Решение от 5 марта 2021 г. по делу № А05-3334/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-3334/2020
г. Архангельск
05 марта 2021 года


Резолютивная часть решения объявлена 26 февраля 2021 года

Полный текст решения изготовлен 05 марта 2021 года

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Кузьминой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ястребовой Н.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, место жительства: 164509, г.Северодвинск, Архангельская область) и индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>; место жительства: 164509, г.Северодвинск, Архангельская область)

к северодвинскому муниципальному унитарному предприятию «Управляющая организация «Созидание» (ОГРН <***>; адрес: Россия 164500, г.Северодвинск, Архангельская область, ул.Серго Орджоникидзе, дом 13А)

о взыскании 136 970 руб. и 200 854 руб. соответственно,

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 (164500, Архангельская область, город Северодвинск),

при участии в заседании представителей:

истца ФИО1,

индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО1, доверенность от 17.12.2019,

ответчика – ФИО4, доверенность от 01.02.2021,

третьего лица – ФИО5, доверенность от 02.09.2020,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ФИО1) и индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ФИО2) обратились в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением к северодвинскому муниципальному унитарному предприятию «Управляющая организация «Созидание» (далее – ответчик, Предприятие) о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 136 970 руб. и взыскании с ответчика в пользу ФИО2 200 854 руб. ущерба, причиненного заливом помещений, расположенных на цокольном этаже в доме №12 по ул. ФИО6 в г. Северодвинске Архангельской области. Требование сформулировано с учетом увеличения ФИО1 исковых требований, принятого судом определением от 20.01.2021.

Определением Арбитражного суда Архангельской области от 03.07.2020 судом в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечена к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3 (далее – третье лицо, ФИО3).

В ходе судебного заседания истец, представитель ФИО2 заявленные исковые требования поддержала с учетом уточнения по доводам, изложенным в иске (том №1, л.д. 7-11), письменных пояснениях от 26.02.2021 (том №6, л.д. 23-26).

Представитель ответчика с иском не согласилась по мотивам, приведенным в отзыве на иск от 21.05.2020 №2698 (том №2, л.д. 83-86), дополнениях к отзыву на иск от 10.09.2020 (том №4, л.д. 9), пояснениях от 17.02.2021 №941 (том №6, л.д. 2-5).

Представитель третьего лица полагает требования истцов подлежащим удовлетворению в соответствии с объяснениями от 03.09.2020 (том №3, л.д. 25-27), дополнениями к объяснениям от 26.10.2020 (том №4, л.д. 37).

Заслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд установил следующие фактические обстоятельства по делу.

Ответчик (до переименования – муниципальное унитарное предприятие «Жилищно-коммунальная контора» Северодвинска) является управляющей организацией многоквартирного дома №12 по ул. ФИО6 в г. Северодвинске на основании договора управления от 31.07.2007 (том №2, л.д. 87-126).

01.10.2011 между ответчиком (управляющая организация по договору) и ФИО3 (арендатор по договору) заключен договор аренды №147/-10а (том №2, л.д. 129-131), согласно пункту 1.1 которого управляющая организация на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме №12 по ул. ФИО6 в г. Северодвинске от 30.04.2010 передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилое помещение (подвал в осях 1-3/А-В в 3 подъезде) общей площадью 64,5 кв.м в доме №12 по ул. ФИО6 г. Северодвинска Архангельской области для реконструкции с последующей арендой. Нежилое помещение после реконструкции будет использоваться под офис. Согласно пункту 1.2 договора указанное нежилое помещение является общим имуществом дома и принадлежит собственникам помещений на праве общей долевой собственности.

09.07.2016 между ИП ФИО3 (арендодатель по договору) и ФИО1 (арендатор по договору) заключен договор №19 на аренду нежилого помещения (том №1, л.д. 18), по условиям которого арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное пользование часть нежилого помещения торговой площадью 25,3 кв.м, расположенного по адресу: <...>, цокольный этаж, помещение №2 (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.4 договора срок действия договора аренды определяется с 09 июля 2016 года по 09 июля 2017 года. Если за 10 дней до истечения срока действия договора ни одна из сторон в письменной форме не потребует прекращения или изменения договорных отношений, договор перезаключается на прежних условиях, с последующей пролонгацией.

