Постановление от 22 сентября 2025 г. по делу № А19-18874/2023

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, https://fasvso.arbitr.ru

тел./факс <***>, 210-172



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2664/2025

Дело № А19-18874/2023
23 сентября 2025 года
город Иркутск



Резолютивная часть постановления объявлена 15 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 сентября 2025 года.


Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Левошко А.Н.,

судей: Ананьиной Г.В., Курочкиной И.А.,

при участии в судебном заседании представителей Регионального строительно -промышленного открытого акционерного общества «Дирекция Объединенных Строительных Трестов» - ФИО1 (доверенность от 06.12.2024, паспорт, диплом); Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области и Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области: до отложения судебного заседания – ФИО2 (доверенности № 05-09/054 от 28.12.2024, № 08-19/005124 от 19.03.2025, удостоверение, диплом), после отложения – ФИО3 (доверенности № 00-21-06/004 от 20.03.2025, № 08-19/011887 от 25.06.2025, удостоверение, диплом),

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу Регионального строительно-промышленного открытого акционерного общества «Дирекция объединенных строительных трестов» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 05 марта 2025 года по делу № А19-18874/2023 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30 мая 2025 года по тому же делу,

установил:

Региональное строительно-промышленное открытое акционерное общество «Дирекция объединенных строительных трестов» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области (далее – инспекция, налоговый орган) о признании незаконным решения № 12-30/2 от 17.02.2023 в части доначисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) за 2018 год в сумме 6 124 764 рублей 08 копеек, за 2019 год в сумме 7 276 315 рублей 85 копеек, налога на прибыль организаций (далее – налог на прибыль) за 2018 год в сумме 1 265 605 рублей, за 2019 год в сумме 2 449 390 рублей, страховых взносов на обязательное медицинское, пенсионное и социальное страхование (далее – страховые взносы) за 2018 год в сумме 826 568 рублей 43 копеек, привлечения к налоговой ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) в сумме 122 469 рублей 50 копеек за неуплату налога на прибыль за 2018 год, в сумме 115 138 рублей 59 копеек за неуплату НДС за 4 квартал 2019 года.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (далее – управление).

