Постановление от 5 марта 2020 г. по делу № А21-1247/2019

951/2020-30956(2)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А21-1247/2019
05 марта 2020 года
г. Санкт-Петербург
Резолютивная часть постановления объявлена 03 марта 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2020 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе: председательствующего Будылевой М.В. судей Третьяковой Н.О., Трощенко Е.И. при ведении протокола судебного заседания: секретарем с/з Климцовой Н.А. при участии: от истца: Кунинец И.А. по доверенности от 07.11.2018; от ответчика: не явился (извещен); от 3-го лица: не явились (извещены);

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-30242/2019) общества с ограниченной ответственностью "КенигШина" на решение Арбитражного суда Калининградской области от 21.08.2019 по делу А21-1247/2019 (судья С.Ю. Любимова), принятое

по иску (заявлению) Континенталь Райфен Дойчланд ГмбХ

к обществу с ограниченной ответственностью "КёнигШина"

3-е лицо: 1) Калининградская областная таможня, 2) Компания с ООО Тайр зе Америкас, 3) Континентал ДЭК Свериге АБ, 4) ООО Континенталт Барум

о взыскании

установил:

Континенталь Райфен Дойчланд ГмбХ (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Калининградской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Кёнигшина» (далее – ответчик) компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки CONTINENTAL, GENERAL, GISLAVED, BARUM В в размере 533 971 руб., а также о запрете помещать товары, маркированные товарными знаками CONTINENTAL (свидетельство РФ № 33718 от 08.09.1967) или сходными с ними до степени смешения обозначениями, ввезенные по транспортной накладной от 12.12.2018 (уведомление Калининградской областной таможни № 49-01-15/00007 от 09.01.2019), под любые таможенные процедуры, предусмотренные Таможенным кодексом


Евразийского экономического союза, кроме таможенной процедуры реэкспорта и осуществления, связанных с ней таможенных операций.

К участию в деле в качестве третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены Континентал Тайр зе Америкас, ЭлЭлСи Континенталь Дэк Сверидж АБ и Континентал Барум СРО с требованиями о взыскании с ООО «Кёнигшина» по 10 000 рублей в пользу каждого и запрещении помещать товары, маркированные товарными знаками GENERAL (номер международной регистрации WO1098658 от 28.10.2011), GISLAVED (свидетельство РФ № 208659 от 01.02.2002) и BARUM В (свидетельство WO № 661817 от 22.08.1996) или сходными с ними до степени смешения обозначениями, ввезенные по транспортной накладной от 12.12.2018 (уведомление Калининградской областной таможни № 49-01-15/00007 от 09.01.2019), под любые таможенные процедуры, предусмотренные Таможенным кодексом Евразийского экономического союза, кроме таможенной процедуры реэкспорта и осуществления, связанных с ней таможенных операций.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена Калининградская областная таможня (далее – Таможня).

Решением суда от 21.08.2019 исковые требования и требования третьих лиц удовлетворены в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчик, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит судебный акт отменить. Податель жалобы полагает, что спорный товар не является контрафактным. По мнению ответчика, размер компенсации завышен истцом. Также ответчик оспаривает правомерность рассмотрения требований третьих лиц.

От истца поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором оспариваются доводы ответчика.

Таможней представлены объяснения по делу, в которых поддержана позиция истца.

Ответчик и третьи лица, надлежащим образом извещенные о месте и времени рассмотрения дела, своих представителей в судебное заседание не направили. Дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца против удовлетворения требований жалобы возражал, просил судебный акт оставить без изменения по основаниям, изложенным в отзыве.

Законность и обоснованность решения суда проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Группа компаний «Континентал» (далее - ГК «Континентал»), в том числе Континентал Райфен Дойчланд ГмбХ (Continental Reifen Deutschland GmbH), Континентал Тайр Зе Америкас (Continental Tire The Americas, LLC), Континентал Дэк Сверидж АБ (Continental Dack Sverige АВ), ООО «Континенал Барум» (Continental Barum s.r.o.) являются правообладателями серии товарных знаков CONTINENTAL, свидетельства РФ № 33718 от 08.09.1967, № 351863 от 05.06.2008, № 356605 от 07.08.2008, № 369324 от 14.01.2009, № 481625 от 27.02.2013; товарного знака GENERAL (номер международной регистрации WO1098658 от 28.10.2011); товарного знака GISLAVED, свидетельство РФ № 208659 от 01.02.2002; товарного знака BARUM В, свидетельство WO № 661817 от 22.08.1996.