01.06.2019 между ИП ФИО3 (арендодатель по договору) и ФИО2 заключен договор №7 на аренду торговой площади (том №1, л.д. 45), по условиям которого арендодатель передал, а арендатор принял за плату во временное пользование часть торговой площади – 8 кв.м, расположенного по адресу: <...> цокольный этаж, помещение 1 (пункт 1.1 договора).

В соответствии с пунктом 1.4 договора срок действия договора аренды определяется с 1 июня 2019 года по 1 мая 2020 года. Если за 30 дней до истечения срока действия договора ни одна из сторон в письменной форме не потребует прекращения или изменения договорных отношений, договор перезаключается на прежних условиях, с последующей пролонгацией.

В настоящее время договоры аренды между ИП ФИО3 и истцами расторгнуты, арендуемые помещения возвращены арендодателю (акт приема-передачи от 11.11.2019 (том №3, л.д. 4), акт передачи имущества от 09.01.2020 (том №3, л.д. 5)).

02.09.2019 произошло затопление указанных нежилых помещений, затопление произошло в результате срыва отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, что подтверждается Актом от 02.09.2019 (том №1, л.д. 14а-17).

Согласно Акту от 02.09.2019 в ходе осмотра нежилых помещений было выявлено, что в зоне затопления находилась мебель, техника, документация, одежда и обувь арендаторов, а также товары зоомагазина.

Претензией от 17.01.2020 (том №2, л.д. 40-41) ФИО1 потребовала у ответчика оплатить в возмещение убытков 114 201 руб., составляющих стоимость затопленной мебели, техники, обуви.

Претензией от 17.02.2020 (том №2, л.д. 42-44) ФИО2 потребовала у ответчика оплатить в возмещение убытков 200 854 руб., составляющих стоимость затопленных товаров зоомагазина, мебели, техники и одежды.

Письмами от 03.02.2020 №596 и №597 (том №2, л.д. 45, 46) ответчик отказал истцам в возмещении ущерба.

Неисполнение требований претензий послужило основанием для обращения истцом в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Ответчик с иском не согласился по следующим основаниям. Ответчик полагает, что ФИО3 произвела реконструкцию нежилого помещения (подвала в осях 1-3/А-В в 3 подъезде) в многоквартирном доме №12 по ул. ФИО6 в г. Северодвинске без получения необходимых разрешений и согласований. Самовольно реконструированное помещение без установленных на то законных оснований находилось во владении и пользовании истцом, при этом обязанности по поддержанию указанного помещения в исправном состоянии должны распределяться между сторонами договоров субаренды: ФИО3 и истцами. Ответчик в указанных правоотношениях стороной не является. По мнению ответчика, лицом, ответственным за причиненный истцам ущерб, является ФИО3, Предприятие считает себя ненадлежащим ответчиком по делу. Так, в силу пункта 2.2.2 договора аренды от 01.10.2011 №147/-10а ФИО3 обязалась поддерживать помещение и его инженерно-техническое оборудование в исправном состоянии, нести расходы на содержание помещения, своевременно производить за свой счет текущий ремонт помещения и его инженерно-технического оборудования, а также фасадной части здания. При проведении косметического ремонта помещения ФИО3 произвела зашивку инженерно-технических коммуникаций, тем самым ограничив доступ Предприятию к инженерно-техническому оборудованию.

Кроме того, ответчик полагает, что истцами не доказан размер ущерба, причиненного заливом нежилого помещения в доме №12 по ул. ФИО6 в г. Северодвинске. Так, ФИО2 не предоставила в материалы дела надлежащих доказательств безвозвратной утраты указанными товарно-материальными ценностями своих потребительских свойств, которая повлекла за собой невозможность дальнейшего использования и (или) реализации товаров и оборудования. Акт о порче товарно-материальных ценностей от 03.09.2019 составлен ФИО2 в одностороннем порядке, из представленных ФИО2 фотографий также невозможно сделать вывод об утрате отображенными на фотографиях товарно-материальными ценностями своих потребительских свойств, повлекшей за собой невозможность дальнейшего использования и (или) реализации данных товаров. По мнению ответчика, заливом была повреждена только часть товара зоомагазина на сумму 66 297 руб. 87 коп., размер имущественного ущерба, причиненного ФИО2, составил 16 748 руб.