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 05 марта 2025 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30 мая 2025 года, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с решением и постановлением судов, общество обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просило обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы оспаривает выводы судов о том, что между налогоплательщиком и подрядчиками ООО «РСП», ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, ИП ФИО13 имеются признаки «дробления бизнеса» ввиду взаимозависимости, подконтрольности и единства осуществления деятельности по управлению, содержанию, обслуживанию и текущему ремонту жилого фонда, выполнении заявленных работ собственными силами самого общества, при этом документальное оформление хозяйственных операций со спорными контрагентами обусловлено направленностью действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды в виде применения налоговой льготы по НДС, предусмотренной подпунктом 30 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ), а также увеличения расходов по налогу на прибыль и экономии по страховым взносам в результате применения пониженных ставок; фактически весь необходимый полный комплекс работ и услуг по надлежащему обслуживанию многоквартирных домов (далее – МКД) в проверяемый период обеспечивался обществом путем заключения в интересах собственников помещений и за их счет различных гражданско-правовых договоров с широким кругом лиц, который не сводился только к указанным контрагентам; в 2018-2019г.г. общество при получении управленческого вознаграждения в размере 10 процентов от суммы начисленных платежей за содержание жилых помещений не применяло налоговую льготу по НДС по подпункту 30 пункта 3 статьи 149 НК РФ и не включало в расходы налоговой базы по налогу на прибыль расходы по оплате хозяйственных договоров с контрагентами, в том числе со спорными подрядчиками; судами не дана оценка совокупности признаков, свидетельствующих о наличии самостоятельности и неподконтрольности обществу спорных подрядчиков, что подтверждается также представленными налогоплательщиком в материалы дела доказательствами, не доказана прямая причинная связь между ними, рассматриваемые хозяйственные отношения вызваны исключительно деловой целью; выводы о том, что хозяйственные операции в 2018-2019г.г. со спорными подрядчиками заявлены исключительно в целях применения льготы по НДС, являются необоснованными, поскольку общество впервые заявило свое право на льготу в 2022 году после получения акта по результатам проведенной проверки; применение указанной льготы было обусловлено целью уменьшения экономической нагрузки на граждан - потребителей услуг жилищно-коммунального хозяйства, а включение в состав льготы исключительно операций по содержанию и текущему ремонту общего имущества в МКД является неправомерно узким толкованием изложенных положений НК РФ; доначисление налоговым органом страховых взносов за 2018 год является незаконным, поскольку общество, в отсутствии заключенных трудовых или гражданско-правовых договоров, не должно доплачивать страховые взносы за работников, которые юридически и фактически являются работниками указанных контрагентов; поскольку недоимка по страховым взносам в отношении работников индивидуальных предпринимателей вменена обществу, а деятельность данных предпринимателей признана деятельностью самого общества, то переплата на обязательное пенсионное страхование в размере дополнительного взноса в размере 1,0% от суммы превышения дохода в 300 000 рублей в контексте изложенной правовой позиции налогового органа также возникает у налогоплательщика; исключение из расходов для целей исчисления налога на прибыль прямых фактических расходов общества, связанных с оплатой договоров подряда спорным контрагентам и замена расходов общества на расходы этих контрагентов является незаконным; переход в 2004 году незначительной части работников МУП АГО «ЖЭТ № 2» в общество вызван исключительно хозяйственными целями, а не умыслом на «дробление бизнеса»; ликвидированные к моменту проведения налоговой проверки ООО «РСП», ООО «ЖЭО № 2», ООО «ЖЭО № 3» не имеют никакого отношения к составу лиц, которых инспекция объединило в одну группу с обществом; судами дана поверхностная оценка свидетельским показаниям индивидуальных предпринимателей исходя только из пояснений налогового органа; указанные подрядчики выполняли заявленные обществом работы как из своих материалов, так и давальческих, что вызвано экономическими причинами и договорными обязательствами; частичное совпадение IP-адресов общества по шести подрядчикам не свидетельствует об отсутствии признаков самостоятельности в деятельности последних; заявитель жалобы также не согласен с выводами судов о передаче обществом в пользование ООО «РСП» офисного помещения, безвозмездном пользовании последним оргтехники и транспортных средств, оказании работниками общества безвозмездной помощи спорным подрядчикам, ведении ими и обществом централизованного бухгалтерского учета, а также оценкой иных доказательств, как свидетельствующей о единстве осуществления хозяйственной деятельности указанными лицами; судами не дана надлежащая оценка представленному обществом контррасчету своих налоговых обязательств; доводы кассационной жалобы подтверждаются судебной практикой по аналогичному делу.

В отзывах на кассационную жалобу инспекция и управление указали на несостоятельность доводов общества, просили отказать в ее удовлетворении.

В порядке, предусмотренном статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), судебное разбирательство отложено с 25 августа 2025 года до 15 сентября 2025 года на 11 часов 00 минут, о чем судом округа вынесено определение от 25 августа 2025 года.

В судебном заседании представители общества, инспекции и управления поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на нее соответственно.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ, правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, соответствие выводов судов о применении норм права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, а также с учетом доводов, содержащихся в кассационной жалобе и отзывах на нее, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, инспекцией на основании решения № 23 от 28.12.2021 в отношении общества проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и уплаты всех налогов и сборов за период с 01.01.2018 по 31.12.2019. Результаты проверки отражены в акте № 12-23/6 от 16.08.2022.

По результатам рассмотрения материалов проверки инспекцией принято решение № 12-30/2 от 17.02.2023 о привлечении общества к ответственности за совершение налогового правонарушения по пункту 3 статьи 122 НК РФ, доначислении НДС, налога на прибыль, страховых взносов.

Решением управления № 26-13/013712@ от 01.08.2023 решение инспекции № 12-30/2 от 17.02.2023 оставлено без изменения, апелляционная жалоба общества – без удовлетворения.

Не согласившись с решением инспекции № 12-30/2 от 17.02.2023 в указанной выше части, общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о его оспаривании.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из наличия у налогового органа правовых оснований для привлечения общества к налоговой ответственности, а также доначисления налогов и страховых взносов, в связи с чем пришли к выводам о законности решения налогового органа в оспариваемой части, отсутствии нарушения им прав и законных интересов общества.

В силу положений главы 24 АПК РФ требование об оспаривании принятых органом власти решений может быть удовлетворено при доказанности наличия совокупности следующих условий: несоответствие данных решений закону или иному нормативному правовому акту и нарушение ими прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (часть 4 статьи 200 АПК РФ). Установив отсутствие совокупности указанных условий, арбитражный суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования (часть 3 статьи 201 АПК РФ).

