Постановление от 30 мая 2024 г. по делу № А55-16570/2023ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru. апелляционной инстанции по проверке законности и обоснованности решения арбитражного суда, не вступившего в законную силу Дело № А55-16570/2023 город Самара 31 мая 2024 года. Резолютивная часть постановления объявлена 29 мая 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 31 мая 2024 года. Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Бажана П.В., судей Некрасовой Е.Н. и Николаевой С.Ю., при ведении протокола секретарем судебного заседания Коноваловой Я.А., с участием: от заявителя - ФИО1, доверенность от 14 мая 2024 года, от инспекции - ФИО2, доверенность от 23 июня 2023 года, ФИО3, доверенность от 10 апреля 2024 года, от управления - ФИО3, доверенность от 27 апреля 2024 года, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу УФНС России по Самарской области и Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области № 22 на решение Арбитражного суда Самарской области от 28 февраля 2024 года по делу № А55-16570/2023 (судья Кулешова Л.В.), по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Группа СТК» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Самара, к Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области, город Тольятти Самарской области, с участием третьего лица УФНС России по Самарской области, город Самара, о признании недействительным ненормативного акта, Общество с ограниченной ответственностью «Группа СТК» (далее - заявитель, налогоплательщик, общество) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области (далее - инспекция, налоговый орган), с привлечением в качестве третьего лица УФНС России по Самарской области (далее - управление), и с уточнением требований, принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ, о признании недействительным решение № 17-21/6 от 31.01.2023 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части привлечения ООО «Группа СТК» к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде доначисления НДС в размере 44 444 605,81 руб., привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 и 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 402 428,40 руб., и обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. Решением суда от 28.02.2024 г. заявление общества удовлетворено полностью. Управление и инспекция, не согласившись с указанным судебным актом, обратились в суд с апелляционной жалобой, в которой просят решение суда отменить, и принять по делу новый судебный акт, которым отказать обществу в удовлетворении заявленного требования, о чем в судебном заседании просили и представители налоговых органов. Представитель общества в судебном заседании апелляционную жалобу отклонил, по основаниям, изложенным в отзыве, приобщенном к материалам дела, и просил решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. Проверив материалы дела, выслушав представителей сторон, оценив в совокупности, имеющиеся в деле доказательства, суд апелляционной инстанции считает решение суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. Как следует из материалов дела, Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области проведена выездная налоговая проверка правильности исчисления и своевременности уплаты ООО «Группа СТК» всех налогов и сборов за период с 01.01.2018 г. по 31.12.2020 г., по результатам которой составлен акт № 17-20/2 от 23.08.2022 г. и дополнение к Акту налоговой проверки № 17-20/17 от 30.11.2022 г. По результатам рассмотрения материалов налоговой проверки инспекцией принято решение № 17-20/6 от 31.01.2023 г. о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, и данным решению обществу доначислены: налог на прибыль в размере 19 798 909 руб.; налог на добавленную стоимость в размере 57 657 378 руб.; и штраф в размере 947 328 руб. Решением УФНС России по Самарской области по апелляционной жалобе от 24.04.2023 г. № 03-15/01/073 решение Межрайонной ИФНС России № 22 по Самарской области № 17-21/6 от 31.01.2023 г. отменено в части: налог на добавленную стоимость в сумме - 13 199 439,51 руб.; штраф по налогу на добавленную стоимость в сумме 88 919 руб.; налог на прибыль организаций в сумме 16 823 287 руб.; штраф по налогу на прибыль организаций в сумме 411 589 руб.; и штраф по ст. 126 НК РФ в сумме 48 руб. Итоговые общие доначисления составили 47 880 332,49 руб., из них НДС - 44 457 938,49 руб., налог на прибыль организаций - 2 975 622 руб., штраф по п. 1 ст. 122 НК РФ - 439 957 руб., и штраф по п. 1 ст. 126 НК РФ - 6 815 руб. Общество, с учетом уточнения пределов оспаривания просил признать недействительным решение № 17-21/6 от 31.01.2023 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части привлечения общества к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде доначисления НДС в размере 44 444 605,81 руб., привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 и 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 402 428,40 руб. по сделкам с ООО «Промресурс», ООО «Промсервис», ООО «Стройдеталь», ООО «Простор», ООО «Еврознак163», ООО «Пласт Комплект», ООО «Лира», ООО «Крокус», ООО «Феникс», ООО «Виброна», ООО «Штар», ООО «Диона». Общество, полагая, что им представлены все предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах документы, и соблюдены условия для применения налоговых вычетов по НДС, обратилось в суд с рассматриваемым заявлением. Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ, представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об удовлетворении заявления общества, исходя из следующего. В соответствии с ч. 1 ст. 198, ч. 4 ст. 200 АПК РФ и п. 6 постановления Пленумов ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением ч. 1 ГК РФ» для удовлетворения требований о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления необходимо наличие двух условий: несоответствия их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушения прав и законных интересов заявителя. Обязанность доказывания законности совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые совершили действия (бездействие) (ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ). В силу п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные этой статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы данного налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в силу главы 21 НК РФ, и товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи. В ст. 172 НК РФ (в ред., действовавшей в рассматриваемый период) определен порядок применения налоговых вычетов, согласно которому налоговые вычеты, установленные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п. 3, 6 - 8 ст. 171 НК РФ. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) с учетом особенностей, предусмотренных этой статьей, и при наличии соответствующих первичных документов. Требования к счетам-фактурам изложены в ст. 169 НК РФ, которая определяет, что счет - фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном названным кодексом. Из содержания норм НК РФ с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 15.02.2005 г. № 93-О, следует вывод том, что обязанность подтверждать обоснованность расходов, а также правомерность применения вычетов по НДС первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров, (работ услуг), поскольку именно он выступает субъектом, исчисляющим итоговую сумму налога, подлежащую уплате в бюджет. В соответствии с п. 1 и 3 ст. 3 НК РФ законодательство о налогах и сборах исходит из всеобщности и равенства налогообложения, необходимости взимания налогов в соответствии с их экономическим основанием и недопустимости произвольного налогообложения, что предполагает необходимость учета экономических аспектов регулирования в сфере налогообложения при разрешении споров. Как неоднократно указывалось Конституционным Судом РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 03.06.2014 г. № 17-П, от 10.07.2017 г. № 19-П, от 28.11.2017 г. № 34-П, от 30.06.2020 г. № 31-П, определение от 19.10.2021 г. № 2134-О и др.) и ВС РФ (определения от 03.10.2017 г. № 305-КГ17-4111, от 13.09.2018 г. № 309-КГ18-7790, от 25.01.2021 г. № 309-ЭС20-17277 и др.), по своей экономико-правовой природе НДС является косвенным налогом на потребление товаров (работ, услуг), взимаемым на каждой стадии их производства и реализации субъектами хозяйственного оборота до передачи потребителю, исходя из стоимости (цены), добавленной на каждой из указанных стадий, и перелагаемым на потребителей в цене реализуемых им товаров, работ и услуг. В процессе производства и коммерческой реализации товаров (работ, услуг) расходы поставщика по уплате налога в бюджет фактически перекладываются на покупателя, который, осуществляя, в свою очередь, реализацию полученного товара как поставщик, также получает компенсацию, но уже от последующего покупателя. Цепь переложения налога завершается тогда, когда имеет место реализация товаров (работ, услуг) их потребителю, который и несет фактическое налоговое бремя НДС. С этой целью законодателем предусмотрен механизм определения суммы налога к уплате с учетом налоговых вычетов (суммы налога, перечисленной налогоплательщиком своим поставщикам товаров (работ, услуг), которые в соответствии с п. 2 ст. 171 НК РФ уменьшают его налоговую базу по НДС. Исходя из указанных положений вычет налогоплательщиком - покупателем сумм НДС, предъявленных ему контрагентами при приобретении товаров (работ, услуг), не является факультативным элементом налогообложения. Право покупателя на вычет «входящего» налога обусловлено правовой природой НДС как налога на потребление, в связи с чем вопрос о предоставлении вычета не может решаться произвольно. В частности, согласно высказанной Конституционным Судом РФ правовой позиции (п. 2.2 постановления № 41-П, определения от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О и др.), право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. Иное, вопреки конституционному принципу равенства (ст. 19 Конституции РФ) и связанному с ним принципу поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков предсказуемости последствий исполнения ими закона. В п. 1 и 3 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Согласно ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. В силу требований ст. ст. 64 (ч. 1), 71 и 168 АПК РФ суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств. Как следует из материалов дела ООО «Группа СТК» в проверяемом периоде оказывала услуги по договорам об организации перевозок. Основными заказчиками (покупателями) являлись следующие организации: - 2018 год: ООО «Медфарм» ИНН <***> - 69 %, ООО «Фарм Экспорт» ИНН <***> - 8 %, ООО «Промфарм» ИНН <***> - 5 %, ООО «Аустрон» ИНН <***> - 4 %. - 2019 год: ООО «Медфарм» ИНН <***> - 12 %, ООО «Пепсико холдинг» ИНН <***> - 19 %, ООО «Фарм Экспорт» ИНН <***> - 11 %, ООО «Аустрон» ИНН <***> - 21 %, ООО «Трехсосенский» ИНН <***> - 6 %. - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг» ИНН <***> - 9%, ООО «Трехсосенский» ИНН <***> - 5%, ООО «Аустрон» ИНН <***> - 6%, ООО «М. Сервис» ИНН <***> - 3 %, ООО «Пивоваренная компания «Балтика» - 2,28 %. Налоговым органом при проведении мероприятий налогового контроля были направлены запросы в названные организации о представлении документов по взаимоотношениям с ООО «СТК», в том числе: договоров на осуществление перевозок, реестров по транспортно-экспедиционным услугам с отражением: даты погрузки, дата разгрузки, грузоотправитель, грузополучатель, ФИО водителя, гос/номер автомобиля, адрес погрузки, адрес разгрузки, номер телефона водителя за 2018 - 2020 г.; карточки счетов 60, 76, 62, 66 за период 2018 - 2020 г.; ОСВ по счетам 60, 76, 62, 66 за период 2018 - 2020 г. Заказчики подтвердили факт оказания услуг, представив договоры, ТТН и иные запрошенные документы (т. 15 информация на диске с описью). В частности, компания «Балтика» подтвердила наличие договорных отношений с заявителем, указав, что реестры по транспортно-экспедиционным услугам с отражением: даты погрузки, даты разгрузки, грузоотправителя, грузополучателя, ФИО водителя, гос./номера автомобиля, адреса погрузки, адреса разгрузки, номера телефона водителя в компании не ведется. Также заказчик сообщил, что необходимая информация об исполнении договора содержится в ТТН и ТРН, которые представлены налоговому органу по запросу, также представлены ОСВ по счетам 60 и 76. Аналогичные документы и информация представлены ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг». Копии договоров на организацию транспортных услуг с заказчиками также представлены в материалы дела заявителем в ходе судебного разбирательства (т. 16 л.