Постановление от 5 июля 2019 г. по делу № А45-22665/2016

СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Томск Дело № А45-22665/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 27 июня 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 июля 2019 года.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьиНазарова А.В.,

судей:Иванова О.А.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания без использования средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 (№ 07АП-3918/2019(1)), конкурсного управляющего ФИО4 (№ 07АП-3918/2019(2)) на определение от 28.03.2019 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лихачёв М.В.) по делу № А45-22665/2016 о несостоятельности (банкротстве) общество с ограниченной ответственностью «Энергетические технологии Сибири» (630004, <...> «А», ИНН <***> ОГРН <***>), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Энергетические технологии Сибири» и взыскании с учредителей: ФИО3, ФИО5 и ФИО6, а также бывших руководителей: ФИО3 и ФИО7, в конкурсную массу 21 857 134,67 рублей,

без участия представителей сторон в судебном заседании,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергетические технологии Сибири» (далее – должник, ООО «Энергетические технологии Сибири») 22.11.2017 в арбитражный суд Новосибирской области поступило заявление конкурсного управляющего о солидарном привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании 21 857 134 рублей с:

- учредителей – ФИО3, ФИО5 и ФИО6;

- бывших руководителей – ФИО3 и ФИО7.

Требования обоснованы ссылкой на пункт 2 статьи 61.11, пункт 1 статьи 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и мотивированы тем, что не передана бухгалтерская и иная документация должника, материальные ценности, по причине чего не сформирована конкурсная масса, и контролирующие лица своевременно не подали заявление о банкротстве общества.

Определением суда от 28.03.2019 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО «Энергетические технологии Сибири» и взыскано солидарно в конкурсную массу 21 857 134,67 рублей с бывших руководителей – ФИО7, ФИО3; в привлечении к ответственности остальных лиц отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, ФИО3 в апелляционной жалобе просит его изменить и отказать в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

ФИО3 указывает, что со стороны последнего директора или представителя копании Энергетические технологии Сибири в адрес ФИО3 запросов, судебных или исполнительных производств о передачи документов, так же акт о не передачи документов ФИО3 в суд конкурсным управляющим предоставлены небыли. Согласно выписки из ЕГРЮЛ в период, когда ФИО3 у не был директором вносил изменения в сведенья о компании Энергетические Технологии Сибири, что невозможно сделать без документов и печати компании, что так же свидетельствует о передачи документов ФИО3 по компании Энергетические Технологии Сибири. По мнению ФИО3, суд первой инстанции при принятии решение не применил, подлежащую применению норму – пункт 1 статьи 399 Гражданского кодекса российской Федерации (далее - ГК РФ). С 28.12.2016 по настоящее время конкурсный управляющий «спустя рукава» занимается своими обязательствами и действовал в интересах одного кредитора. Добросовестный и разумный руководитель должен истребовать документацию у своего предшественника либо попытаться восстановить документацию иным образом. Чего конкурсный управляющий до сих пор не сделал. Конкурсный управляющий не занимается наполнение конкурсной массы по основному должнику компании Энергетические Технологии Сибири, а пошел по пути наименьшего сопротивления и в нарушении закона подал заявление о привлечении к субсидиарной ответственности.

Конкурсный управляющий ФИО4 не согласившись с вынесенным определением, в апелляционной жалобе просит его отменить в части отказа в привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО6, принять по делу новый судебный акт о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5, ФИО6 и взыскании с них в пользу должника 21 857 134,67 рублей.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий должника указал: суд первой инстанции ошибочно указал, что кредитор ООО НПФ «Радиус» своими действиями по поставке товара должнику без предоплаты способствовал увеличению задолженности; согласованные действия всех учредителей по одновременному выходу из состава участников должника (при наличии задолженности перед кредитором) и последующему оформлению должника на номинальное лицо ФИО7 и смена юридического адреса на иностранное государство, а также на отсутствие реальной хозяйственной деятельности должника, отсутствие материальных и человеческих ресурсов для ее ведения, свидетельствуют о намеренном причинении руководителем и учредителями вреда добросовестному кредитору ООО НПФ «Радиус». По мнению конкурсного управляющего, деятельность бывших руководителей должника повлекла за собой убытки: согласно решению Арбитражного суда Новосибирской области от 17.05.2016 по делу №А45-2121/2016, между ООО «НПФ «Радиус» и ООО «ЭТС» заключено соглашение о сотрудничестве №4102/4-ОМ от 08.01.2014, предметом которого является коммерческое сотрудничество сторон, направленное на повышение прибылей сторон и укрепление их рыночных позиций. В рамках указанного Соглашения истцом в адрес ответчика был поставлен товар на общую сумму 17 852 633 рублей, что подтверждается товарными накладными. Оплаты от ООО «ЭТС» за поставленный товар не поступило. Также конкурсный управляющий должника указал на неисполнение руководителями должника обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

23.05.2019 от ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил определение суда отменить.

24.05.2019 от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу конкурсного управляющего должника, в котором просил прекратить производство по апелляционной жалобе в связи с пропуском срока на апелляционное обжалование.

