Постановление от 21 ноября 2023 г. по делу № А60-49448/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-4921/23

Екатеринбург 21 ноября 2023 г. Дело № А60-49448/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2023 г. Постановление изготовлено в полном объеме 21 ноября 2023 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Павловой Е.А., судей Новиковой О.Н., Кочетовой О.Г.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 по делу № А60-49448/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

Представитель ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 19.08.2021;

ФИО3 (лично, предъявлен паспорт).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 14.10.2022 ФИО4 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

В арбитражный суд поступило заявление ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 7 150 000 руб., из которых: 6 500 000 руб. долг, 650 000 руб. проценты.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2023, требования ФИО3 в заявленном размере включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой,

в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявленных кредитором требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что суды не приняли во внимание доводы о том, что между кредитором и должником реализуется схема фиктивного банкротства на основании мнимого и безденежного договора займа с целью преодоления субъективных сроков исковой давности об оспаривании цепочки сделок с ФИО1; не исследовали вопрос фактической передачи в качестве займа наличных денежных средств. По мнению кассатора, в материалах дела отсутствуют достаточные и необходимые доказательства, подтверждающие наличие у кредитора финансовой возможности выдать заем; так, в подтверждение финансовой возможности ФИО3 представил сведения о совокупном движении денежных средств по двум расчетным счетам, открытым в публичном акционерном обществе «Банк ВТБ» (далее – общество «Банк ВТБ») и акционерном обществе «Альфа-Банк» (далее – общество «Альфа- Банк»), за период с 05.10.2016 по 05.10.2022 в размере около 30 млн. руб., вместе с тем, кредитор с 10.10.2016 является индивидуальным предпринимателем, осуществляющим деятельность в области права, ввиду чего наличие у индивидуального предпринимателя за период с 2016 года по 2022 год оборотных денежных средств в размере около 30 млн. руб. не означает наличие у него 21.12.2021 свободных денежных средств в заявленном размере, поскольку из указанных оборотных средств производятся траты на осуществление предпринимательской деятельности; при этом, согласно выписке из личного кабинета налогоплательщика, совокупный доход ФИО3 как физического лица за период с 2017 года по 2021 год составил лишь 3 283 770 руб. 40 коп. Помимо прочего, заявитель жалобы считает, что доказательства аккумулирования наличной денежной суммы в размере 6,5 млн. руб. отсутствуют, а выводы судов о том, что отсутствие таковых доказательств не может свидетельствовать об отсутствии факта передачи денежных средств должнику, учитывая, что оборотами по расчетным счетам кредитора подтверждается значительный размер денежных средств, находящихся в его распоряжении с 2016 года, являются несостоятельными. Суды также не дали надлежащей правовой оценки доводам заявителя об отсутствии экономической целесообразности выдачи займа; в данном случае кредитором не раскрыта экономическая целесообразность выдачи столь крупной денежной суммы в качестве ничем не обеспеченного займа лицу, длительное время находящемуся под следствием и впоследствии отбывавшему наказание в местах лишения свободы; в свою очередь, должник также не представил доказательства наличия у него финансовой возможности возвратить в пятимесячный срок заем, а также проценты за пользование суммой займа, более того, в материалах дела отсутствуют доказательства расходования денежных средств непосредственно должником.

Медведев А.В. в отзыве на кассационную жалобу в отношении изложенных доводов возражает, просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО3 и Клоком М.В. заключен договор займа от 21.12.2021, по условиям которого кредитор передал должнику денежные средства в размере 6 500 000 руб.

Заем предоставлен на пять месяцев. Срок возврата займа – 21.05.2022. Проценты по займу –2% в месяц (пункт 1.4).

В подтверждение факта передачи денежных средств представлена копия расписки от 21.12.2021.

Ссылаясь на неисполнение должником обязательств по возврату предоставленного займа в установленный срок и уплате процентов за пользование заемными денежными средствами, ФИО3 обратился в суд с настоящим требованием.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 требования ФИО3 в сумме 7 150 000 руб. включены в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди.

Не согласившись с указанным определением, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, одновременно заявив ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на апелляционное обжалование.

Определением суда апелляционной инстанции от 29.05.2023 производство по апелляционной жалобе ФИО1 прекращено.

