Решение от 11 июня 2019 г. по делу № А40-237183/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-237183/18-171-1959
г. Москва
11 июня 2019 г.
Резолютивная часть решения объявлена 04 июня 2019 года

Полный текст решения изготовлен 11 июня 2019 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Р.Т. Абрекова (единолично)

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи К.А. Лыткиной

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению истцов: 1. ООО "ЭКИПАЖ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 164500, <...>, дата регистрации: 20.07.2011г., 2. ООО "АРБИТР ПЛЮС" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 117461, <...>, ПОМЕЩЕНИЕ I КОМНАТА 6, дата регистрации: 20.08.2015 г.

к ответчику ООО "КАРКАДЕ" (ОГРН <***>, ИНН <***>) 236000, <...>, дата регистрации: 01.10.2002 г.

о взыскании задолженности по договору лизинга №1133/2013 от 31.01.2013г. в размере 1 903 716 руб. 40 коп.


при участии: от истцов – не явился, извещён.

от ответчика – ФИО1 по дов. № 146/2019 от 15.10.2018 г.

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с иском к ответчику о взыскании с ООО "КАРКАДЕ" в пользу ООО "ЭКИПАЖ" неосновательного обогащения в размере 1 055 248,86 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 248 403,05 руб.; о взыскании с Акционерного общества «ВЭБ-лизинг» в пользу ООО "АРБИТР ПЛЮС" неосновательного обогащения в размере 117 249,88 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 27 600,34 руб. (с учетом уменьшения размера исковых требований в порядке ст. 49 АПК РФ принятых протокольным определением от 17 января 2019 года).

Исковые требования мотивированы тем, что в связи с расторжением договора лизинга №1133/2013 от 31.01.2013г. и изъятием предметов лизинга у истца, ответчик неосновательно обогатился за счет истца.

В обоснование правовой позиции истец ссылается на положения ст. 309, 310, 1102 ГК РФ, Постановления Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал по доводам, изложенным в отзыве на иск. По существу возражения ответчика сводятся к тому, что иск не подлежит удовлетворению, поскольку между сторонами было подписано дополнительное соглашение, с учётом которого был исключен выкупной характер лизинга.

Выслушав доводы истца и возражения ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно действующему законодательству на споры, вытекающие из договоров финансовой аренды лизинга, распространяются общие нормы главы 34 ГК РФ, а именно, положения об аренде.

Положениями ст. 614 ГК РФ установлена обязанность арендатора по своевременному внесению платы за пользование имуществом (арендной платы). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии с п. 5 ст. 15 ФЗ № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингополучатель обязуется выплачивать лизинговые платежи в порядке и в сроки, предусмотренные договором лизинга.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, между ООО «Каркаде» (Лизингодателем) и ООО «Экипаж» (Лизингополучателем) был заключен договор лизинга № 1133/2013 от 31.01.2013 г. (далее по тексту – Договор лизинга).

В период действия Договоров лизинга АО ВЭБ Лизинг в одностороннем внесудебном порядке отказалось от их дальнейшего исполнения и изъяло предметы лизинга.

В соответствии с заключенным между ООО «Экипаж» (Цедент) и ООО «Арбитр Плюс» (Цессионарий) договором уступки требования № 2708 от 27 августа 2018 года, ООО «Арбитр Плюс» уступлено право требования 10% от указанной выше суммы неосновательного обогащения.

Истцы полагают, что в связи с расторжением договора лизинга лизингодателем в одностороннем порядке и возвращении ему предметов лизинга прекращено обязательство ответчика по передаче предметов лизинга в собственность лизингополучателю, у ответчика в силу положений статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют основания для удержания той части денежных средств, которые уплачены лизингополучателем в качестве авансовых и в счет погашения выкупной цены предметов лизинга в составе лизинговых платежей.

В соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14 марта 2014 г. «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга», имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Расторжение договора выкупного лизинга, в т.ч. по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

При этом, расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (ст. 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной из них в отношении другой стороны в соответствии со следующими правилами.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового платежа) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

Плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не определена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между общим размером платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по следующей формуле:

где: ПФ — плата за финансирование (в процентах годовых);

П — общий размер платежей по договору лизинга;

А — сумма аванса по договору лизинга;

Ф — размер финансирования;

С/дн — срок договора лизинга в днях.