17.06.2019 от ФИО3 поступило ходатайство об отложении судебного разбирательства ввиду невозможности ФИО3 обеспечить свою явку в судебное разбирательство 27.06.2019 в связи со служебной командировкой.

18.06.2018 от ФИО6 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просил отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к ФИО6 к субсидиарной ответственности.

Лица, участвующие в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание апелляционной инстанции не явились.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Рассмотрев ходатайство ФИО3 об отложении судебного заседания, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для его удовлетворения.

В соответствии с частью 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле, и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

Из содержания указанной нормы права следует, что совершение такого процессуального действия как отложение судебного заседания является правом суда, которое может быть реализовано при наличии к тому достаточных оснований.

В данном случае, ФИО3 не представлено доказательств нахождения в рабочей командировке, а также не заявлено о необходимости совершения в судебном заседании каких-либо процессуальных действий, требующих обязательного его присутствия. Как и не представлено доказательств невозможности направления в суд представителя, действующего по доверенности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалобы, отзывов, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции считает определение суда не подлежащим отмене на основании следующего.

Как следует из материалов дела, решением суда от 11.01.2017 ООО «Энергетические технологии Сибири» признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО4, член Союза арбитражный управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

Согласно выпискам из ЕГРЮЛ, контролирующими лицами были:

1) в период с 11.12.2012 по 06.03.2014 - учредители – ФИО8 и ФИО3 = по 40 %, ФИО6 и ФИО9 по 10 %;

- директор – ФИО3 по приказу №2 от 12.12.2012 (т. 1 л.д. 136);

2) в период с 07.03.2014 по 26.11.2014 - учредители – ФИО8 (50), ФИО3 (40) и ФИО6;

- директор – ФИО3

Требования кредитора ООО НПФ «Радиус» основаны на неисполнении должником обязанности по оплате товара, поставленного в период с апреля по сентябрь 2014 года на общую сумму 17 852 633 рублей.

В ходе конкурсного производства требования кредиторов не погашены.

Указывая на то, что ответчики не исполнили обязанность руководителя по подаче заявления о признании должника банкротом, не передали первичные документы и материальные ценности, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Частично удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, суд первой инстанции исходил доказанности всей совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО7, ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 21 857 134,67 рублей.

Апелляционный суд, находит выводы суда первой инстанции обоснованными и соответствующими действующему законодательству исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пунктом 2 указанной нормы предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

в единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если: заявление о признании сделки недействительной не подавалось; заявление о признании сделки недействительной подано, но судебный акт по результатам его рассмотрения не вынесен; судом было отказано в признании сделки недействительной в связи с истечением срока давности ее оспаривания или в связи с недоказанностью того, что другая сторона сделки знала или должна была знать о том, что на момент совершения сделки должник отвечал либо в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно положениям пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В силу пункта 2 приведенной нормы, возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Исходя из пункта 4 данной статьи, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается представленным в материалы дела доказательствами, ФИО7 и ФИО3 являлись руководителем должника.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления от 21.12.2017 № 53 следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Суд первой инстанции правомерно установил основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО3

В рассматриваемом случае бывшие руководители ООО «ЭТС» в нарушение требований статьи 126 Закона о банкротстве не передали конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию, имущество и материальные ценности.

В рамках дела о банкротстве суд истребовал 21.07.2017 у ФИО3 и 21.11.2017 у ФИО7 бухгалтерскую и иную документацию должника, материальные и иные ценности.

Однако, первичные документы по задолженности и активы – запасы по балансу и товары от кредитора, дальнейшая судьба которых неизвестна – истребованные данными судебными актами, переданы не были.

При этом суд первой инстанции верно установил, что ФИО7, проживающий в Алтайском крае, являлся формальным руководителем.

По данным сайта kartoteka.ru, в 6 (шести) юридических лицах он зарегистрирован как директор, а еще в 55 (пятьдесят пять) – как представитель управляющей компании.

Кортекс Лтд. (участник должника с 12.12.2014), с которым непосредственно связан ФИО7, является учредителем 75 юридических лиц – сведения с сайта kartoteka.ru.

После смены руководителя в декабре 2014 года бухгалтерская отчетность должником не сдавалась, в связи с чем налоговый орган принял в 2016 году решение исключить ООО «Энергетические технологии Сибири» из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.

ФНС России представила в рамках дела о банкротстве должника бухгалтерский баланс за 2013 год.

Представленный в материалы дела акт приема-передачи (т. 2 л.д. 18) документации, обоснованно не принят во внимание в качестве доказательства передачи документов, поскольку из него невозможно установить дату составления и передачи документов, документ не содержит подпись самого ФИО3

Как верно указал суд первой инстанции, ФИО3 привлекается к субсидиарной ответственности за то, что не представил доказательств передачи новому руководителю ТМЦ в виде запасов и первичных документов по дебиторской задолженности. При этом акт данную информацию не содержит.

