Постановление от 23 сентября 2019 г. по делу № А56-18537/2017



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-18537/2017
23 сентября 2019 года
г. Санкт-Петербург
/тр.131


Резолютивная часть постановления объявлена 10 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 сентября 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Бурденкова Д.В.

судей Зайцевой Е.К., Слоневской А.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем Дубовиковой А.В.

при участии:

от ООО «Кворум»: представитель Желтов И.В. по доверенности от 11.10.2018,

от ООО «Близкое»: представитель Хабарова О.А. по доверенности от 27.06.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-12890/2019) ООО «Кворум» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2019 по делу № А56-18537/2017/тр.131 (судья Ю.В. Рогова), принятое


по заявлению ООО «Кворум»

о включении в реестр требований кредиторов

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Близкое»,

установил:

Данилова Антонина Степановна обратилась в Арбитражный суд города СанктПетербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Близкое» (ИНН 7814538810, ОГРН 1127847309644) (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 10.07.2018 (оглашена резолютивная часть) в отношении должника введена процедура наблюдения и определено при рассмотрении дела о несостоятельности (банкротстве) должника применять правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), временным управляющим утвержден Шутилов Андрей Владимирович.

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения и применении правил параграфа 7 главы IX Закона о банкротстве опубликованы в газете «Коммерсантъ» 04.08.2018 №138.

В суд 03.09.2018 поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Кворум» (далее – ООО «Кворум») о включении в реестр требований кредиторов должника в сумме 14 015 044,06 руб.

Определением от 29.03.2019 суд во включении требования ООО «Кворум» в размере 14 015 044, 06 руб. в реестр требований кредиторов ООО «Близкое» отказал.

Не согласившись с указанным определением, ООО «Кворум» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просило определение от 29.03.2019 отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

Податель апелляционной жалобы отмечает, что договор об оказании посреднических агентских услуг, заключенный между кредитором и должником, не был направлен на вывод активов должника или получения неоправданного встречного возмещения кредитором, создания фиктивной задолженности, так как ООО «Близкое» объективно получило денежный безналичный расчет от покупателя товаров – Москаленко А.А. Факт получения денег не оспаривался кредиторами и не признан несостоявшимся в суде. Товар не приобретался должником самостоятельно. ООО «Кворум» полагает, что его законные права и интересы нарушены, так как сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не является основанием для отказа во включении его требований в реестр при условии, что имеются достаточные доказательства, представленные кредитором в обоснование заявленного требования.

Таким образом, по мнению ООО «Кворум», выводы суда первой инстанции не основаны на оценке доказательств по делу, что является нарушением презумпции, содержащейся в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В судебном заседании представитель ООО «Кворум» доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель ООО «Близкое» поддержал позицию представителя ООО «Кворум».

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

В обоснование заявленных требований ООО «Кворум» указало, что между кредитором (принципал) и должником (агент) заключен агентский договор от 29.04.2016 №264/Р, по которому должник обязался совершить от своего имени и за счет кредитора заключать договоры купли-продажи с покупателями, в результате которые покупатели получают в собственность комплекты строительных конструкций деревянных домов по индивидуальным проектам торговой марки Rovaniemi из клееного бруса, а кредитор обязуется выплачивать уплачивать должнику вознаграждение за оказываемые услуги.

В рамках указанного договора агентом был заключен договор купли-продажи от 27.05.2016 №КП233, по которому должник обязуется передать в собственность покупателя Москаленко Анатолия Алексеевича комплект строительных конструкций деревянного дома по индивидуальному проекту «Николо-Урюпино» торговой марки Rovaniemi из клееного бруса размером 205*220 мм (3-ламельный).

Общая стоимость товара составила 261 545,00 условных единиц. Одна условная единица принимается равной одному евро по курсу Центрального Банка Российской Федерации на дату оплаты (пункт 3.1 договора).

Покупателем произведена должнику оплата в сумме 19 208 021,73 руб. по платежному поручению от 01.06.2016 №867238, в сумме 473 401,84 руб. по платежному поручению от 15.06.2016 №917662.

Между сторонами 27.05.2016 заключено дополнительное соглашение к агентскому договору от 29.04.2016 №264/Р, согласно которому стороны пришли к соглашению, что размер вознаграждения агента по договору купли-продажи от 27.05.2016 №КП233 с гражданином Москаленко А.А. составил 5 666 378,91 руб.

Между принципалом и агентом 15.06.2016 был подписан акт об исполнении поручения, согласно условиям которого размер агентского вознаграждения был определен в сумме 5 666 378,91 руб. Агент удержал за собой агентское вознаграждение, при этом не перечислил принципалу денежные средства, полученные по договору КП №233, ввиду чего образовалась задолженность агента перед принципалом в сумме 14 015 044,06 руб.

В подтверждение приобретения кредитором товара, в последующем реализованного должником в качестве агента покупателю в материалы дела представлен договор поставки (долгосрочный) от 01.03.2016 №01-2016КВ, заключённый между кредитором (покупатель) и ООО «Хольц Хаус» (поставщик), по которому поставщик осуществляет изготовление и поставку покупателю комплектов строительных конструкций деревянных домов по индивидуальным проектам, дополнительное соглашение № 001 от 08.07.2016, платежное поручение от 14.12.2016 №257, акт приема-передачи товара от 23.08.2016.

Образование задолженности в сумме 14 015 044,06 руб. явилось основанием для обращения кредитора в суд с настоящим заявлением.