Ответчик полагает, что предъявленные ФИО1 технические заключения о неисправности оргтехники носят общий характер, составлены одной датой (12.11.2019), не содержат аргументированных выводов о причинах повреждения оборудования, выводы о снятии с производства и об отсутствии запасных частей сделаны без анализа рынка, без ссылки на официальную информацию от производителя данного оборудования и запасных частей.

ФИО3 в объяснениях по делу указала, что перепланировку арендуемого помещения не проводила. По мнению третьего лица, Предприятие нарушило свои обязательства по надлежащему содержанию общего имущества в многоквартирном доме, обеспечивающему соблюдение характеристик надежности и безопасности внутридомовых инженерных систем холодного водоснабжения, в результате чего произошло затопление арендуемого помещения, чем причинены убытки истцам.

В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 АПК РФ об относимости и допустимости доказательств.

Оценив по правилам указанных норм процессуального права представленные в дело доказательства, всесторонне исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащим удовлетворению в полном объеме, а ФИО2 – подлежащими частичному удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании статьи 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. В соответствии с положениями статьи 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Пунктом 2 статьи 15 ГК РФ установлено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу указанных правовых норм для взыскания причиненного ущерба истец в соответствии со статьей 65 АПК РФ должен доказать факт причинения убытков, наличие причинно-следственной связи между понесенными убытками и противоправным поведением лица, причинившего вред, а также размер убытков. При этом ответчик для освобождения от ответственности за причиненный вред доказывает отсутствие своей вины.

Удовлетворение иска возможно при наличии совокупности всех вышеназванных условий. При отсутствии одного из элементов ответственности в иске должно быть отказано.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №25) по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе, крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Согласно части 1 статьи 161 ЖК РФ управление многоквартирным домом должно обеспечивать надлежащее содержание общего имущества в многоквартирном доме.

Согласно части 2.3 статьи 161 ЖК РФ при управлении многоквартирным домом управляющей организацией она несет ответственность перед собственниками помещений в многоквартирном доме за оказание всех услуг и (или) выполнение работ, которые обеспечивают надлежащее содержание общего имущества в данном доме.

На основании пункта 42 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 №491 (далее – Правила №491), управляющие организации и лица, оказывающие услуги и выполняющие работы при непосредственном управлении многоквартирным домом, отвечают перед собственниками помещений за нарушение своих обязательств и несут ответственность за надлежащее содержание общего имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации и договором.

Частью 1 статьи 36 ЖК РФ установлено, что механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения, входят в состав общего имущества в многоквартирном доме.

Состав общего имущества в многоквартирном доме определен в Правилах №491. Согласно подпунктам «а» и «д» пункта 2 Правил №491 в состав общего имущества включаются помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого и (или) нежилого помещения в этом доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, колясочные, чердаки, технические этажи (включая построенные за счет средств собственников помещений встроенные гаражи и площадки для автомобильного транспорта, мастерские, технические чердаки) и технические подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме оборудование (включая котельные, бойлерные, элеваторные узлы и другое инженерное оборудование); механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенное для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов в помещения многоквартирного дома, находящееся в многоквартирном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения (квартиры).

В силу пункта 5 Правил №491 в состав общего имущества включаются внутридомовые инженерные системы холодного и горячего водоснабжения, состоящие из стояков, ответвлений от стояков до первого отключающего устройства, расположенного на ответвлениях от стояков, указанных отключающих устройств, коллективных (общедомовых) приборов учета холодной и горячей воды, первых запорно-регулировочных кранов на отводах внутриквартирной разводки от стояков, а также механического, электрического, санитарно-технического и иного оборудования, расположенного на этих сетях.

Требования и порядок обслуживания и ремонта жилищного фонда закреплены в Правилах и нормах технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных Постановлением Госстроя РФ от 27.09.2003 №170 (далее – Правила №170), в соответствии с разделом 5 которых организация по обслуживанию жилищного фонда обязана обеспечить исправную работу системы горячего водоснабжения и отопления, следить за отсутствием течей в стояках, устранять причины, вызывающие их неисправность и утечку воды, проводить периодические осмотры, профилактические работы, планово-предупредительный ремонт.

