Постановление от 21 июля 2025 г. по делу № А56-38660/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


22 июля 2025 года

Дело №

А56-38660/2023/з.1


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Герасимовой Е.А., судей Александровой Е.Н., ФИО1,

при участии ФИО2 (паспорт),

рассмотрев 21.07.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 по обособленному спору № А56-38660/2023/з.1,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 06.06.2023 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 в отношении общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Оптимаудит», адрес: 188641, Ленинградская обл., <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением суда первой инстанции от 10.03.2024 произведено процессуальное правопреемство заявителя ФИО3 в деле о несостоятельности (банкротстве) должника ООО «Оптимаудит» на правопреемника индивидуального предпринимателя ФИО4.

Решением суда первой инстанции от 10.06.2024 должник признан несостоятельным (банкротом), в его отношении открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО5, признано обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Оптимаудит» требование ФИО4 в размере                                  5 388 128 руб.  94 коп., в том числе 2 903 061 руб. 74 коп. основного долга по аренде и 2 485 067 руб. 20 коп. пеней, расходов на оплату государственной пошлины и судебной экспертизы.

Кредитор ФИО2 02.10.2024 обратился в суд первой инстанции с заявлением о субординации требования ФИО4

Определением суда первой инстанции от 27.12.2024, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 27.12.2024 и постановление от 11.04.2025, направить дело в суде первой инстанции на новое рассмотрение.

По мнению подателя жалобы:

- заявитель представил достаточную совокупность доказательств аффилированности ФИО4 с должником, поэтому бремя опровержения данного обстоятельства следовало возложить на нее в соответствии с правовой позицией, выраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2019                                        № 305-ЭС18-17629;  

- сохранение ФИО3 контроля за должником после 23.05.2016 подтверждено показаниями, в том числе ее самой, признанными достоверными и положенными в основу приговора Пресненского районного суда города Москвы от 27.04.2022 по уголовному делу № 1-006/22;

- суды неправомерно приняли в качестве доказательства не соответствующий пунктам 5 и 6 приказа Министерства Финансов России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов» финансовый анализ и расчет чистых активов должника, не учитывающий арендные обязательства перед ФИО3 Результаты данной оценки не подтверждают отсутствие имущественного кризиса в 2017-2019 годах, особенно с учетом факта присвоения в указанный период ФИО3 40 755 000 руб., причитавшихся должнику в качестве оплаты за юридические услуги, оказанные третьим лицам юристами, работающими у должника, что усугубило финансовое положение последнего и способствовало его имущественному кризису.

В отзыве ФИО4 просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В заседании Арбитражного суда Северо-Западного округа ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы.

Информация о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы опубликована на официальном сайте Арбитражного суда Северо-Западного округа, а также в информационной системе «Картотека арбитражных дел».

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее –               АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 06.06.2023 по заявлению ФИО3, права требования которой подтверждены вступившими в законную силу судебными актами о взыскании задолженности по договорам аренды, вынесенными в рамках дел № А40-11714/20-180-89 и А40-303638/19-176-2386, и, как установлено в ходе рассмотрения обоснованности заявления, были переданы ФИО4 на основании соглашения об уступке от 07.04.2023, то есть ранее обращения цедента в суд с заявлением.

Установив, что права требования подтверждены вступившими в законную силу судебными актами и процессуальная замена в рамках дел, по которым они вынесены, произведена на цессионария, определением от 10.03.2024 суд первой инстанции произвел замену заявителя на ФИО4

Решением от 10.06.2024 ее права требования признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника на 5 388 128 руб. 94 коп., в том числе 2 903 061 руб. 74 коп. основного долга и 2 485 067 руб. 20 коп. пеней, расходов на оплату государственной пошлины и судебной экспертизы.

ФИО2, требование которого определением суда от 20.09.2024 также включено в реестр, просил субординировать требование ФИО4 как внешне независимого, но фактически аффилированного с должником лица, поскольку на стадии исполнения обязательств из договоров аренды ее правопредшественник (ФИО3) предоставила должнику компенсационное финансирование в виде длительного невостребования долгов, в том числе досудебного, то есть фактически предоставила отсрочку исполнения обязательств в ситуации имущественного кризиса должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды установили недоказанность как аффилированности ФИО4 с должником, в том числе через ФИО3, так и контролирующего статуса последней после прекращения ее трудовой деятельности в обществе, более того, суды установили, что имущественный кризис у должника возник не ранее 2021 года, что в данном случае исключало применение института субординации. 