На основании части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемых решений закону или иному нормативному правовому акту, законности из принятия, наличия у органа власти надлежащих полномочий на принятие оспариваемых решений, а также обстоятельств, послуживших основанием для их принятия, возлагается на орган, который вынес соответствующие решения. Изложенные положения процессуального закона не освобождают лиц, оспаривающих данные решения, от обязанности доказывания оснований своих требований.

В силу требований статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика (пункт 1); при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй настоящего Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону (пункт 2).

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 1, 3, 4, 7, 9, 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды (получения налогового вычета, уменьшения налоговой базы) является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в таких документах, неполны, недостоверны или противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности; если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придёт к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции; установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности; судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели; поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано; признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 143, пунктом 1 статьи 246, пунктом 1 статьи 419  НК РФ общество в проверяемый период являлось плательщиком НДС, налога на прибыль и страховых взносов.

На основании пункта 1 статьи 252 НК РФ в целях Главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса); расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком; под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме; под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы; расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения НДС признаются, в том числе операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

Подпунктом 3 пункта 1 статьи 21 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщики имеют право использовать налоговые льготы при наличии оснований и в порядке, установленном законодательством о налогах и сборах.

В силу подпункта 30 пункта 3 статьи 149 НК РФ не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) на территории Российской Федерации реализация работ (услуг) по содержанию и ремонту общего имущества в МКД, выполняемых (оказываемых) управляющими организациями при условии их приобретения указанными налогоплательщиками у организаций и индивидуальных предпринимателей, непосредственно выполняющих (оказывающих) данные работы (услуги) (подпункт 30).

Кроме того, в соответствии с подпунктом 5 пункта 1, подпунктом 3 пункта 2 и пунктом 6 статьи 427 НК РФ для плательщиков страховых взносов - организаций и индивидуальных предпринимателей на УСН, основным видом экономической деятельности (классифицируемым на основании кодов видов деятельности в соответствии с Общероссийским классификатором видов экономической деятельности) которых являлась деятельность в производственной или социальной сфере, в 2018 году были установлены пониженные тарифы страховых взносов при соблюдении конкретных предусмотренных изложенными положений НК РФ условий.

На основании части 1 статьи 9, части 1 статьи 13 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами.

Исследовав и оценив представленные участвующими в деле лицами в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, руководствуясь изложенными нормами материального права и правовыми позициями высшей судебной инстанции, суды первой и апелляционной инстанций установили и изложили в обжалуемых судебных актах следующие обстоятельства. В проверяемом периоде общество выполняло работы (оказывало услуги) по управлению МКД, включая содержание и ремонт общего имущества МКД, предоставление коммунальных услуг; по состоянию на 31.12.2019 у общества на соответствующем обслуживании находилось 216 жилых домов; в проверяемый период обществом в качестве дохода учитывалось вознаграждение в размере 10% от сумм начисленных собственникам помещений за содержание и ремонт общего имущества МКД, в том числе за коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и содержании общего имущества МКД; для выполнения работ в качестве подрядчиков обществом согласно представленных документов привлекались ООО «ЖЭО № 2» (ИНН <***>), ООО «ЖЭО № 3» (ИНН <***>), ООО «РСП» (ИНН <***>), ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6,                                     ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10,                   ИП ФИО11, ИП ФИО12, ИП ФИО13