Суд апелляционной инстанции, исходя из того, что определение от 07.12.2022 не содержит выводов о правах и обязанностях ФИО1 и не создает для него преюдициального значения, учитывая, что ФИО1 не является лицом, участвующим в деле о банкротстве Клока М.В., его процессуальные права ограничены обособленным спором о признании недействительной сделки с ним, пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 права обжаловать определение о включении требования в реестр требований кредиторов должника, ввиду чего прекратил производство по апелляционной жалобе.

Не согласившись с принятым определением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просил обжалуемое определение отменить, ссылаясь на то, что суд апелляционной инстанции не принял во внимание доводы ФИО1 о том, что должником и кредитором ФИО3 реализуется схема фиктивного банкротства в целях преодоления субъективного срока исковой давности об оспаривании сделок с ФИО1, а также отметил, что судебный акт о включении требования ФИО3 в реестр требований кредиторов должника фактически противопоставляются

Горбунову А.А., в связи с чем, его апелляционная жалоба подлежала рассмотрению по существу.

Постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 20.07.2023 определение Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2023 отменено, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Суд округа, руководствуясь правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 постановления от 26.05.2011 № 10-П, по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, а также постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.04.2014 № 12278/13, принял во внимание, что в рассматриваемом случае, прекращая производство по жалобе по формальному основанию в связи с тем, что ФИО1 не является участником дела о банкротстве Клока М.В., суд апелляционной инстанции не исследовал доводы заявителя, свидетельствующие о возможной необоснованности требований ФИО3, включенных в реестр определением от 07.12.2022, а также о том, что данный судебный акт фактически противопоставляется ФИО1, в частности, в апелляционной жалобе ФИО1 указывал на то, что должником и, по сути, единственным кредитором ФИО3 реализуется схема фиктивного банкротства в целях оспаривания сделки с ФИО1 и преодоления субъективного срока исковой давности при ее оспаривании; по мнению ФИО1, хронология дела о банкротстве Клока М.В. свидетельствует о том, что сторонами выдержаны минимальные процессуальные сроки для инициирования процедуры банкротства: выдача займа наличными, опубликование сообщения о намерении обратиться с заявлением о собственном банкротстве ещё до истечения трехмесячного срока со дня начала просрочки, обращение должника с заявлением о собственном банкротстве через 17 дней со дня просрочки, введение процедуры реализации имущества в первом судебном заседании; ФИО3 погашена задолженность перед налоговым органом в период банкротных процедур, иные кредиторы у должника отсутствуют; при этом оспаривание сделки с ФИО1 обусловлено именно возбуждением дела о банкротстве, так как до введения банкротных процедур должник судебное разбирательство по применению последствий недействительной сделки не инициировал.

Однако, как указал суд округа, апелляционный суд указанные доводы не исследовал и не оценил, ограничившись формальной констатацией того, что ФИО1 не вправе обжаловать определение суда от 07.12.2022, так как он не является участником дела о банкротстве Клока М.В., а обжалуемое им определение не влияет на его права и обязанности; вместе с тем, с учетом указанных обстоятельств и приведенных ФИО1 доводов, в рассматриваемом случае суд апелляционной инстанции не мог ограничиваться формальной констатацией отсутствием у апеллянта права на оспаривание судебного акта о включении в реестр требований кредиторов, а должен был рассмотреть указанные доводы по существу; при констатации

обоснованности приводимых доводов в данной ситуации единственным возможным способом защиты прав заявителя является оспаривание обжалуемого судебного акта.