Проверив законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как правильно указали суды, действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об отказе во включении в реестр требований кредиторов либо понижении очередности их удовлетворения для аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

Вместе с тем в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица.

В пунктах 1, 2, 3 и 7 Обзора от 29.01.2020 отражено, что на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

Если данное бремя выполнено, то очередность удовлетворения требования кредитора не может быть понижена лишь на том основании, что он относится к числу аффилированных с должником лиц, в том числе его контролирующих.

Требование контролирующего должника лица подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому предоставлено должнику в ситуации имущественного кризиса (компенсационное финансирование).

Одной из его форм является невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он был предоставлен. Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Финансирование может выражаться и в предоставлении контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа по договору аренды – в обход общего правила о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации). В случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. В качестве возражений последнее вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Действия, направленные на необоснованное повышение очередности удовлетворения требования, эту очередность не изменяют, поэтому уступка контролирующим должника лицом требования внешне независимому кредитору не изменяет очередность его удовлетворения, не препятствует установлению условий для субординации.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО3 являлась участником должника с долей 49% и была трудоустроена в должности заместителя генерального директора ФИО6 в период с 03.12.2013 по 23.05.2016.

ФИО3 (арендодатель) по договору аренды от 11.05.2016 № 8 в тот же день по акту приема-передачи передала должнику (арендатору) во временное владение и пользование часть нежилого помещения, расположенного по адресу: 129626, Москва, пр. Мира, д. 102, к. 1, комната 2, арендуемая площадь 23 кв. м. Арендная плата вносится ежемесячно за текущий период не позднее 5-го числа каждого месяца в размере 100 000 руб.

Должник не исполнил денежные обязательства с момента заключения договора, в связи с чем долг по арендной плате за период с 11.05.2016 по 31.05.2018 составил 2 450 000 руб.

Затем стороны заключили новый договор аренды от 01.06.2018 № 9, арендная плата по которому не начислялась.

Отсутствие ответа на претензию арендодателя от 30.10.2019 послужило основанием для обращения кредитора в суд с иском.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15.04.2022 по делу № А40-11714/20-180-89 иск удовлетворен частично: с должника в пользу ФИО3 взыскано 4 894 050 руб. задолженности по договору аренды от 11.05.2016 № 8, в том числе 2 450 000 руб. основного долга за период с 11.05.2016 по 31.01.2020, 2 444 050 руб. пеней за период с 11.05.2016 по 31.01.2020, с их последующим начислением на сумму долга исходя из ставки 0,1% за каждый день просрочки с 01.02.2020 по дату фактической оплаты, а также 71 911 руб. в возмещение судебных расходов на оплату государственной пошлины и 114 499 руб. 20 коп. на оплату судебной экспертизы.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.09.2022 решение от 15.04.2022 изменено с исключением из периода взыскания пеней с 01.02.2020 по дату фактической оплаты долга периода действия моратория, введенного с 01.04.2022 на 6 месяцев постановлением Правительства Российской Федерации от 28.03.2022 № 497 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами».

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2021 отменено решение Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2020 по делу № А40-303638/19-176-2386, суд произвел зачет исковых и встречных исковых требований должника и ФИО3 соответственно, в результате которого с должника в пользу ФИО3 взыскано 290 361 руб. 74 коп. задолженности по договору аренды от 01.08.2018 № 9 и 17 307 руб. в возмещение судебных расходов на уплату государственной пошлины.

По соглашению от 07.04.2023 ФИО3 (цедент) в лице представителя по доверенности ФИО7 уступила подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами права требования ФИО4 (цессионарию).

