Постановление от 13 ноября 2018 г. по делу № А40-116681/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-116681/2017
14 ноября 2018 года
город Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 14 ноября 2018 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Крекотнева С.Н.

судей Кобылянского В.В., Беловой А.Р.

при участии в заседании:

от истца ООО «ПромТрансСервис» - ФИО1 по дов. от 31.12.2016

от ответчика ООО «ИСР Транс» - ФИО2 по 29.12.2017

рассмотрев 12 ноября 2018 года в судебном заседании кассационную жалобу

ООО «ПромТрансСервис» (истца)

на решение от 17 апреля 2018 года Арбитражного суда города Москвы,

принятое судьей Ламоновой Т.А.,

и постановление от 8 августа 2018 года

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями Проценко А.И., Бондаревым А.В., Валюшкиной В.В.,

по иску ООО «ПромТрансСервис»

к ООО «ИСР Транс»

о взыскании 12 842 469 руб. 10 коп. задолженности по договору аренды.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ПромТрансСервис» (далее – истец, арендодатель) 28.06.2017 обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью «ИСР Транс» (далее – ответчик, арендатор) о взыскании 12 842 469 руб. 10 коп. задолженности по договору аренды от 02.02.2011 № 013/Е-11.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 17.04.2018, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.08.2018, требования истца удовлетворены в части взыскания с ответчика в пользу истца 1 734 500 руб., в остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу решением и постановлением в части отказа в иске, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые решение и постановление в части отказа в иске отменить и принять по делу новый судебный акт, которым иск удовлетворить в полном объеме.

В обоснование своей кассационной жалобы заявитель указывает на несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права и норм процессуального права.

Поскольку доводов о несогласии с судебными актами в части удовлетворения иска кассационная жалоба не содержит, то суд кассационной инстанции в силу правил статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ограничивается рассмотрением названных доводов заявителя правомерность других выводов суда не проверяет.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о принятии кассационной жалобы истца к производству, о месте и времени судебного заседания была размещена на официальном Интернет-сайте суда: http:www.fasmo.arbitr.ru.

Представитель истца в судебном заседании суда кассационной инстанции 12.11.2018 поддержал доводы и требования своей кассационной жалобы.

Представитель ответчика по доводам кассационной жалобы возражал, ссылаясь на соблюдение норм материального и процессуального права при принятии обжалуемых судебных актов, пояснил, что, по его мнению, доводы, изложенные в кассационной жалобе, не основаны на нормах права, а направлены на переоценку обстоятельств и доказательств, представленных в материалы дела, что не отнесено к компетенции суда кассационной инстанции в силу положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

До судебного заседания от ответчика поступил отзыв на кассационную жалобу, который судом приобщен к материалам дела.

Обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав объяснения представителей сторон и проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм процессуального и материального права, суд кассационной инстанции приходит к выводу о том, что решение и постановление в обжалуемой части отмене не подлежат.

Суд установил, что между истцом (арендодатель) и ООО «ТЭК «Евротранс» (правопреемником является - ООО «ИСР Транс», арендатор) был заключен договор аренды железнодорожных вагонов-цистерн от 02.02.2011 № 013/Е-11 (в редакции Дополнительных соглашений) для оказания предоставления во временное пользование железнодорожных грузовых вагонов-цистерн, предназначенных для перевозки нефти и нефтепродуктов, согласно которому арендатор обязуется принять в аренду цистерны и уплачивать за них арендную плату в порядке и сроки, предусмотренные разделе 4 договора.

Истцом ответчику были переданы в аренду вагоны-цистерны по актам приема- передачи, что не оспаривается сторонами Срок действия договора в редакции пункта 8.1 дополнительного соглашения от 05.10.2015 № 17 к договору сторонами определен до 31.12.2016.

По условиям заключенного между сторонами договора, пункта 8.3 договора предусмотрено, что договор может быть расторгнут в одностороннем порядке по инициативе любой из сторон. Пунктом 5.6 договора установлено, что прекращение действия договора по инициативе арендатора, влечет за собой уплату неустойки в размере стоимости аренды возвращаемых цистерн за период с даты расторжения договора (возврата цистерн) до 05.10.2015.

Согласно пункту 5.6 договора в редакции дополнительного соглашения № 1 в случае досрочного расторжения договора и (или) возврата цистерн до истечения срока действия договора по инициативе арендатора, арендодатель вправе требовать с арендатора оплаты штрафа в размере стоимости аренды возвращаемых цистерн за период с даты расторжения договора (возврата цистерн) до даты, указанной в пункте 4.1 договора (до 01.11.2016 в редакции дополнительного соглашения от 05.10.2015 № 17).

