Постановление от 10 февраля 2023 г. по делу № А56-50266/2020

1360/2023-4554(2)



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-50266/2020
10 февраля 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена 08 февраля 2023 года Постановление изготовлено в полном объеме 10 февраля 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Герасимовой Е.А., Кротова С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии: от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 15.03.2021),

от финансового управляющего – представителя ФИО4 (доверенность от

02.08.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (регистрационный номер 13АП-31484/2022) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.09.2022 по обособленному спору № А56-50266/2020/сд.1 (судья Кузнецов Д.А.), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО5 о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6,

ответчик: ФИО2,

третьи лица: ФИО7 и ее финансовый управляющий ФИО8, ФИО9, ФИО10

установил:

в производстве Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - суд) находится дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее – должник), возбужденное определением от 25.06.2020 по заявлению ФИО11.

Определением от 02.11.2020 (резолютивная часть объявлена 28.10.2020) заявление ФИО11 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина; финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Сведения о введении процедуры реструктуризации долгов опубликованы в газете «Коммерсантъ» 07.11.2020.


Решением от 01.03.2021 (резолютивная часть объявлена 24.02.2021) должник признан банкротом, в его отношении введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 06.03.2021.

Финансовый управляющий 18.11.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительной сделкой договора от 14.12.2018 купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 47:01:1706001:1450 и дома с кадастровым номером 47:01:176001:3176, заключенного между должником и ФИО2 (далее – ответчик).

В качестве применения последствий недействительности сделки финансовый управляющий просил взыскать с ответчика в конкурсную массу должника денежные средства в размере 33 540 000 рублей (1/2 рыночной стоимости объектов недвижимости).

Определением арбитражного суда от 16.02.2022, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7 (супруга должника и продавец по договору), ФИО9 и ФИО10 (последующие приобретатели имущества).

Определением арбитражного суда от 18.04.2022 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий ФИО8, утвержденная в деле № А56-64833/2020 о банкротстве ФИО7

Определением от 12.09.2022 арбитражный суд удовлетворил требования финансового управляющего частично: признал недействительным договор купли-продажи от 14.12.2018, заключенный между ФИО6, ФИО7 и ФИО2; взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 11 500 000 рублей, что соответствует 1/2 от указанной в договоре стоимости объектов недвижимости.

Кроме того, арбитражный суд взыскал с ФИО6 и ФИО2 в пользу финансового управляющего 6 000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины, по 3 000 рублей с каждого.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой и дополнениями к ней, в которых просит определение арбитражного суда 12.09.2022 по обособленному спору № А56-50266/2020/сд.1 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении финансового управляющего.

В апелляционной жалобе ФИО2 настаивает на недоказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными. Так, податель жалобы возражает относительно того, что к моменту совершения сделки он был осведомлен о наличии у ФИО6 неисполненных обязательств перед кредиторами: его заинтересованность по отношению к должнику не установлена, о наличии у последнего задолженности перед ПАО «Сбербанк России», ФИО11 податель жалобы не знал. Апеллянт также выражает несогласие с выводом суда о недоказанности наличия у ФИО2 финансовой возможности для покупки объектов недвижимости – в суде первой инстанции ФИО2 представлены документы, отражающие доходы ФИО12, его сестры, которая предоставила денежные средства в дар в целях приобретения имущества. Факт передачи денежных средств


по спорному договору подтверждается указанием на произведение расчетов по нему в самом договоре. Дополнительно податель жалобы настаивает на том, что срок исковой давности по требованию финансового управляющего вопреки выводам суда первой инстанции начал течение с даты утверждения финансового управляющего в деле, то есть с 28.10.2020, в подтверждение чего ФИО2 ссылается на постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.12.2022 по настоящему делу.

В отзыве на жалобу и дополнительных пояснениях финансовый управляющий просит оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. По доводу о пропуске срока исковой давности финансовый управляющий настаивает, что срок должен исчисляться разумным образом, исходя из даты, когда финансовый управляющий, действуя добросовестно, объективно получила сведения о совершенной ФИО6 сделке, то есть с 12.12.2020.