Учитывая изложенное выше, а также то, что невозможность формирования конкурсной массы по причине отсутствия первичных документов по дебиторской задолженности привели к невозможности удовлетворения требований конкурсных кредиторов, заявление конкурсного управляющего является обоснованным в казанной части - в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО3

Доводы ФИО3 о необходимости применения положений пункта 1 статьи 399 ГК РФ, судом апелляционной инстанции признаются несостоятельными, поскольку Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 24 постановления от 21.12.2017 № 53, разъяснил, что в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве), а согласно пункту 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно.

Кроме того, в силу пункта 6 постановления от 21.12.2017 № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель) не может быть полностью освобожден от ответственности, а лишь несет эту ответственность солидарно с фактическим руководителем.

Исследовав представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции получает, что суд первой инстанции законно и обоснованно пришел к выводу о недоказанности оснований для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности за неподачу заявления о признания должника банкротом, исходя из следующего.

Пункт 1 статьи 9 Закона о банкротстве, предусматривает обязанность руководителя должника обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в том числе, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайшие сроки, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Привлечение руководителя к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- неподача заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пункт 9 постановления от 21.12.2017 № 53 предусматривает, что если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 названного Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно абзацу 2 статьи 2 Закона о банкротстве, банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом.

Под неплатежеспособностью понимается, прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый ст. 2 Закона о банкротстве).

Само по себе увеличение размера обязательств должника и непокрытого убытка от осуществления деятельности при установлении иных конкретных обстоятельств не означает, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами и руководитель должника обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника (Определение ВАС РФ от 24.07.2014 № ВАС-9705/14).

Как следует из решения суда (т. 1 л.д. 77), задолженность перед кредитором образовалась в результате неоплаты товара, поставленного:

- 08.04.2014 – на сумму 2 426 847 рублей (оплата в течение 60 дней);

- 19.06.2014 – на сумму 4 180 976 рублей (оплата в течение 30 дней);

- 18.07.2014 – на сумму 2 180 286 рублей;

- 02.09.2014 – на сумму 2 714 472 рублей (оплата в течение 30 дней);

- 25.09.2014 – на сумму 6 350 052 рублей.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2013 года, в качестве активов у должника отражены основные средства стоимостью 694 000 рублей и дебиторская задолженность на сумму 4 898 000 рублей.

Выписка по счету в АО Банк «Акцепт» подтверждает, что в период с апреля по ноябрь 2014 года должник получал оплаты только кредиторской задолженности на общую сумму 8 058 000 рублей.

Должник в этот период также производил расчеты с иными лицами.

При этом наличие непогашенной задолженности перед отдельным кредитором на определенный период, само по себе, не свидетельствует о наличии у общества признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, и не подтверждает наличие у его руководителя обязанности по подаче соответствующего заявления в арбитражный суд.

Более того, кредитор ООО НПФ «Радиус» своими действиями по поставке товара без оплаты предыдущей партии сам способствовал увеличению задолженности.

Исходя из обычной для участников гражданского оборота разумности и осторожности во взаимоотношениях с контрагентами, кредитор должен был прекратить поставки после отсутствия оплаты за первую отгрузку.

Поскольку в силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве руководитель может быть привлечен к субсидиарной ответственности только по обязательствам, возникшим после истечения срока обращения в суд с соответствующим заявлением, в рассматриваемом случае является недоказанным наличие оснований для привлечения контролирующих лиц к ответственности по указанной норме.

Доводы конкурсного управляющего о неверном применении положений статьи 10 Закона о банкротстве, судом апелляционной инстанции не принимаются.

В силу положения пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (действовавшей до 30.07.2017) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Закона.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника (пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) внесены изменения в Закон о банкротстве, положения статьи 10 Закона о банкротстве утратили силу. Закон № 266-ФЗ вступил в силу со дня его официального опубликования - 30.07.2017.

Пунктом 3 статьи 4 Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

До вступления в силу положений Федерального закона № 266-ФЗ от 29.07.2017 основания и порядок привлечения к ответственности органов юридического лица, в отношении которого введены процедуры банкротства, были установлены статьей 10 Закона о банкротстве, после вступления в силу указанных положений основания и порядок привлечения контролирующих должника лиц регулируется главой III.2 Закона о банкротстве.

Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника правомерно рассмотрено судом по правилам главы III.2 Закона о банкротстве (статья 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве) и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях») с учетом оснований для привлечения, установленных статьей 10 Закона о банкротстве, по правоотношениям, возникшим до вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих установленные судом первой инстанции обстоятельств и его выводы, в апелляционной жалобе не приведено.

Вывод суда первой инстанции о наличии оснований для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности является законным и обоснованным.

Арбитражный апелляционный суд полагает, что доводы апелляционных жалоб не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда.

Оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 268, 271, пунктом 1 части 4 статьи 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Седьмой арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение от 28.03.2019 Арбитражного суда Новосибирской области по делу №А45-22665/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Новосибирской области.

ПредседательствующийА.В. Назаров

СудьиО.А. ФИО10

ФИО11