Подпунктами «а», «в», «ж» пункта 5.8.3 Правил №170 установлено, что организации по обслуживанию жилищного фонда должны обеспечивать проведение профилактических работ (осмотры, наладка систем), планово-предупредительных ремонтов, устранение крупных дефектов в строительно-монтажных работах по монтажу систем водопровода и канализации (установка уплотнительных гильз при пересечении трубопроводами перекрытий и др.) в сроки, установленные планами работ организаций по обслуживанию жилищного фонда; устранение утечек, протечек, закупорок, засоров, дефектов при осадочных деформациях частей здания или при некачественном монтаже санитарно-технических систем и их запорно-регулирующей арматуры, срывов гидравлических затворов, гидравлических ударов (при проникновении воздуха в трубопроводы), заусенцев в местах соединения труб, дефектов в гидравлических затворах санитарных приборов и негерметичности стыков соединений в системах канализации, обмерзания оголовков канализационных вытяжек и т.д. в установленные сроки. Контроль за соблюдением нанимателями, собственниками и арендаторами настоящих правил пользования системами водопровода и канализации также входит в обязанности организации по обслуживанию жилищного фонда.

Из Акта от 02.09.2019 следует, что при осмотре места, где произошла течь, выявлено следующее: течь произошла с потолка при спуске в подвальное помещение, справа от водомерного узла и входа в помещение зоомагазина. Указана причина затопления: срыв резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку. Также указано, что работниками ЖЭУ №2 выполнены работы: демонтаж участка зашивки гипсокартона, в районе прохождения розлива и стояка холодной воды; замена отключающего вентиля на стояке холодной воды с присоединением стояка в розливу; откачка воды с арендуемых подвальных помещений.

Ответчик не оспаривает тот факт, что авария произошла на участке, относящемся к общему имуществу многоквартирного дома.

В силу положений части 3.1 статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

С учетом приведенных норм надлежащее исполнение управляющей организацией обязанностей по содержанию многоквартирного дома предполагает недопустимость случаев затопления помещений, в том числе, в результате срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку.

Ответчик полагает, что причиной аварии могла быть выполненная ФИО3 реконструкция арендованного помещения. Данные доводы ответчика подлежат отклонению на основании следующего.

Из материалов дела следует, что ответчиком на основании решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме от 31.12.2008 по договору аренды №97-А-09 от 02.01.2009 (том №3, л.д. 39-42) арендатору ФИО3 было передано во временное владение и пользование нежилое помещение (часть лестничной клетки) площадью 12,0 кв.м с внешней стороны дома, выходящей на ул. ФИО6.

ООО «Общестроительные, конструкторские архитектурные работы» (ООО «Оскар», свидетельство о допуске на выполнение проектных работ № 028-2010-2902054576-СРО-П-111-11012010 от 05.02.2010) был разработан Проект «Перепланировка части помещений многоквартирного жилого дома для размещения офиса по адресу: <...>» №006-20110 (том №4, л.д. 67-94), который предусматривал перепланировку части подвала многоквартирного жилого дома для последующего размещения офисных помещений общей площадью - 79,3 кв.м (полезной - 64,2 кв.м) с организацией входа в них с улицы ФИО6.

В письме от 20.08.2010 №4842 «О согласовании проекта» (том №4, л.д. 101) ответчик сообщил ФИО3, что указанный проект выполнен в соответствии с техническими условиями и замечаниями, выданными Предприятием.

Общее собрание собственников помещений согласно протоколу №2/10 от 30.04.2010 (том №2, л.д. 128) разрешило ФИО3 произвести реконструкцию лестничной клетки с переоборудованием и перепланировкой с присоединением части общего имущества площадью 75,6 кв.м на условиях аренды, с устройством входа с ул. ФИО6.

15.09.2010 между ИП ФИО3 (заказчик по договору) и ООО «СК «Северодвинск» (подрядчик по договору) заключен договор подряда №037-С/2010 (том №4, л.д. 102-103), согласно пункту 1.1 которого заказчик поручает, проверяет и оплачивает, а подрядчик принимает на себя обязательства по перепланировке части помещений многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <...> для размещения офиса, цокольный этаж, в объемах, предусмотренных договором.

Из Акта выполненных работ №1 от 31.12.2010 (том №4, л.д. 106-118) следует, что работ по переустройству трубопровода холодного водоснабжения, расположенного в спорном подвальном помещении, в рамках указанного договора подряда не производилось.

