Постановление от 20 февраля 2025 г. по делу № А65-13606/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-23345/2022

Дело № А65-13606/2020
г. Казань
21 февраля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 февраля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Ивановой А.Г.,

судей Зориной О.В., Советовой В.Ф.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 03.10.2024,

ФИО3 – ФИО4, доверенность от 21.12.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2024

по делу № А65-13606/2020

по заявлению конкурсного управляющего должником ФИО5 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО8, ФИО9 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект», ИНН <***>,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.11.2020 общество с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» (далее – должник, общество «Стройкомплект») признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением, в котором (с учетом принятых судом изменений предмета заявления) просил: привлечь к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам общества «Стройкомплект» в совокупном размере 22 362 553,25 руб. следующих лиц: ФИО3 (бывшего директора), ФИО6 (бывшего директора), ФИО7 (бывшего директора), ФИО1 (бывшего директора); ФИО8, (Участник (Учредитель)), ФИО9 (Участник (Учредитель)), ФИО10, действующую за себя и, как законный представитель, в интересах своего несовершеннолетнего ребенка: ФИО11, ФИО12;

взыскать солидарно с ФИО1, ФИО3, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, c наследников ФИО6, принявших наследство после его смерти, а именно: ФИО10, ФИО11, ФИО12 в пользу общества «Стройкомплект» денежные средства в размере требований, включенных в реестр требований кредиторов, требований кредиторов, подлежащих погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов и требований кредиторов по текущим обязательствам составляющих в совокупном размере 22 362 553,25 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2024 заявление удовлетворено частично. Установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Стройкомплект» ФИО1

Взыскано с ФИО1 в пользу конкурсной массы должника 22 362 553,25 руб.

В остальной части заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2024 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, в удовлетворении заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности отказать.

В обоснование жалобы приведены доводы о неправильном применении судами норм права и несоответствии выводов судов обстоятельствам дела.

ФИО1 указывает на то, что не имеется оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности, поскольку он стал руководителем должника незадолго до введения процедуры наблюдения, когда задолженность по реестру уже сформировалась, при этом суды не нашли правовых оснований для привлечения к ответственности иных ответчиков; все сделки были признаны недействительными по основанию статьи 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве); указанные сделки совершены в рамках обычной хозяйственной деятельности должника с целью вывода должника из имущественного кризиса; сделками погашены долги перед поставщиками и подрядчиками в целях завершения подрядных работ на вверенных должнику объектах и получения денежных средств от заказчиков для расчетов с кредиторами; часть сделок вмененных ему в качестве виновных действий, не относится к периоду его руководства должником.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 возражает против приведенных в жалобе доводов, просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО1 кассационную жалобу поддержал в полном объеме.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права в обжалуемой части, судебная коллегия считает, что судебные акты в обжалуемой части подлежат отмене, спор направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции по следующим основаниям.

Как установлено судами и следует из материалов дела, с момента создания общества «Стройкомплект», а именно с 30.12.2016 по настоящее время учредителями должника являлись:

- ФИО9, доля в уставном капитале должника составляет 100%;

- ФИО8, доля в уставном капитале должника составляет 100 %.

За период с 30.12.2016 по настоящее время руководителями являлись:

- с 30.12.2016 по 22.01.2019  - ФИО3,

- с 22.01.2019 по 11.02.2020 - ФИО6,

- с 11.02.2020 по 06.05.2020 - ФИО7;

- с 06.05.2020 по 08.11.2020 - ФИО1.

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим должником указано на неподачу руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства, на непредставление документов, на причинение ущерба посредством незаконных действий.

Также конкурсным управляющим указано в качестве основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на то, что ответчиками, в том числе и ФИО1 был причинён существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции и согласившийся с его выводами суд апелляционной инстанции, пришли к выводу о том, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий ФИО1, в том числе в процедуре наблюдения, когда должник уже обладал признаками банкротства.

Судебными актами, принятыми по результатам разрешения обособленных споров о признании сделок недействительными, установлено, что в период  процедуры наблюдения, а также в ходе конкурсного производства ФИО1 были осуществлены перечисления денежных средств в пользу контрагентов на сумму более 52 млн. руб., при размере реестра требований кредиторов 22 362 553,25 руб., включая текущие обязательства.

Судами отмечено, что на момент вступления в должность ФИО1 должник уже имел неисполненные обязательства перед контрагентами – кредиторами, следовательно, зная о неисполненных обязательствах, ФИО1 осуществлял перечисления денежных средств с преимуществом в пользу отдельных контрагентов, увеличивая долговую нагрузку должника, которая уже имела значительный размер.

Судами установлено, что судебные акты по обособленным спорам о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности не исполнены, соответствующие права требования реализованы на торгах по существенно низкой цене; по результатам нескольких торгов общая сумма поступления денежных средств ввиду реализации дебиторской задолженности на основании признанных недействительными сделок (при общей сумме свыше 40 млн.руб.) должника с учетом невозможности взыскания их с ответчиков составила менее 700 000 руб.