Рассмотрев требования по существу, суд первой инстанции, а затем и суд апелляционной инстанции, отметив, что факт передачи денежных средств подтверждается представленной материалы обособленного спора копией расписки от 21.12.2021, пришли к выводу о доказанности реальности передачи кредитором денежных средств должнику в качестве займа в сумме 6 500 000 руб.; при этом, устанавливая наличие у кредитора финансовой возможности для предоставления займа в указанном размере, суды приняли во внимание представленные ФИО6 справку из общества «Банк ВТБ», в соответствии с которой обороты денежных средств по счету кредитора в период с 06.07.2018 по 05.10.2022 составили 19 124 689 руб. 46 коп., выписку по счету ИП ФИО3 в обществе «Альфа-Банк», согласно содержанию которой обороты по счету за период с 05.10.2016 по 05.10.2022 составили 10601681 руб. 87 коп., справку из личного кабинета налогоплательщика ФИО3, согласно которой доход от его трудовой деятельности за период с 2017 по 2021 год составил более 3 000 000 руб., судебные акты, подтверждающие факт получения ФИО3 денежных средств от клиентов в рамках оказания юридических услуг в значительном размере, кроме того, учли наличие у кредитора дополнительного дохода от сдачи имущества в аренду, на приобретение им имущества и прав требований, предоставление третьим лицам денежных средств, что подтверждается договорами аренды, купли-продажи от 18.01.2023, уступки от 26.12.2022, в связи с чем, заключили, что фактических доходов ФИО3 за период, непосредственно предшествующий предоставлению займа по договору от 21.12.2021, было достаточно для выдачи денежных средств на заявленную сумму; финансовая возможность предоставить данный заем должнику подтверждена, а отсутствие доказательств аккумулирования денежных средств к дате заключения договора займа от 21.12.2021 не может однозначным образом свидетельствовать об отсутствии факта передачи денежных средств должнику, учитывая, что оборотами по расчетным счетам ФИО3 подтверждается значительный размер денежных средств, находящихся в его распоряжении с 2016 года, что свидетельствует о возможности наличия у него к требуемой дате денежных средств в размере 6 500 000 руб. в наличной форме.

Таким образом, приняв во внимание изложенное, руководствуясь статьями 309, 310, 807, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), позицией, изложенной в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление Пленума № 35), суды первой и апелляционной инстанций посчитали достаточными представленные кредитором доказательства относительно реальности правоотношений, признав верным

представленный Медведевым А.В. расчет суммы задолженности, заключили о наличии неисполненного должником обязательства перед кредитором и, как следствие, обоснованности включения спорного требования в реестр требований кредиторов должника в заявленном размере.

Между тем, судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 133 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд определяет фактические обстоятельства, подлежащие доказыванию, круг необходимых доказательств, подлежащих исследованию при судебном разбирательстве, нормы материального права, регулирующие правоотношения, а также состав лиц, чьи права и интересы могут быть затронуты судебным разбирательством и судебным актом.

При принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, какие – не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению; обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права (часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил доводы лиц, участвующих в деле, законы и иные нормативные правовые акты, которым руководствовался суд при принятии решения (пункты 2, 3 части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке статьи 100 названного закона.

В силу статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений этим прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением долгов должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума № 35, пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства,

утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016). Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле, для чего требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора, а основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

С учетом вышеуказанных правовых позиций, принимая во внимание, что установленными в деле о банкротстве могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности, заинтересованный по отношению к должнику кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, исходя из заявленных участвующими в деле лицами возражений. При этом на такого кредитора может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе ее исполнения, подтвердить реальность правоотношений с несостоятельным должником с целью недопущения включения в реестр необоснованных требований, созданных формально для искусственного формирования долга.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д. (пункт 3 статьи 50 Закона о банкротстве), необходимо также иметь в виду, что целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, которое приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов с обоснованными требованиями и должника.

При рассмотрении обоснованности требования подлежат проверке доказательства возникновения долга в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

В предмет доказывания по спорам об установлении обоснованности и размера требований кредиторов входит оценка сделки на предмет ее заключенности и действительности, обстоятельства возникновения долга, о реальности возникших между сторонами заемных отношений, установления факта наличия (отсутствия) общих хозяйственных связей между кредитором и должником, экономической целесообразности заключения сделки, оценка поведения сторон с точки зрения наличия или отсутствия злоупотребления правом при заключении сделки.

