Постановление от 31 июля 2025 г. по делу № А32-40048/2017

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-40048/2017
г. Краснодар
01 августа 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 1 августа 2025 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Глуховой В.В., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 11.05.2023), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 (15АП-13201/2024) по делу № А32-40048/2017 (Ф08-2534/2025), установил следующее.

В рамках дела о банкротстве жилищно-строительного кооператива «Сити-2» (далее также – ЖСК, должник) конкурсный управляющий ФИО3 обратился с заявлением о признании недействительными восьми заключенных должником и ФИО1 договоров об участии в ЖСК, восьми соглашений о расторжении договоров об участии в ЖСК, платежей по указанным сделкам в общей                        сумме 7 906 830 рублей 66 копеек, а также взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 3 059 358 рублей 27 копеек за период с 04.09.2015 по 24.01.2021 (уточненные требования).

Определением суда от 17.11.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.01.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.06.2022 определение суда от 17.11.2021 и постановление апелляционного суда от 31.01.2022 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением суда от 04.07.2024 в удовлетворении заявления отказано, обеспечительные меры, принятые определением суда от 28.01.2021, отменены. Судебный акт мотивирован пропуском срока исковой давности.

Постановлением апелляционного суда от 17.03.2025 определение суда от 04.07.2024 отменено. Признаны недействительными восемь договоров об участии в ЖСК, восемь соглашений о расторжении договоров об участии в ЖСК, сделки по перечислению денежных средств на общую сумму 7 906 830 рублей 66 копеек. Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 денежных средств в размере 7 906 830 рублей 66 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 548 319 рублей 50 копеек. В удовлетворении остальной части заявленных требований отказано. Распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление апелляционного суда от 17.03.2025, оставить без изменения определение суда первой инстанции от 04.07.2024. По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции необоснованно в отсутствии в материалах дела доказательств сделан вывод об аффилированности должника и ФИО1; принятые судами уточненные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) должны были быть заявлены конкурсным управляющим как новые самостоятельные требования. Судом апелляционной инстанции ошибочно признаны оспариваемые сделки цепочкой взаимосвязанных сделок ввиду того, что изначально конкурсным управляющим заявлялись требования о признании недействительными договоров и соглашений о расторжении, как самостоятельные сделки. Срок исковой давности для подачи заявления истек, а также уточнения конкурсным управляющим заявлены с пропуском срока исковой давности. Судом апелляционной инстанции неверно применены нормы материального права в части  признания условий для применения положений статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Конкурсным управляющим не доказан факт причинения вреда имущественным правам кредиторов, указывая на то, что на момент совершения сделок должник не обладал признаками неплатежеспособности.

В материалы дела от конкурсного управляющего ФИО4 (правопреемник конкурсного управляющего ФИО3), кредиторов ФИО5 и ФИО6 поступили отзывы, в которых они просят постановление суда апелляционной инстанций оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15.07.2025 в судебном заседании объявлен перерыв до 22.07.2025. После перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил постановление апелляционного суда отменить, определение суда первой инстанции – оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу о том, что кассационная жалоба подлежит удовлетворению.

Как следует из материалов дела, определением суда от 15.11.2017 по заявлению ФИО7 возбуждено производство по делу о банкротстве ЖСК, применены правила параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Определением суда от 12.04.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО8

Решением суда от 05.02.2019 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО8 Определением суда от 17.04.2019 ФИО8 освобождена от исполнения возложенных на нее исполняющей обязанности конкурсного управляющего. Определением суда от 17.06.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО9 Определением суда от 14.07.2020 ФИО9 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 15.09.2020 конкурсным управляющим утвержден ФИО3 Определением суда от 31.01.2022 ФИО3 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 28.02.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО10 Определением суда от 31.08.2022 ФИО10 освобожден от исполнения возложенных на него обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 14.11.2022 конкурсным управляющим утверждена  ФИО11 Определением суда от 02.06.2023 ФИО11 отстранена от исполнения возложенных на нее обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 02.04.2024 конкурсным управляющим утверждена ФИО12 Определением суда от 16.10.2024, вынесенным в виде резолютивной части, ФИО12 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей конкурсного управляющего должника. Определением суда от 04.12.2024 конкурсным управляющим утверждена ФИО4 Определением суда от 11.06.2025, вынесенным в виде резолютивной части, ФИО4 освобождена от исполнения возложенных на нее обязанностей конкурсного управляющего должника, судебное заседание по рассмотрению вопроса об утверждении финансового управляющего отложено.