д. 29 - 69). Как следует из содержания договоров с заказчиками об организации перевозок ООО «Группа СТК» обязалась доставить груз на основании заявки клиента в пункт назначения и выдать его получателю, в свою очередь клиент обязан оплатить исполнителю стоимость оказанных услуг. При этом исполнитель имеет право на привлечение к исполнению своих обязанностей по договору третьих лиц. Для выполнения договорных обязательств с заказчиками заявителем были привлечены следующие контрагенты: ООО «Промресурс», ООО «Промсервис», ООО «Стройдеталь», ООО «Простор», ООО «Еврознак 163», ООО «Пласт комплект», ООО «Лира», ООО «Крокус», ООО «Феникс», ООО «Виброна», ООО «Штар», ООО «Диона». Реальность исполнения заявителем договорных обязательств с названными заказчиками налоговым органом не оспаривается, как и факты исчисления и уплаты ООО «Группа СТК» в федеральный бюджет НДС с полученной выручки. Основанием для привлечения налогоплательщика к ответственности явились выводы инспекции о не реальности сделок об оказании транспортных услуг заявителя с конрагентами ООО «Промресурс», ООО «Промсервис», ООО «Стройдеталь», ООО «Простор», ООО «Еврознак 163», ООО «Пласт комплект», ООО «Лира», ООО «Крокус», ООО «Феникс», ООО «Виброна», ООО «Штар», ООО «Диона», что, по мнению налогового органа, повлекло получение заявителем необоснованной налоговой выгоды в виде заявленного налогового вычета по НДС за 2018 - 2020 г. При этом налоговым органом сделан вывод об отсутствии в федеральном бюджете источника для возмещения НДС в связи с тем, что фактически услуги оказаны лицами, не являющимися плательщиками НДС, о чем свидетельствует, в том числе, наличие кредиторской задолженности ООО «Группа СТК» перед названными контрагентами, отсутствие у указанных лиц необходимых ресурсов для выполнения транспортных услуг. ООО «Промресурс» Как следует из материалов дела и установлено судом между ООО «Группа СТК» (заказчик) и ООО «Промресурс» (исполнитель) заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 02.07.2018 г., в соответствии с которым исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а Заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 3 квартал 2018 г. в размере 2 932 627,13 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд считает их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан на основании показаний руководителя ООО «Промресурс» ФИО4 , которая пояснила, что являлась номинальным руководителем, оформляла фирму за денежное вознаграждение (протокол допроса от 16.09.2019 г.). ООО «Промресурс» зарегистрировано: 05.05.2017 г., а исключено из ЕГРЮЛ 03.11.2020 г. в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. В оспариваемом решении содержится констатация факта, что налоговые декларации ООО «Промресурс» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления Пленума) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Заинтересованное лицо в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области поручений об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы; № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Заинтересованным лицом проведен анализ представленных документов. Установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях заинтересованного лица в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем в ходе судебного разбирательства данные выводы заинтересованного лица не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателя действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки заинтересованного лица на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако, соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. Более того, в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком с ходатайством от 14.09.2023 г. представлены полученные по его запросам первичные документы по спорным контрагентам, в том числе, товарные и товарно-транспортные накладные по контрагенту ООО «Промресурс», содержащие отметки и печати ранее названных заказчиков, по поручению которых заявителем организованы перевозки, а также получателей груза, фамилии водителей, наименование товара, пункты погрузки и выгрузки и т.д. (т. 18 - 88). В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промресурс», и выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а поэтому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Промресурс» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Исключение конкрагента 03.11.2020 г. из ЕГРЮЛ как юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, не может быть признано в качестве доказательства нереальности сделок. Однако в оспариваемом решении отсутствует указание на обстоятельства, явившиеся основанием для внесения соответствующих записей со ссылкой на конкретные доказательства. Кроме того взаимоотношения заявителя с данным контрагентом имели место в 3 квартале 2018 г. При этом в оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Промресурс» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение полномочий и места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 3 квартал 2018 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Промресурс» исчислен НДС в размере 17 103 189,83 руб., при этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет примерно 17 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Промресурс». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. В оспариваемом решении заинтересованное лицо указывает на наличие в информационной базе налоговой инспекции протокола допроса от 16.09.2019 г. ФИО4, из которого следует, что ФИО4 является номинальным руководителем, учредителем. На все вопросы о финансово-хозяйственной деятельности ответила: не знаю, нет. Между тем, само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Промресурс» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Промресурс» НДС по сделке с заявителем. Как указано в решении налоговая декларация данного контрагента по НДС за 3 квартал 2018 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана представителем ФИО20. Однако ФИО20 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 Порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, была принята налоговым органом, суд пришел к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО20 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, директора ФИО21 как лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. В связи с чем суд критически оценил показания руководителя общества о формальном учреждении и участии в данной организации. Суд также принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 Письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Кроме того, инспекцией не учтено, что свидетельские показания - это только источник информации, а не основание для начисления налогов (постановление АС Московского округа от 01.04.2019 г. № Ф05-3173/2019). Отказ единоличного исполнительного органа контрагента от финансово-хозяйственных отношений с налогоплательщиком не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности хозяйственных операций. При реальности произведенного сторонами исполнения по сделке, то обстоятельство, что эта сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении необоснованной налоговой выгоды. Сами по себе свидетельские показания указанного лица не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку ТМЦ) между налогоплательщиком и его контрагентами. Физические лица (должностные лица Общества) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст. 173.1 УК РФ. Действия должностных лиц спорных контрагентов, могут свидетельствовать о том, что руководители данных организаций, стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений. Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая свое отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано по делам в постановлениях АС г. Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015 г., ВАС СЗО № А26-6639/2014 от 02.09.2014 г., и АС Поволжского округа № Ф06-10803/2016 от 26.07.2016 г. Показания свидетелей, из содержания которых следует, что по факту финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявителем пояснения дать не смогли по причине того, что не помнят обстоятельства сотрудничества с данной организацией, не могут свидетельствовать об отсутствии взаимоотношений заявителя и контрагентов. Тот факт, что свидетели не вспомнили или не знали каких-либо подробных обстоятельств, касающихся его хозяйственной деятельности, например не вспомнили информацию о расчетных счетах и количестве поставщиков, но не в полном объеме и т.д., относятся к фактической оценке профессионализма соответствующего должностного лица. Кроме того, с учетом прошедшего периода времени некоторые детали взаимоотношений свидетель не мог сразу вспомнить при допросе. Следует также отметить, что регистрация данных организаций, невозможна, согласно установленному порядку, без личного участия заявителей, на разных этапах регистрации: при подаче документов в налоговый орган, либо через МФЦ, оформление у нотариуса доверенности, либо заверение нотариусом подписи на подаваемом в регистрирующий орган заявлении, так и открытие расчетных счетов в банках, что невозможно сделать без идентификации личности должностного лица имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности (решение АС Самарской области от 30.06.2022 г. по делу № А55-5360/2022, оставленное без изменения постановлениями апелляционной инстанции от 24.10.2022 г. и кассационной инстанции от 07.02.2023 г.). Поскольку показания свидетеля противоречат материалам проверки и судебного дела, подлинность подписей в договорах, первичных документах на поставку и учредительных документах организаций инспекцией под сомнение поставлена не была, суд критически оценил показания ФИО21 Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Промресурс» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Промресурс» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал заинтересованному лицу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд приходит к выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Промсервис» Как следует из материалов дела и установлено судом между ООО «Группа СТК» (заказчик) и ООО «Промсервис» (исполнитель) заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом, в соответствии с которым исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 4 квартал 2018 г. в размере 2 333 898,27 руб. и за 1 квартал 2019 г. соответственно 777 966,09 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд обоснованно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Из материалов дела следует, что дата регистрации ООО «Промсервис» - 11.10.2016 г. Общество исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 20.10.2020 г. Адрес государственной регистрации: 443086, Самара, Ерошевского д. 3, оф. Подъезд 1, офис/ком 304В/14А. Судом установлено, что сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности, внесены в ЕГРЮЛ на основании заявления руководителя ООО «ВТИМАШ» ФИО22 от 31.11.2019 г. об отсутствии договорных отношений с ООО «Промресурс» и отсутствии организации по адресу: <...> оф/ком. 304В/14А. Между тем в ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора с заявителем ООО «Промресурс» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Исключение конкрагента 03.11.2020 г. из ЕГРЮЛ как юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, не может быть признано в качестве доказательства нереальности сделок. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. При этом в оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Промресурс» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение полномочий и места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Также в оспариваемом решении заинтересованное лицо ссылается, что налоговые декларации ООО «Промсервис» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. №468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Заинтересованное лицо в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018-2020. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области поручений об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, данный контрагент документы не представил. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по контрагенту самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях заинтересованного лица в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателя действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский» . - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки заинтересованного лица на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л.; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. Более того, в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком с ходатайством от 14.09.2023 г. представлены полученные по его запросам первичные документы по спорным контрагентам, в том числе, товарные и товарно-транспортные накладные по контрагенту ООО «Промсервис», содержащие отметки и печати ранее названных заказчиков, по поручению которых заявителем организованы перевозки, а также получателей груза, фамилии водителей, наименование товара, пункты погрузки и выгрузки и т.д. (т. 18 - 88). В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промсервис». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Промсервис» исчислен НДС в размере 140 567 руб., за 4 квартал 2018 г. - соответственно 10 835 797,15 руб. При этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет примерно 29 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Промресурс». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Как указано в оспариваемом решении налоговые декларации по НДС данного контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г. и 4 квартал 2018 г., поданные через оператора ЭДО компанию «Тезор» подписаны законным представителем ФИО23 Однако директор общества ФИО23 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация вышеназванного контрагента, подписанная представителем организации, была принята налоговым органом, то суд обоснованно пришел к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации директора организации в качестве легитимного руководителя. При вышеизложенных обстоятельства суд обоснованно не согласился с выводами налогового органа о не подтверждении директором общества наличия взаимоотношений с заявителем, основанными исключительно на неявке руководителя по повестке в ходе мероприятий налогового контроля. Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Промсервис» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточненной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Стройдеталь» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» (заказчик) и ООО «Стройдеталь» (исполнитель) заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом, в соответствии с которым исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 1, 2 кварталы 2019 г. в размере 4 753 333,32 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд обоснованно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определении от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Как следует из материалов дела дата регистрации ООО «Стройдеталь»: 06.10.2017 г. Исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 17.08.2021 г. Адрес государственной регистрации: 443080, Самара, Революционная, д. 70, оф. 429. Сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Судом установлено, что сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности, внесены в ЕГРЮЛ на основании протокола осмотра от 26.02.2020 г., оставленного сотрудниками ИФНС России по Октябрьскому району г. Самары и возврата почтовой корреспонденции. Таким образом, на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Стройсервис» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Стройдеталь» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также заинтересованное лицо ссылается, что налоговые декларации ООО «Стройдеталь» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 Постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области поручений об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговый орган проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, данный контрагент документы не представил. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по контрагенту самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателя действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако, соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. Более того, в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком с ходатайством от 14.09.2023 г. представлены полученные по его запросам первичные документы по спорным контрагентам, в том числе, товарные и товарно-транспортные накладные по контрагенту ООО «Стройдеталь», содержащие отметки и печати ранее названных заказчиков, по поручению которых заявителем организованы перевозки, а также получателей груза, фамилии водителей, наименование товара, пункты погрузки и выгрузки и т.д. (т. 18 - 88). В связи с изложенным суд приходит к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Стройдеталь». Выводы, изложенные налоговым органом в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Стройдеталь» исчислен НДС в размере 11 601 855,79 руб. Доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет примерно 41 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Стройдеталь». Также в оспариваемом решении указано, что по 2 кварталу 2019 г. налоговая декларация по НДС контрагентом не представлена. В соответствии с п. 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. При этом ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Кроме того, как указано в оспариваемом решении налоговая декларация по НДС данного контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана законным представителем ФИО24 Однако директор общества в ходе налоговой проверки опрошен не были. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления законному представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная директором общества, была принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации директора организации в качестве легитимного руководителя. При вышеизложенных обстоятельства суд обоснованно не согласился с выводами налогового органа о не подтверждении директором общества наличия взаимоотношений с заявителем, основанными исключительно на неявке руководителя по повестке в ходе мероприятий налогового контроля. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Стройдеталь» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Стройдеталь» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Простор» Между ООО «Группа СТК» и ООО «Простор» заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 25.09.2019 г. № 16/2019 из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик» и ООО «Простор», именуемый в дальнейшем «исполнитель», с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. В соответствии с договором, исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 1 и 2 квартал 2020 г. в размере 3 565 157,34 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд обосновано посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ записей о недостоверности сведений о юридическом лице. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан на основании показаний руководителя ФИО25, которая пояснила, что являлась номинальным руководителем, оформляла фирму за денежное вознаграждение. В ходе судебного разбирательства установлено, дата государственной регистрации ООО «Простор»: 10.04.2019 г. Исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 18.05.2022 г. Адрес государственной регистрации: 443023, Самара, ул. Днепровская, д. 5 (1). Руководитель, учредитель: ФИО25. Между тем на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Простор» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Простор» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Простор» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговым органом в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области поручений об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налоговый орган в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский» . - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя, также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Простор». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Простор» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. Доводы налогового органа о ненадлежащем исполнении контрагентом своих налоговых обязательств по исчислению и уплате в бюджет НДС со сделки с заявителем с учетом совокупности установленных материалами дела обстоятельств также не может свидетельствовать о необоснованности заявленной ООО «Группа СТК» налоговой выгоды. Исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. При этом ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Кроме того, как установлено в ходе мероприятий налогового контроля налоговая декларация данного контрагента по НДС за 1 квартал 2020 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана представителем ФИО26 Однако ФИО26 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО26 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. В связи с чем, суд обоснованно критически оценил ссылки налогового органа показания руководителя общества о формальном учреждении и участии в данной организации. В оспариваемом решении указано, что руководитель ООО «Простор» - ФИО25 на допрос не явилась в инспекцию. Сотрудниками Межрайонной ИФНС №11 по Самарской области осуществлен выезд по адресу регистрации (проживания). По месту проживания ФИО25 отсутствовала. Инспектором был установлен номер телефона ФИО25 и совершен звонок. Межрайонной ИФНС № 11 по Самарской области составлена телефонограмма от 12.10.2022 г. (вх. № 01-34/22627 от 17.10.2022 г.) с ФИО25 руководителем ООО «Простор», которая сообщила о формальном участии в организации. Показания, оформленные телефонограммой, не могут быть признаны судом в качестве надлежащих показаний свидетеля, полученных с соблюдением требований ст. 90 НК РФ в силу принципа допустимости доказательств. Суд также обоснованно принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Кроме того, инспекцией не учтено, что свидетельские показания - это только источник информации, а не основание для начисления налогов. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Московского округа от 01.04.2019 г. № Ф05-3173/2019. Отказ единоличного исполнительного органа контрагента от финансово-хозяйственных отношений с налогоплательщиком не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности хозяйственных операций. При реальности произведенного сторонами исполнения по сделке, то обстоятельство, что эта сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении необоснованной налоговой выгоды. Сами по себе свидетельские показания указанного лица не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку ТМЦ) между налогоплательщиком и его контрагентами. Физические лица (должностные лица общества) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст. 173.1 УК РФ. Действия должностных лиц спорных контрагентов, могут свидетельствовать о том, что руководители данных организаций, стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений. Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая свое отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано по делам в постановлениях АС г. Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015 г., ВАС СЗО № А26-6639/2014 от 02.09.2014 г. г., и АС Поволжского округа № Ф06-10803/2016 от 26.07.2016 г. Показания свидетелей, из содержания которых следует, что по факту финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявителем пояснения дать не смогли по причине того, что не помнят обстоятельства сотрудничества с данной организацией, не могут свидетельствовать об отсутствии взаимоотношений заявителя и контрагентов. Тот факт, что свидетели не вспомнили или не знали каких-либо подробных обстоятельств, касающихся его хозяйственной деятельности, например не вспомнили информацию о расчетных счетах и количестве поставщиков, но не в полном объеме и т.д., относятся к фактической оценке профессионализма соответствующего должностного лица. Кроме того, с учетом прошедшего периода времени некоторые детали взаимоотношений свидетель не мог сразу вспомнить при допросе. Следует также отметить, что регистрация данных организаций, невозможна, согласно установленному порядку, без личного участия заявителей, на разных этапах регистрации: при подаче документов в налоговый орган, либо через МФЦ, оформление у нотариуса доверенности, либо заверение нотариусом подписи на подаваемом в регистрирующий орган заявлении, так и открытие расчетных счетов в банках, что невозможно сделать без идентификации личности должностного лица имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 07.02.2023 г. по делу № А55-5360/2022. Поскольку показания свидетелей противоречат материалам проверки и судебного дела, подлинность подписей в договорах, первичных документах на поставку и учредительных документах организаций инспекцией под сомнение поставлена не была, суд обоснованно отклонил данный довод налогового органа. Ссылки налогового органа о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Кредиторская задолженность перед ООО «Простор» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Еврознак 163» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» (заказчик) и ООО « Еврознак 163» (исполнитель) заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом, в соответствии с которым исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 4 квартал 2018 г. в размере 3 264 406,78 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст.9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд считает их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Из материалов дела следует, что контрагент зарегистрирован в качестве юридического лица 11.10.2011 г. общество исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 05.05.2021 г. Адрес государственной регистрации организации: 443029, Самара, 6-я просека, д. 127. Сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководитель: с 27.06.2018 г. ФИО27 Судами установлено, что сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности, внесены в ЕГРЮЛ на основании протокола осмотра объекта недвижимости № 08/152 от 06.08.2019 г., из которого следует, что по адресу 443029 <...> просека, д. 127 зарегистрирована организация ООО «Еврознак 163» ИНН <***>. В связи с не получением почтовых рассылок от инспекции был проведен осмотр этажного строения жилого и нежилого назначения. В ходе осмотра был выявлен факт отсутствия организации по адресу регистрации. Вывеска, документация или сотрудники отсутствовали. Собственника на момент осмотра на месте не было. Таким образом, на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Еврознак 163» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Просервис» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. В оспариваемом решении налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Еврознак 163» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Заинтересованное лицо в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг Заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области поручений об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, данный контрагент документы не представил. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по контрагенту самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. Более того, в ходе судебного разбирательства налогоплательщиком с ходатайством от 14.09.2023 г. представлены полученные по его запросам первичные документы по спорным контрагентам, в том числе, товарные и товарно-транспортные накладные по контрагенту ООО «Еврознак 163», содержащие отметки и печати ранее названных заказчиков, по поручению которых заявителем организованы перевозки, а также получателей груза, фамилии водителей, наименование товара, пункты погрузки и выгрузки и т.д. (т. 18 - 88). В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Еврознак 163». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 4 квартал 2018 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Еврознак 163» исчислен НДС в размере 8 651 962,56 руб. При этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет примерно 38%. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Еврознак 163». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Как указано в оспариваемом решении налоговые декларации по НДС данного контрагента по НДС за 4 квартал 2018 г., поданные через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписаны представителем ФИО28 Однако ни ФИО28, ни директор общества ФИО27 в ходе налоговой проверки опрошены не были. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - Порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации директора организации и представителя общества в качестве легитимных представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. При вышеизложенных обстоятельствах суд не может согласиться с выводами налогового органа о не подтверждении директором общества наличия взаимоотношений с заявителем, основанными исключительно на неявке руководителя по повестке в ходе мероприятий налогового контроля. Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Промсервис» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточненной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал заинтересованному лицу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Пласт комплект» Между ООО «Группа СТК» и ООО «Пласткомплект» договор перевозки грузов автомобильным транспортом без номера от 30.03.2018 г., из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем заказчик, с одной стороны и ООО «Пласт комплект» именуемый в дальнейшем «исполнитель», другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. В соответствии с данным договором, исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным на получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 2 квартал 2018 г. в размере 7 714 372,90 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд считает их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. Как следует из материалов дела ООО «Пласт комплект» зарегистрировано 23.09.2008 г., исключено из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 19.02.2020 г. Адрес (место нахождения) организации: 443022, Самара, Заводское ш, д. 17, Литера Д1. Д2, оф. 17.18 Сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководитель с 27.04.2017 г. ФИО29 Таким образом, на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Пласт комплект» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Пласт комплект» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Пласт комплект» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Заинтересованное лицо в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя, также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу налогового органа в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с вышеизложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промресурс». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом, как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 2 квартал 2018 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Пласт комплект» исчислен НДС в размере 15 185 233,57 руб.., при этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет примерно 51 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Пласт комплект». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Пласт Комплект» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении данным контрагентом НДС по сделке с заявителем. Кроме того как указано в оспариваемом решении налоговая декларация данного контрагента по НДС за 2 квартал 2018 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана представителем ФИО30 Однако названный представитель и директор организации ФИО29 в ходе налоговой проверки опрошены не были. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, была принята налоговым органом суд пришел к правильному выводу о надлежащей идентификации и аутентификации представителя в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. Суд также принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 Письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя, с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судами в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Пласт комплект» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 № 41-П, определения от 16.10.2003 № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Пласт комплектс» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Лира» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» и ООО «Лира» заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 25.11.2019 г. № 17/2019, из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик с одной стороны, и ООО «Лира», именуемый в дальнейшем «исполнитель», с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. Предмет договора: исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 4 квартал 2019 г. в размере 3 832 500 руб., 1 - 4 кварталы 2020 г. в размере 7 308 131,80 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд считает их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. Как следует из материалов дела ООО «Лира» зарегистрировано: 21.11.2019 г. Адрес (место нахождения) организации: 443067, Самара, ФИО31, д. 15, оф. 38. Сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководитель/Учредитель: ФИО32 Между тем на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Лира» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Лира» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается на то, что налоговые декларации ООО «Лира» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Указанные в оспариваемом решении индивидуальные предприниматели действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу налогового органа в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промресурс». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Лира» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Взаимоотношения заявителя с данным контрагентом имели место в 4 квартале 2019 г., 1 - 4 кварталы 2020 г. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Лира в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановление АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 4 квартал 2018 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Лира» исчислен НДС в размере 17 321 149,16 руб., за 1 квартал 2020 г. - соответственно 6 677 558,74 руб, за 2 квартал 2020 г. - 2 954 321,16 руб., за 3 квартал 2020 г. - 6 823 784,53 руб., за 4 квартал 2020 г. - 17 321 149,16 руб., при этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет от 34 % до 49 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Лира». В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Ни в оспариваемом решении, ни в отзыве на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Лира» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Лира» НДС по сделке с заявителем. Кроме того, как указано в оспариваемом решении налоговые декларации данного контрагента по НДС, поданные через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписаны директором ФИО32 Однако ФИО32 в ходе налоговой проверки опрошена не была. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации директора общества в качестве легитимного представителя налогоплательщика. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Лира» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Лира» отсутствует. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Крокус» Как следует из материалов дела и установлено судом между ООО «Группа СТК» и ООО «Крокус» заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 04.02.2019 г., из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик» и ООО «Крокус», именуемый в дальнейшем «исполнитель», с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. Предмет договора: исполнитель обязуется доставлять вверенные ему Заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 1 квартал 2019 г. в размере 4 113 333,34 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд правильно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Как следует из материалов дела дата регистрации ООО «Крокус»: 06.10.2017 г. Адрес (место нахождения) организации: 443080, Самара, Революционная, д. 70, оф. 427. сведения признаны недостоверными (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководители: ФИО33 с 06.10.2017 г. по 17.07.2018 г., ФИО34 с 18.07.2018 г. сведения недостоверны. Между тем на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Крокус» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Крокус» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Крокус» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Заинтересованное лицо в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. налоговому органу проведен анализ представленных документов. Установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства также положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60,76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Крокус». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017, согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Крокус» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом, как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Крокус» исчислен НДС в размере 13 230 195,66 руб., при этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет 31 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Крокус». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Крокус» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Крокус» НДС по сделке с заявителем. Как указано в оспариваемом решении налоговая декларация данного контрагента по НДС за 1 квартал 2019 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана директором ФИО34. Однако ФИО34 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд обоснованно пришел к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО34 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. Суд также обоснованно принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Крокус» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Крокус» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Виброна» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» и ООО «Виброна» заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 25.03.2019 г. № 16 из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик», с одной стороны, и ООО «Виброна», именуемый в дальнейшем «исполнитель», с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. Предмет договора: исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 2 квартал 2019 г. в размере 1 606 666,68 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд обоснованно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. Как следует из материалов дела дата регистрации ООО «Виброна» зарегистрировано: 04.04.2013 г. Исключение из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 03.11.2020 г. Адрес (место нахождения) организации: 443022, Самара, Совхозный, д. 6, оф. Комната 33. Руководители: с 04.04.2013 г.- по 26.06.2019 г. ФИО35 с 27.06.2019 г.- ФИО36 Между тем, на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Виброна» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Виброна» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Виброна» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателя. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства также положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Указанные в оспариваемом решении индивидуальные предприниматели действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60,76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с вышеизложенным суд обоснованно пришел к выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промресурс». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора контрагент являлся действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Как указано в оспариваемом решении налоговая декларация данного контрагента по НДС за 2 квартал 2019 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана представителем ФИО37. Однако ФИО37 в ходе налоговой проверки опрошена не была. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, была принята налоговым органом, то суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО37 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Виброна» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Штар» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» и ООО «Штар» заключен договор от 10.04.2019 г. перевозки грузов автомобильным транспортом, из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик», с одной стороны, и ООО «Штар», именуемый в дальнейшем «исполнитель», с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. Предмет договора: исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 2 квартал 2019 г. в размере 844 167,67 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд правильно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями. Кроме того налоговый орган указывал на отказ от руководства ФИО38 (руководитель ООО «Штар»). Как следует из материалов дела дата регистрации ООО «Штар» 16.11.2018 г. Исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности 13.01.2021 г. Адрес (место нахождения) организации: 443091, Самара, ФИО39, д. 275, оф. 10. Руководитель, учредитель: ФИО38 Между тем на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Штар» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Штар» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Штар» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя, также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу налогового органа в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Штар». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Штар» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Взаимоотношения заявителя с данным контрагентом имели место в 2 квартале 2019 г. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Штар» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 2 квартал 2019 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Штар» исчислен НДС в размере 7 864 679,91 руб., при этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет 11 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Штар». Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Отказ единоличного исполнительного органа контрагента от финансово-хозяйственных отношений с налогоплательщиком не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС при реальности хозяйственных операций. При реальности произведенного сторонами исполнения по сделке, то обстоятельство, что эта сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении необоснованной налоговой выгоды. Сами по себе свидетельские показания указанного лица не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку ТМЦ) между налогоплательщиком и его контрагентами. Физические лица (должностные лица общества) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст. 173.1 УК РФ. Действия должностных лиц спорных контрагентов, могут свидетельствовать о том, что руководители данных организаций, стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений. Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая свое отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано по делам в постановлениях АС г. Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015 г., ВАС СЗО № А26-6639/2014 от 02.09.2014 г. и АС Поволжского округа № Ф06-10803/2016 от 26.07.2016 г. Показания свидетелей, из содержания которых следует, что по факту финансово-хозяйственных взаимоотношений с заявителем пояснения дать не смогли по причине того, что не помнят обстоятельства сотрудничества с данной организацией, не могут свидетельствовать об отсутствии взаимоотношений заявителя и контрагентов. Тот факт, что свидетели не вспомнили или не знали каких-либо подробных обстоятельств, касающихся его хозяйственной деятельности, например не вспомнили информацию о расчетных счетах и количестве поставщиков, но не в полном объеме и т.д., относятся к фактической оценке профессионализма соответствующего должностного лица. Кроме того, с учетом прошедшего периода времени некоторые детали взаимоотношений свидетель не мог сразу вспомнить при допросе. Следует также отметить, что регистрация данных организаций, невозможна, согласно установленному порядку, без личного участия заявителей, на разных этапах регистрации: при подаче документов в налоговый орган, либо через МФЦ, оформление у нотариуса доверенности, либо заверение нотариусом подписи на подаваемом в регистрирующий орган заявлении, так и открытие расчетных счетов в банках, что невозможно сделать без идентификации личности должностного лица имеющего право действовать от имени юридического лица без доверенности. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 07.02.2023 г по делу № А55-5360/2022. Поскольку показания свидетеля противоречат материалам проверки и судебного дела, подлинность подписей в договорах, первичных документах на поставку и учредительных документах организаций инспекцией под сомнение поставлена не была, суд критически оценивает показания директора общества ФИО38 Кроме того, мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Штар» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Штар» НДС по сделке с заявителем. Как указано в оспариваемом решении налоговая декларация данного контрагента по НДС за 2 квартал 2019 г., поданная через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписана представителем ФИО40. Однако ФИО40 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО40 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. Суд также обоснованно принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Штар» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Промресурс» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Диона» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» (заказчик) и ООО «Диона» (исполнитель) заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом , в соответствии с которым исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 4 квартал 2019 г. в размере 83 268,34 руб., за 1 - 4 кварталы 2020 г. в размере 1 094 881,67 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, и акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд обоснованно посчитал их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Как следует из материалов дела дата регистрации ООО «Диона»: 27.09.2019 г. Регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности) 18.05.2022 г. Адрес (место нахождения) организации: 443096, Самара, Коммунистическая, д. 23, оф. 4. Руководители: с 27.09.2019 г. по 06.07.2021 г. ФИО41, ФИО42 с 07.07.2021 г. Между тем на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Диона» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Диона» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Диона» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон» , ООО «Трехсосенский» . - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу заинтересованного лица в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с изложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Промресурс». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Диона» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Взаимоотношения заявителя с данным контрагентом имели место в 4 квартале 2019 г. и в 1 - 4 кварталах 2020 г. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Диона» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. делу № А12-23867/2018. При этом, как следует из оспариваемого решения в налоговой декларации контрагента по НДС за 4 квартал 2019 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Диона» исчислен НДС в размере 8 873 271,43 руб., за 1 - 4 кварталы 2020 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Диона» исчислен НДС в размере 1 448 185,78 руб. и 8 184 475,47 руб. соответственно. При этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет 26,2 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Диона». В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Диона» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Диона» НДС по сделке с заявителем. Как указано в оспариваемом решении налоговые декларации данного контрагента по НДС, поданные через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписаны законным представителем ФИО43. Однако ФИО41 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд приходит к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО43 в качестве легитимного представителя налогоплательщика и, соответственно, лица, подписавшего доверенность, в качестве легитимного руководителя. Суд также обоснованно принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Диона» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Диона» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. ООО «Феникс» Как следует из материалов дела и установлено судами между ООО «Группа СТК» и ООО «Феникс» заключен договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 28.02.2020 г. № 2/Г, из которого следует, что ООО «Группа СТК» в дальнейшем «заказчик» с одной стороны, и ООО «Феникс», именуемый в дальнейшем «исполнитель» с другой стороны, в дальнейшем совместно именуемые «стороны», заключили настоящий договор. Предмет договора: исполнитель обязуется доставлять вверенные ему заказчиком грузы в пункты назначения на территории РФ и выдавать их уполномоченным по получение грузов лицам (грузополучателям), а заказчик обязуется уплатить за перевозку грузов, установленную провозную плату. В качестве доказательства наличия права на налоговый вычет за 1 и2 кварталы 2020 г. в размере 4 204 469,17 руб. заявителем в ходе налоговой проверки и в материалы дела представлены названный договор, счета-фактуры, акты выполненных работ. В соответствии с ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402- ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Обязательными реквизитами первичного учетного документа являются: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных п. 6 настоящей части, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц. Поскольку представленные налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля первичные документы соответствуют названным ранее нормам налогового законодательства, суд считает их достаточными и необходимыми доказательствами наличия у заявителя права на заявленный налоговый вычет по НДС и уменьшение налогооблагаемой базы по налогу на прибыль. Как неоднократно указывалось в решениях Конституционного Суда РФ (постановления от 28.03.2000 г. № 5-П, от 17.03.2009 г. № 5-П, от 22.06.2009 г. № 10-П, определение от 27.02.2018 г. № 526-О и др.), налоговые органы не освобождаются от обязанности в рамках контрольных процедур принимать исчерпывающие меры, направленные на установление действительного размера налогового обязательства налогоплательщика, что исключало бы возможность вменения ему налога в размере большем, чем это установлено законом. Вывод инспекции о мнимости финансово-хозяйственных операций и невозможности исполнения сторонами условий договора сделан по следующим основаниям: отсутствие фактического перечисления денежных средств от заявителя его контрагентом за оказанные услуги, отсутствие у контрагента ресурсов для выполнения транспортных услуг, наличие признаков организации, деятельность которой направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а осуществляется в интересах третьих лиц и является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной налоговой экономии организациями-выгодоприобретателями, наличием в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Также вывод инспекции о мнимости договора сделан в связи с непредставлением в ходе налоговой проверки заявок, путевых листов, транспортных заказов. Как следует из материалов дела ООО «Феникс» зарегистрировано 25.02.2020 г. по адресу:443080, Самара, ул. Стара Загора, д. 46, оф. 62 (1), данные сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководитель/Учредитель: ФИО44 на допрос не явился. Судами установлено, что сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности, внесены в ЕГРЮЛ на основании результатов выезд по адресу регистрации ФИО44 Между тем, на момент договорных взаимоотношений заявителя с данным контрагентом ООО «Феникс» являлось действующим юридическим лицом, какие-либо сведения о недостоверности адреса либо иных данных контрагента в ЕГРЮЛ отсутствовали. Кроме того, в силу п.п. «в» п. 1, п. 4 и 6 ст. 5 Федерального закона от 08.08.2001 г. №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) в едином государственном реестре юридических лиц содержатся сведения об адресе юридического лица в пределах его места нахождения. Записи вносятся в государственные реестры на основании документов, представленных при государственной регистрации. Пунктом 4.4 ст. 9 Закона № 129-ФЗ установлено, что государственная регистрация не может быть осуществлена в случае установления недостоверности сведений, включаемых в единый государственный реестр юридических лиц. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Феникс» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. При этом сам по себе факт государственной регистрации общества свидетельствует об отсутствии у регистрирующих органов законных оснований для отказа в регистрации юридического лица. Также налоговый орган ссылается, что налоговые декларации ООО «Феникс» представлены с показателями произведенных расходов, приближенных к показателям полученных доходов, уплата в бюджет исчисленных налогов производилась с минимальными показателями. Между тем, согласно правовых позиций ВАС РФ, изложенных в постановлении Президиума 03.07.2012 г. № 2341/12, а также в определении ВС РФ № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016 г., установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств; подписание подтверждающих документов неустановленными документами) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции. На основании положений ст. 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 16.07.2009 г. № 924-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы ОАО «ЛК Лизинг» на нарушение конституционных прав и свобод положениями ст. ст. 106, 110, 169, 171 и 172 НК РФ», нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так арбитражные суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. № 468-О-О). Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (п. 9 постановления) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 г. № 305-КГ16-4155). В данном случае, как указано ранее, налоговым органом не оспаривается реальное оказание ООО «Группа СТК» услуг по организации перевозок своим заказчикам. В связи с чем, в силу правовой позиции высших судебных органов в этом случае налоговым органом должно быть с достаточной и необходимой степенью достоверности установлено лицо, которое фактически оказало транспортные услуги реальным заказчикам. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что в ходе проверки были проанализированы документы, полученные от индивидуальных предпринимателей, операции с которыми отражены по счету 60 «Расчеты с поставщиками и подрядчиками» налогоплательщика. Данные предприниматели оказывают транспортные услуги ООО «Группа СТК» в период 2018 - 2020 г. Налоговый орган констатирует, что ООО «Группа СТК» для выполнения транспортных услуг заказчикам заключало договорные отношения с ИП (около 1 700 чел.) и организациями, которые применяли режимы налогообложения без уплаты НДС (УСН, ЕНВД). Суммы по данным договорам не отражены в книге покупок, но включены в расходы по налогу на прибыль за 2018 г. Однако в оспариваемом решении отсутствуют конкретные сведения о 1 700 предпринимателях. Указано лишь на направление Межрайонной ИФНС России № 11 по Самарской области направлены поручения об истребовании документов (информации): № 9571 от 06.09.2022 г. ФИО5 ИНН <***>. Получены документы. № 9608 от 06.09.2022 г. ФИО6 ИНН <***>. Получены документы. № 9603 от 06.09.2022 г. ФИО7 ИНН <***>. Получены документы. № 9602 от 06.09.2022 г. ФИО8 ИНН <***>. Получены документы. № 9594 от 06.09.2022 г. ФИО9 ИНН <***>. Получены документы. № 9584 от 06.09.2022 г. ФИО10 ИНН <***>. Получены документы. № 9568 от 06.09.2022 г. ФИО11 ИНН <***>. Получены документы. № 9570 от 06.09.2022 г. ФИО12 ИНН <***>. Получены документы. № 9606 от 06.09.2022 г. ФИО13 ИНН <***>. Получены документы. № 9610 от 06.09.2022 г. ФИО14 ИНН <***>. Получены документы. № 9580 от 06.09.2022 г. ФИО15 ИНН <***>. Получены документы. № 9596 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***>. Получены документы. № 9566 от 06.09.2022 г. ФИО16 ИНН <***> . Получены документы. № 9573 от 06.09.2022 г. ФИО17 ИНН <***>. Получены документы. № 9586 от 06.09.2022 г. ФИО18 ИНН <***>. Получены документы. № 9593 от 06.09.2022 г. ФИО19 ИНН <***>. Получены документы. По запросам предприниматели представили документы: договора-заявки, акты выполненных работ, ТТН, путевые листы, технические паспорта на машины и пояснительные записки. Налоговым органом проведен анализ представленных документов и установлено, что договоры, заявки и акты выполненных работ, ТТН содержат подробную информацию: о маршруте, водителях (ФИО, паспортные данные, телефон), транспортных средствах и их госномерах, о грузоотправителе и грузополучателе, о товаре (грузе), о адресах погрузки и разгрузки, о перевозчике. Налоговый орган в оспариваемом решении указывает, что при истребовании документов по ст. 93.1 НК РФ в отличии от реальных исполнителей, проблемные контрагенты документы не представили. А также не были представлены по требованию документы (заявки, ТТН и т.п.) по проблемным контрагентам самим налогоплательщиком. Как отмечено в оспариваемом решении и в возражениях налогового органа в ходе судебного разбирательства, представленные налогоплательщиком договоры, акты выполненных работ по проблемным налогоплательщикам не содержат информации о маршруте движения, гос.номерах а/м, ФИО водителя и минимум иной информации. Акты выполненных работ не позволяют получить действительную объективную информацию, необходимую для целей налогообложения. Данные обстоятельства положены инспекцией в основу выводов о нереальности сделок со спорными контрагентами и оказании транспортных услуг иными лицами, не являющими плательщиками НДС. Между тем, в ходе судебного разбирательства данные выводы налогового органа не нашли своего подтверждения совокупностью соответствующих доказательств с той степенью определенности и достоверности, которая согласно названной выше правовой позиции высшего судебного органа должна быть доказана налоговым органом при оценке заявленной налоговой выгоды как необоснованной в отсутствие сомнений в реальности оказанных услуг. Перечисленные в оспариваемом решении 15 индивидуальных предпринимателей действительно оказывали транспортные услуги на основании договоров с ООО «Группа СТК». Однако объем этих услуг является явно несопоставимым с общим объемом услуг, которые были оказаны ООО «Группа СТК» своим заказчикам, что не отрицается налоговым органом: - 2018 год: ООО «Медфарм», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Промфарм», ООО «Аустрон». - 2019 год: ООО «Медфарм», ООО «Пепсико холдинг», ООО «Фарм Экспорт», ООО «Аустрон», ООО «Трехсосенский». - 2020 год: ООО «Пепсико холдинг», ООО «Трехсосенский», ООО «Аустрон», ООО «М. Сервис», ООО «Пивоваренная компания «Балтика». При этом, со всех сделок с заказчиками, как указано ранее и не оспорено налоговым органом, заявителем был исчислен и уплачен в федеральных бюджет НДС. Ссылки налогового органа на не представление спорными контрагентами и заявителем информации о маршруте движения, гос.