Удовлетворяя заявленные Медведевым А.В. требования, суды исходили из того, что наличие у кредитора финансовой возможности выдать должнику заем в заявленном размере подтверждается представленными в материалы дела справкой из общества «Банк ВТБ», в соответствии с которой обороты денежных средств по счету кредитора в период с 06.07.2018 по 05.10.2022 составили 19 124 689 руб. 46 коп., выпиской по счету ИП Медведева А.В. в обществе «Альфа-Банк», согласно содержанию которой обороты по счету за период с 05.10.2016 по 05.10.2022 составили 10 601 681 руб. 87 коп., справкой из личного кабинета налогоплательщика Медведева А.В., согласно которой доход от его трудовой деятельности за период с 2017 по 2021 год составил более 3 000 000 руб., судебными актами, подтверждающими факт получения Медведевым А.В. денежных средств от клиентов в рамках оказания юридических услуг в значительном размере.

Между тем, приняв в качестве доказательств финансовой возможности кредитора выдать заем поименованные выше документы, суды их фактически не исследовали и не проанализировали, в полном объеме выписки по всем счетам кредитора не запрашивали, движение денежных средств на соответствующих счетах не проверяли, при том, что ФИО1 заявлялись доводы о том, что кредитор с 10.10.2016 является индивидуальным предпринимателем, осуществляющим деятельность в области права, ввиду чего наличие за период с 2016 года по 2022 год оборотных денежных средств в размере около 30 млн. руб. не означает наличие у него 21.12.2021 свободных денежных средств в заявленном размере, поскольку из указанных оборотных средств производятся траты на осуществление предпринимательской деятельности; в свою очередь, суды отклонили данные доводы формально, немотивированно и без исследования соответствующих фактических обстоятельств, а констатируя получение кредитором денежных средств в значительном размере от клиентов в рамках оказания юридических услуг, суды не приняли во внимание отсутствие в материалах дела каких-либо иных доказательств (кроме судебных актов), в том числе расчетов с кредитором по факту оказания услуг, сведений о фактически поступивших ФИО3 денежных средств от предоставления юридических услуг, подтверждающих получение кредитором денежных средств за оказание таких услуг.

Фактически суды не исследовали, не оценили и никак не мотивировали свою позицию относительно доводов, заявленных ФИО1, проверку и анализ имеющихся в деле доказательств не осуществили, не предложили кредитору представить доводы и доказательства по опровержению доводов ФИО1

Суды обеих инстанций также заключили, что наличие финансовой возможности кредитора выдать спорный заем подтверждается выпиской из личного кабинета налогоплательщика, однако суды никак не оценили тот факт, что совокупный доход ФИО3 как физического лица за период с 2017 года по 2021 год составил лишь 3 283 770 руб. 40 коп., в то время как информация о наличии у кредитора дополнительного дохода от сдачи имущества в аренду, на приобретение им имущества и прав требований,

предоставление третьим лицам денежных средств Медведевым А.В. в полном объеме не раскрыта, при том, что договоры аренды, купли-продажи, уступки не могут являться надлежащим доказательством получения кредитором средств от указанных договорных отношений.

Судами не проанализированы доводы о том, что в указанный период ответчик не имел доходов, позволяющих ему выдать столь значительный заем малознакомому, как утверждает ответчик, человеку; судами не проверены и не оценены доводы о том, что ответчик в рассматриваемый период (до выдачи займа) отбывал наказание и не мог осуществлять соответствующую юридическую деятельность и получать доходы от ее осуществления (договор займа датирован 21.12.2021, а как утверждает кассатор, ответчик с 28.04.2018 по ориентировочно начало 2021 года находился под стражей и в местах лишения свободы); при этом судебные акты, в которых фигурируют суммы судебных расходов, подлежащих выплате ответчику, вынесены в различные периоды, как задолго до выдачи займа, так и после, и сами по себе не свидетельствуют о фактическом получении этих средств.

Более того, судами детально не исследованы обстоятельства аккумулирования наличных денежных средств, необходимых для выдачи займа в достаточно крупном размере, равно как и доводы об отсутствии снятия со счетов средств для выдачи займа с учетом всех обстоятельств дела (получение доходов, отбытия наказания и иных обстоятельств); не проанализированы и расходы ответчика в рассматриваемый период, влияющие на возможность высвобождения средств для их предоставления в заем (в частности, были понесены значительные траты на исполнение приговора суда, на иждивении у ответчика находились члены семьи, на содержание которых также могли затрачиваться денежные средства ответчика, в том числе в период отбывания наказания).