В свою очередь, 01.08.2013 Предприятие (заказчик по договору) заключило договор №10-13 (том №4, л.д. 42-43) с ООО «Управляющая компания Жилищный Ремонтно-Обслуживающий Сервис» (подрядчик по договору), предметом которого являлась замена подрядчиком розлива холодного водоснабжения из труб стальных оцинкованных в подвале жилого дома по адресу: ул. ФИО6, 12 согласно задания заказчика.

Определением от 06.11.2020 по ходатайству Предприятия судом назначена судебная экспертиза, производство которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Архстройэксперт» ФИО7.

На разрешение эксперта были поставлены следующие вопросы:

- Какова причина срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019 в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...> дом №12?

- Могли ли проведенные на основании договора подряда №037-С/2010 от 15.09.2010 работы по перепланировке части помещений многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <...> для размещения офиса, цокольный этаж, быть причиной срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019 в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...> дом №12?

- Могли ли проведенные на основании договора №10-13 от 01.08.2013 работы по замене розлива холодного водоснабжения в подвале жилого дома по адресу: ул. ФИО6, дом 12, быть причиной срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019 в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...> дом №12?

По результатам проведения экспертизы экспертом общества с ограниченной ответственностью «Архстройэксперт» ФИО7 в материалы дела представлены экспертное заключение от 04.12.2020 №244-СЭД (том №5, л.д. 82-106) и дополнение к экспертному заключению от 14.01.2021 (том №4, л.д. 133).

Как следует из экспертного заключения, при ответе на поставленный вопрос №2 эксперт ввиду того, что: 1) существующий по состоянию на 2010 год трубопровод не подвергнулся каким-либо изменениям и воздействиям при перепланировке подвала, а впоследствии был полностью заменен, 2) перепланировка проведена в соответствии с проектом, выполненным проектной организацией, наделенной правом на выполнение проектных работ и согласованным МУП «Жилищно-коммунальная контора» Северодвинска, 3) отсутствуют данные о допущенных нарушениях в процессе производства работ либо о приостановке работ, выполненные работы приняты заказчиком и подписан акт выполненных работ по перепланировке, 4) со времени проведения перепланировки в конструкциях здания не зафиксированы какие-либо дефекты и повреждения, влияющие на надежность и безопасность объекта или снижающие эксплуатационные показатели здания, пришел к выводу, что проведенные на основании договора подряда №037-С/2010 от 15.09.2010 работы по перепланировке части помещений многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <...> для размещения офиса, цокольный этаж, не могли быть причиной срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019.

Отвечая на поставленный вопрос №3, эксперт, учитывая, что: 1) резьбовое соединение, срыв которого произошел 02.09.2019, является составной частью проложенного в 2013 году розлива холодного водоснабжения, 2) после замены розлива холодного водоснабжения до настоящего времени отсутствуют сведения о проведенных в указанной системе ремонтных работах либо замене её элементов, 3) с момента замены розлива холодного водоснабжения до настоящего времени несущие конструкции не затрагивались, не подвергались изменениям, не ослаблялись, расчетная схема здания не изменилась, уровень эксплуатационных нагрузок не увеличился, а значит опоры розлива не поменяли своего положения, 4) зашивка стен/потолков, выполненная гипсокартонными листами толщиной 12мм по каркасу из металлического профиля толщиной до 0,5мм, жестко закреплена к бетонным основаниям стен/потолков и не оказывает нагрузки или иных воздействий на трубопроводы, посчитал, что проведенные на основании договора №10-13 от 01.08.2013 работы по замене розлива холодного водоснабжения в подвале жилого дома по адресу: ул. ФИО6, дом 12, могли быть причиной срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019 в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...> дом №12.

На поставленный вопрос №1 эксперт дал следующий ответ: «Причиной срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку, произошедшего 02.09.2019 в нежилом помещении, расположенном по адресу: <...> дом №12 является коррозия резьбы».

Поскольку процедура назначения и проведения экспертизы полностью соблюдена, а заключение эксперта соответствует предъявляемым законом требованиям и является достаточно ясным и полным, а потому не вызывает сомнений в его обоснованности, суд признает его допустимым доказательством по делу.