Вступившими в законную силу определениями суда от 13.07.2023 по делу № А40-303638/2019 и от 04.10.2023 по делу № А40-11714/2020 ФИО3 в порядке процессуального правопреемства заменена на ФИО4

Определением от 10.03.2024 по настоящему делу кредитор-заявитель по делу о несостоятельности (банкротстве) должника заменена на ФИО4

По мнению ФИО2, формой компенсационного финансирования являлось невостребование контролирующим должника лицом ФИО3 задолженности по договорам аренды, для предотвращения субординации в отношении которой права требования уступлены ФИО4, которая аффилирована с должником через ФИО3 и входит в одну группу аффилированных с должником лиц, включая супруга ФИО3 –ФИО7, подписавшего от ее имени договор уступки, и другого ее представителя, мужа ФИО4 – Чукова Дмитрия Андреевича.

Требования первоначального кредитора основаны на договорах аренды и подтверждены вступившими в законную силу судебными актами, что при этом не препятствует суду оценить правоотношения сторон на предмет мнимости.

В пунктах 27 и 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования.

Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.

Требования кредиторов, подтвержденные вступившими в законную силу судебными актами, подлежат включению в реестр с определением очередности удовлетворения таких требований без дополнительной проверки их обоснованности. В то же время с учетом пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, оценивает по существу доводы возражающих лиц об отсутствии долга, если суд по другому спору не устанавливал и не исследовал обстоятельства, на которые ссылаются возражающие лица (например, в связи с признанием иска должником) и которые имеют существенное значение для формирования реестра требований кредиторов в деле о банкротстве (части 2 и 3 статьи 69  АПК РФ).

В судебных актах по делам № А40-303638/2019 и А40-11714/2020 установлено, что обязательства по договорам аренды сторонами исполнялись. В частности, должник в период с 01.06.2018 по 31.07.2019 нес бремя расходов и оплачивал коммунальные и эксплуатационные платежи за офис.

Согласно статье 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении обособленного спора данные обстоятельства под сомнения не поставлены и не оспорены. Невнесение арендной платы на протяжении длительного периода, в том числе, начиная с даты заключения первого договора аренды, а также фактическая пролонгация сторонами соглашения в условиях уже сформированной, но не погашенной задолженности за прежние периоды о мнимости договоров не свидетельствует, поскольку стороны свободны в принятии решения о вступлении в договор и определении его условий. Более того, заявитель подтвердил, что должник произвел частичное исполнение арендного обязательства перед ФИО3 по платежному поручению от 25.06.2019 № 173 на сумму 1 100 000 руб.

Судами установлено, что генеральный директор должника оспаривал договор уступки требований в пользу ФИО4

Сведения о признании договора недействительной сделкой отсутствуют.

Таким образом, суды верно исходили из отсутствия у договоров аренды, как и у договора уступки, признаков мнимости.

По пунктам 2, 3 и 7 Обзора от 29.01.2020 в предмет доказывания по заявлению ФИО2 входили подконтрольность должника ФИО3 при невостребовании ею задолженности по аренде и наличие у должника в данный период имущественного кризиса.

Выпиской из единого государственного реестра юридических лиц и документами, полученными из межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Ленинградской области, подтверждено, что 23.05.2016 ФИО3 вышла из состава участников и прекратила трудовую деятельность в должнике.

При рассмотрении уголовного дела № 1-006/22 ФИО3 и ФИО6 дали показания относительно фактического руководства деятельностью должника, в том числе после увольнения ее из должника, однако суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении настоящего обособленного спора посчитали, что этого недостаточно для подтверждения подконтрольности должника ФИО3 и подошли к показаниям критически ввиду наличия между указанными лицами разногласий.

Как указал заявитель, отраженные в приговоре Пресненского районного суда города Москвы от 27.04.2022 по уголовному делу № 1-006/22 показания ФИО3 о том, что в 2017-2019 годах она была партнером должника, решала текущие вопросы, а совладелец приезжал для решения локальных задач (страница 12 приговора) и показания ФИО6 относительно приобретения ею 49% долей в обществе и фактического партнерства, выхода из состава участников и перехода фактического управления сотрудниками к ФИО3, с которой у него в 2019 году начались разногласия, а также похищения в преддверии обыска по уголовному делу всех документов, касающихся финансово-хозяйственной деятельности должника (страницы 16-17 приговора), которые уголовный суд в совокупности с другими показаниями, включая данные иным работником должника на странице 51 приговора, признал достоверными (страница 46 приговора), в силу части 4 статьи 69 АПК РФ являлись обязательными для арбитражного суда и не подлежали переоценке.