По взаимоотношениям общества с ООО «ЖЭО № 2», ООО «ЖЭО № 3», ООО РСП» установлено, что руководителем и учредителем организаций являлся ФИО14; ФИО15 и ФИО16 одновременно являлись акционерами и учредителями общества и ООО «РСП»; указанные подрядчики поставлены на учет с разницей в один календарный день; до создания общества (2004 год) в г. Ангарске в качестве управляющей организации выступало МУП АГО «ЖЭТ-2» (ИНН <***>), бывшими сотрудниками которого являлись руководитель общества ФИО14 и председатель совета директоров ФИО16; МУП АГО «ЖЭТ-2» в качестве подрядных организаций привлекало одноименные с действующими подрядчиками общества ООО «ЖЭО № 3» (ИНН <***>), ООО «ЖЭО № 2» (ИНН <***>), ООО «РСП» (ИНН <***>), которые в настоящее время ликвидированы; основная часть работников общества и действующих подконтрольных ему организаций состоит из бывших сотрудников МУП АГО «ЖЭТ-2». Вышеуказанные предприниматели в проверяемом периоде осуществляли один и то же вид деятельности: «Управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе» (ОКВЭД 68.32.1) и применяли в соответствии с пунктом 2 статьи 346.11 НК РФ упрощенную систему налогообложения (объект – доходы, ставка 6%); большая часть работников индивидуальных предпринимателей ранее осуществляли трудовую деятельность в МУП АГО «ЖЭТ-2» и в ликвидированных ООО «ЖЭО № 3» (ИНН <***>), ООО «ЖЭО № 2» (ИНН <***>), ООО «РСП» (ИНН <***>). Общество фактически являлось единственным заказчиком для подконтрольных организаций и индивидуальных предпринимателей (доля выручки составляла более 95%); заказ и закуп большей части товарно-материальных ценностей (далее – ТМЦ) для выполнения заявленных работ осуществлялся самостоятельно самим обществом; выбытие товара со склада последнего оформлялось двумя документами - требованием-накладной и актом списания материалов со склада, в соответствии с которыми ТМЦ со склада получали все без исключения спорные подрядчики без осуществления их оплаты; расчет стоимости работ, которые проводили индивидуальные предприниматели, осуществляло общество; при этом перечисленные обществом в адрес ООО «РСП» денежные средства за оплату работ по текущему ремонту в последующем перечислялись на счета индивидуальных предпринимателей в банках и с учетом данных денежных средств доля полученных последними напрямую и опосредствованно от общества доходов составляла почти 100%; денежные средства со счетов индивидуальных предпринимателей в банках расходовались на оплату услуг кредитных учреждений, услуг по ведению бухгалтерского учета, оплату за пользование ЭЦП, осуществление бюджетных платежей, при этом расходы на выплату заработной платы  преимущественно отсутствовали; сумма, которая оставалась в распоряжении индивидуальных предпринимателей после указанных выплат, составляла от 2 до 9,2 миллионов рублей, что значительно превышало годовой доход руководителей общества, ООО «РСП», «ЖЭО № 2» и ООО «ЖЭО № 3» согласно имеющихся в материалах дела справок по форме 2-НДФЛ; образовавшаяся налоговая экономия выводилась в виде дивидендов через ООО «РСП», а также перераспределялась между ФИО14, ФИО15 и ФИО16 путем перечисления денежных средств, поступивших со счетов общества в банках на счета индивидуальных предпринимателей, затем на лицевые счета физических лиц с последующим обналичиванием; таким образом, общество являлось по сути единственным источником дохода от осуществления предпринимательской деятельности для подконтрольных ему организаций и индивидуальных предпринимателей, что свидетельствует об оказании непосредственного влияния на результат финансово-хозяйственной деятельности последних; кроме того, у девяти указанных подконтрольных лиц счета открыты в ПАО «Сбербанк России», у четырех - в АО «Альфа-Банк» (счета индивидуальных предпринимателей преимущественно открыты в 2009 году); для осуществления безналичных платежей общество, ООО «ЖЭО № 2», ООО «РСП», ИП ФИО9, ИП ФИО8, ИП ФИО4 использовали один IP- адрес; также общество самостоятельно несло все затраты на содержание офисных помещений ООО «РСП», ООО «ЖЭО № 2», ООО «ЖЭО № 3» с передачей последним в безвозмездное пользование необходимой компьютерной техники, транспортных средств, охраны без заключения соответствующих договоров; ведение бухгалтерского учета осуществлялось одними и теми же лицами организовано и локализовано (бухгалтерская отчетность ООО «ЖЭО №3», ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО10, ИП ФИО12 направлялась с одного IP-адреса); согласно информации с официального сайта общества часть индивидуальных предпринимателей указаны в качестве «управдомов» от ООО «ЖЭО-2», другая часть – от ООО «ЖЭО-3»; кроме того, во всех заключенных со спорными подрядчиками договорах подряда отсутствует стоимость подлежащих выполнению конкретных работ, определенных в Приложении № 2 к договорам, оформленные акты выполненных работ противоречат условиям заключенных договоров подряда, так как некоторые работы являются сезонными либо подлежащими выполнению в строго определенный календарный промежуток времени, в связи с чем не могут быть помесячно одинаковыми как перечень выполненных работ и их итоговая стоимость; сами акты не несут информацию о видах и объемах выполненных работ; из ведомостей по планируемым работам сроки выполнения таких работ определить невозможно, указан лишь временной интервал в течение календарного года и перечень работ, необходимый для выполнения; в результате сравнения актов выполненных работ, представленных налогоплательщиком в ходе проведения мероприятий налогового контроля, с актами, приложенными к возражению на акт налоговой проверки, установлена разница в итоговой сумме выполненных работ; в справках по распределению сумм начисленной заработной платы с налогами РКУ по статье затрат «Благоустройство и обеспечение санитарного состояния жилья и придомовой территории» отсутствуют расшифровки получателей дохода, в частности индивидуальных предпринимателей и их работников, при этом анализ по распределению сумм начисленной заработной платы указанных справок и сведений по форме 2-НДФЛ за 2018, 2019 годы, представленных индивидуальными предпринимателями на работников, выполняющих работы для общества, свидетельствует о превышении размера начисленной заработной платы над суммой полученного ими дохода.

