Постановление от 16 июля 2020 г. по делу № А40-102913/2016

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-19914/2020

Дело № А40-102913/16
г. Москва
16 июля 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 июля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июля 2020 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л.Головачевой,

судей А.А.Комарова, Д.Г.Вигдорчика,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 28.02.2020по делу № А40-102913/16, вынесенное судьей А.А. Петрушиной, в части признания недействительными сделки, оформленные в виде договоров займа от 17.01.2011 № 43, 18.02.2011 № 44, от 04.03.2011 № 45, от 31.03.2011 № 46, от 08.08.2011 № 47, от 30.09.2011 № 48, от 18.11.2011 № 49, от 10.07.2012 № 50, заключенных между ФИО2 и ООО «Кира Пластинина Стиль»в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Кира Пластинина Стиль»,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 15.03.2019 б/н,

от УФНС России по г.Москве: ФИО4 по доверенности от 12.09.2019 №22-13/575, ФИО5 по доверенности от 12.09.2019 №22-13/639,



У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2017 г. по настоящему делу ООО «Кира Пластинина Стиль» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО6, соответствующие сведения опубликованы 15.04.2017 г. в газете «КоммерсантЪ» № 66.

В судебном заседании подлежало рассмотрению заявление УФНС России по г. Москве о признании недействительными сделки, оформленные в виде договоров займа от 17.01.2011 № 43, 18.02.2011 № 44, от 04.03.2011 № 45, от 31.03.2011 № 46, от 08.08.2011 № 47, от 30.09.2011 № 48, от 18.11.2011 № 49, от 10.07.2012 № 50, заключенных между ФИО2 и ООО «Кира Пластинина Стиль», а также об исключении из третьей очереди реестра кредиторов ООО «Кира Пластинина Стиль» требований ФИО2 в размере 1 657 041 116 руб., включенных на основании определения Арбитражного суда г. Москвы от 02.03.2017.

Определением Арбитражного суда города от 28.02.2020 года суд признал недействительными сделки, оформленные в виде договоров займа от 17.01.2011 № 43, 18.02.2011 № 44, от 04.03.2011 № 45, от 31.03.2011 № 46, от 08.08.2011 № 47, от 30.09.2011 № 48, от 18.11.2011 № 49, от 10.07.2012 № 50, заключенных между ФИО2 и ООО «Кира Пластинина Стиль».

Cуд указал на возможность пересмотра судебного акта о включении в реестр требований кредитора в порядке, установленном гл. 37 АПК РФ.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить оспариваемое определение полностью .

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылался на недоказанность имеющих значения для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными.

В судебном заседании апеллянт поддержала доводы жалобы. Заявил ходатайство об отложении судебного заседания. Суд отказал в удовлетворении заявленного ходатайства.

УФНС России по г.Москве просили суд отказать в удовлетворении жалобы по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, приобщенных судом в порядке ст. 81 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о дате и времени ее рассмотрения, апелляционная жалоба рассматривалась в их отсутствие в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав доводы представителя лица, участвующего в деле, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

На основании статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует из материалов дела, между ФИО2 (Заимодавец) и ООО «Кира Пластинина Стиль» (Заемщик) были заключены договоры займа от 17.01.2011 № 43, 18.02.2011 № 44, от 04.03.2011 № 45, от 31.03.2011 № 46, oт 08.08.2011 № 47, от 30.09.2011 № 48, от 18.11.2011 № 49, от 10.07.2012 № 50 (далее -договора займа) на общую сумму 1 900 000 000 руб.

Согласно условиям вышепоименованных договоров займа, они являются беспроцентными и были предоставлены для пополнения оборотных средств ООО «Кира Пластинина Стиль».

В соответствии с абз.2 п.1 ст. 807 Гражданского Кодекса РФ если заимодавцем является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа, т.к. договор займа носит реальный характер, следовательно, необходимым условием является установление факта передачи денежных средств должнику.

При этом, как установлено судом первой инстанции, договоры займа не предусматривают обеспечение обязательств залогом. Каких-либо гарантий возврата займов (банковская гарантия, поручительство и прочее) кредитору также не было представлено.