Конкурсный управляющий ФИО3, полагая, что взаимосвязанные сделки между должником и ФИО1 являются ничтожными (мнимыми), поскольку у сторон сделок изначально не было намерения исполнять договоры об участии в ЖСК, воля сторон при заключении договоров не была направлена на достижение правовых последствий, возникающих из сделки об участии в долевом строительстве, должником и ФИО1 заключены мнимые сделки без встречного предоставления со стороны ФИО1, направленные на вывод денежных средств из имущественной сферы должника, обратился с заявлением о признании данных сделок недействительными, ссылаясь на наличие оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 170 ГК РФ.

При первоначальном рассмотрении суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении заявленных требований, сославшись на то, что договоры об участии в ЖСК расторгнуты, перечисление денежных средств не является следствием договоров об участии в ЖСК, а является следствием их расторжения, при этом управляющим оспариваются договоры об участии в ЖСК, а не платежи; объем прав и обязанностей должника фактически остался неизменным, поскольку при расторжении договоров об участии в ЖСК должнику возвращены права на квартиры. Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, в применении которого судами отказано.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что при новом рассмотрении суду надлежит исследовать природу сложившихся между должником и ответчиком отношений, установить обстоятельства совершения оспариваемых сделок (заключение договоров, их расторжение, перечисление должником ответчику денежных средств), выяснить мотивы их совершения, проверив доводы управляющего о заинтересованности ответчика и должника; проверить финансовое состояние ответчика, сопоставить даты и суммы внесения средств с доходами ответчика, дать надлежащую правовую квалификацию оспариваемым сделкам и с учетом установленных обстоятельств рассмотреть вопрос о наличии (отсутствии) оснований для признания сделок недействительными. Вывод судов о том, что срок исковой давности не пропущен не оспаривался.

При новом рассмотрении обособленного спора конкурсный управляющий должника 01.07.2024 уточнил заявленные требования и просил суд признать недействительными: восемь договоров об участии в ЖСК, восемь соглашений о расторжении договоров и платежи на общую сумму 7 906 830 рублей 66 копеек. Уточнения приняты судом первой инстанции в порядке статьи 49 АПК РФ.

Довод ответчика о том, что при уточнении конкурсным управляющим заявлены новые требования признается судом округа ошибочным. Учитывая отсутствие договоров об участии в ЖСК и соглашений о расторжении, а также указание в заявлении, поданном первоначально 25.01.2021 о неправомерном перечислении денежных средств, с требованием об их взыскании, оснований для вывода о том, что конкурсным управляющим 01.07.2024 заявлены новые требования, не имеется.

Определением суда от 04.07.2024 в удовлетворении заявления отказано. Суд первой инстанции исходил из пропуска конкурсным управляющим годичного срока исковой давности по требованию о признании сделки недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, и отсутствия оснований для квалификации сделки в качестве совершенной со злоупотреблением правом на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 определение от 04.07.2024 отменено. Признаны недействительными следующие взаимосвязанные сделки:

1. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 03.09.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 142; соглашение от 04.09.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2» от 03.09.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении от 04.09.2015 в размере 1 338 780 рублей.

2. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 31.08.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 141; соглашение от 25.09.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                  от 31.08.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении 25.09.2015 в размере 434 600 рублей.

3. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 30.09.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 175; соглашение от 01.10.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                   от 30.09.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении 01.10.2015 в размере 1 500 тыс. рублей.

4. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 31.10.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 167; соглашение от 02.12.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                    от 31.10.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1, на основании соглашения о расторжении 02.12.2015 в размере 793 940 рублей.

5. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 31.10.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 137; соглашение от 02.12.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                      от 31.10.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении 02.12.2015 в размере 878 740 рублей.

6. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 31.10.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 40; соглашение от 02.12.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                    от 31.10.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении 02.12.2015 в размере 878 740 рублей.

7. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 23.12.2015, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 164; соглашение от 24.12.2015 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                        от 23.12.2015, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении 24.12.2015 в размере 1 499 997 рублей.

8. Договор об участии в ЖСК «Сити-2» от 29.01.2016, предметом которого являлось участие ФИО1 в строительстве жилого помещения (квартиры) № 142; соглашение от 30.01.2016 о расторжении договора об участии в ЖСК «Сити-2»                  от 29.01.2016, заключенное между ЖСК «Сити-2» и ФИО1; сделка по перечислению денежных средств ЖСК «Сити-2» в пользу ФИО1 на основании соглашения о расторжении от 30.01.2016 в размере 582 033 рублей 66 копеек.

Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО1 в пользу ЖСК «Сити-2» денежных средств в размере 7 906 830 рублей 66 копеек, процентов по статье 395 ГК РФ за период с 25.01.2018 по 25.01.2021 в размере 1 548 319 рублей 5 копеек. В удовлетворении заявления в остальной части отказано.

Отменяя определение суда и удовлетворяя заявленные требования, суд апелляционной инстанции признал ошибочным вывод суда первой инстанции о пропуске годичного срока исковой давности и пришел к выводу, что оспариваемые сделки должны быть квалифицированы по статьям 10, 170 ГК РФ, к которым применяется трехлетний срок исковой давности.