Истец указывал, что пунктом 4.1 договора в редакции дополнительного соглашения № 1 стороны согласовали дату невозможности изменения сторонами ставки аренды и расторжения договора без выплаты штрафных санкций - 31 октября 2012 года, а также размер ставки арендных платежей 1 200 без НДС за вагон в сутки. Впоследствии, указанный срок и ставка арендных платежей корректировался дополнительными соглашениями. Истец также пояснил, что письмом от 03.02.2015 № 403 ответчик уведомил их о расторжении договора аренды, на дату уведомления в аренде находилось 237 вагонов-цистерн, что подтверждается актами приема-передачи от арендодателя арендатору.

Впоследствии, ответчик письмом от 12.03.2015 № 1407 уведомил истца о выводе части вагонов-цистерн в количестве 146 единиц из аренды.

При этом в соответствии с пунктом 4.1 договора на 2015 год дополнительным соглашением № 16 был установлен срок невозможности изменения ставки аренды и, соответственно, вывода вагонов из аренды до 01.11.2015, в связи с чем, по мнению истца, у арендодателя, в соответствии с пунктом 5.6 договора (в редакции дополнительного соглашения № 1) возникло право требования штрафа в связи с возвратом частично выведенных по инициативе арендатора вагонов-цистерн с даты их вывода по 01.11.2015.

В целях соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, истец направил ответчику претензию от 11.01.2017 № 04/03-07 с требованием о перечислении денежных средств в сумме 3 094 500 руб.

Кроме того, ответчик письмом от 17.03.2016 № 1225 «О расторжении договора аренды» уведомил истца о расторжении договора аренды железнодорожных вагонов-цистерн от 02.02.2011 № 013/Е-11, при этом, по состоянию на 01.01.2016 в аренде находилось 201 вагон-цистерна.

В соответствии с пунктом 4.1 договора (в редакции дополнительного соглашения № 17) на 2016 год был установлен срок невозможности изменения ставки аренды и вывода вагонов из аренды до 01.11.2016.

При рассмотрении дела суд установил, до 01.11.2016 было выведено из аренды 199 вагонов-цистерн.

Истец полагает, что у него возникло право требования штрафа в связи с возвратом частично выведенных по инициативе арендатора вагонов-цистерн с даты их вывода до 01.11.2016 (дополнительное соглашение № 17), в связи с чем, он направил ответчику претензию от 03.04.2017 № 134/03-07 об уплате денежных средств в сумме 11 027 000 руб.

Письмом от 12.03.2015 № 1407 ответчик уведомил истца о выводе части вагонов-цистерн, в связи с согласованием сторонами договора на уменьшение количества находящихся в аренде цистерн, что подтверждается подписанным сторонами дополнительным соглашением от 12.03.2015 № 16, в связи с чем, факт досрочного расторжения договора отсутствует.

Кроме того, исходя пункта 5.6 договора можно сделать вывод о том, что стороны подразумевали компенсацию упущенной выгоды арендодателя за весь оставшийся срок аренды при досрочном расторжении договора (возврата цистерн) по инициативе арендатора, стороны брали на себя определенные риски, связанные с неизбежным изменением в течение длительного срока экономической ситуации и невозможностью вследствие этого получения арендодателем гарантированной выгоды от реализации достигнутых договоренностей.

При этом истцом не представлено доказательств наличия понесенных кредитором убытков. Кроме того, согласно сведениям ГВЦ ОАО «РЖД», полученным в рамках заключенного договора об использовании вычислительных ресурсов ГВЦ ОАО «РЖД» от 15.11.2004 № 3718, большая часть выведенных по согласованию сторон вагонов в мае 2015 года была реализована кредитором в этом же периоде (вагоны были задействованы в последующих перевозках).

Как указано судом, согласованная в пункте 5.3 договора штрафная санкция является компенсационной гражданской - правовой санкцией, установленная Сторонами в силу принципа свободы договора, поскольку воля сторон при согласовании указанного условия были направлены на компенсацию потерь Арендодателя, связанных с досрочным расторжением арендатором договора.

Поскольку согласованная в пункте 5.3 договора штрафная санкция фактически представляет собой платеж за весь оставшийся срок аренды арендной платы, ее взыскание истцом в полном объеме не отвечает компенсационной природе такой санкции, фактически позволяет истцу взимать плату за пользование имуществом, фактическое использование которого арендатором (ответчиком) не осуществлялось, чем нарушен баланс прав и имущественных интересов сторон договора.