09.01.2019 Таможня обратилась к ГК «Континентал» с уведомлением № 49-01- 15/00007 о приостановлении выпуска товаров – шин пневматических, ввоз которых осуществлялся ответчиком по транспортной накладной б/н от 12.12.2018. Причиной


приостановления срока выпуска товаров явилось обнаруженные признаки нарушения прав правообладателя на объекты интеллектуальной собственности.

Истец и третьи лица с самостоятельными требованиями ссылаются на то, что ГК «Континентал» не давала согласия ответчику на введение товаров, маркированных спорными товарными знаками, в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

Изложенные обстоятельства послужили основанием для обращения истца и третьих лиц в арбитражный суд с настоящими требованиями.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, признал их обоснованными по праву и по размеру.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела и доводы жалобы. Не находит оснований для отмены решения суда в связи со следующим.

Статьей 138 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что в случае и в порядке, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации и другими законами, признается исключительное право (интеллектуальная собственность) гражданина или юридического лица на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации юридического лица, индивидуализации продукции, выполняемых работ или услуг (фирменное наименование, товарный знак и знак обслуживания и т.п.).

Отношения, возникающие в связи с правовой охраной и использованием товарных знаков, знаков обслуживания и наименований мест происхождения товаров регулируются частью четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно положениям статьи 1225 ГК РФ товарный знак является результатом интеллектуальной деятельности и приравненным к нему средством индивидуализации, которым предоставлена правовая охрана.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Гражданского кодекса Российской Федерации не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность.

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые


производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Характерной особенностью правового режима использования товарного знака является почти полное отсутствие ограничений исключительного права правообладателя, при этом единственным таким ограничением является указание об исчерпании исключительного права (статья 1487 ГК РФ), в соответствии с которым не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Согласно пункту 1 статьи 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными этим Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном этим Кодексом, требования:

1) о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя;

2) о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

3) о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб;

4) об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю;

5) о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу исключительного права на товарный знак и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в то же время ответчик обязан доказать правомерность своих действий по использованию чужого товарного знака.

В пункте 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 N 11 "О некоторых вопросах применения Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях"


разъяснено, что действия по ввозу товаров на территорию Российской Федерации считаются оконченными с момента перемещения спорных товаров через таможенную границу Российской Федерации и подачи таможенному органу таможенной декларации и (или) документов, необходимых для помещения этих товаров под таможенную процедуру, условия которой предполагают возможность введения этих товаров в оборот на территории Российской Федерации.

Следовательно, факт ввоза товара на таможенную территорию Российской Федерации с заявлением таможенного режима, предполагающего использование указанного в ней товара в гражданском обороте на территории Российской Федерации, подтверждается подачей ответчиком в таможенные органы декларации на товар.

Материалами дела подтверждается и ответчиком не оспаривается факт наличия у истца и третьих лиц (Континентал Тайр зе Америкас, ЭлЭлСи, Континентал Дэк Сверидж АБ и Континентал Барум СРО) исключительного права на товарный знак, в защиту которого они обратились в рассматриваемом деле.

Доказательства наличия согласия ГК «Континентал», как обладателя исключительного права на вышеуказанный товарный знак, на ввоз ответчиком товара, маркированного каким-либо товарным знаком, принадлежащим истцу, в материалах дела отсутствуют

Учитывая изложенное, факт нарушения ответчиком исключительных прав истца и третьих лиц с самостоятельными требованиями на товарные знаки компании путем ввоза товаров на территорию Российской Федерации без согласия правообладателя подтверждается материалами дела.

Исходя из смысла статьи 1229 ГК РФ, факт незаконного использования ответчиком принадлежащего истцу права на товарный знак заключается в его использовании без согласия правообладателя и данное обстоятельство само по себе указывает на контрафактность товара.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 N 8-П указано, что при применении положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487, пунктов 1 и 2 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ отсутствуют конституционно- правовые основания для назначения таких мер ответственности за нарушение исключительного права на товарный знак, как изъятие из оборота и уничтожение товаров, ранее введенных правообладателем в гражданский оборот на территории другого государства и ввезенных на территорию России без его согласия (параллельный импорт), в отличие от последствий ввоза поддельных товаров, изъятие и уничтожение которых может не производиться лишь в порядке исключения (если введение таких товаров в оборот продиктовано необходимостью защиты общественно значимых интересов).