Повторно оценив доказательства в деле в их совокупности, достаточности и взаимной связи, проверив доводы заявителя и возражения иных лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, суд апелляционной инстанции не нашел правовых оснований для удовлетворения жалобы.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В условиях неплатежеспособности должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда должник в преддверии своего банкротства совершает действия (создает видимость гражданско-правовых сделок) по формированию несуществующей задолженности для включения в реестр и последующего распределения конкурсной массы в ущерб независимым кредиторам, процессуальная активность которых способствует недопущению формирования фиктивных долгов и иных подобных злоупотреблений.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суду же в подобных случаях необходимо проводить более тщательную проверку обоснованности требований (пункт 26 Постановления № 35).

Как видно из материалов дела, кредитор в обоснование заявленных требований указывает, что задолженность ООО «Близкое» образовалась в связи с ненадлежащим исполнением принятых на себя обязательств по агентскому договору N 3264/Р от 29.04.2016.

По агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала (статья 1005 Гражданского одекса Российской Федерации).

Пунктом 1.1 агентского договора стороны установили, что агент (ООО «Близкое») обязуется совершить от своего имени и за счет ООО «Кворум» (принципал) заключать договоры купли-продажи с покупателями комплектов строительных конструкций для деревянных домов.

Согласно пункту 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 (ред. 26.07.2006) «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица являются, в частности, лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо.

Определение «группы лиц» дается в части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ «О защите конкуренции». Согласно пункту 8 части 1 статьи 9 указанного Федерального закона лица, группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков: лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 статьи 9 этого закона признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 части 1 статьи 9 этого закона признаку.

Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, генеральным директором ООО «Кворум» является Беленицкий Михаил Владимирович, который также является учредителем должника. Следовательно, кредитор и должник принадлежат к одной группе лиц, в связи с чем в соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве ООО «Кворум» является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056).

К кредиторским требованиям аффилированных лиц подлежит применению, повышенный стандарт доказывания.

Между тем, как следует из материалов дела доказательства совершения сторонами реальных действий с целью выполнения агентского договора N 3264/Р от 29.04.2016, не представлены.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих экономическую целесообразность получения услуг по продаже комплекта строительных конструкций деревянных домов от аффилированного лица, а не напрямую от производителя или независимого поставщика.

Кроме того, ООО «Кворум» до обращения в арбитражный суд с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов (03.09.2018) не предпринимало каких-либо действий по истребованию неисполненного денежного обязательства с должника в сумме 14 015 044 руб. в течении двух лет.

Таким образом, агентский договор, заключенный с лицом, входящим в одну группу с должником, совершен, на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, что напрямую корреспондирует с корпоративным характером сложившихся отношений.

Доказательства того, что кредитор и должник действовали как независимые лица при заключении спорного агентского договора, не представлены.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При приведении независимым кредитором доводов, прямых или косвенных доказательств, позволяющих суду с разумной степенью достоверности усомниться в доказательствах, представленных должником и «дружественными» кредиторами, на последних переходит бремя опровержения этих сомнений.

Такие доказательства в суде первой и апелляционной инстанции сторонами не представлены.

По смыслу положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом правовой позиции, изложенной в пункте 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 27 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», возможность квалификации судом действий лица как злоупотребление правом не зависит от того, ссылалась ли другая сторона спора на злоупотребление правом противной стороной. Суд вправе по своей инициативе отказать в защите права злоупотребляющему лицу, что прямо следует из содержания пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Следует учесть, что конкурирующие кредиторы должника не являлись стороной сделки, в силу чего объективно ограничены в возможности доказывания необоснованности требования другого кредитора.

Поэтому предъявление к таким лицам высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. В данном случае достаточно подтвердить существенность сомнений в наличии долга.

Напротив, стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения. Таким образом, при наличии убедительных доводов и доказательств невозможности осуществления сделки бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на кредитора-заявителя и должника.

Исследование правоотношений сторон (ООО «Близкое» и ООО «Кворум») позволили суду первой инстанции сделать вывод об отсутствии экономической целесообразности в этих действиях.

Как следует из материалов дела о банкротстве застройщика - ООО «Близкое» на момент заключения агентского договора N 3264/Р от 29.04.2016 должник уже имел просроченные обязательства перед гражданами - участниками строительства.

В Определении от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652(1) Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что, если «дружественный» кредитор не подтверждает целесообразность заключения обеспечительной сделки, его действия по подаче заявления о включении требований в реестр могут быть квалифицированы как совершенные исключительно с противоправной целью уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом наличие в действиях сторон злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во включении требований заявителя в реестр (абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что в действиях сторон агентского договора имеется злоупотребление правом, в связи с чем, его права не подлежат судебной защите.

Доводы со ссылкой на свободу в осуществлении юридическими и физическими лицами своей экономической деятельности, не освобождает суды от проверки обстоятельств заключения сторонами гражданско-правовых сделок в рамках рассмотрения дел о банкротстве на предмет их целесообразности и обоснованности. Данная особенность рассмотрения дел о банкротстве позволяет избежать ситуаций, при которых возможна реализация противоправного интереса.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

При вынесении обжалуемого судебного акта судом первой инстанции с учетом требований статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследованы и оценены все представленные в материалы дела доказательства, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы суда соответствуют обстоятельствам дела и имеющимся доказательствам, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для изменения или отмены судебного акта апелляционной инстанцией не выявлено, в связи с чем обжалуемый судебный акт подлежит оставлению без изменения.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.03.2019 по делу № А56-18537/2017/тр.131 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Д.В. Бурденков



Судьи


Е.К. Зайцева


А.Ю. Слоневская