Согласование указанного условия с учетом принципа свободы договора само по себе не должно обеспечивать возможность имущественного обогащения одной из сторон сделки в размере, не обеспечивающем компенсацию негативных имущественных последствий вследствие прекращения договора.

Досрочное прекращение договорных отношений, когда таковое установлено законом или договором, само по себе не может быть квалифицировано как нарушение обязательства и не может быть квалифицировано, как основание для возникновения у стороны обязанности нести ответственность за досрочное прекращение договора. Досрочное прекращение отношений по договору аренды не может являться основанием для применения к арендатору меры ответственности в виде неустойки/штрафа.

Поскольку взыскание штрафа арендодателем не связано с нарушением сторонами договорных обязательств, а при наличии определенных обстоятельств является условием для расторжения договора, квалификация истцом суммы задолженности как неустойки основана на ошибочном толковании норм права.

В данном случае стороны при заключении договора придали неустойке исключительно компенсационный характер, определив сумму, которая может быть выплачена одной из сторон при отказе от договора при условии наличия у противоположной стороны потерь, явившихся следствием такого отказа.

То, что такая компенсация поименована в договоре штрафом, не изменяет ее сути, которая состоит не в привлечении к ответственности Стороны, решившей досрочно отказаться от договора, а напротив, предоставляет возможность расторжения договора без объяснения причин любой из сторон.

В пункте 5.3 договора стороны предусмотрели право арендатора на досрочное немотивированное расторжение договора в одностороннем порядке, однако условием такого расторжения является для арендатора выплата суммы компенсации за досрочно выведенные из аренды вагоны.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя требования истца лишь в части, исходили, в том числе из того, что вывод части вагонов при согласовании с арендодателем (письмо от 03.04.2015 № 152/03-01), само по себе не может быть квалифицировано, как нарушение обязательства и не может быть квалифицировано, как основание для возникновения у ответчика обязанности нести ответственность за вывод части вагонов из аренды. Кроме того, право об уменьшении или увеличении количества подвижного состава предусмотрено условиями договора (пункт 3.2.17) без предусмотренных сторонами санкций.

Вместе с тем, уменьшенный парк в мае, июле 2015 года, был восполнен в октябре - ноябре этого же года (увеличение парка на 25 вагонов), что подтверждается подписанными двумя сторонами актами приема-передачи цистерн.

Выводы суда также основаны на том, что истцом неправомерно в расчет требований дважды, включены 22 вагона. При этом принимая позицию ответчика о том, что согласованная в пункте 5.6 договора штрафная санкция является компенсационной гражданской-правовой санкцией, установленная сторонами в силу принципа свободы договора, поскольку воля сторон при согласовании указанного условия были направлены на компенсацию потерь арендодателя, связанных с досрочным расторжением арендатором договора. Поскольку согласованная в пункте 5.6 договора штрафная санкция фактически представляет собой платеж за весь оставшийся срок аренды арендной платы, ее взыскание истцом в полном объеме не отвечает компенсационной природе такой санкции, фактически позволяет истцу взимать плату за пользование имуществом, фактическое использование которого арендатором не осуществлялось, чем нарушен баланс прав и имущественных интересов сторон договора.

Вместе с тем, арендатором в адрес арендодателя 17.03.2016 было направлено уведомление № 1225 о расторжении договора, тем самым арендатором было реализовано свое право, предусмотренное договором, на досрочное расторжение договора в одностороннем внесудебном порядке.

Досрочное прекращение договорных отношений, когда таковое установлено законом или договором, само по себе не может быть квалифицировано, как нарушение обязательства и не может быть квалифицировано как основание для возникновения у стороны обязанности нести ответственность за досрочное прекращение договора. Досрочное прекращение отношений по договору аренды не может являться основанием для применения к арендатору меры ответственности в виде неустойки/штрафа.

Поскольку взыскание штрафа арендодателем не связано с нарушением сторонами договорных обязательств, а при наличии определенных обстоятельств является условием для расторжения договора, квалификация истцом суммы задолженности как неустойки основана на ошибочном толковании норм права. В данном случае стороны при заключении договора придали неустойке исключительно компенсационный характер, определив сумму, которая может быть выплачена одной из сторон при отказе от договора при условии наличия у противоположной стороны потерь, явившихся следствием такого отказа.

Таким образом, что такая компенсация поименована в договоре штрафом, не изменяет ее сути, которая состоит не в привлечении к ответственности стороны, решившей досрочно отказаться от договора, а напротив, предоставляет возможность расторжения договора без объяснения причин любой из сторон.

