Постановление от 21 октября 2024 г. по делу № А21-5998/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А21-5998/2023
21 октября 2024 года
г. Санкт-Петербург
/3

Резолютивная часть постановления объявлена 07 октября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 21 октября 2024 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Слоневской А.Ю.,

судей Сотова И.В., Юркова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Овчинниковым В.А.,

при участии:

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 15.07.2024, посредством веб-конференции,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-25719/2024) Раткевича Олега Олеговича на определение Арбитражного суда Калининградской области от 08.07.2024 по делу № А21-5998/2023/3, принятое по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Имидж Плюс» Гуляренко Егора Сергеевича к Раткевичу Олегу Олеговичу о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Имидж Плюс»,

УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба обратилась в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением о признании несостоятельным банкротом общества с ограниченной ответственностью «Имидж Плюс» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Общество) указывая, что должник имеет задолженность по обязательным платежам в бюджеты Российской Федерации всех уровней в сумме 2 789 026, 31 руб., в том числе, по основному долгу 1 685 950,45 руб., пени 519 754, 06 руб., штрафам 583 321, 80 руб.

Определением от 19.06.2023 заявление принято к производству арбитражного суда.

Решением от 18.10.2023 Общество признано несостоятельным (банкротом) как отсутствующий должник, в отношении Общества открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Сообщение о введении указанной процедуры в отношении Должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» в печатной версии №197(7642) от 21.10.2023.

Конкурсный управляющий Обществом ФИО3 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 по обязательствам должника.

Определением от 08.07.2024 заявление удовлетворено, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, приостановлено производство по рассмотрению заявления до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО1 обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт. По мнению подателей жалобы, заявителем не доказана невозможность осуществления процедур банкротства в связи с отсутствием документации должника, поскольку бухгалтерские балансы Общества за последние три года, предшествующие возбуждению дела о банкротстве, сданы с нулевыми показателями. Ответчик указывает на то, что на момент прекращения деятельности Общества задолженность перед налоговым органом была крайне незначительной (в пределах 20 тыс.руб.) и основная сумма долга доначислена уже после окончания Обществом хозяйственной деятельности. О доначислении задолженности ФИО1 не знал, поскольку деятельность Общество не вело, по юридическому адресу не находилось и почтовую корреспонденцию не получал.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы жалобы.

О времени и месте слушания дела участвующие в деле лица извещены, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в связи с чем, апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся лиц согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указывает на то, что ответчик являлся контролирующим должника лицом. Конкурсный управляющий просит привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании Общества банкротом и непередачу документов должника конкурсному управляющему.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

По смыслу разъяснений, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, процесс доказывания наличия оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ФИО1 являлся руководителем и единственным участником Общества, следовательно, является контролирующим должника лицом.

В статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве установлены основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 названного Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 названной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В абзаце 2 пункта 9 Постановления № 53 разъяснено, что если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При этом, исходя из положений пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, пункта 14 Постановления № 53, финансовые санкции, подлежащие применению за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств (в частности, неустойка, проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами), являются денежным обязательством, хотя и не учитываются при определении признаков банкротства, но подлежат включению в размер субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденном Президиумом ВС РФ 06.07.2016, разъяснено, что в предмет доказывания по спору о привлечении руководителя должника к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте первом статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о признании должника банкротом в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания вышеперечисленных обстоятельств лежит на лице, обратившимся с соответствующим требованием.

Отсутствие хотя бы одного из вышеперечисленных условий является препятствием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

Как указал в заявлении конкурсный управляющий, определением от 19.06.2023 заявление уполномоченного органа принято к производству. По сведениям, представленным уполномоченным органом, последняя бухгалтерская отчетность предоставлялась в налоговый орган 07.10.2020 за 2019 год (актив баланса - 10 000 рублей, денежные средства и денежные эквиваленты - 10 000 рублей, капитал и резервы - 10 000 рублей, выручка - 0,00 рублей, чистая прибыль - 0,00 руб.). Имея непогашенную задолженность и изначально приняв на общество несоразмерные обязательства ФИО1 в нарушение положений Закона о банкротстве не обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом обоснований, равно как доказательств, свидетельствующих об определении момента возникновения обязанности руководителя по обращению с заявлением должника, конкурсный управляющий не приводит.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Конкурсным управляющим вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представлено доказательств того, что у контролирующего должника лица возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую он не исполнил, учитывая, что денежные обязательства перед кредитором возникли до даты объективного банкротства должника. При этом дата возникновения объективного банкротства должника заявителем не установлена.

