Решение от 4 декабря 2023 г. по делу № А63-17426/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

_____________________________________________________________________________________

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

04 декабря 2023 года Дело № А63-17426/2020

Резолютивная часть решения объявлена 28 ноября 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 04 декабря 2023 года

Арбитражный суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Жариной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дудниковой А.Н.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальное хозяйство», г. Пятигорск, Ставропольский край (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Федеральному государственному казенному учреждению здравоохранения «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации», г. Кисловодск, Ставропольский край (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании задолженности по договору на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами за период с 01.01.2020 по 30.06.2021 в размере 1 437 480 руб.,

с привлечением к участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «ССП», г. Кисловодск (ОГРН <***>, ИНН <***>), Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, г. Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании:

от истца - ФИО1 по доверенности № 49/23 от 04.09.2023,

от ответчика - ФИО2 по доверенности от 19.12.2022 № 112,

от третьего лица - ФИО3 по доверенности от 27.12.2022 № Д-25/12,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Жилищно-коммунальное хозяйство» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с исковым заявлением к ФГКУЗ «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации» о взыскании задолженности за оказанные услуги по обращению с ТКО за период с 01.01.2020 по 30.06.2021 в размере 1 437 480 руб. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ССП», г. Кисловодск, Федеральная служба войск национальной гвардии Российской Федерации, г. Москва.

В обоснование исковых требований истец ссылался на то, что он оказал ответчику услуги по вывозу твердых коммунальных отходов, но последний выполненные работы не оплатил, задолженность в установленный срок в полном объеме не погасил.

Дело рассматривалось судьей Кичко А.И.

Решением от 03.02.2022, оставленным без изменения постановлениями Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.12.2022, с федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации», г. Кисловодск, Ставропольский край в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальное хозяйство», г. Пятигорск, Ставропольский край взыскана основная задолженность за период с 01.01.2020 по 30.06.2021 в размере 1 437 480 руб., а также расходы по уплате госпошлины в размере 20 180 руб.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2023 решение Арбитражного суда Ставропольского края от 03.02.2022, постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.12.2022 по делу № А63-17246/2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

В связи с прекращением полномочий (отставкой) судьи Кичко А.И. его участие в рассмотрении указанного дела невозможно, в связи с чем определением заместителя председателя Арбитражного суда Ставропольского края от 25.07.2023 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Кичко А.И. на судью Жарину Е.В. при рассмотрении дела № А63-17426/2020.

Судом было одобрено ходатайство ООО «Жилищно-коммунальное хозяйство» о проведении судебного заседания путем использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» (веб-конференция), однако представитель ООО «Жилищно-коммунальное хозяйство» явился в судебное заседание Арбитражного суда, в связи с чем веб-конференция судом не проводится.

В судебном заседании истец настаивал на удовлетворении исковых требований, указывая на то, что исходя из буквального толкования норм Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления», транспортировка твердых коммунальных отходов может осуществляться только региональным оператором. Заключение потребителем договора о вывозе ТКО с иным лицом направлено на обход закона и уклонение от оплаты стоимости соответствующих услуг.

Ответчик указывает, что региональным оператором не представлены надлежащие доказательства фактического оказания услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами (далее – ТКО). Все отходы, возникающие от деятельности учреждения относятся к медицинским, на вывоз и утилизацию которых учреждением заключены соответствующие контракты с иными организациями. Обязанность по исполнению публичного договора региональным оператором по вывозу ТКО не распространяется на медицинские учреждения. Ответчик является военно-медицинским учреждением и войсковым подразделением непосредственного подчинения федерального органа исполнительной власти в области обороны и безопасности, в связи с чем свободный доступ на занимаемую учреждением территорию исключен. Обществом не доказан факт расположения контейнерных площадок в непосредственной близости к учреждению. Услуги по вывозу и утилизации ТКО фактически учреждению обществом не оказывались. Акты оказания услуг с указанием объема фактически вывезенного с объекта учреждения ТКО сторонами не подписывались. Отчеты системы ГЛОНАСС не подтверждают фактическое оказание услуг.