Договоры займов не предусматривают выплаты процентного дохода (в них прямо указано, что они беспроцентные) - следовательно, они не направлены на извлечение разумной выгоды из сделки, основанной на деловом договоре займа.

Между тем, целевое назначение займов - пополнение оборотных средств Заёмщика (п. 1.2. договоров), т.е. деньги предоставляются на ведение предпринимательской деятельности, направленной на извлечение выгоды. Договорами займа предусмотрена обязанность заемщика предоставлять по требованию заемщика документы бухгалтерского учета и отчетности, а также информацию о своей финансово-хозяйственной и коммерческой деятельности. Срок погашения всех займов указан формально и един для всех договоров, независимо от даты их заключения - 31.12.2017. Из предоставленных девяти займов только один займ от 17.01.2011 №43 (первый по дате составления) погашен на 30 процентов, тем не менее, следующие займы выдавались без какого-либо погашения предыдущих.

Также, судом первой инстанции обоснованно сделан вывод об аффилированности сторон сделки.

Согласно п. 1 ст. 19 Закона о банкротстве в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Должник состоит на учёте в Инспекции ФНС России №13 по г.Москве с 09.06.2004. В период по 10.07.2007 Должник имел наименование ООО «ПИК ЦЕНТР». В соответствии с Приказом №1 от 27.05.2004 единственным участником и генеральным директором ООО «ПИК ЦЕНТР» являлся ФИО2

10.12.2006 полномочия ФИО2 в качестве генерального директора были прекращены в соответствии с протоколом №08-02 от 08.12.2006. Согласно протоколу внеочередного собрания от 21.12.2006 №21-12 ФИО2 были проданы 100 процентов уставного капитала Должника в пользу кипрской офшорной компании TALY ENTERPRISES LIMITED. Данная компания является участником Должника по настоящее время.

Согласно базе данных СПАРК кипрская офшорная компания TALY ENTERPRISES LIMITED на 94,97 процентов принадлежит компании HAUSER HOLDING LIMITED зарегистрированной на Британских Виргинских островах. По данным Информационного Агентства РБК бенефициаром HAUSER HOLDING LIMITED является бывший владелец «Вимм-Билль-Данн» ФИО2

Согласно официального Реестра Кипрских Компаний «I-Cyprus.com» Директором TALY ENTERPRISES LIMITED является ФИО2 Также, ФИО2 принадлежит 0,03 процента TALY ENTERPRISES LIMITED.

Указанная информация также подтверждается сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц единственным учредителем (участником) ООО «Кира Пластинина Стиль» является TALY ENTERPRISES LIMITED (Кипр).

В соответствии со Свидетельством Департамента по регистрации и ликвидации компаний Никосия Министерства энергетики торговли и промышленности Кипрской республики директором TALY ENTERPRISES LIMITED (Кипр) является ФИО2, а учредителями TALY ENTERPRISES LIMITED (Кипр) являются: ФИО2, ФИО7 Холдинг Лимитед (Виргинские острова), ФИО8 Согласно протоколу от 10.07.2007 №10-07 участник компании TALY ENTERPRISES LIMITED в лице Директора ФИО2 принял решение о переименовании ООО «ПИК ЦЕНТР» в ООО «Кира Пластинина Стиль»

Также, в регистрационном деле Инспекции ФНС России №13 по г.Москве находятся протоколы внеочередных собраний участников Должника подтверждающие, что ФИО2 представлял интересы TALY ENTERPRISES LIMITED в качестве Директора, т.е. был не просто номинальным участником офшорной компании, а действительно реализовывал права учредителя Должника.

Кроме того, судом приняты во внимание показания лиц, допрошенных СУ по ЦАО ГСУ СК РФ по г.Москве в рамках уголовного дела № 11702450023000073.

Более того, договорами займа (п. 2.2.3) предусмотрено обязанность заемщика предоставлять по требованию заемщика документы бухгалтерского учета и отчетности, а также информацию о своей финасово-хозяйственной и коммерческой деятельности, что корреспондирует праву участника общества получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией (абз. 2 п. 1 ст. 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции, вопреки доводам жалобы, пришел к выводу о том, что ФИО2 фактически обладает возможностью получать всю необходимую информацию о финансово-хозяйственной деятельности должника, т.е. реализует права участника общества. Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве").

Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника.

В связи с подконтрольностью бенефециарному владельцу документооборота организации он обладает возможностью составления внутренних организационных документов (локальных актов) выгодным для него образом.

Статус контролирующего лица устанавливается в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые невозможны при иной структурированности отношений (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 N 307-ЭС17-11745(2) по делу № А56-83793/2014). Совокупность приведенных обстоятельств позволяет сделать вывод, что бенефициаром ООО «Кира Пластинина Стиль», TALY ENTERPRISES LIMITED, и HAUSER HOLDING LIMITED является ФИО2, следовательно, эти лица входят в одну группу и являются аффилированными по отношению друг к другу.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абз.8 ст.2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного (№ 308-ЭС17-1556 (1) и (2).

При наступлении обстоятельств, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве, в соответствии со ст.9 Закона о банкротстве, в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам, добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абз. 2 п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», Определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе.

В действительности, финансовое хозяйственное положение в период 2010 - 2012 года состояло в следующем.

Из представленных в материалы дела документов следует, что к моменту выдачи ФИО2 займов, основные финансово - хозяйственные показатели баланса отрицательные, деятельность убыточна.

В таких условиях добросовестный заёмщик, в обычных условиях делового оборота, откажется от предоставления займа Должнику, без полных финансовых гарантий со стороны третьих лиц или предоставления ликвидного залога стоимостью превышающей сумму займа.

При наличии такой информации контролирующие участники де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

С заявлением о банкротстве Должник не обращался. Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом, если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота.

В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.). Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе. Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с

должником (абз.3 п.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана.

Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС 15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с кредиторами.

В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала.

Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абз.8 ст.2 Закона о банкротстве. Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №305-ЭС17-17208). К тому же изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (п.4 ст.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

Поскольку действия ФИО2 были направлены на корпоративное инвестирование Должника на дотационной основе, с целью улучшения его финансового положения в целом, сделки, оформленные договорами займа, являются притворными на основании п.2 ст. 170 ГК РФ, совершёнными с целью прикрыть сделку (действия) по увеличению уставного капитала Должника его участником.

Довод ФИО2 указанный в том числе и в апелляционной жалобе о том, что вся необходимая информация по займам была отражена в бухгалтерской отчетности в данном случае не состоятелен, поскольку в бухгалтерском балансе отражается только общая сумма заемных средств без отражения конкретных сделок, по которым такие средства получены.

Согласно ч. 1 ст. 223 АПК РФ и ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу п. 2 ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в п.п. 87 и 88 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", недействительной в связи с притворностью может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным нормами Гражданского кодекса РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (п. 2 ст. 170 ГК РФ).

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции в полном объеме. При этом, оценивая доводы жалобы, коллегия судей считает необходимым отметить, что иная оценка имеющихся в материалах дела доказательств само по себе не может служить основанием к отмене судебного акта

Как уже было указано, апелляционная инстанция соглашается с выводами суда и о наличии аффилированности и о финансовом состоянии должника в период выдачи займов. Также, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводам о несоответствии условий сделок условиям оборота между независимыми участниками и о выводах о мнимости указанных сделок.

Также, оценивая доводы апеллянта о пропуске срока на обжалование сделок, коллегия судей приходит к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно указал на то, что о нарушении своего права, налоговый орган узнал когда требования ФИО2 были включены в реестр требований кредиторов, что соответствует толкованию ст. 195, 200 ГК РФ. Оснований для иного вывода не имеется.

Таким образом, при рассмотрении дела и вынесении обжалуемого акта судом были установлены все существенные для дела обстоятельства, и им дана надлежащая правовая оценка. Выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу. Нормы материального права применены правильно. Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств.

В нарушении положения статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в материалы дела доказательств обратного суду не представлено.

В целом доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, которые бы влияли или опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 28.02.2020по делу № А40-102913/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2– без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: Ю.Л. Головачева

Судьи: А.А. Комаров

Д.Г. Вигдорчик


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.