Протокольным определением от 18.01.2023 рассмотрение апелляционной жалобы откладывалось судом апелляционной инстанции на 08.02.2023.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель подателя жалобы поддержал изложенные в ней доводы; представитель финансового управляющего возражал по основаниям, указанным в отзыве и дополнениях к нему.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 30.09.2009 земельный участок приобретен ФИО13 у ДНП «Репинская усадьба-2»; 27.08.2020 ФИО13 произвел отчуждение спорного имущества ФИО14, который в свою очередь 04.10.2013 произвел его отчуждение должнику и ФИО7 за 33 000 000 рублей.

При этом, определением от 20.12.2019 по обособленному спору № А5672900/2015/сд.6 сделка ФИО14 с ФИО7 и должником признана недействительной; применены последствия признания ее недействительной в виде взыскания солидарно с должника и ФИО7 в пользу ФИО14 денежных средств в размере 33 000 000 рублей.

До этого (14.12.2018) должник и ФИО7 произвели отчуждение земельного участка и дома ответчику за 23 000 000 рублей; ответчик, в свою очередь, 26.08.2019 произвел отчуждение спорного имущества индивидуальному предпринимателю ФИО9, а последний – 24.07.2020 продал спорное имущество индивидуальному предпринимателю ФИО15

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий сослался на выписку ЕГРН от 12.12.2020 № 00-00-40011534312020-11712, из которой ему


стало известно об объектах недвижимости (земельном участке и доме), ранее принадлежавших должнику, и дате прекращения его права собственности на них – 19.12.2018; из ответа на запрос от 06.08.2021 финансовому управляющему стало известно об основании прекращения права собственности должника - оспариваемом договоре, который является недействительным по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). По мнению финансового управляющего, сделка совершена в период неплатежеспособности должника, поскольку на момент ее заключения у должника уже имелся долг перед заявителем по делу - ФИО11 (возник 01.10.2017), а также были возбуждены исполнительные производства в отношении других кредиторов.

Финансовый управляющий настаивал на том, что сделка совершена безвозмездно, поскольку в силу пункта 2.5 договора расчет между сторонами произведен полностью до его подписания (должник, действующий от себя и ФИО7 получил от ответчика 23 000 000 рублей), однако доказательств произведенной оплаты по договору не представлены, а полученными от кредитных учреждений выписками соответствующее движение денежных средств по счетам должника не подтверждается.

В обоснование причинения вреда финансовый управляющий указал на непогашенную задолженность перед кредиторами в размере 989 459 478,29 рублей, о которой ответчик знал или должен был знать, поскольку решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.05.2017 по делу № А56-76134/2016 признано банкротом ООО «ВысокиеЭнергоСтроительныеТехнологии», учредителем которого являлся ФИО6, привлеченный определением от 30.07.2020 к субсидиарной ответственности; определением от 06.12.2017 по делу № А56-5646/2017 было прекращено производство по делу о банкротстве должника (при этом заявление подано 02.02.2017 ПАО «Сбербанк России»), то есть в официальных источниках имелась информация о наличии признаков неплатежеспособности должника на дату заключения сделки; цена, установленная договором купли-продажи, является заниженной.

Оценив представленные доказательства на предмет их относимости, допустимости и достаточности в соответствии со статьями 67, 68, 71, 223 АПК РФ, учитывая положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, разъяснения в пунктах 5, 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63), суд первой инстанции согласился с вышеуказанными доводами финансового управляющего, признав недоказанным проведение расчетов по спорному договору и факт наличия у ФИО2 финансовой возможности приобретения имущества; возражения ответчика и третьих лиц по пропуску срока исковой отклонил.

Доводы подателя жалобы не создают оснований для отмены принятого судебного акта.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если


она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Производство по делу о банкротстве ФИО6 возбуждено определением суда первой инстанции от 25.06.2020.

Оспариваемый финансовым управляющим договор заключен 14.12.2018, регистрация прекращения права собственности произведена 19.12.2018, следовательно, может быть признан недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Ссылка ответчика на условия договора о проведении расчетов по нему до подписания не может быть признана достаточным доказательством передачи денежных средств с учетом установленных судом фактов неоднократной перепродажи имущества как до, так и после заключения спорного договора в условиях предъявления к ФИО6 требований в рамках дел о банкротстве юридических лиц, контролирующим лицом которых он впоследствии признан.

Выбытие из конкурсной массы должника дорогостоящего актива в отсутствие равноценного встречного эквивалента должно быть квалифицировано как причинение вреда.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 Постановления № 63).