Выводы заключения эксперта от 04.12.2020 №244-СЭД в порядке, установленном законом, ответчиком не опровергнуты.

Поскольку Предприятие приняло на себя функции управления многоквартирным домом, расположенным по адресу: <...>, указанное лицо обязано соблюдать вышеприведенные положения подпунктов «а», «в», «ж» пункта 5.8.3 Правил №170 и нести корреспондирующую с данной функцией ответственность за содержание, ремонт общего имущества многоквартирного дома (включая систему холодного водоснабжения), а также за соответствие его технического состояния действующим требованиям законодательства.

Судом установлено, что указанные требования ответчиком выполнены не были. В нарушение указанных нормативных требований, вследствие срыва резьбового соединения отключающего вентиля с врезки розлива холодного водоснабжения к стояку 02.09.2019 произошло затопление нежилых помещений, в результате которого было повреждено имущество истцов.

Таким образом, причинно-следственная связь между нарушением, допущенным Предприятием, и причиненными истцу убытками, судом установлена.

Доказательств, подтверждающих отсутствие вины в причинении ущерба истцам, материалы дела не содержат.

Доводы ответчика о том, что обязанности по поддержанию спорного помещения в исправном состоянии должны распределяться между сторонами договоров субаренды (ФИО3 и истцами), поскольку ответчик в указанных правоотношениях стороной не является, судом во внимание не принимаются. Данное обстоятельство не может освобождать ответчика от ответственности за причинение внедоговорного вреда. Непосредственное взыскание внедоговорного вреда с виновника аварийной ситуации способствует быстрой и эффективной защите нарушенных прав истцов, в связи с чем отсутствие договорных отношений правового значения не имеет.

Довод ответчика о том, что ФИО3 не получила согласие Предприятия на сдачу имущества в субаренду, является несостоятельным, опровергается представленным в материалы дела согласием на сдачу имущества в субаренду от 06.11.2011 (том №4, л.д. 40).

Ссылки ответчика на несоблюдение ФИО3 положений пункта 2.2.2 договора аренды от 01.10.2011 №147/-10а также отклоняются судом, поскольку несение управляющей компанией ответственности в результате аварии на участке трубопровода холодного водоснабжения, относящегося к общему имуществу, не зависит от возложения соответствующих обязательств по содержанию спорного имущества на арендатора в рамках договора аренды.

Мнение ответчика о том, что при проведении косметического ремонта спорного помещения ФИО3 произвела зашивку инженерно-технических коммуникаций, тем самым ограничив доступ Предприятию к инженерно-техническому оборудованию, отклоняется судом, поскольку данное обстоятельство не освобождает ответчика от обязанности по надлежащему содержание общего имущества многоквартирного дома.

По расчетам истцов размер ущерба, причиненного ФИО1, составил 136 970 руб. и определен исходя стоимость затопленной мебели, техники, обуви.

Размер ущерба, причиненного ФИО2, составил 200 854 руб. и определен исходя из стоимости затопленных товаров зоомагазина, мебели, техники и одежды.

Приобретение ФИО1 мебели, техники, обуви (туфли замшевые), пострадавших в результате затопления арендуемого помещения, их стоимость, подтверждены чеками, квитанциями, договорами купли-продажи товаров, договором на изготовление мебели, гарантийными талонами, счетом на оплату, информацией с сайта продаж, определением Северодвинского городского суда Архангельской области об утверждении мирового соглашения от 14.04.2010 (копии) (том №1, л.д. 29-44, том №5, л.д. 145-154, 167-175).

Приобретение ФИО2 товара, техники, пострадавшего в результате залива, их стоимость, подтверждается представленными в материалы дела копиями товарных накладных, счетов-фактур, универсальных передаточных документов, счетов на оплату, накладных, кассовых чеков, договоров поставки, платежных поручений, квитанций, актов сверки, товарных чеков (том №1, л.д. 55-124, том №2, л.д. 1-39, том №6, л.д. 29-85).

Как пояснил представитель истца, стоимость некоторых позиций мебели и техники ФИО2 определила согласно информации с сайта продаж.

Доводы ответчика о том, что истцы не подтвердил документально размер убытков, подлежат отклонению на основании следующего.

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункт 12 Постановления №25).