Судами указано на то, что экономический эффект от оспаривания сделок должника для конкурсной массы выразился лишь в поступлении малой доли выручки от продажи права требования на торгах при том, что поступившие денежные средства были израсходованы на погашение части текущих требований.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для уменьшения размера ответственности ФИО1 ввиду его несоразмерности характеру и последствиям действий и решений  в отношении ФИО1 (абзац 2 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве), следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (пункт 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума ВС РФ № 53)).

Судами установлено, что ФИО1 являлся руководителем должника в преддверии принятии судом к производству заявления о признании должника банкротом (преддверии возбуждения производства по делу о банкротстве), а также в период, а также в период процедуры наблюдения.

Разрешая спорные правоотношения суды, исходили из того, что вменяемые ФИО1 действия - вывод денежных средств должника и погашение задолженностей с предпочтением, создали невозможность погашения задолженности перед включенными в реестр кредиторами и явилось причиной введения процедуры банкротства в отношении должника.

Согласно абзацу шестому пункта 23 постановления Пленума ВС РФ № 53, по смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в абзаце 4 пункта 20 постановления Пленума ВС РФ № 53, согласно которым в случае недоказанности оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения этого лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), суды не лишены возможности принять решение о возмещении таким лицом убытков в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно сопровождаться установлением причин несостоятельности должника. Удовлетворение таких заявлений свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (пункт 7 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.05.2024)).

ФИО1 приводил доводы о том, что часть сделок вмененных ему в качестве виновных действий, не относится к периоду его руководства должником.

ФИО1, возражая против требования о привлечении его к субсидиарной ответственности, приводил доводы о том, что вменяемые в качестве виновных действия – платежи в пользу контрагентов (оплата долгов перед поставщиками и подрядчиками в целях завершения подрядных работ на вверенных должнику объектах и получения денежных средств от заказчиков для расчетов с кредиторами)  не могли являться причиной банкротства должника, поскольку указанными сделками погашены реальные обязательства должника в целях продолжения осуществления хозяйственной деятельности предприятия, преодоления имущественного кризиса.

ФИО1 указывал на то, что все сделки признаны судами недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, ввиду оказания предпочтения кредиторам в качестве, применения последствий судом применена двусторонняя реституция, обязательства должника перед этими кредиторами восстановлены, следовательно, финансовое положение должника и в случае расчетов с другими кредиторами осталось неизменным.

Указанные доводы отклонены судами, вместе с тем, ограничившись общим указанием на признание судом сделок должника недействительными на сумму более 50 млн. руб., суды не указали (не отметили) сделки, в отношении которых установлены обстоятельства, свидетельствующие о выводе денежных средств должника; в отношении преференциальных сделок судами не исследован вопрос о наличии либо отсутствии причинно-следственной связи между их совершением и объективным банкротством должника; судами не были исследованы входящие в предмет доказывания обстоятельства, касающиеся того, привели ли эти сделки к появлению признаков объективного банкротства либо значительному усугублению ситуации имущественного кризиса.

Суды не отразили мотивов отклонения доводов ФИО1 о том, что часть сделок не относится к периоду его руководства должником, не отразили мотивов отклонения доводов о том, что остальные вменяемые сделки относятся к обычным хозяйственным операциям, совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности общества и не имели целью безосновательного вывода активов должника.

Как следует из пункта 2 части 4 статьи 170 АПК РФ, в мотивировочной части решения должны быть указаны доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела, и доводы в пользу принятого решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.

Правовая позиция о недопустимости избирательного подхода по оценке доказательств, имеющих существенное значение, не отвечающего требованиям пункта 4 статьи 2, статьи 6, пункта 2 статьи 65, пунктов 1 и 7 статьи 71, статей 168-170 АПК РФ неоднократно высказывалась Верховным Судом Российской Федерации, в частности, в определении от 08.06.2020 № 307-ЭС16-7958.

Суд кассационной инстанции считает, что суды, удовлетворяя требование о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности и взыскивая с него 22 362 553,25 руб., не установили все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения обособленного спора, выводы в этой части являются преждевременными, в связи с чем, судебные акты в соответствующей части подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 АПК РФ.

Поскольку в силу положений статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ суд кассационной инстанции не может устанавливать и исследовать вышеназванные обстоятельства, заявленные участниками спора доводы и возражения и давать им правовую оценку, обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2024 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.10.2024 по делу № А65-13606/2020 отменить в части установления наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Стройкомплект» ФИО1 и взыскания с него в пользу конкурсной массы должника 22 362 553,25 руб.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан.

В остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий судья                                                   А.Г. Иванова


Судьи                                                                                                          О.В. Зорина


                                                                                                                                             В.Ф. Советова