Постановление от 14 марта 2024 г. по делу № А14-15816/2018

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А14-15816/2018
город Воронеж
14 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 04 марта 2024 года Постановление в полном объеме изготовлено 14 марта 2024 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Ботвинникова В.В.,

судей Безбородова Е.А., Ореховой Т.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ПАО «ТНС энерго Воронеж»: ФИО2, представитель по доверенности № 11-06/1509 от 01.06.2023, паспорт гражданина РФ,

от конкурсного управляющего ООО «Энергия» ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 04.12.2023, паспорт гражданина РФ,

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности № 36 АВ 3898755 от 26.10.2022, удостоверение,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании посредством использования систем веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) апелляционные жалобы ПАО «ТНС энерго Воронеж», конкурсного управляющего ООО «Энергия» ФИО3 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 28.12.2023 по делу № А14-15816/2018 по заявлению конкурсного управляющего ООО «Энергия» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Энергия» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Воронежской области от 06.08.2018 заявление ПАО «ТНС энерго Воронеж» (далее - ПАО «ТНС энерго Воронеж», заявитель) о признании общества с ограниченной ответственностью «Энергия» (далее - ООО «Энергия», должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 30.10.2018 требования ПАО «ТНС энерго Воронеж» признаны обоснованными, в отношении ООО «Энергия» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3, из числа арбитражных управляющих НП «Центр финансового оздоровления предприятий агропромышленного комплекса». Сообщение о введении в отношении ООО «Энергия» процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 212 от 17.11.2018 (9010009300).

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 18.04.2019 ООО «Энергия» признано несостоятельным (банкротом), введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3. Сообщение о введении процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «КоммерсантЪ» № 76 от 27.04.2019.

Конкурсный управляющий ООО «Энергия» ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 (далее - ФИО7, ответчик) с ходатайством о приостановлении производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Впоследствии заявитель уточнил заявленные требования, просил привлечь ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 75 161 278,65 руб. Суд принял указанные уточнения с учетом положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 28.12.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с данным определением, конкурсный управляющий ООО «Энергия» ФИО3 обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в части отказа в привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании ООО «Энергия» несостоятельным (банкротом) и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления о привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 33 693 183, 50 руб. АО «ТНС энерго Воронеж» также обратилось в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований полностью.

В судебном заседании представитель ПАО «ТНС энерго Воронеж» поддержали доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель конкурсного управляющего ООО «Энергия» ФИО3 поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель ФИО5 против доводов апелляционных жалоб возражал, считая обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, по основаниям, указанным в отзыве на апелляционную жалобу.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционные жалобы рассматривались в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзыва на апелляционную жалобу, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения судебного акта.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной

(дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

В обоснование требований заявитель ссылался на то, что ФИО7 с момента регистрации общества по настоящее время является единственным учредителем должника, кроме того, до даты признания должника банкротом ответчик являлся директором должника.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в ред. действовавшей в спорный период), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Контролирующее должника лицо не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника банкротом отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Аналогичные положения закреплены также и в действующей редакции Закона о банкротстве, в частности, согласно пунктам 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия такого лица, в том числе, в случае, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона № 127-ФЗ презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных

сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона № 127-ФЗ. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Из вышеуказанных разъяснений следует, что для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию совершения (одобрения) им сделок должника является не только сам факт недействительности сделки, но и, прежде всего, ее убыточность и существенная значимость в хозяйственной деятельности должника - что означает, что в масштабе деятельности и оборотов общества сознательное совершение директором такой сделки (или последовательности сделок) неминуемо повлечет необратимые финансовые последствия и банкротство должника.

Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на заявителе, обратившемся суд с требованием о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики № 2 (2016), утвержденного 06.07.2016 Президиумом Верховного Суда РФ, субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает лишь тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Однако, факт совершения сделки, в том числе сделки, приведшей к негативным экономическим последствиям, сам по себе не является безусловным основанием для привлечения бывшего руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку необходимо доказать совокупность условий для ее наступления.

Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на ответчиков обязанности нести названную ответственность по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Потому для привлечения названных лиц к субсидиарной ответственности необходимо доказать наличие в их действиях противоправности и виновности, а также наличие непосредственной причинно-следственной связи между соответствующими виновными, противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

Суд первой инстанции, проанализировав и оценив оспоренные конкурсным управляющим в рамках настоящего дела сделки должника по возврату займов в пользу заинтересованного лица - ФИО7 при наличии неисполненных обязательств перед ПАО «ТНС энерго Воронеж» (определения Арбитражного суда Воронежской области от 28.05.2020 по делу № А14-15816/2018), правомерно пришел к выводу о том, что указанные сделки не привели к объективному банкротству должника. Так, применяя последствия недействительности сделок, суд взыскал с ФИО7 в пользу ООО «Энергия» денежные средства на общую сумму 4 041 087 руб., при этом реестровая задолженность составляет более 35 млн. руб., совокупная более 75 млн. руб., что не позволяет суду сделать вывод о том, что данные сделки привели к банкротству ООО «Энергия», в связи с чем не могут служить основанием для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционные жалобы ПАО «ТНС энерго Воронеж» и конкурсного управляющего ООО «Энергия» не содержат доводов относительно несогласия с вышеуказанными выводами суда первой инстанции.

Пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрено, что нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых

настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12. Закона о банкротстве (в ред. действующей в настоящее время) неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на выводы суда при рассмотрении требований о признании сделок недействительными и наличие признаков неплатежеспособности должника 01.07.2017, на обязанность ответчика обратиться в суд 01.08.2017, 13.11.2017. При этом, считает доводы ФИО7 в части того, что должник являлся субъектом естественных монополий, не имеющими значения, исходя из того, что ответчиком не зависимо от статуса общества соответствующее заявление должно было быть подано.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц основным видом деятельности ООО «Энергия» является производство электроэнергии, дополнительным видом деятельности является, помимо прочего, передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям.

Должником фактически оказывались услуги по передаче электроэнергии в ряд районов Воронежской области. Приказом от 06.08.2009 ООО «Энергия» включено в реестр субъектов естественных монополий. Соответствующими приказами ООО «Энергия» устанавливались тарифы.

В судебных заседаниях представитель ФИО7 указывал на то, что общество фактически являлось субъектом естественной монополии, специфика оказываемых услуг не позволяла прекратить деятельность. Кроме того, ответчиком с момента существенного возрастания потерь в электрических сетях предпринимались меры по восстановлению нормальной деятельности должника, реализации инвестиционной программы, увеличению тарифов и т.п.

Как верно указал суд первой инстанции, наличие у должника формальных признаков банкротства не является достаточным основанием для вывода о возложении на руководителя должника и участника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО «Энергия». При этом банкротство должника было обусловлено объективными причинами, не зависящими от ответчика.

В материалы дела не представлены безусловные доказательства того, что ответчик своими действиями способствовал доведению должника до неспособности удовлетворить требования кредиторов, либо принимал какие-либо организационные решения, не отвечающие принципам разумности и добросовестности (статьи 9, 65 АПК РФ).

Таким образом, суд первой инстанции правомерно указал, что заявление конкурсного управляющего в части привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества в связи с неподачей заявления о банкротстве не подлежит удовлетворению.

На основании изложенного, суд первой инстанции, исследовав и оценив совокупность представленных в материалы дела доказательств в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Доводы апелляционных жалоб сводятся к переоценке выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Энергия» по причине не обращения в суд с заявлением о банкротстве должника после появления признаков неплатежеспособности с 01.07.2017.

Отклоняя доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия соглашается с вышеназванными выводами суда первой инстанции, полагает, что с учетом специфики деятельности ООО «Энергия» и того, что последнее являлось субъектом естественной монополии, наличие у должника формальных признаков банкротства не являлось достаточным основанием для обращения ФИО7 в суд с заявлением о банкротстве ООО «Энергия», в том числе с учетом предпринимаемых ФИО7 действий по выходу из кризисной ситуации, восстановлению нормальной деятельности должника, реализации инвестиционной программы, увеличению тарифов и т.п.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» отмечено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом

пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как следует из пояснений ФИО7, представленных в суд апелляционной инстанции, ООО «Энергия» достаточно продолжительный период времени функционировало в отсутствие признаков неплатежеспособности (более 10 лет). Возникшие признаки неплатежеспособности появились по объективным причинам в связи с существенным возрастанием потерь в электрических сетях, которое в свою очередь возникло в связи с перепадами напряжения из-за строительства новой ветки железной дороги и возрастания нагрузки на электрические мощности. Так, в 2017-2018 годы в ООО «Энергия» существенно возросли коммерческие потери при передаче электрической энергии. Данная проблема возникла из-за следующих факторов:

- строительство железнодорожной линии «Журавка-Миллерово» по тяговой подстанции «Журавка» производилась реконструкция устройств электроснабжения, от которой запитана ТП 35/10 «Кантемировка». После вывода на реконструкцию одного трансформатора тяговой подстанции ЭЧЭ- 6 Журавка, питавшего ТП 35/10 «Кантемировка» качество электрической энергии резко ухудшилось, скачки напряжения резко увеличились, потому что снабжение ТП «Кантемировка» осуществляется от трансформатора, который питает контактную сеть железной дороги и ТП «Кантемировка» (в материалах дела имеется справка от 22.05.2017 Филиала ОАО «РЖД» Трансэнерго Юго-Восточной дирекции по энергообеспечению структурное подразделение Россошанской дистанции электроснабжения, подтверждающая указанные обстоятельства).

- изношенность электрических сетей.