Указанный истцами размер ущерба ответчиком надлежащими доказательствами не опровергнут и не оспорен, доказательств причинения ущерба в меньшем размере ответчиком также не представлено.

Нахождение указанного истцами имущества в момент затопления в арендованных помещениях подтверждается Актом от 02.09.2019, фотографиями (том №3, л.д. 50-108, в том числе: детектора валют – том№3, л.д. 95, 96, дивана кожаного – том №3, л.д. 67а).

ФИО2 составлен Акт о порче товарно-материальных ценностей от 03.09.2019 (том №3, л.д. 14-22).

Ответчик полагает, что поскольку указанный Акт от 03.09.2019 составлен истцом в одностороннем порядке, он не является доказательством безвозвратной утраты товара. По мнению ответчика, у некоторых товаров отсутствуют дефекты.

На причинителя вреда возлагается бремя доказывания возможности восстановления поврежденного имущества без использования новых материалов, а также неразумности избранного потерпевшим способа исправления повреждений (Определение Верховного Суда РФ от 27.02.2018 №7-КГ17-11).

Между тем, ответчик таких доказательств в подтверждение своих доводов не представил.

Оспаривая стоимость поврежденного в результате затопления имущества, ответчик не представил доказательств, обосновывающих определенный им размер убытков. Также ответчиком не заявлялось ходатайство о назначении экспертизы для определения размера причиненного ущерба, равно как и иные процессуальные ходатайства для целей оспаривания размера предъявленных требований.

Не принимаются судом во внимание и доводы ответчика о том, что технические заключения от 12.11.2019, представленные ФИО1 (том №1, л.д. 20-28) не могут быть признанными допустимыми доказательствами ущерба. Истец вправе самостоятельно определять, каким образом производить диагностику поврежденного оборудования. В случае несогласия ответчика с предоставленными техническими заключениями он был вправе организовать проведение диагностики иной организацией. Однако, в нарушение требований статей 65 и 66 АПК РФ ответчик данные технические заключения никак не опроверг, иных технических заключений в материалы дела не представил.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 №12505/11, в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения.

На основании изложенного, требования ФИО1 подлежат удовлетворению в полном объеме.

При проверке представленного ФИО2 расчета ущерба (том №6, л.д. 86-89), судом установлено, что меховая жилетка стоимостью 20 000 руб. в Акте от 02.09.2019 не указана, на фотографиях с места залива отсутствует. Кроме того, ФИО2 предъявляет к взысканию стоимость 2 штук корма для взрослых котов и кошек чувствительных к запаху 2 кг (цена закупки за 1 штуку 1149,20 руб.) и 2 штук корма для собак при острой пищевой аллергии 3 кг (цена закупки за 1 штуку 2212 руб.), хотя в Акте от 02.09.2019 указано на наличие по 1 единице названных кормов.

В ходе судебного заседания представитель истца подтвердила отсутствие факта фиксации наличия меховой жилетки в помещении в момент залива, и указание на наличие по 1 единице кормов в Акте от 02.09.2019, просила исключить стоимость данного имущества из предъявленной к взысканию.

Таким образом, требования ФИО2 подлежат удовлетворению на сумму 177492 руб. 80 коп. (200 854 руб. – 20 000 руб. – 1149, 20 руб. – 2212 руб.).

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований ФИО2 суд отказывает.

Расходы истца ФИО1 по уплате государственной пошлины в силу части 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика.

Расходы истца ФИО2 по уплате государственной пошлины в силу части 1 статьи 110 АПК РФ относятся на ответчика пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Ответчиком понесены расходы на оплату стоимости судебной экспертизы в размере 30 000 руб. (платежное поручение от 30.09.2020 №3150).

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ данные расходы ответчика относятся на истца ФИО2 пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

Взыскать с Северодвинского муниципального унитарного предприятия «Управляющая организация «Созидание» (ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) 136 970 руб. в возмещение ущерба, а также 5109 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с Северодвинского муниципального унитарного предприятия «Управляющая организация «Созидание» (ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) 177 492 руб. 80 коп. в возмещение ущерба, а также 6201 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП <***>) в пользу Северодвинского муниципального унитарного предприятия «Управляющая организация «Созидание» (ОГРН <***>) 3489 руб. в возмещение расходов на оплату судебной экспертизы.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья

Н.А. Кузьмина