы им полностью удостоверены, что подтверждается соответствующими отметками в сопроводительном письме № 82 от 31.08.2019 и акте выполненных работ № 1 от 31.08.2019.

Согласно показаниям ФИО14 (главный специалист в области теплоснабжения и вентиляции ООО «КПО»), приведенным в протоколе опроса от 24.01.2023 г. (т. 6 л.д. 134), в обязанности ФИО6 входил контроль и подтверждение выполненных субподрядчиком работ.

В материалы дела представлен Акт выполненных работ № 1 от 31.08.2019 на сумму 11 958 763,72 руб., подписанный генеральным директором ООО «КПО» ФИО7.

Позднее на основании указанного акта Истцом был составлен Акт сверки взаимных расчетов по договору от 10.09.2019.

Экземпляр акта сверки в электронном виде был направлен заместителем главного бухгалтера ООО «КПО» ФИО9 в адрес Ответчика по электронной почте, что подтверждается:

- электронным письмом от 20.09.2019;

- показаниями заместителя главного бухгалтера ФИО9 (протокол опроса № 341 от 28.11.2022).

Объемы, цена и срок работ предусмотрены сторонами в Дополнительном соглашении № 1 к Договору № ИЛК2.2-СЗ.4-14 от 18.04.2019 в бумажной и электронной его версии.

Соглашение подписано уполномоченным сотрудником ООО «КПО» ФИО5 (директор по экономике и финансам) на основании Приказа № 4 от 25.06.2019 и доверенности № КПО-20 от 25.06.2019, которые, как было указано ранее, были исследованы в деле № А40-163708/22-151-1236 и признаны надлежащими доказательствами.

Электронная версия соглашения была направлена Истцом Ответчику электронным письмом от 18.04.2019.

Истец представил в материалы дела три Договора подряда, заключенных с Заказчиками:

- № КПО-ПЕР-2.2 от 10.04.2019, заключенный с ООО ГП-МО;

- № КПО-ОТД.2.2 от 05.07.2019, заключенный с ООО ГП-МО;

- № 68/02 от 17.02.2020, заключенный с АО ПИК-Индустрия.

Содержание таких договоров Истец трактует как доказательство невозможности Ответчика выполнить спорные работы на объекте.

В опровержение указанного довода представитель ответчика пояснил, что Акт разграничения работ датированный 2019 годом, который составлен между Истцом и ООО «Техстрой», по условиям которого строительные объекты, в том числе объект по корпусу 2.2, в 2019 году был передан от Истца новому подрядчику – ООО «Техстрой» в связи с чем ООО «КПО» утратило возможность выполнять работы на спорном объекте с момента подписания акта, то есть с 2019 года. Из представленной в материалы дела исполнительной документации (Акты скрытых работ, исполнительные схемы) следует, что Заказчиком (Застройщиком) выступает ООО «ГП-МО», работы выполнялись по проекту № 04-БЛ-ПИР/2017-Р-2.2-АР2.1. Договор № 68/02 заключен 17.02.2020 с компанией АО «ПИК-Индустрия», которая не имеет отношения к спорному объекту, и тогда, когда Истец уже не мог выполнять работы на объекте, по причине передачи его новому подрядчику (ООО «Техстрой»). ПДЦ к договору составлен 27.05.2020, а подписан 15.06.2020. Акт выполненных работ составлен за период 01–30.06.2020 и подписан 08.07.2020. Работы по Договору № КПО-ПЕР-2.2 от 10.04.2019, судя по представленным Истцом документам, были выполнены в период 01–31.01.2020 (Акт выполненных работ от 31.01.2020). Работы по Договору № КПО-ОТД.2.2 от 05.07.2019, судя по представленным Истцом документам, были выполнены в период 01–31.03.2020 (Акт выполненных работ от 31.03.2020) и касались другого проекта работ (№ 04-БЛ-ПИР/2016-Р-2.2-АР1), отношения к которому Ответчик не имел. Истец не мог выполнять работы в 2020 году, по причине передачи объекта новому подрядчику (ООО «Техстрой») в 2019 году. Согласно материалам исполнительной документации, представленной в судебное дело, межкомнатные перегородки на объекте строительства корпуса 2.2 секции 3 и 4 были полностью возведены в июле 2019 года, что подтверждено Застройщиком – ООО «ГП-МО». В 2019 году, к моменту выхода Истца с объекта строительства, Ответчиком уже были произведены отделочные работы, что в том числе подтверждается Актом разграничения, подписанным между Истцом и ООО «Техстрой».