Тем самым, суд пришел к выводу, что сторонами определен порядок расторжения договора, которым предусмотрено особое условие для досрочного немотивированного расторжения договора в одностороннем порядке, что соответствует положениям статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При том, что большая часть выведенных досрочно вагонов из аренды в июне - октябре 2016 года была реализована кредитором в этом же периоде (вагоны были задействованы в последующих перевозках). Кроме того, материалами дела подтверждается, что вагоны № 51525657 и № 51561223 участвовали в перевозках непосредственно ООО «ИСР Транс», что подтверждается актами оказанных услуг, а в отношении вагона № 51526010 в период с 19.06.2016 по 21.06.2016 осуществлялись работы по подготовке вагонов под налив, что подтверждается актом сдачи-приемки выполненных работ и услуг, счетом-фактурой, перечнем вагонов-цистерн, на которых выполнены работы по подготовке за июнь 2016 года, актом о годности цистерны под налив, актом сдачи-приемки выполненных работ и услуг. Кроме того, из представленных платежных поручений невозможно определить, какие вагоны и за какой период временно находились в отстое.

Таким образом, суд пришел к выводу о несоответствии размера заявленной денежной суммы неблагоприятным последствиям, вызванным отказом от исполнения обязательства (изменением его условий), а также заведомо недобросовестное осуществление права требовать ее уплаты в заявленном размере. С учетом изложенного, учитывая, что в договоре и дополнительных соглашениях к нему конкретное количество вагонов сторонами не согласовывалось, суд принял во внимание контррасчет ответчика, согласно которому сумма задолженности составляет 1 734 500 руб. 00 коп., в связи с чем, данная была взыскана судом.

Судебная коллегия окружного суда, соглашаясь с выводами судов нижестоящих инстанций, принимает во внимание установленные судами фактические обстоятельства по делу, в том числе о том, что сумма исковых требований подлежит уменьшению в связи несоответствием размера взыскиваемой суммы неблагоприятным последствиям: указанные истцом в расчете исковых требований вагоны были задействованы в перевозках сторонних организаций, из которых основная часть вагонов была передана в аренду в том же периоде. Таким образом, взыскание денежных средств в предусмотренном договором размере приведет к получению истцом необоснованной выгоды. Истцом о нахождении вагонов в отстое заявлялось в письменных возражениях на отзыв ответчика, однако ни каких документов, подтверждающие данные обстоятельства представлено не было. Вместе с тем, операторы, собственники вагонов, каковыми являются участники по рассматриваемому делу, обладают должной и необходимой информацией по выполнению работ, связанных с отстоем вагонов и объему документов, закрывающих выполненные работы: заявка, акт приема-передачи в/из отстой (-я), акты оказанных работ (накопительные ведомости), платежные поручения и иные документы. Представленные истцом документы не подтверждают факт нахождения вагонов в отстое, более того, противоречат представленным ответчиком справкам ГВЦ ОАО «РЖД», а также представленной самим же истцом информацией о передаче вагонов в аренду иным арендаторам.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что взыскание штрафа арендодателем не связано с нарушением сторонами договорных обязательств, а при наличии определенных обстоятельств является условием для расторжения договора, квалификация истцом задолженности как неустойки основана на ошибочном толковании норм права, суды первой и апелляционной инстанций приняли правильное решение о частичном удовлетворении иска.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Первая и апелляционная инстанции, в соответствии с части 1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильно определили спорное правоотношение и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства. Выводы судов об этих обстоятельствах основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемых судебных актах и которым дана оценка в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, судебная коллегия, рассматривая доводы, приведенные в кассационной жалобе, констатирует то, что они по смыслу аналогичны доводам, изложенным в исковом заявлении и апелляционной жалобе, и исходит из того, что эти доводы уже получили надлежащую оценку нижестоящими судами. Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств и материалов дела судами и истцом, также не является правовым основанием для отмены или изменения решения, постановления по настоящему делу.

Обстоятельства данного спора и представленные доказательства были предметом рассмотрения и оценки судов, правоотношениям сторон дана соответствующая правовая оценка.

Неправильное применение норм материального права и нарушения норм процессуального права, которые могли бы послужить основанием для отмены принятых по делу судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в кассационной жалобе не указаны и судом кассационной инстанции не установлены, а потому кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 17 апреля 2018 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 августа 2018 года по делу № А40-116681/2017 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяС.Н.Крекотнев

Судьи:А.ФИО3

В.В.Кобылянский