С учетом совокупности изложенных выше обстоятельств суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильным выводам о том, что в соответствии с требованиями части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ налоговым органом исполнена обязанность по доказыванию нереальности хозяйственных взаимоотношений общества с подконтрольными, взаимозависимыми организациями и индивидуальными предпринимателями – ООО «ЖЭО № 2», ООО «ЖЭО № 3», ООО РСП», ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13 с учетом положений пункта 2 статьи 105.1 НК РФ, отсутствии необходимости заключения и совершения с ними сделок, создании обществом формального документооборота и искусственной видимости осуществления заявленной деятельности при отсутствии самостоятельности централизованно управляемых обществом контрагентов, применяющих упрощенную систему налогообложения и пониженный тариф (в 2018 году) страховых взносов и введенных налогоплательщиком в хозяйственный оборот с целью необоснованной минимизации своих налоговых обязательств при фактическом выполнении заявленных работ (услуг) силами самого общества; руководствуясь изложенными положениями законодательства о налогах и сборах, Постановления № 53, правомерно признали решение инспекции № 12-30/2 от 17.02.2023 в оспариваемой части соответствующим закону, не нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и на основании части 3 статьи 201 АПК РФ не нашли оснований для удовлетворения заявленных требований.

Отдельные доводы заявителя жалобы о самостоятельности осуществления указанными контрагентами предпринимательской деятельности не влияют на обоснованность судебных выводов о создании обществом схемы по получению необоснованной налоговой выгоды на основании полного и всестороннего исследования и оценки всей совокупности представленных по делу доказательств в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. При этом, поскольку в ходе судебного разбирательства установлено самостоятельное выполнение обществом заявленных от подконтрольных, взаимозависимых организаций и индивидуальных предпринимателей работ (услуг), суды обоснованно отклонили доводы налогоплательщика о наличии оснований для применения в их отношении налоговой льготы, предусмотренной подпунктом 30 пункта 3 статьи 149 НК РФ, которая подлежит применению налогоплательщиком только в отношении приобретенных работ (услуг), непосредственно выполненных (оказанных) иными лицами.

Кроме того, поскольку основанием для доначисления страховых взносов за 2018 год в сумме 826 568 рублей 43 копеек явилось необоснованное применение контрагентами общества, применяющими упрощенную систему налогообложения, пониженной ставки страховых взносов именно в отношении формально трудоустроенных у них работников, доводы заявителя о необходимости учета при этом исчисленных и уплаченных за себя  ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10, ИП ФИО11, ИП ФИО12, ИП ФИО13, страховых взносов в размере 1 процента от суммы превышения полученного ими дохода в 300 000 рублей, подлежат отклонению.

Иные доводы заявителя жалобы являлись предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций, получили надлежащую правовую оценку и обоснованно отклонены, поскольку по существу основаны на неверном толковании вышеизложенных норм права, правовых позиций высшей судебной инстанции, сводятся к несогласию с выводами судов по существу спора и направлены на переоценку представленных участвующими в деле лицами доказательств и установление обстоятельств, отличных от установленных судами первой и апелляционной инстанций, что в силу требований статьи 286 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», не входит в полномочия суда округа.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежат оставлению без изменения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа. По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 05 марта 2025 года по делу № А19-18874/2023 и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30 мая 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


А.Н. Левошко

Г.В. Ананьина

И.А. Курочкина