Следовательно, контрафактность является юридической, а не фактической характеристикой носителя. Таким образом, легально изготовленный экземпляр [произведения] может стать в последующем контрафактным, если в его отношении будут осуществляться действия по осуществлению исключительного права без разрешения правообладателя.

Товары, ввезенные на территорию России в порядке параллельного импорта, могут быть изъяты из оборота и уничтожены лишь в случае установления их ненадлежащего качества и (или) для обеспечения безопасности, защиты жизни и здоровья людей, охраны природы и культурных ценностей, что, однако, не исключает применение иных последствий нарушения исключительного права на товарный знак.

В пункте 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление № 10), указано, что согласно пункту 4 статьи 1252 ГК РФ в


случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены Гражданским кодексом Российской Федерации.

Спорный товар, снабженный законным товарным знаком, принадлежащим истцу, но импортированный в Россию без согласия правообладателя, является контрафактным.

Как правомерно указано судом первой инстанции, требования истца и третьих лиц в виде запрета помещать товары, маркированные спорными товарными знаками под любые таможенные процедуры, предусмотренные Таможенным кодексом Евразийского экономического союза, кроме таможенной процедуры реэкспорта и осуществления, связанных с ней таможенных операций, не лишает собственника вывезти этот товар за пределы Российской Федерации и реализовать его на территории иного государства либо получить согласие правообладателя на введение товаров гражданский оборот на территории Российской Федерации.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик ссылается на то, что спорный товар является бывшим в употреблении, что исключает его контрафактность.

Апелляционный суд отклоняет указанный довод ответчика, поскольку необходимо принимать во внимание то состояние спорного товара, которое он имеет на момент совершения правонарушения, в рассматриваемом случае – момент перемещения через таможенную границу Российской Федерации. В связи с нахождением товара в употреблении, нельзя утверждать, что он маркирован средствами индивидуализации истца именно в том состоянии, в котором находится на момент правонарушения. При этом истцом не производятся и не предлагаются к продаже товары, бывшие в употреблении.

Даже допуская изготовление спорного товара уполномоченным на то лицом, в юридическом смысле его нельзя считать правомерно маркированным средствами индивидуализации, хотя ранее (в момент производства) товар и мог считаться правомерно маркированным товарными знаками самим производителем (правообладателем).

Любое иное лицо, осуществившее неавторизованное вмешательство в оригинальный товар, качественно его меняющее и непризнанное оригинальным производителем, выводит тем самым товар из числа произведенных оригинальным производителем. Потребителями в оригинальный товар вносятся изменения, не позволяющие считать товар новым, повторная маркировка бывших в употреблении товаров истцом не осуществляется.

Доказательства, которые представляются в обоснование соответствия спорного товара требованиям регламентов ЕАЭС, не могут быть приняты апелляционным судом, поскольку указанные регламенты устанавливают критерии пригодности к эксплуатации бывших в употреблении товаров, учитываемые лишь при заявленном требовании об уничтожении спорного товара (согласно позиции, изложенной в Постановлении Пленума КС РФ № 8-П от 13.02.2018).

Согласно пункту 59 постановления № 10 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и


3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1, 2 и 3 статьи пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель товарного знака вправе требовать по своему выбору от нарушителя его исключительного права вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В соответствии с пунктом 61 постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

После установления судом на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, указанная сумма в двукратном размере составляет размер компенсации за соответствующее нарушение, определяемый по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ. Определенный таким образом размер является по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом по правилам указанной нормы.

При этом суду, исходя из требования об установлении обстоятельств с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, надлежит также определять, на что конкретно направлены доводы ответчика о снижении размера компенсации - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного размера.

В рассматриваемом случае при определении размера подлежащей взысканию компенсации истец исходил из двукратной стоимости контрафактного товара,


указанного ответчиком в таможенной декларации на товары, представленной в материалы дела Таможней.