Делая вывод о том, что должник распорядился полученными по спорному договору денежными средствами путем погашения ранее образовавшейся задолженности перед физическими лицами, которая возникла в связи с оказанием срочной операционной медицинской помощи Клоку М.В., его перелетом на частном рейсе в г. Москва для проведения хирургического вмешательства, а также приобретением лекарств и оплату медицинских услуг для поддержания общего удовлетворительного состояния здоровья и на иные цели, суды не дали надлежащей правовой оценки доводам ФИО1 о том, что представленные в материалы обособленного спора договоры на оказание платных медицинских услуг, документы на приобретение лекарств заключены на существенно меньшую сумму (1,5 млн. руб.), а оплата по самым существенным из них произведена задолго до получения займа.

Кроме того, суды также не исследовали расходы и доходы должника за рассматриваемый период, не установили, на что именно были направлены все заемные средства и имелась ли у Клока М.В. финансовая возможность возвратить заем, и за счет каких денежных средств будет возвращен этот заем, учитывая, что доход должника за 2019 год составил 210 814 руб. 60 коп., за 2020 год – 191710 руб. 56 коп, за 2021 год – 228 738 руб.

90 коп., то есть 17 000 – 20 000 руб. в месяц., что подтверждается представленной в материалы дела справкой о доходах, не проверили соответствие поведения Медведева А. В. (предоставление займа в отсутствие обеспечения, под достаточно низкий процент, при информированности об отсутствии конкретных и достаточных источников погашения долга у заемщика) стандарту обычного разумного и добросовестного поведения кредитора, который стремится обеспечить гарантированный возврат заемных средств.

Таким образом, в нарушение положений статьи 71, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды первой и апелляционной инстанций, делая вывод о реальности заемных обязательств, фактически не исследовали действительную модель сложившихся между кредитором и должником взаимоотношений, их экономическую целесообразность, не проанализировали, доводы о предоставлении займа, без какого-либо обеспечения, под 2% процента, при отсутствии иных аналогичных правоотношений с иными лицами; доводы ФИО1 об отсутствии экономической целесообразности выдачи займа, отсутствии доказательств наличия у кредитора финансовой возможности выдать заем, доказательств аккумулирования наличной денежной суммы в размере 6,5 млн. руб. не исследовали и не оценили, последующее движение денежных средств, полученных должником от кредитора. Вместе с тем, данные обстоятельства имеют существенное значение для правильного разрешения спора, установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку правдоподобности требований кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр.

С учетом изложенного суд округа считает, что судами должным образом не исследованы доводы и возражения участвующих в деле лиц, существенным образом влияющие на наличие (отсутствие) оснований для включения требования ФИО6 в реестр требований кредиторов должника, а выводы о наличии оснований для включения рассматриваемого требования в реестр являются недостаточно обоснованными, сделаны преждевременно, без исследования и оценки всех обстоятельств дела, всех имеющихся доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, что повлекло совершение ошибочных выводов и вынесение неправильных судебных актов.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции по результатам рассмотрения кассационной жалобы вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд, если выводы, содержащиеся в обжалуемых решении, постановлении, не соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам или имеющимся в деле доказательствам.

Поскольку суды не обеспечили полноту исследования всех представленных в материалы дела доказательств с целью установления значимых для надлежащего рассмотрения дела обстоятельств, а выявленные

нарушения в оценке доказательств не могут быть устранены на стадии кассационного рассмотрения ввиду того, что арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанций, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), суд округа полагает, что определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2023 подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела арбитражному суду, с учетом изложенного в мотивировочной части данного постановления, надлежит устранить отмеченные недостатки, в том числе проверить обоснованность требований кредитора, установить с учетом всех обстоятельств дела, реальность и характер спорных правоотношений между сторонами, предложить лицам, участвующим в деле, представить надлежащие документальные доказательства, подтверждающие названные обстоятельства, дать оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, установить все фактические обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора по существу, исследовать и оценить в совокупности все имеющиеся в деле доказательства, и по результатам исследования и оценки соответствующих доказательств принять решение в соответствии с установленными обстоятельствами и действующим законодательством.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 07.12.2022 по делу № А60-49448/2022 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2023 по тому же делу отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.А. Павлова

Судьи О.Н. Новикова

О.Г. Кочетова