Таким образом, истцы представили следующий расчет сальдо встречных обязательств:

Общая сумма платежей по договору: 2 894 662,42 руб., в т.ч. НДС 18%;

Размер аванса, внесенного Лизингополучателем, составил 521 100,00 руб., в т.ч. НДС 18%;

Стоимость приобретения предмета лизинга Лизингодателем (с учетом дополнительных расходов лизингодателя): 2 245 000руб., в т.ч. НДС 18%

Размер предоставленного финансирования составил 1 723 900,00 руб.;

Срок лизинга в днях согласно условиям договора: 1175 дней (с 31.01.13 по 20.04.16);

Предмет лизинга изъят лизингодателем 08.10.2015 г.;

Срок до возврата Лизингополучателем предоставленного финансирования составил 1 163 дня (с 31.01.13 по 08.04.16 с учетом разумного срока реализации предмета лизинга (6 месяцев));

Плата за финансирования в процентах годовых: 11,71%;

Плата за предоставленное финансирование за период до его возврата: 643 214,48 руб.;

Неустойка за несвоевременное внесение лизинговых платежей составила 23 625,71 руб.;

Расходы лизингодателя на хранение изъятого предмета лизинга за 6 месяцев с даты изъятия предмета лизинга составили 27 600,00 руб. (октябрь 2015 - 3 600руб., ноябрь 2015 - 4 500руб., декабрь 2015 - 4 650руб., январь 2016 - 4 650руб., февраль 2016 - 4 350 руб., март 2016 - 4 650руб., апрель 2016 (по 8 включительно) - 1 200руб.);

Стоимость возвращенного предмета лизинга: 1 800 000,00 руб. (согласно отчету об оценке);

Лизингополучатель внес лизинговые платежи (за исключением аванса) в общей сумме 1 790 838,93 руб.

Таким образом, Лизингодатель вправе был получить по Договору лизинга 2 418 340,19 руб. (сумма предоставленного финансирования + плата за ее пользование за период пользования ~ предметом лизинга + неустойка + убытки).

Фактически Лизингодатель получил 3 590 838,93 руб. (уплаченные лизинговые платежи + стоимость возвращенного предмета лизинга).

Разница между суммой, фактически полученной Лизингодателем от Лизингополучателя и суммой, на которую вправе претендовать Лизингодатель, составляет 1 172 498,74 руб. в пользу Лизингополучателя.


Вместе с тем, суд, рассмотрев исковое заявление, при применении статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации и при исследовании доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указывает на следующее.

Постановление Пленума ВАС РФ от 14.03,2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» не подлежит применению к Договору лизинга №1133/2013, т.к. указанный договор не является договором выкупного лизинга.

Согласно п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 №17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее -«Постановление») под договором выкупного лизинга понимается договор, который в соответствии со ст. 19 ФЗ от 29.10.1998 №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - «Закон о лизинге») содержит условие о переходе правасобственности на предмет лизинга к лизингополучателю при внесении им всех лизинговых платежей, выключая выкупную цену, если ее уплата предусмотрена договором.

Правовые позиции, содержащиеся в Постановлении, подлежат применению также к договорам лизинга, в которых содержится условие о праве лизингополучателя выкупить по окончании срока действия такого договора предмет лизинга по цене, настолько меньшей, что его рыночная стоимость на момент выкупа, что она является символической.

Как следует из фактических обстоятельств дела, 31.01.2013 г. между истцом ООО "ЭКИПАЖ" и ответчиком был заключен договор лизинга № 1133/2013.

27.11.2014 Истец №1 и Ответчик заключили Дополнительное соглашение к договору лизинга №1133/2013 (далее - «Дополнительное соглашение от 27.11.2014», Приложение №4), в котором сторонами было предусмотрено, что Договор лизинга №1133/2013 не является выкупным и не содержит условий, предусматривающих переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю.

Так п. 1.1 Договора лизинга №1133/2013 в редакции Дополнительного соглашения от 27.11.2014 установлено, что предмет лизинга передается лизингополучателю во временное владение и пользование без права последующего приобретения права собственности на предмет лизинга.

Кроме того, п. 1.1. Договора лизинга №1133/2013 был дополнен договоренностью сторон о том, что все лизинговые платежи являются платежами исключительно за владение и пользование предметом лизинга и не включают в свой состав выкупной стоимости предмета лизинга (Выкупной цены предмета лизинга).

Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значением условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

В силу п. 1 ст. 2 Закона о лизинге под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора лизинга, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателя.

В соответствии с буквальным значением условий договора лизинга в редакции дополнительного соглашения суд приходит к выводу, что договором лизинга не предусмотрено условие о переходе права собственности на предмет лизинга.

Дополнительным соглашением от 27.11.2014 стороны также изменили п. 6.1 Общих условий Договора лизинга №1133/2013, являющихся неотъемлемой частью Договора лизинга №1133/2013, и изложили в следующей редакции:

«... по окончании срока лизинга право собственности на предмет лизинга к Лизингополучателю не переходит, а все лизинговые платежи являются платежами за владение и пользование предметом лизинга и не включают выкупной стоимости предмета лизинга».

Таким образом, из вышеуказанного следует, что Договор лизинга №1133/2013 не является договором выкупного лизинга, потому что он не содержит условие о переходе права собственности на предмет лизинга к ООО "ЭКИПАЖ".