Суд апелляционной инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, установил, что должником и ФИО1 создана цепочка мнимых сделок, в результате которых на ФИО1, в отсутствие встречного предоставления (оплата за приобретаемые объекты недвижимости не была осуществлена) выведены денежные средства должника, отсутствовали разумные экономические мотивы заключения договоров, лежащих в основании спорных перечислений (назначение платежа «возврат части паевого взноса»), объясняющих порядок их исполнения и формирования конкретных условий.

В связи с чем суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки выходят за дефекты подозрительных сделок, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, поскольку из совокупности доказательств, представленных в материалы дела следует, что у сторон договоров об участии в ЖСК изначально не было намерения их исполнять, сделки направлены на вывод денежных средств из имущественной сферы должника, что является основанием для признания оспариваемых сделок недействительными по статьям 10, 170 ГК РФ.

Приведенный вывод апелляционного суда сделан без учета следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела и установлено судами, спорные платежи совершены в период с 04.09.2015 по 30.03.2016, то есть в течение трех лет до даты возбуждения дела о банкротстве должника (15.11.2017) и подпадают под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд округа отмечает, что договоры об участии в ЖСК и соглашения о расторжении договоров, указанные в назначении платежей и являющиеся предметом требований, в материалах спора отсутствуют. При обращении в суд с заявлением о признании сделки недействительной конкурсным управляющим заявлено ходатайство об истребовании данных доказательств у ответчика, однако им требования суда не исполнены со ссылкой на отсутствие данных доказательств, ввиду значительного времени, прошедшего с момента заключения. Из приговора от 31.03.2020 по делу 1-442/2020 в отношении руководителя ФИО13 следует, что документы должника приобщены в качестве вещественных доказательств и хранятся при уголовном деле. С момента поступления заявления о признании сделок недействительными (25.01.2021) прошло более 4 лет, за указанный период лицами, участвующими в деле меры к восстановлению данных документов, либо истребованию не приняты. Вместе с тем, суд рассматривает только те доказательства, которые были представлены (статья 65 АПК РФ). В отсутствие документального подтверждения заключения спорных сделок суд лишен возможности оценивать его условия и выносить решение о его действительности, либо недействительности. При таких обстоятельствах выводы суда апелляционной инстанции о признании недействительными договоров об участии в ЖСК и соглашений о их расторжении в условиях отсутствия в материалах спора данных доказательств не могут быть признаны верными.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.

Согласно сложившейся судебной практике применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2022                № 304-ЭС17-18149 (10-14)).

При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25)).

В пункте 7 постановления № 25 указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2                статьи 168 ГК РФ).

Вместе с тем согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014                № 10044/11 и в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016         № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886,      от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Из содержания приведенных норм и разъяснений, изложенных в пунктах 5 – 7  постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации                  от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», следует, что такие обстоятельства, как противоправность цели совершения сделки, осведомленность контрагента об этой цели и отсутствие по сделке встречного предоставления охватываются составом подозрительной сделки и не требуют самостоятельной квалификации по статьям 10, 168 ГК РФ.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не свидетельствует о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по          статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по                      статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10, 168, 170 ГК РФ при наличии признаков ее подозрительности в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что не соответствует действующему правовому регулированию.

Таким образом, для квалификации сделки как ничтожной по                             статьям 10, 168, 170 ГК РФ требовалось выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886).

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия (определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2021 № 33-КГ20-8-КЗ).

Как установлено судами конкурсный управляющий провел анализ движения денежных средств по счетам и установил перечисления в адрес ФИО1 денежных средств в размере 7 906 830 рублей 66 копеек, совершенных в период с 04.09.2015 по 30.03.2016, то есть в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, выполняя указания суда кассационной инстанции, верно установил отсутствие встречного исполнения в результате совершения спорных перечислений, причинение имущественного вреда кредиторам должника в результате вывода денежных средств с расчетного счета, отсутствие правовых оснований, лежащих в основе спорных платежей, при этом назначение платежа (заключение и расторжение договоров с разницей в один день, или непродолжительное время) вызывало сомнения в действительности хозяйственных операций, лежащих в их основе. В нарушение          статьи 65 АПК РФ ответчиком обстоятельства совершения сделки не раскрыты, договоры и соглашения, лежащие в их основе,  доказательства финансовой возможности, а также выполнение каких-либо подрядных работ не представлены. С учетом установленных обстоятельств судом апелляционной инстанции сделан обоснованный вывод о наличии признаков, свидетельствующих о фактической аффилированности ответчика. Апелляционным судом обоснованно учтено наличие вступившего в законную силу приговора суда от 31.03.2020 по делу №1-442/2, в котором признана вина бывшего руководителя должника ФИО13 по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, который с использованием служебного положения изготавливал договоры участия в ЖСК, приходно-кассовые ордера с неустановленными физическими лицами, по которым денежные средства в кассу фактически не поступали.