Как пояснил ответчик, довод Истца о том, что цена за единицу измерения выполняемых работ по устройству межкомнатных перегородок, указанная Ответчиком в размере 1 409,34 руб., превышает установленную для него Заказчиком в размере 806,77 руб. в Договоре № 68/02 от 17.02.2020 не имеет отношения к спору.

Согласно Приложению № 1 (ПДЦ) к Договору № КП.2.2-2.3 от 15.03.2019 цена за единицу общестроительных работ в квартирах составляет 2 542,37 руб., то есть превышает стоимость (1 409,34 руб.), установленную Истцом для Ответчика за единицу измерения.

Работы по штукатурке стен относятся к категории отделочных работ выполняемых после возведения межкомнатных перегородок в квартирах, а заключенные между Истцом и Заказчиком договоры (№ КПО-ПЕР-2.2 от 10.04.2019, №68/02 от 17.02.2020) предусматривают выполнение работ только по возведению перегородок.

Выполнение данного вида работ (штукатурка стен) предусмотрено Договором № КП.2.2-2.3 от 15.03.2019 заключенным между ООО «ГП-МО» и ООО «КПО» (Истцом), речь в котором идет о выполнении отделочных работ в квартирах в объеме 27 407,80 м2 на сумму 69 680 768,49 руб.

Акт разграничения работ, подписанный в 2019 году между Истцом и ООО «Техстрой», содержит указание на выполнение работ по выравниванию поверхностей в квартирах, что соответствует штукатурке стен.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что требование истца в рамках первоначального иска о признании Договора субподряда от 18.04.2019 №ИЛК2.2-СЗ.4-14 незаключенным, взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 8 632 899, 97 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 644 007, 43 руб., удовлетворению не подлежит, поскольку ответчиком представлены доказательства выполнения им работ и наличие задолженности по оплате выполненных работ на сумму 4 958 763,72 руб., суд считает, что факт выполнения спорных работ и их сдачи в установленном договором порядке ответчиком не доказан, в связи с чем суд признает заявленные встречные требования подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Поскольку со стороны истца имеется просрочка в оплате выполненных ответчиком работ, на его стороне возникло право на взыскание неустойки.

В соответствии с п. 8.8 договора, за нарушение подрядчиком сроков оплаты выполненных работ предусмотрена неустойка в размере 0,01% за каждый день просрочки, но не более 10% от суммы просроченного платежа.

Неустойка на сумму долга 4 360 825,54 руб. за вычетом 5% обеспечительного платежа (597 938,18 руб.) ограничена 10% и составляет 436 082,55 руб.

Неустойка на сумму обеспечительного платежа в размере 60% от него (358 762,91 руб.) ограничена 10% и составляет 35 876,29 руб.

Итого ответчиком заявлена ко взысканию неустойка на сумму 471 958,84 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе неустойкой (штрафом, пеней), которой, согласно пункту 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Учитывая, что материалами дела был установлен факт просрочки истцом оплаты работ, то суд пришел к выводу об удовлетворении пени. Представленный истцом расчет проверен, методологически и арифметически выполнен верно. О применении ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не заявлено, контррасчет не представлен.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

В силу пункта 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пенями) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

В соответствии с пунктами 73, 74, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 7 от 24.03.2016 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ч. 1 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О, суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Критериями для установления несоразмерности подлежащей уплате неустойки последствиям нарушения обязательства в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательства, длительность неисполнения обязательства и другие обстоятельства. При этом суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела. Таким образом, понятие несоразмерности носит оценочный характер.

В связи с отсутствием доказательств явной несоразмерности размера неустойки последствиям нарушения обязательства, суд не усматривает оснований для применения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обязательства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Судебные расходы распределяются судом в соответствии с положениями ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, на основании ст. ст. 309, 310, 702,711, Гражданского кодекса Российской Федерации и руководствуясь ст. ст. 110, 167 - 170, 180-181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявлений ООО «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» о фальсификации доказательств в порядке ст. 161 АПК РФ, ходатайств о назначении экспертизы в порядке ст. 82 АПК РФ отказать.

В удовлетворении первоначального иска отказать.

Взыскать с ООО «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» (ИНН: <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в размере 74 385 руб.

Взыскать по встречному иску с ООО «КОМБИНАТ ПРОМЫШЛЕННОЙ ОТДЕЛКИ» (ОГРН <***>) в пользу ООО «СМК ГЛАВСТРОЙ» (ОГРН <***>) задолженность в размере 4 958 763,72 руб., неустойку в размере 471 958,84 руб.

Взыскать с ООО «СМК ГЛАВСТРОЙ» (ОГРН <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в размере 50 154 руб.


Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья

Р.Е. Галиева