При этом, суд отмечает, согласно позиции истцов генеральным директором ООО "ЭКИПАЖ" дополнительное соглашение б/н. от 27.11.2014 г. не подписывалось, в связи с чем было заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы по делу, а также о фальсификации доказательства.

Особенностью рассмотрения заявления о фальсификации было то, что невозможно более получить образцы подписи ФИО2 в связи с его смертью.

На основании определения суда от 07 марта 2019 года в порядке ст. 82 АПК РФ судом было удовлетворено ходатайство истцов, назначена судебная экспертиза, проведение экспертизы поручено АНО «Бюро судебных экспертиз», экспертам ФИО3, ФИО4, ФИО5, на разрешение экспертов поставлен вопрос: «Кем, ФИО2 или иным лицом, выполнена подпись от его имени, расположенная в дополнительном соглашении б/н от 27.11.2014г. к договору лизинга №1133/2013 от 31.01.2013г.?».

25.03.2019 г. от экспертной организации поступило ходатайство об исключении экспертов из состава комиссии, уточнении количества исследуемых объектов, пополнении депозита, предоставления дополнительных материалов и продлении сроков проведения судебной экспертизы.

Стороны оставили рассмотрение вопроса о прекращении производства экспертизы по делу на усмотрение суда.

В данном случае, суд посчитал невозможным проведение экспертизы при наличии новых поставленных экспертами условий.

Суд отметил, условия экспертизы обсуждались со сторонами, ответы в материалы дела были представлены с учётом поставленных судом условий, в данном случае экспертами поставленные условия не выдержаны (новые сроки, новая стоимость, дополнительные образцы).

На возможность прекратить производство по отдельному процессуальному действию указано в частности в пункте 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23.

Так, в случае, если необходимость в продолжении проведения экспертизы отпала, суд по заявлению участвующих в деле лиц или по своей инициативе в соответствии с частью 1 статьи 184 АПК РФ выносит определение о прекращении проведения экспертизы.

Анализ событий при проведении экспертизы показал следующее.

Определением от 07 марта 2019 г. судом назначена экспертиза по делу. Проведение экспертизы поручено АНО «Бюро судебных экспертиз», экспертам ФИО3, ФИО4, ФИО5.

Из представленного в материалы дела ответа АНО «Бюро судебных экспертиз» следовало, что срок проведения экспертизы составит 5 (пять) рабочих дней со дня поступления всех необходимых материалов из суда в полном объеме.

Судом с учетом ответа экспертной организации, был установлен срок предоставления экспертного заключения до 08.04.2019 г., судебное заседание было отложено на 16.04.2019 г.

07.03.2019 г. суд направил эксперту документы для проведения экспертизы.

Вместе с тем, в срок ни до 08.04.2019 г., ни к судебному заседанию 16.04.2019 г. экспертное заключение от эксперта в материалы дела не поступило.

Таким образом, экспертами был нарушен срок предоставления экспертного заключения.

Кроме того, как следовало из ходатайства экспертной организации, для проведения экспертного исследования экспертам были необходимы экспериментальные образцы подписи ФИО2, тогда как в настоящем случае предоставление экспериментальных образцов подписи ФИО2, ввиду его смерти, не представляется возможным, с учётом чего, суд пришёл к выводу, что в данном случае экспертами поставленные условия не выдержаны.

С учетом изложенного, суд, по аналогии ст. 150 АПК РФ, прекратил производство по судебной экспертизе.

При этом суд определением от 07 марта 2019 г. суд обязал сторон внести денежные средства на депозит суда, исходя из стоимости трех объектов исследования, согласовать с экспертами возможность проведения исследования без экспериментальных образцов подписи.

В ходе судебного заседания 30 мая 2019 г., ООО "ЭКИПАЖ" представило доказательство внесения на депозит суда денежных средств, для проведения экспертизы по делу, согласилось с кандидатурой предложенной изначально ответчиком.

Ответчик представил ответ экспертной организации (Министерства Юстиции Российской Федерации), между тем, пояснил, что считает проведение экспертизы нецелесообразным с учётом обстоятельств настоящего дела.

Суд, исследовав все представленные в материалы дела ответы экспертных организаций, отмечает следующее.