В рассматриваемом случае позиция конкурсного управляющего по существу сводилась к тому, что целью, которую осознавали и желали достичь участники оспариваемой сделки, являлся безвозмездный вывод активов должника в пользу фактически аффилированного с ним лица в ущерб интересам кредиторов. Данные пороки сделки в полной мере укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Безвозмездный характер сделки (что является признаком договора дарения) относится к условиям недействительности сделки, установленным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а потому данное нарушение не выходит за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные им нарушения выходили за пределы дефектов подозрительных сделок. Пропуск годичного срока исковой давности для оспоримой сделки, не является основанием для ее квалификации по правилам                                статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Вмененные ответчику нарушения в полной мере укладывались в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. С учетом изложенного вопреки выводам апелляционного суда оснований для применения к спорным отношениям     статьи 10, 168, 170 ГК РФ не имелось.

В отношении применения судом апелляционной инстанции норм об исковой давности необходимо отметить следующее. Как указано выше, к спорным сделкам не могли быть применены положения статей 10, 168, 170 ГК РФ, а потому применение судом апелляционной инстанции трехлетнего срока исковой давности является ошибочным. В данном случае сделки могли быть оспорены только по специальным основаниям законодательства о несостоятельности, исковая давность по соответствующим требованиям составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

ФИО1 при первоначальном рассмотрении спора в суде первой инстанции заявил о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности по заявленному требованию. В обоснование заявленного ходатайства ФИО1 указал, что конкурсное производство в отношении должника открыто 05.02.2019, с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд 25.01.2021, то есть с пропуском годичного срока исковой давности.

Признавая обоснованным заявление ответчика о пропуске конкурсным управляющим должника срока исковой давности по заявленному требованию, суд первой инстанции при новом рассмотрении исходил из того, что право на подачу заявления о признании сделок недействительными возникло с 05.02.2019, заявитель обратился с заявлением 25.01.2021, то есть за пределами годичного срока исковой давности. Судом первой инстанции установлено, что основания для квалификации оспариваемых перечислений, как совершенных со злоупотреблением правом, отсутствуют, то есть отсутствуют условия для применения положений статей 10, 170 ГК РФ и, как следствие, отсутствуют основания для применения к спорным отношениям трехлетнего срока исковой давности.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный конкурсный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В данном случае ни один из конкурсных управляющих, последовательно сменивших друг друга, на протяжении длительного рассмотрения спора, не ссылались на позднее получение выписки с расчетного счета, либо иные обстоятельства, позволяющие определять начало течения срока с момента осведомленности о спорных перечислениях. 

Доводы о необходимости применения к подозрительной сделке, не имеющей других недостатков, общих положений о ничтожности, по сути, направлены на обход правил о трехлетнем периоде подозрительности, что недопустимо.

При таких обстоятельствах заявление конкурсного управляющего не подлежало удовлетворению. Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

В силу разъяснений, данных в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Суд первой инстанции, установив, что заявление о признании сделок недействительными подано с пропуском годичного срока исковой давности, приняв во внимание отсутствие оснований для применения статей 10, 168, 170 ГК РФ и, как следствие, трехлетнего срока исковой давности к спорным правоотношениям ввиду недоказанности конкурсным управляющим у оспариваемых сделок каких-либо иных пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, правомерно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований.

В связи с изложенным у апелляционного суда отсутствовали установленные нормами статьи 270 АПК РФ основания для отмены определения суда первой инстанции, принятого в соответствии с нормами материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 288 АПК РФ основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд кассационной инстанции вправе оставить в силе одно из ранее принятых по делу решений (определений) или постановлений (пункт 5 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Поскольку суд первой инстанции правильно применил нормы права к установленным по делу обстоятельствам, суд кассационной инстанции в силу пункта 5 части 1 статьи 287 АПК РФ считает возможным отменить апелляционное постановление с оставлением в силе определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с удовлетворением кассационной жалобы расходы за подачу кассационной жалобы (20 тыс. рублей) подлежат взысканию с должника в пользу ответчика по сделке.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2025 по делу     № А32-40048/2017 отменить, определение Арбитражного суда Краснодарского края          от 04.07.2024 по тому же делу оставить в силе.

            Взыскать с жилищно-строительного кооператива «Сити-2» (ИНН: <***>) в пользу ФИО1 20 тыс. рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном        статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                            В.В. Глухова

Судьи                                                                                                                          Ю.В. Мацко

   Ю.О. Резник