Электрические сети, по которым осуществляется передача электроэнергии, пришли в неудовлетворительное состояние. Так часть линий была построена еще в 60-х годах, изношенность линий составляла более 90%. Для ремонта электрических сетей требовалась существенная сумма - более 20 млн. рублей.

Увеличение потерь в 2017 году на 13 137 410 руб. подтверждается письмом Департамента жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области от 16.07.2018 на стр. 3, которого содержится указание на причину возросших потерь технические и коммерческие потери.

Независящая от ООО «Энергия» неблагоприятная ситуации подтверждается и письмом Администрации Кантемировского муниципального района Воронежской области от 25.12.2017 Заместителю председателя правительства Воронежской области.

В связи с изложенными обстоятельствами, с целью ремонта сетей, а также увеличения тарифов на поставку электроэнергии для расчета с Поставщиком, руководителем должника ФИО7 были осуществлены многочисленные обращения в государственные органы, в частности: Губернатору Воронежской области (письмо от 05.10.2017); Руководителю Управления по государственному регулированию тарифов; Заместителю руководителя департамента жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области ФИО8; Первому заместителю руководителя аппарата Губернатора и Правительства Воронежской области; Главе Кантемировского района Воронежской области; Начальнику Россошанской дистанции электроснабжения (письмо от 10.01.2018) с просьбой о подаче электрической энергии напряжением более 35 кВ. чтобы на отводящих фидерах ПС 35/10 «Кантемировка» напряжение было в пределах 10.4-10.5 кВ.

Также в 2018 году ООО «Энергия» было заявлено о внесении изменений в инвестиционную программу ООО «Энергия» на 2018-2019 годы (Приказ Департамента жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области № 183 от 20.09.2018).

В результате проведенной ФИО7 работы за 2017-2018 годы был увеличен тариф на 2019 год на поставку электроэнергии, увеличивающий выручку ООО «Энергия».

Руководством ООО «Энергия» был осуществлен переход на иную систему налогообложения.

Таким образом, невозможность рассчитаться с кредиторами имела объективные, не зависящие от руководства ООО «Энергия» причины.

При этом, несмотря на существенное возрастание потерь, ООО «Энергия» удалось не допустить возникновения задолженности перед работниками организации, множеством иных кредиторов, задолженности по оплате налогов и обязательных платежей.

В настоящее время реестр требований кредиторов ООО «Энергия» состоит, в основном, из задолженности перед ПАО ТНС Энерго Воронеж.

В пояснениях ФИО7 ссылается на поступившее в материалы дела экспертное заключение ООО «Светла-Аудит», согласно которому:

-ООО «Энергия» не могло прекратить фактическую деятельность в 2017 году, так как являясь субъектом естественных монополий по Приказу ФСТ России от 06.08.2009 № 308-э в соответствии с законодательством о естественных монополиях, подлежит государственному регулированию и контролю, то есть за предприятием закреплены потребители по получению электроэнергии;

-прекращение деятельности в период с 11.10.2017 по 31.07.2018 привело бы к нарастанию убытка;

-увеличение тарифа ООО «Энергия» на передачу электроэнергии в 2019 году должно было повлиять на рост выручки - увеличение доходов.

Таким образом, по мнению ФИО7, экспертным заключением подтверждается тот факт, что его действия в спорный период времени привели к улучшению финансового состояния Общества.

Кроме того, само по себе наличие задолженности перед ПАО «ТНС энерго Воронеж» не являлось очевидным признаком банкротства организации, учитывая финансово-экономическое состояние ООО «Энергия», а именно наличие имущества и выручки у организации.

Так, исходя из данных бухгалтерского баланса у ООО «Энергия» только основных средств на балансе находилось на сумму 10 743 000 руб., дебиторская задолженность составляла 13 333 000 руб., таким образом, формирование задолженности в размере 4 миллиона рублей перед ПАО «ТНС энерго Воронеж» не свидетельствовало о наличии признаков несостоятельности в ООО «Энергия».

С учетом того, что в суд апелляционной инстанции не были представлены бесспорные доказательства, опровергающие выводы суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, у судебной коллегии отсутствуют основания для сомнений в выводах суда первой инстанции, сделанных на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств и пояснений лиц, участвующих в деле. Каких-либо убедительных причин ставить под сомнение выводы суда первой инстанции не имеется. Нормы материального и процессуального права применены судом правильно.

Доводы заявителя апелляционной жалобы по существу не опровергают выводов суда первой инстанции, а выражают лишь несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта. Выводы суда первой инстанции мотивированы, последовательны, основаны на получивших надлежащую правовую оценку суда доказательствах и исследованных судом обстоятельствах, при правильном применении судом норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу пункта 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

С учетом изложенного, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены определения суда не имеется.

Руководствуясь статьями 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Воронежской области от 28.12.2023 по делу № А14-15816/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального

округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья В.В. Ботвинников

Судьи Е.А. Безбородов

Т.И. Орехова