Конкурсный управляющий не указал, с какого момента наступила обязанность привлекаемого к ответственности лица обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, не определил точную дату.

Также, заявителем не представлено надлежащих доказательств наличия и объема обязательств должника, возникших по истечении срока, указанного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсным управляющим не приведены безусловные доказательства того, что в случае обращения должника в суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) задолженность перед кредиторами была бы погашена.

Следует учесть, что негативные последствия, наступившие для юридического лица (банкротство организации) сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя должника, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

При таких обстоятельствах доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями бывшего руководителя и банкротством должника в материалы спора конкурсным управляющим не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно исходил из недоказанности заявителем совокупности обстоятельств, необходимых в силу статьи 9 Закона о банкротстве для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности, в связи с чем, заявление в указанной части удовлетворению не подлежит.

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем, каждый акт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве руководитель должника несет субсидиарную ответственность в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из буквального толкования правовых норм следует, что для привлечения контролирующих должника лиц необходимо установить следующие обстоятельства: к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют документы бухгалтерского учета и отчетности либо искажена информация, подлежащая отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности; в результате непередачи документов бухгалтерского учета и отчетности или искажения информации, подлежащей отражению в документах бухгалтерского учета и отчетности, затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование конкурсной массы; утраты бухгалтерской и иной документации и того обстоятельства, что утрата документации произошла в результате виновных действий указанного лица.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с этим невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Из материалов спора следует, что определением Арбитражного суда Калининградской области от 26.01.2024 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего об обязании бывшего руководителя Общества передать бухгалтерские и иные документы, касающиеся деятельности должника.

Ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»)

В соответствии с частью 1 статьи 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года. Экономический субъект должен обеспечить безопасные условия хранения документов бухгалтерского учета и их защиту от изменений.

Таким образом, именно руководитель юридического лица несет ответственность за сохранность документации должника.

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В данном случае заявитель не обосновал, как отсутствие документации Общества повлияло на проведение процедур банкротства. ФИО1 привел пояснения о том, что отсутствие документации не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства, поскольку бухгалтерские балансы за последние три года, предшествующие возбуждению дела о банкротстве, сданы с нулевыми показателями.

Заявитель не доказал, что именно вследствие непредставления руководителем должника документов не могла быть сформирована конкурсная масса должника в большем объеме.

Материалы дела не содержат сведений о причинно-следственной связи между неисполнением обязанности по передаче документации должника и неспособностью должника исполнить обязательства перед кредиторами.

Согласно пояснениям ответчика основной хозяйственной деятельностью Общества являлось строительство объектов (жилых, нежилых зданий, помещений). При строительстве Общество выступало в основном субподрядчиком для производства конкретного вида работ, а именно, участвовало в воздвижении фундамента, железобетонных перекрытий. Первые сложности в хозяйственной деятельности должника возникли в период распространения коронавирусной инфекции, в дальнейшем произошел рост цен на строительные материалы. Фактически после отмены ограничительных мер Общество осуществляло деятельность еще в течение года, после чего исполнило обязательства перед контрагентами, произвело окончательные расчеты и прекратило деятельность в связи с тем, что такая деятельность не приносила достаточной прибыли.

Заявитель не опроверг, что на момент прекращения деятельности задолженность перед единственным кредитором – уполномоченным органом была крайне незначительна и основная сумма долга доначислена уже после окончания Обществом хозяйственной деятельности.

Заявителем не доказано и судом не установлено искажение ФИО1 искажение документации Общества, отсутствие в ней полной и достоверной информации, которые существенно затруднили проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя. Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных 5 кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 в нынешней редакции Закона о банкротстве, абзац третий пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ). Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества. Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (определение Верхового Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Конкурсный управляющий не доказал, что ФИО1 уничтожил, исказил документацию Общества либо скрыл данные о хозяйственной деятельности должника, в результате чего существенно затруднено наполнение конкурсной массы. При изложенных обстоятельствах оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документов не имеется в связи с недоказанностью причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов.

Конкурсный управляющий не доказал, что в случае наличия документации Общества с показателями активов 0 руб. в последние три года до возбуждении дела о банкротстве возможно было формирование конкурсной массы с целью расчетов с кредиторами.

Недобросовестное поведение ФИО1, направленное на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов, не подтверждено материалами дела. Пояснения ответчика об отсутствии активов у должника подтверждено отчетностью Общества, представляемой в налоговый орган, и не опровергнуты участвующими в деле лицами.

Обжалуемый судебный акт подлежит отмене с принятием судебного акта об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 08.07.2024 по делу № А21- 5998/2023/3 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

А.Ю. Слоневская

Судьи

И.В. Сотов

И.В. Юрков