Кассационная коллегия отмечает, что и показания, и вывод уголовного суда об их достоверности касается оценки доказательств и не является установлением юридического факта, который может иметь преюдициальное значение для разрешения последующих споров, поэтому показания, данные ФИО3, ФИО6 и иными лицами по уголовному делу и имеющие отношение к руководству должником, будучи доказательствами, подлежали учету, но не являлись обязательными для судов, ввиду чего нарушений части 4 статьи 69 АПК РФ не усматривается.

Довод подателя жалобы о необходимости учета правовой позиции, которая выражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2019 № 305-ЭС18-17629, подлежит отклонению, поскольку данный судебный акт касается ситуаций, при которых кредитор, требование которого включено в реестр, входит с должником в одну группу лиц, контролируемых конечным бенефициаром.

Однако довод о наличии у должника конечного бенефициара в лице ФИО3, управляющей какой-либо группой лиц, в которую входит должник, не подтвержден надлежащими доказательствами. Вышеуказанных показаний по уголовному делу, как установили суды, для подобного вывода недостаточно, а ее действия, признанные приговором виновными и противоправными, не были связаны с деятельностью должника. Ссылка ФИО2 на то, что договор уступки заключен ФИО3 с привлечением ее супруга в качестве представителя и уступка совершена в отношении супруги адвоката Чукова Дмитрия Андреевича, представлявшего ее интересы в уголовном и банкротном деле, также не подтверждает юридические значимые обстоятельства.

Ссылаясь на аффилированность между ФИО3, ее супругом и Чуковыми, заявитель не приводит, как эта связь соотносится с деятельностью должника, в том числе влияет на управление им, с учетом того, что                     ФИО7, Чуков Д.А. и ФИО4 участниками либо работниками должника не являлись.

Даже если бы аффилированность между ФИО3 и должником в той или иной форме была бы подтверждена, этого обстоятельства недостаточно для субординации требований цессионария, поскольку согласно пункту 3 Обзора от 29.01.2020 именно наличие имущественного кризиса является определяющим для целей квалификации финансирования как компенсационного.

Как указал конкурсный управляющий, при проведении в процедуре конкурсного производства анализа финансового состояния должника и составлении заключения о признаках преднамеренного/фиктивного банкротства установлено, что в период с 2017 по 2019 годы величина чистых активов должника носила положительный характер; согласно отчету о финансовом состоянии наблюдалась положительная динамика выручки и чистой прибыли; показатели коэффициентов платежеспособности и финансовой устойчивости показали, что на предприятии в указанный период наблюдался рост независимости от заемных средств, компания успешно распоряжалась  собственными средствами, оставалась платежеспособной и финансово стабильной, а кризис наступил в 2021 году и уже по состоянию на 31.12.2021 должник обладал признаками неплатежеспособности.

Доводы и оценка хозяйственной деятельности конкурсным управляющим заявителем не опровергнуты, его собственный расчет соотношения активов и пассивов должника сам по себе не ставит под сомнение правильность методики расчета, выполненного управляющим, являющего специалистом, в том числе в области экономики, соответствующие заключения и отчеты которого не оспорены, действия незаконными не признаны, в свою очередь ходатайства о проведении экспертизы для подтверждения представленного заявителем и опровержения уже имеющегося расчета не заявлено, собственного заключения в отношении признаков неплатежеспособности не представлено. 

При таких условиях следует признать верным вывод судов о том, что на дату заключения договоров аренды (2016 и 2018 годы) и период невнесения арендной платы (с 2016 года по дату направления претензии 30.10.2019) у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности. То есть является неподтвержденным довод заявителя о том, что предоставление имущества в аренду и невостребование ФИО3 арендной платы осуществлено в период имущественного кризиса и являлось компенсационным финансированием.  

Довод о том, что ФИО3 присвоила выручку должника в размере 40 755 000 руб., подлежит отклонению как не относящийся к предмету рассмотрения вопроса о субординации требования.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены правильно, все доказательства исследованы и оценены в соответствии со статьей 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется в силу статьи 286 АПК РФ.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 АПК РФ), не допущено.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 27.12.2024 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.04.2025 по обособленному спору № А56-38660/2023/з.1 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.


Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи


Е.Н. Александрова

ФИО1