Апелляционный суд полагает правомерным принятие судом первой инстанции для определения стоимости товара для целей применения подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ - стоимости заявленной ответчиком в декларации, учитывая, что таможенная стоимость спорных товаров является более низкой по отношению к стоимости, по которой товар предлагается к продаже.

В пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, указано, что суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Заявление ответчика о снижении размера компенсации в случае предъявления иска о взыскании рассчитанной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ по причине ее несоразмерности и чрезмерности, в свою очередь, должно быть обосновано обстоятельствами, предусмотренными Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, поскольку иных оснований для снижения размера компенсации, которая определяется на основании стоимости права использования, а не по усмотрению суда, законом не предусмотрено.

В рассматриваемом случае ответчик ссылается на то, что заявленный размер компенсации является чрезмерным, не основан на сложившейся судебной практике и представляет собой злоупотребление правом со стороны немецкого юридического лица.

Вместе с тем, ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие иную стоимость права использования товарного знака.

Ответчиком не доказано, что правонарушение не носило грубый характер, а также не доказано, что размер компенсации многократно превышает размер причиненных убытков.

Приводимая ответчиком аналогия права с законодательством Федеративной Республики Германия не имеет правового значения по настоящему спору, поскольку применимым при его рассмотрении является право Российской Федерации, а нарушение допущено именно посредством ввоза спорных товаров на территорию Российской Федерации.

Довод подателя жалобы о необходимости применения методических рекомендаций по оценке ставок роялти для товарных знаков с использованием нечеткой логики отклоняется апелляционным судом, поскольку указанный документ носит рекомендательный характер и применим при расчете стоимости использования товарного знака, а не стоимости контрафактных экземпляров, маркированных им.

Таким образом, апелляционный суд полагает обоснованным вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для снижения размера компенсации.

Исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом характера допущенного нарушения, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что компенсация в заявленном истцом и третьими лицами размере соразмерна последствиям нарушения и соответствует принципу разумности и справедливости.

Кроме того, апелляционный суд отклоняет доводы ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца, поскольку законодательно установленная возможность для правообладателя по своему усмотрению запрещать другим лицам использование результата индивидуальной деятельности или средства индивидуализации (статья 1229 ГК РФ) в совокупности с установленным режимом исчерпания права формально может приводить к ограничению конкуренции, однако,


это не свидетельствует о недобросовестности поведения правообладателя, поскольку такое ограничение легализовано законодателем и направлено на достижение разумного баланса между конкурирующими правами и законными интересами хозяйствующих субъектов.

Как правомерно указано судом первой инстанции, обращение с иском о защите исключительного права направлено на пресечение нарушения и восстановление нарушенного права, что является допустимыми способами защиты и не может рассматриваться как недобросовестное поведение правообладателя.

В обоснование апелляционной жалобы ответчик также ссылается на несоблюдение третьими лицами с самостоятельными требованиями (Континентал Тайр зе Америкас, ЭлЭлСи, Континентал Дэк Сверидж АБ и Континентал Барум СРО) претензионного порядка урегулирования спора, предусмотренного пунктом 5.1 статьи 1252 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 50 АПК РФ третьи лица, заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, пользуются правами и несут обязанности истца, за исключением обязанности соблюдения претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора, если это предусмотрено федеральным законом для данной категории споров или договором.

Апелляционный суд отклоняет указанный довод ответчика, поскольку данная обязанность для третьих лиц, заявляющих самостоятельные требования, не предусмотрена пунктом 2 статьи 50 АПК РФ. Вместе с тем, в материалах дела имеется претензия от 07.02.2019 от имени ГК «Континенталь», в том числе и от третьих лиц (Континентал Тайр зе Америкас, ЭлЭлСи и Континентал Барум СРО).

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

На основании изложенного, апелляционная коллегия полагает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал обстоятельства, имеющие значение для дела, оценил в совокупности и взаимосвязи представленные сторонами доказательства, правильно применив нормы материального и процессуального права принял законное и обоснованное решение. Оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено.

В силу части 1 статьи 177 АПК РФ решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно- телекоммуникационной сети Интернет в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия. Копии решения на бумажном носителе могут быть направлены лицам, участвующим в деле, в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Калининградской области от 21.08.2019 по делу № А21-1247/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в


Председательствующий М.В. Будылева

Судьи Н.О. Третьякова

Е.И. Трощенко