Постановление от 21 декабря 2025 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-6837/2023
22 декабря 2025 года
г. Санкт-Петербург


Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 декабря 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 03.06.2025,

председательствующего судьи И.Ю. Тойвонена,

судей А.Ю. Слоневской, И.В. Сотова,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Э.Б. Аласовым,

при участии:

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-24193/2025) ФИО1 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.08.2025 по делу № А56-6837/2023 в части неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами ООО ПКО «РБР» и ООО ПКО «ЭОС» (судья Корушова И.М.), принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего по итогам процедуры реализации имущества должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ФИО1 о признании её несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 31.01.2023 заявление принято к производству.

Решением арбитражного суда от 21.09.2023 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 182(7627) от 30.09.2023.

В арбитражный суд 24.03.2025 от финансового управляющего поступили отчет финансового управляющего о деятельности и о результатах проведения реализации имущества гражданина, анализ финансового состояния должника, заключение о наличии/отсутствии признаков фиктивного или преднамеренного банкротства гражданина, реестр требований кредиторов и ходатайство о

завершении процедуры реализации имущества должника с приложением иных обосновывающих ходатайство документов.

Определением арбитражного суда от 08.08.2025 процедура реализации имущества ФИО1 завершена, полномочия финансового управляющего ФИО3 прекращены, в отношении ФИО1 не применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований залогового кредитора ООО ПКО «РБР» и ООО ПКО «ЭОС». ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований иных кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

ФИО1 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить в части неосвобождения должника от исполнения обязательств перед залоговым кредитором ООО ПКО «РБР» и ООО ПКО «ЭОС», освободить должника от исполнения обязательств перед указанными кредиторами.

В отношении автомобиля «Скания» 2011 г.в. и прицепа марки VANHOOL должник указал, что автомобиль был угнан, должник неоднократно обращался к судебным приставам с вопросом о розыске автомобиля, который не был найден. В отношении автомобиля МЕРСЕДЕС 230 Е 1992 г.в. должник пояснил, что автомобиль был утилизирован, снять его с учёта не представлялось возможным, поскольку не были сняты ограничения, на данный момент автомобиль снят с учёта.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы апелляционной жалобы поддержал.

Возражений против проверки законности и обоснованности определения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы не заявлено.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке с применением части 5 статьи 268 АПК РФ, части 3 статьи 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.

Исследовав доводы апелляционной жалобы в совокупности и взаимосвязи с собранными по делу доказательствами, апелляционный суд не усматривает оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

В силу ст. 32 Закон о банкротстве и ч. 1 ст. 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно п. 1 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (п. 2 ст. 213.28 Закона).

В силу п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Институт банкротства граждан предусматривает иной - экстраординарный - механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитация гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом.

Согласно п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - Постановление Пленума № 45), при возбуждении производства по делу о банкротстве должник обязан представить предусмотренные п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве документы вместе с отзывом на заявление (ст. 47 Закона) - документы о полученных физическим лицом доходах, справка о наличии счетов, вкладов (депозитов) в банке и (или) об остатках денежных средств на счетах, во вкладах (депозитах), об остатках электронных денежных средств и о переводах электронных денежных средств, выписки по операциям на счетах, по вкладам (депозитам) граждан, в банке должны содержать сведения за трехлетний период, предшествующий дню подачи заявления о признании должника банкротом, вне зависимости от того, кем подано данное заявление (абз. 9 и 10 п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5 Закона о банкротстве), а неисполнение должником обязанности по представлению отзыва и документов, и

сообщение суду недостоверных либо неполных сведений, может являться основанием для неприменения в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств (абз. 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

В п. 42 Постановления Пленума № 45 разъяснено, что целью п. 3 ст. 213.4, п. 6 ст. 213.5, п. 9 ст. 213.9, п. 2 ст. 213.13, п. 4 ст. 213.28, ст. 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Данные нормы направлены на недопущение сокрытия должником обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на максимально полное удовлетворение требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела, а, если на должника возложена обязанность представить документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац 3 п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования.

Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении положений абзаца третьего п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике (ст. 65 АПК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве).

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (ст. 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина и последствий признания гражданина банкротом (абзацы 17, 18 ст. 2 и ст. 213.30 Закона о банкротстве), возможности заключения мирового соглашения на любой стадии рассмотрения спора (ст. ст. 138, 139 АПК РФ, абзац 19 ст. 2, ст. 213.31 Закона о банкротстве), а также с учетом вышеприведенных разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45, в процедуре банкротства граждан, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, чем он реально может погасить, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность

удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на получение излишних кредитов без цели их погашения в надежде на предоставление возможности полного освобождения от задолженности посредством банкротства.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо неисполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и тому подобное) суд, руководствуясь ст. 10 ГК РФ, вправе в определении о завершении реализации имущества должника указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (п. 5 ст. 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

ООО ПКО «ЭОС» и ООО ПКО «РБР» ходатайствовали о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, определением арбитражного суда от 12.12.2023 в третью очередь реестра включены требования ООО ПКО «ЭОС» в размере 1 871 977,38 руб. основного долга.

Определением арбитражного суда от 17.06.2024 в третью очередь реестра включены требования ООО ПКО «РБР» в размере 2 451 940,82 руб. основного долга, 260 516,87 руб. процентов, 1 630 873,34 руб. пени, а также 11 288,86 руб. расходов по уплате государственной пошлины. Признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после погашения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, требование ООО ПКО «РБР» в размере 4 146 064,15 руб. процентов. Требования ООО ПКО «РБР» учтены как обеспеченные залогом имущества должника - SCANIA G 420 идентификационный номер VIN <***>, цвет кузова – белый, год выпуска 2011.