В представленном ответчиком письме Министерства Юстиции РФ отсутствует информация об экспертах, кроме того экспертная организация указывает на то, что для проведения экспертизы необходимо предоставление не менее 15 подписей проверяемого лица в различных документах, между тем в материалах настоящего дела отсутствует нужное количество образцов подписи ФИО2

Таким образом, протокольным определением от 04 июня 2019 г., суд, рассмотрев ходатайство истца о назначении почерковедческой экспертизы по делу, в порядке ст. 82 АПК РФ отказал в удовлетворении заявленного ходатайства, поскольку в данном случае, исходя из ответа Министерства Юстиции РФ у суда отсутствует достаточное количество документов, которые могут быть использованы в качестве образцов, кроме того, в нарушение Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" отсутствует информация о самом эксперте, а именно не указаны фамилия, имя, отчество эксперта, тогда как п. 7 Пленума установлено, что согласно положениям части 4 статьи 82, части 2 статьи 107 АПК РФ в определении о назначении экспертизы должны быть решены в том числе вопросы о сроке ее проведения, о размере вознаграждения эксперту (экспертному учреждению, организации), определяемом судом по согласованию с участвующими в деле лицами и экспертом (экспертным учреждением, организацией), указаны фамилия, имя, отчество эксперта.

Иные кандидатуры экспертных организаций также не могут быть использованы судом, так, из ответа ООО "ЭкспертКонсалтинг" следует, что стоимость экспертизы составит 18 000 руб. за одну исследуемую подпись. Между тем, из ответа также не следует о возможности проведения экспертного исследования в отсутствие экспериментальных образцов подписи.

Кроме того, отказывая в удовлетворении ходатайства, суд отмечает следующее.

В силу положений частей 2 и 3 статьи 41 Кодекса лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом.

В соответствии со ст. 6.1 АПК РФ судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в разумный срок.

Арбитражный суд вправе отказать в удовлетворении заявления или ходатайства в случае, если они не были своевременно поданы лицом, участвующим в деле, вследствие злоупотребления своим процессуальным правом и явно направлены на срыв судебного заседания, затягивание судебного процесса, воспрепятствование рассмотрению дела и принятию законного и обоснованного судебного акта, за исключением случая, если заявитель не имел возможности подать такое заявление или такое ходатайство ранее по объективным причинам (часть 5 статьи 159 Кодекса).

Истец, поддерживая ходатайство о назначении повторной экспертизы по делу не представил иных кандидатур экспертных организаций, отвечающим условиям настоящего дела.

Таким образом, суд не нашел оснований для удовлетворения ходатайства о назначении повторной экспертизы.

Вместе с тем, в условиях оспаривания сделки по основаниям фальсификации подписи, у суда имеется возможность установления подлинности (либо фальсификации) подписи на соглашении путем проведения судебной почерковедческой экспертизы.

Проведение экспертизы по настоящему делу не представляется возможным, что вызвано невозможностью проведения почерковедческой экспертизы в отсутствии экспериментальных образцов подписи ФИО2, с учётом чего суд приходит к выводу, что судом предприняты все меры для проверки достоверности подписи заявления ответчика о фальсификации доказательства.

В соответствии со ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 161 АПК РФ в случае заявления участником судебного спора о фальсификации доказательства арбитражный суд принимает меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства. В силу указанных норм права, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: 1) разъясняет уголовно правовые последствия такого заявления; 2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; 3) проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

При этом арбитражный суд не связан предложениями участников спора о том, посредством каких мер и в каком объеме необходимо осуществить такую проверку.

Принимая во внимание, что фальсификация доказательств представляет собой уголовное преступление и, соответственно, направлена против публичных интересов, арбитражный суд вправе самостоятельно избрать меры для проверки заявления о фальсификации доказательств.

При этом суд учитывает, что заявление о фальсификации доказательств может проверяться не только с помощью экспертного исследования документа, но и путем оценки совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, оценив которые в их совокупности и взаимосвязи.

Оригинал суду представлен на обозрение.

Сведения о том, что подписант при жизни заявлял о фальсификации, суду не представлены.

О том, по какой причине, представитель истца считает, что подпись ФИО2 сфальсифицирована, суду пояснений не представлено. Убедительных доводов, позволяющих сомневаться в действительности также не заявлено.

Таким образом, довод истца о фальсификации дополнительного соглашения б/н. от 27.11.2014 г. иными допустимыми доказательствами не подтвержден.

С учётом вышеуказанного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований, руководствуясь при этом п. 1 ст. 421, ст. ст. 431, 453 ГК РФ, п. 1 ст. 28 ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)", поскольку договор не является договором выкупного лизинга, в связи с чем, отсутствуют основания для взыскания с ответчика неосновательного обогащения. Основания для удовлетворения производных требований (проценты) также не имеется.

Расходы по госпошлине относятся на истцов в порядке ст. 110 АПК РФ.

На основании ст. ст. 1, 8, 12, 309, 421, 431, 453 ГК РФ, ст.ст. 65, 67, 68, 71, 110, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать истцам в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Взыскать с ООО "ЭКИПАЖ" в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 26 037 руб.

Взыскать с ООО "АРБИТР ПЛЮС" в доход федерального бюджета РФ государственную пошлину в размере 5 346 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

Р.Т. Абреков