номера а/м, ФИО водителя также не могут быть признаны судом в качестве достаточных для вывода о невозможности определения реального исполнителя услуг в ходе мероприятий налогового контроля. В представленных заказчиками услуг по запросу налогового органа в ходе налоговой проверки документах, в том числе, в транспортных накладных, ТТН и др. содержатся сведения о грузоотправителе, грузополучателе, пунктах отправления и получения, товаре, маршруте перевозки, водителях, гос. номерах автомобилей и др. В частности, ООО «Аустрон» представлены документы на 653 л.; - ООО «Пивоваренная компания «Балтика» представлены документы на 956 л.; а также ОСВ по счетам 60, 76 на 5 л; - ООО «Дикомп Классик» представлены документы на 124 л.; - ООО «Пепсико-холдинг» представлены документы на 110 л.; - ООО «Фрито Лей Мануфактуринг» представлены документы на 174 л. (все документы представлены в материалы судебного дела на диске с ходатайством от 31.01.2024 г.). Следовательно, налоговый орган в ходе налоговой проверки располагал достаточной и необходимой информацией для установления реального исполнителя транспортных услуг по каждой ТТН и в отношении каждого заказчика. Однако соответствующие мероприятия налогового контроля проведены не были, водители не опрошены, принадлежность транспортных средств не установлена, сопоставимый анализ ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным индивидуальными предпринимателями и ТТН и ТН, маршрутов и предметов перевозок, грузоотправителей и грузополучателей по документам, представленным заказчиками, в оспариваемом решении отсутствует. В связи с вышеизложенным суд пришел к правильному выводу, что налоговым органом не доказано отсутствие реальности оказания транспортных услуг по договору с ООО «Феникс». Выводы, изложенные в оспариваемом решении, документально не подтверждены, а потому по своей сути являются предположениями налогового органа и в связи с этим не могут являться доказательствами факта совершения заявителем налогового правонарушения. Стандарт доказывания умышленных действий налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды сформулирован в Методических рекомендациях № ЕД-4-2/13650@ от 13.07.2017 г., согласно которым налоговый орган обязан доказать цели и мотивы, которые преследовались конкретным лицом при совершении противоправных действий, а также документально обосновать вину лица. Недопустимо обоснование виновности лица на предположениях, на соображениях вероятности тех или иных фактов. Таким образом, с учетом сложившей по данному вопросу судебной практики, а также разъяснений ФНС России налоговые претензии возможны только при доказывании налоговым органом факта нереальности исполнения сделки (операции) контрагентом налогоплательщика и несоблюдении налогоплательщиком установленных ст. 54.1 НК РФ условий. В данном же случае налоговым органом не приведены бесспорные доказательства относительно того, что сделки между данными субъектами мнимые, не указано наличие претензий к первичным документам, представленным обществом в ходе проверки и в ходе судебного разбирательства, в совокупности с документами о реальном оказании заявителем услуг по организации перевозок на основании договоров с реальными заказчиками ООО «Аустрон» ИНН <***>, ООО «Пивоваренная компания «Балтика», ООО «Дикомп Классик», ООО «Пепсико-холдинг», ООО «Фрито Лей Мануфактуринг», по которым заявителем исчислен и уплачен в бюджет НДС. В ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривается налоговым органом, что на момент заключения и исполнения договора ООО «Феникс» являлось действующим юридическим лицом, зарегистрированным налоговым органом в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 08.08.2001 г. № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность. Взаимоотношения заявителя с данным контрагентом имели место в 1 - 2 кварталах 2020 г. В оспариваемом решении отсутствует анализ документов, представленных при регистрации ООО «Феникс» в качестве юридического лица, в т.ч. в подтверждение места нахождения единоличного исполнительного органа общества. Сведения, в отношении которых внесена запись о недостоверности в отношении контрагента, внесены в ЕГРЮЛ после периода взаимоотношений с заявителем. Довод налогового органа об отсутствии у контрагента управленческого и технического персонала, основных и транспортных средств, не может выступать квалифицирующими признаками возможности или невозможности ведения предпринимательской деятельности. Кроме того, факт отсутствия материальных и трудовых ресурсов у контрагентов налогоплательщика не исключает возможности реального осуществления хозяйственных операций и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку привлечение работников возможно по договорам гражданско-правового характера, а также аутсорсинга и аутстаффинга. Аналогичный вывод изложен в постановление АС Поволжского округа от 31.05.2019 г. по делу № А12-23867/2018. При этом как следует из оспариваемого решения в налоговых деклараций контрагента по НДС за 1 - 2 кварталы 2020 г. с оборотов по реализации продукции, работ и услуг ООО «Феникс» исчислен НДС в размере 5 745 621,61 руб. и 4 916 995,30 руб. соответственно. При этом доля заявленного ООО «СТК» вычета по НДС составляет 35,3 %. Следовательно, ООО «Группа СТК» не является единственным заказчиком ООО «Феникс». В соответствии с п. 10 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом. Ни в оспариваемом решении, ни в отзыв на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанным обществом, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Данные обстоятельства свидетельствуют о недоказанности налоговым органом недобросовестности действий со стороны общества, его намерения получить необоснованную налоговую выгоду при доказанности реального указания услуг по договорам заявителя с реальными заказчиками. Само по себе отрицание руководителем общества факта осуществления административных полномочий в отношении юридического лица при изложенных обстоятельствах не могут свидетельствовать о формальности следок с данным контрагентом применительно к рассматриваемым налоговым правоотношениям с учетом специфики правовой природы НДС как косвенного налога. Мероприятиями налогового контроля подтвержден факт включения ООО «Феникс» счетов-фактур, по которым заявлен налоговый вычет по НДС ООО «Группа СТК» в книгу продаж, что свидетельствует об исчислении ООО «Феникс» НДС по сделке с заявителем. Как указано в оспариваемом решении налоговые декларации данного контрагента по НДС, поданные через оператора ЭДО компанию «Тезор», подписаны законным представителем ФИО44. Однако ФИО44 в ходе налоговой проверки опрошен не был. Соответствующий запрос в компанию «Тензор» о порядке оформления представителю сертификата электронно-цифровой подписи направлен не был. В силу п. 1.6 приказа ФНС России от 31.07.2014 г. № ММВ-7-6/398@ «Об утверждении Методических рекомендаций по организации электронного документооборота при представлении налоговых деклараций (расчетов) в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи» информационное взаимодействие налогового органа с налогоплательщиком в электронной форме по ТКС осуществляется, если налогоплательщик или лицо, уполномоченное налогоплательщиком представлять его интересы в отношениях, регулируемых законодательством РФ о налогах и сборах (далее - представитель), зарегистрирован в качестве участника электронного документооборота в соответствии с требованиями системы. Согласно п. 2.1.1 Порядка представления налоговой и бухгалтерской отчетности в электронном виде через Интернет-сайт ФНС России (далее - порядок) налогоплательщику необходимо воспользоваться интернет-сервисом самостоятельной регистрации налогоплательщиков в системе сдачи налоговой отчетности «Получение идентификатора абонента», размещенным на сайте ФНС России в разделе «Электронные сервисы», для обеспечения возможности представления НБО (налоговой декларации) через интернет-сайт ФНС России с использованием ранее полученного ключа ЭП. После выполнения процедуры регистрации налогоплательщик получает идентификатор абонента для работы с интернет-сервисом. Налогоплательщик, имеющий ключ ЭП и уникальный идентификатор абонента, может представлять налоговую декларацию через интернет-сайт ФНС России (п. 2.1.2, 2.1.3 порядка). Поскольку налоговая декларация названного контрагента, подписанная представителем организации, был принята налоговым органом суд обоснованно пришел к выводу о надлежащей идентификации и аутентификации ФИО44 в качестве легитимного законного представителя налогоплательщика. В связи с вышеизложенным, суд критически оценил показания матери ФИО44 о невозможности регистрации общества. Суд также обоснованно принял во внимание положения п. 3 ст. 54.1 НК РФ, согласно которому в целях п. 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. По смыслу абз. 1 п. 5 письма ФНС России от 10.03.2021 г., данные обстоятельства не могут служить достаточным основанием для предъявления налоговых претензий. Ссылки налогового органа о минимизации спорным контрагентом размера НДС, исчисленного к уплате в бюджет за указанный период, а также о наличии кредиторской задолженности заявителя с учетом изложенной выше совокупности установленных судом обстоятельств, подтвержденных соответствующими доказательствами, также не могут быть признаны судом в качестве доказательства необоснованности налоговой выгоды заявителя. Во-первых, заявленному ООО «Группа СТК» налоговому вычету по НДС корреспондирует исчисление ООО «Феникс» соответствующего НДС с оборотов по реализации услуг. Кроме того, исполнение обязанности по уплате налогов не предполагает возложения на налогоплательщика ответственности за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет: право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц (постановление от 19.12.2019 г. № 41-П, определения от 16.10.2003 г. № 329-О, от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О). Также следует отметить, что кредиторская задолженность перед ООО «Феникс» включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточенной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. В ходе судебного исследования обстоятельств налоговой проверки суд неоднократно предлагал налоговому органу представить обоснование и доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды, доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства нереальности сделок, начисления НДС как компенсации потерь бюджета с учетом правовой природы налога и отсутствия в федеральном бюджете реального источника для возмещения НДС, заявленного налогоплательщиком по спорным сделкам, в т.ч. доказательства и обоснование со ссылкой на конкретные доказательства в подтверждение выводов об обналичивании денежных средств; о согласованности заявителя и контрагента. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся доказательств суд пришел к правильному выводу, что ни в оспариваемом решении, ни в ходе судебного разбирательства налоговым органом не представлены достаточные и необходимые доказательства получения заявителем необоснованной налоговой выгоды при заявлении налогового вычета по НДС по договору с данным контрагентом. При рассмотрении настоящего дела оценка обстоятельств дела осуществлена судом с учетом правовой позиции, содержащейся в определении ВС РФ от 29.11.2016 г. № 305-КГ16-10399 по делу № А40 71125/2015, определяющей, что на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой экономии, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. В данном случае совокупность установленных судом в ходе судебного разбирательства обстоятельств, на основании имеющихся в материалах судебного дела доказательств, свидетельствует об отсутствии законных оснований для признания заявленной налогоплательщиком налоговой выгоды в виде налогового вычета по НДС необоснованной. Согласно неоднократно высказанной Конституционным Судом Российской Федерации правовой позиции (п. 2.2 постановления № 41-П, определениях от 10.11.2016 г. № 2561-О, от 26.11.2018 г. № 3054-О и др.), право налогоплательщика на налоговый вычет не может быть обусловлено исполнением непосредственными контрагентами (продавцами, поставщиками) и предшествующими им лицами своей обязанности по уплате НДС, а также финансово-экономическим положением и поведением третьих лиц. Иное, вопреки конституционному принципу равенства (ст. 19 Конституции РФ) и связанному с ним принципу поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, могло бы лишить налогоплательщиков предсказуемости последствий исполнения ими закона. Нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, так суды в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение юридически значимых обстоятельств (факт оказания услуг, реализации товара, наличие иных документов, подтверждающих хозяйственные операции, и другие) (определения Конституционного Суда РФ от 24.01.2008 г. № 33-О-О и от 05.03.2009 г. №468-О-О). Выводы налогового органа основаны на том, что ООО «ТД Техпромсервис» ИНН <***>, ООО «Промсервис» ИНН <***>, ООО «Стройдеталь» ИНН <***>, ООО «Штар» ИНН <***>, ООО «Простор» ИНН <***>, ООО «Еврознак 163» ИНН <***>, ООО «Виброна» ИНН <***>, ООО «Пласт Комплект» ИНН <***>, ООО «Криопак» ИНН <***>, ООО «Промресурс» ИНН <***>, ООО «Крокус» ИНН <***> представляют собой группу налогоплательщиков («площадку»), системно участвующих в схемных операциях путем представления налоговых деклараций по НДС с заведомо ложными показателями о якобы совершенных операциях по приобретению и реализации товаров (работ, услуг), что указывает на создание формального документооборота. Между тем, само по себе наличие у общества посредника не позволяет расценивать действия общества в рамках спорных хозяйственных операций как совершенные с намерением получить необоснованную налоговую выгоду. Аналогичные выводы изложены в определение ВС РФ от 04.03.2015 г. № 302-КГ14-3432 по делу № А33-666/2013. В соответствии с п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53 возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Планирование предпринимательской деятельности, в том числе в отношении видов и целей деятельности и получения доходов, является исключительной компетенцией самого налогоплательщика. Судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов. Кроме того, ни в оспариваемом решении, ни в отзыве на заявление налоговым органом не приведено доводов о наличии взаимозависимости между истцом и указанными контрагентам, а также доказательств, что указанные выше обстоятельства могли повлиять на условия или результат деятельности участников спорных сделок. Более того, выводы налогового органа о том, что все контрагенты представляют собой группу налогоплательщиков («площадку»), системно участвующих в схемных операциях путем представления налоговых деклараций по НДС с заведомо ложными показателями, основаны исключительно на подаче налоговых деклараций с одного 6318052428 с одного IP- адреса 85.26.233.47, а также наличием совпадений e-mail адресов. Однако как указано в постановлении АС Поволжского округа от 26.05.2015 г. № Ф06-23483/2015, одинаковые IP-адреса у нескольких контрагентов, которые одновременно выполняют схожие работы, не доказывают, что компания получает необоснованную налоговую выгоду. Указание на использование одного IP-адреса при отправке платежных поручений в банк и представлении налоговой отчетности в налоговый орган, само по себе не свидетельствует о подписании этих документов одним и тем же лицом. Налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля не получены доказательства использования указанными организациям одного ключа электронной цифровой подписи. Совпадения номеров телефонов и e-mail адресов, могут свидетельствовать о том, что данные контрагенты обслуживаются в одной организации по осуществлению бухгалтерского сопровождения юридических лиц. В соответствии с п. 3 ст. 7 ФЗ «О бухгалтерском учете» руководитель экономического субъекта обязан возложить ведение бухгалтерского учета на главного бухгалтера или иное должностное лицо этого субъекта либо заключить договор об оказании услуг по ведению бухгалтерского учета. Исходя из позиции АС Поволжского округа от 25.10.2022 г. по делу № А65-32963/2021, при оценке аналогичных доводов налогового органа как доказательства согласованности организаций, IP-адрес характеризует не отдельный компьютер или маршрутизатор, а одно сетевое соединение. Таким образом, если в здании (помещении) установлен роутер или иное устройство, дающее компьютерам возможность выхода в Интернет, IP-адрес присваивается раздающему устройству, обеспечивающему сетевое соединение. Следовательно, все компьютеры, получающие доступ в Интернет через общее устройство, имеют один и тот же IP-адрес. Использование одного IP-адреса для доступа к сети интернет двумя организациями по месту осуществления части хозяйственной деятельности не может являться доказательством взаимозависимости, так как вызвано техническими особенностями по подключению к данным помещениям сети «Интернет» через устройство беспроводной передачи данных. IP-адрес не позволяет идентифицировать персональный компьютер в электронно-коммуникационной сети либо конкретного пользователя, а означает лишь уникальный сетевой адрес узла в компьютерной сети. Узел сети - это устройство, соединенное с другими устройствами, часть компьютерной сети. Узлами могут быть компьютеры, мобильные телефоны, карманные компьютеры, специальные сетевые устройства, такие как маршрутизатор, коммутатор или концентратор. Совпадение IP-адреса свидетельствует лишь о том, что устройства, с которых совершены операции по безналичным расчетам, подключены к одному сетевому узлу. При этом налоговый орган, ограничившись констатацией совпадения IP-адресов, не предпринял мер по установлению фактического устройства, которому принадлежит названный IP-адрес, не опросил лиц, которые являются подписантами налоговых деклараций. Выводы налогового органа также основаны на отсутствии платежей в адрес отдельных контрагентов. Между тем, материалы дела свидетельствуют о том, что все контрагенты в течение срока исковой давности требований по сделкам были исключены из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности, т.е. по инициативе регистрирующего органа, в 2020 - 2021 г. При этом, доказательства наличия у налоговых органов фискальных претензий к ликвидируемым налогоплательщикам, в т.ч. по результатам проведения выездной налоговой проверки на основании п. 11 ст. 89 НК РФ, в оспариваемом решении не указаны и в материалы дела не представлены. В связи с изложенными обстоятельствами кредиторская задолженность заявителя перед спорными контрагентами как нереальная в связи с ликвидацией кредитора включена во внереализационные доходы за 2020 г., что подтверждено уточненной налоговой декларацией по налогу на прибыль от 16.11.2023 г. Более того, в силу правовых положений налогового законодательства, определяющих право налогоплательщика на налоговую выгоду, оплата полученных товаров, работ и услуг не предусмотрена ст. ст. 171 - 172 ГК РФ в качестве условия для получения налоговой выгоды в виде заявления налогового вычета по НДС. Налоговым органом в ходе мероприятий налогового контроля установлено, что большая часть спорных контрагентов исчислила НДС со сделок ООО «Группа СТК», при доказательства неисполнения названными организациями своих налоговых обязательств налоговый орган в оспариваемом решении не указал и в материалы судебного дела не представил. При рассмотрении данного дела суд обоснованно исходил из того, что действия налогоплательщика предполагаются экономически оправданными и законными, если иное не доказано налоговым органом. Кодекс не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать произведенные налогоплательщиком сделки при решении вопроса о правомерности применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость с позиции оценки экономической целесообразности, рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений. Налоговое законодательство не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности. Налогоплательщик вправе единолично определять ее эффективность и целесообразность. В связи с вышеизложенным, суд пришел к правильному выводу, что оспариваемое решение является необоснованным, что является основанием для признания его недействительным. Доводы налогового органа об оценке заявленной ООО «Группа СТК» налоговой выгоды как необоснованной сделаны без учета основных принципов налогового законодательства о справедливости и однократности налогообложения, а также презумпции невиновности налогоплательщика. В силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). С учетом оценки обстоятельств дела в их совокупности на основании имеющихся в деле доказательств, суд пришел к правильному выводу о том, что заявленные обществом требования следует удовлетворить, признать недействительным решение № 17-21/6 от 31.01.2023 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части привлечения ООО «Группа СТК» к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде доначисления НДС в размере 44 444 605,81 руб., привлечения к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 и 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 402 428,40 руб. и обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «Группа СТК». Судебные расходы судом распределены в соответствии со ст. 110 АПК РФ, и правильно отнесены на налоговый орган. Суд апелляционной инстанции, повторно проанализировав предоставленные в материалы дела доказательства, в соответствии с правилами, определенными ст. 71 АПК РФ, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств и представленных доказательств, правильно установленных и оцененных судом, опровергаются материалами дела и не отвечают требованиям действующего законодательства. На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении дела по существу суд первой инстанции полно и всесторонне определил круг юридических фактов, подлежащих исследованию и доказыванию, которым дал обоснованную юридическую оценку, и сделал правильный вывод о применении в данном случае конкретных норм материального и процессуального права, а поэтому у суда апелляционной инстанции нет оснований для изменения или отмены судебного акта. Ссылка налогового органа на судебные акты и судебную практику не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку они были приняты в отношении иной совокупности фактических обстоятельств, которая не может рассматриваться как разъясняющая вопросы применения той или иной нормы права применительно к данному делу. Иных доводов, которые могли послужить основанием для отмены обжалуемого решения в соответствии со ст. 270 АПК РФ, из апелляционной жалобы не усматривается. Таким образом, решение суда является законным и обоснованным, а апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению. Руководствуясь ст. ст. 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд Решение Арбитражного суда Самарской области от 28 февраля 2024 года по делу №А55-16570/2023 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции. Председательствующий П.В. Бажан Судьи Е.Н. Некрасова С.Ю. Николаева Суд:11 ААС (Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд) (подробнее)Истцы:ООО "Группа СТК" (подробнее)Ответчики:ФНС России МРИ №22 по Самарской области (подробнее)ФНС России МРИ №22 по Самарской области, УФНС России по Самарской области (подробнее) Иные лица:УФНС России по Самарской области (подробнее)Судьи дела:Бажан П.В. (судья) (подробнее)Последние документы по делу: |