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2) изложена правовая позиция, согласно которой при разрешении подобных споров суду следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и


доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

В данном случае суд первой инстанции обоснованно принял во внимание, что супруги ФИО7 и ФИО6 предпринимали действия по выводу имущества из состава активов должника в отсутствие встречного предоставления под угрозой обращения взыскания на указанные активы.

Из отзыва финансового управляющего ФИО7 следует, что супруга должника, являясь контролирующим ООО «ЭСК» лицом, банкротство которого наступило в августе-сентябре 2018 года, намеренно осуществляла в конце 2018 года действия по выводу активов в виде объектов недвижимости, которые могли быть принудительно реализованы в дальнейшем.

Данные обстоятельства подтверждаются определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.02.2021 по делу № А5662978/2019, оставленным без изменений постановлением Тринадцатого Арбитражного апелляционного суда от 30.04.2021 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.10.2021, в рамках которого ФИО16, ФИО7 и ФИО17 привлечены к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «ЭСК» (ИНН <***>) в размере 37 677 771,31 рублей.

Судом установлено, что учредителем и владельцем доли ООО «ЭСК» в размере 51 % с даты учреждения общества являлась ФИО7

В рамках данного обособленного спора также установлено, что в августе - сентябре 2018 года ООО «ЭСК» фактически прекратило осуществление экономической деятельности и наступило его объективное банкротстве.

В ходе рассмотрения настоящего дела кредитор ИП ФИО18 утверждал, что ФИО6 также преследовал цель вывода своих активов, поскольку в отношении юридических лиц, контролирующим лицом которых он был впоследствии признан, были возбуждены дела о банкротстве.

Так, 02.02.2017 в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области было подано заявление ПАО «Сбербанк России» о признании ФИО6 банкротом с суммой требований 491 123 939,72 рублей, принятое определением от 08.02.2017 по делу № А56-5646/2017.

При этом, 23.11.2016 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВысокиеЭнергоСтроительныеТехнологии» (дело № А56-76134/2016) по заявлению ПАО «Сбербанк России».

В рамках указанного дела № А56-76134/2016 кредиторами были направлены заявления о привлечении ФИО6 (как бывшего руководителя указанной организации) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВысокиеЭнергоСтроительныеТехнологии», что подтверждается определениями Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области по делу № А5676134/2016 от 17.05.2019, 06.08.2019, 07.08.2019, 30.08.2019.

По результатам рассмотрения указанных заявлений ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Высокие ЭнергоСтроительныеТехнологии» определением арбитражного суда от 30.07.2020, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 05.04.2021 по делу № А56-76134/2016.

Кроме того, 07.11.2016 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ВЭСТкапитал» (дело № А56-76129/2016) по заявлению ПАО «Сбербанк России».


В рамках указанного дела № А56-76129/2016 кредиторами были направлены заявления о привлечении ФИО6 (как бывшего руководителя указанной организации) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВЭСТ- капитал», что подтверждается определением арбитражного суда от 30.07.2019.

Определением арбитражного суда от 04.05.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 ФИО6 привлечен к субсидиарной ответственности и по долгам ООО «ВЭСТ- капитал».

С учетом приведенных обстоятельств, в отсутствие доказательств обратного, апелляционный суд соглашается с утверждением ИП ФИО18, что ФИО6, с большой долей вероятности, осознавая угрозу привлечения его к субсидиарной ответственности, совершал совместно с супругой действия по выводу активов в целях защитить имущество от взыскания.

Материалы дела не содержат документов, подтверждающих передачу должнику денежных средств по договору, равно как и надлежащих доказательств наличия у покупателя финансовой возможности предоставить на дату совершения сделки супругам ФИО19 денежные средства в размере 23 000 000 рублей в счет исполнения обязательств по договору.

Вопреки доводам подателя жалобы благополучное материальное положение его сестры не свидетельствует о том, что последняя действительно передала ФИО2 денежные средства в дар (наличными непосредственно перед заключением сделки) на приобретение дорогостоящего объекта недвижимости. Ни договора дарения, ни иных «следов» снятия и передачи крупной суммы денежных средств ФИО2 не представлено.

Ссылка ответчика на документы, подтверждающие финансовую возможность его сестры уплатить за недвижимое имущество его стоимость, указанную в договоре, отклоняется апелляционным судом, поскольку такие документы не позволяют установить ни факт аккумуляции ответчиком денежных средств на дату заключения договора, ни факт обналичивания денежных средств в необходимом размере в сопоставимый период времени, ни передачу их ответчику и последующее их предоставление продавцам.

Апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции также обоснованно усомнился в пояснениях ФИО2 о том, что целью покупки спорного имущества являлось его использование по назначению совместно с сестрой, поскольку уже 26.08.2019, то есть, менее чем через один год после его приобретения, оно было реализовано ИП ФИО9

Финансовый управляющий ФИО7 подтвердил, что на счета супруги должника денежные средства по спорному договору не поступали.

Совокупность установленных обстоятельств спора и приведенных ИП ФИО18 и финансовым управляющим доводов убедительным образом свидетельствует в пользу того, что отчуждение имущества осуществлено в отсутствие встречного предоставления и направлено на вывод актива из конкурсной массы.

Пояснения и доказательства, представленные ответчиком в опровержение данного факта, не могли быть признаны достоверными ввиду указанных выше апелляционным судом противоречий, которые должником и ответчиком не устранены, разумные и приемлемые объяснения не представлены.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно.


Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановлении № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Более того, согласно позиции, изложенной в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2020 № 305-ЭС19-20861).

Должник, будучи наряду с супругой контрагентом ФИО2 по сделке, процессуальной активности не проявил – в судебные заседания не являлся, отзывов не представил, пояснений не дал.

В данном случае обстоятельства, которые установлены судом первой инстанции, в своей совокупности указывают на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы супругов ФИО7 и ФИО6 в отсутствие какого-либо встречного предоставления, то есть на наличие достаточных оснований для квалификации действий сторон как направленных на причинение вреда кредиторам и для признания оспариваемой сделки подозрительной по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая, что выбытие имущества из конкурсной массы должника по оспариваемому финансовым управляющим договору не обеспечивалось равноценным встречным предоставлением, в результате причинило вред кредиторам, что не могло не осознаваться обеими сторонами сделки, вывод суда первой инстанции о недействительности сделки соответствует фактическим обстоятельствам спора.

Возражения подателя жалобы по пропуску срока исковой давности обоснованно отклонены судом первой инстанции.

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.


Как подтверждается материалами дела и не опровергнуто должником, ФИО6 уклоняется от предоставления финансовому управляющему документов о своих активах, обязательствах, совершенных сделках с имуществом и прочих документов, опосредующих отношения с третьими лицами, ввиду чего финансовый управляющий вынужден истребовать информацию из государственных органов и иных публичных источников.

Запрос в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по городу Санкт-Петербургу (далее – Управление Росреестра) сделан финансовым управляющим 10.11.2020, спустя почти две недели после его утверждения в процедуре реализации имущества, что нельзя признать неразумным с учетом ожидания ответа на запрос от 06.11.2022 о предоставлении документации от самого ФИО6

Ответ на запрос из Управления Росреестра получен 12.12.2020, следовательно, как правильно посчитал суд первой инстанции с учетом положений статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности начал течь именно с 12.12.2020 и на дату обращения финансового управляющего в суд с заявленными требованиями (18.11.2021) не истек.

Вопреки доводам подателя жалобы со ссылкой на постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.12.2022 по делу № А5650266/2020 само по себе введение процедуры реструктуризации долгов или признание должника банкротом не приводит к началу течения срока исковой давности. При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под ст. 61.2 или ст. 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям.

Апелляционный суд не установил в действиях финансового управляющего, касающихся анализа оспариваемой сделки, признаков неразумного и недобросовестного поведения. Запрос в регистрирующий орган сделан своевременно, без необоснованного промедления. Финансовый управляющий не может нести ответственность за скорость предоставления информации в его адрес уполномоченными и регистрирующими органами.

Возражения подателя апелляционной жалобы относительно невозможности взыскания судебных расходов в пользу финансового управляющего также подлежат отклонению, поскольку платежный документ (чек по операции от 17.11.2021) свидетельствует об исполнении обязанности по уплате государственной пошлины именно финансовым управляющим ФИО5, которая не лишена возможности осуществить расходы по делу о банкротстве за свой счет и возместить их либо за счет конкурсной массы либо за счет лица, проигравшего спор в случае удовлетворения требований.


Судебный акт вынесен при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела; доказанности имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными; выводы суда соответствуют обстоятельствам дела.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 12.09.2022 по обособленному спору № А56-50266/2020/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова Судьи Е.А. Герасимова

С.М. Кротов

года