Согласно ответу ГИБДД по г. Санкт-Петербургу и Ленинградской обл. за ФИО1 было зарегистрировано следующее движимое имущество:

- автомобиль марки МЕРСЕДЕС 230Е, 1992 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>;

- прицеп марки VАNНООL, 2004 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***>;

- автомобиль марки СКАНИЯ G420LА4Х2НNА, 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, VIN <***> (залоговый).

Общая стоимость имущества определена финансовым управляющим в размере 3250000 руб.

Финансовый управляющий направлял ФИО1 запросы относительно местонахождения данного имущества, о чем в материалах дела имеются доказательства, однако информация должницей не была предоставлена.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством об истребовании указанного выше имущества у должника.

Определением арбитражного суда от 10.06.2024 ходатайство финансового управляющего об истребовании имущества у должника удовлетворено. Суд установил, что требование о передаче финансовому управляющему указанных транспортных средств с комплектом ключей и правоустанавливающими документами на них должником в добровольном порядке не исполнено, ответа от должника на запрос финансового управляющего не последовало, при этом транспортные средства и прицеп, зарегистрированы за должником.

18.09.2024 арбитражным судом выдан исполнительный лист, на основании которого судебным приставом-исполнителем Лодейнопольского РОСП Ленинградской области был объявлен исполнительный розыск вышеуказанного имущества. Имущества приставом не обнаружено.

ФИО1 указала, что она передала автомашину «Скания», 2011 г в.,г/н X 542 00 47 и прицеп марки VАNНООL, 2004 года выпуска, государственный регистрационный знак <***> сыну ФИО4, который, в свою очередь, в августе 2014 года вышеуказанную автомашину с полуприцепом вместе с документами и ключами по устной договоренности передал в аренду гр-ну ФИО5. Сведениями о ФИО5 должник не располагает.

В отношении автомобиля МЕРСЕДЕС 230Е, 1992 г.в., государственный регистрационный знак <***>, VIN <***> представитель должника заявила о том, что автомобиль был угнан неизвестными лицами. Однако данные обстоятельства должником не подтверждены. При этом в апелляционной жалобе должник ссылается на утилизацию данного автомобиля и снятие его в настоящее время с учёта.

Суд первой инстанции, учитывая позицию должника об утрате имущества в связи с неправомерными действиями третьих лиц, обоснованно не принял её во внимание, поскольку передача имущества сыну произведена ФИО6 на добровольной основе. ФИО6 независимо от наличия родственных связей имела возможность истребовать у него имущество или стоимость невозвращенных транспортных средств.

По условиям договора залога в отношении автотранспортного средства «Скания» ФИО6 обязалась не совершать действия, влекущие за собой прекращение права на предмет залога без письменного согласия залогодержателя, принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности предмета залога, в том числе от необоснованных посягательств и требований со стороны третьих лиц (п. 2.1.1 и 2.1.2 договора).

Тем самым ФИО6, не проявила должную степень заботливости и осмотрительности, добровольно передала предмет залога без уведомления и согласия залогодержателя третьему лицу, утратившему контроль над предметом залога и не обеспечившему его сохранность. Такое поведение должника привело к

утрате залогового имущества, чем нарушены права кредитора ООО ПКО «РБР», справедливо рассчитывавшего на возможность получения удовлетворения за счет стоимости имущества, переданного должником в залог.

Кроме того, в конкурсную массу ФИО6 включен легковой автомобиль МЕРСЕДЕС 230Е, 1992 г.в. и прицеп марки VАNНООL, 2004 г. в., которые истребованы финансовым управляющим в рамках вышеуказанного обособленного спора, также не переданы должником финансовому управляющему для реализации, в ходе розыскных мероприятий имущества не обнаружено.

В апелляционной жалобе должник ссылается на утилизацию автомобиля МЕРСЕДЕС 230Е, 1992 г.в. и снятие его с учёта, при этом обстоятельства снятия автомобиля с регистрационного учёта должником не раскрыты, доказательства утилизации автомобиля (договор с пунктом приема, акт приема-передачи и т.п.) не представлены. Должник с заявлением об исключении спорного имущества из конкурсной массы в арбитражный суд не обращался.

При этом должник является плательщиком транспортного налога (транспортные средства МЕРСЕДЕС 230Е и СКАНИЯ G420LА4Х2НNА) за период с 2018 по 2021 годы.

При изложенных обстоятельствах, признав такое поведение должника не отвечающим стандартам добросовестного, суд первой инстанции пришёл к выводу об отсутствии в данном конкретном случае оснований для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами ООО ПКО «ЭОС» и ООО ПКО «РБР».

Апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции в обжалуемой части соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела о банкротстве, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении процедуры реализации имущества, исследовав заявленные кредиторами доводы, оценив поведение должника при исполнении обязательств перед кредиторами с позиции добросовестности таких действий, пришёл к выводу о достаточности условий для неприменения к должнику правил об освобождении от обязательств именно перед залоговым кредитором ООО ПКО «РБР» и ООО ПКО «ЭОС».

Оснований для иных выводов с учетом установленных судом обстоятельств апелляционный суд не находит.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ апелляционный суд не усматривает.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.08.2025 по делу № А56-6837/2023 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий И.Ю. Тойвонен

Судьи А.Ю. Слоневская

И.В. Сотов