Представитель Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации поддерживает доводы ответчика.

Третье лицо – ООО «ССП», надлежащим образом уведомленное о рассмотрении дела, в судебное заседание не явилось, ранее представляло письменные возражения, в которых указало, что закупка услуг по вывозу медицинских отходов до 1 марта 2021 года могла осуществляться на общих основаниях, а не по пункту 8 части 1 статьи 93 Федерального закона от 5 апреля 2013 г. № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», поскольку обращение с медицинскими отходами регулировалось правилами, установленными СанПиН 2.1.7.2790-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к обращению с медицинскими отходами», утратившими силу лишь с 1 марта 2021 года в связи с изданием Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 января 2021 г. № 3. Ввиду чего, заключение договоров на обращение с вышеуказанными видами медицинских отходов с иными лицами, не являющимися региональными операторами по обращению с ТКО, не может рассматриваться как нарушение законодательства Российской Федерации в указанный период.

Ранее истец ходатайствовал об отложении судебного заседания, со ссылкой на то, что с учетом выводов, изложенных в определении Верховного Суда от 04.07.2023, истец полагает необходимым осуществить разрешение указанных вопросов путем привлечения специалиста, обладающего специальными знаниями в указанной области. 15.10.2023 истцом в адрес АНО «Независимая судебная экспертиза» был направлен соответствующий запрос о необходимости разрешения нескольких вопросов. В настоящее время истец ожидает согласования направленного запроса от экспертной организации в целях возможности надлежащей подготовки ходатайства.

В судебном заседании 28.11.2023 истцом ходатайство о привлечении специалиста или назначении по делу судебной экспертизы не заявлено.

Как следует из материалов дела, определением от 28.07.2022 Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд перешел к рассмотрению дела № А63-17426/2020 по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дел судом первой инстанции установив, что суд первой инстанции в нарушение положений статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не принял уточненные исковые требований и не рассмотрел их по существу.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции от истца поступили уточненные требования с представленным расчетом, в котором истец просил взыскать с ответчика задолженность за период с 01.01.2020 по 30.06.2021 в сумме 1 375 116,35 руб.

Рассмотрев ходатайство об уточнении исковых требований, суд апелляционной инстанции постановлением от 07.09.2022 (резолютивная часть объявлена 31.08.2022) принял уточненные исковые требования к рассмотрению.

Однако, поскольку определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2023 постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2022 отменено, суд в судебном заседании вынес на рассмотрение истца вопрос о принятии к рассмотрению уточненного искового заявления.

Представитель истца поддержал уточнение иска и просит взыскать с ответчика 1 375 116,35 руб. долга.

Частью 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований. В данном случае, уточненные исковые требования не противоречат требованиям действующего законодательства и не нарушают прав других лиц, в связи с чем принимаются судом.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы участвующих в деле лиц, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «Жилищно-коммунальное хозяйство» является региональным оператором по обращению с твердыми коммунальными отходами на территории муниципальных образований Ставропольского края: Георгиевского, Советского, Кировского и Минераловодского городских округов, Андроповского, Кочубеевского, Курского, Предгорного, Степновского районов, городов-курортов Ессентуки, Железноводск, Кисловодск, Пятигорск, городов Лермонтов и Невинномысск (Зона 2). Истец осуществляет деятельность в качестве Регионального оператора на основании Соглашения с Министерством ЖКХ Ставропольского края № 2-46 от 08.05.2018.

В соответствии с п. 4 ст. 24.7 Федерального закона от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» о (далее - Закон № 89-ФЗ) и п. 5 Правил обращения с твердыми коммунальными отходами, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 12.11.2016 № 1156 «Об обращении с твердыми коммунальными отходами и внесении изменения в постановление Правительства Российской Федерации от 25 августа 2008 г. № 641 (далее - Правила обращения с ТКО), собственники ТКО обязаны заключить договор на оказание услуг по обращению с ТКО с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются ТКО и находятся места (площадки) их накопления.

В соответствии с п. 9 Правилами обращения с ТКО, потребители осуществляют складирование ТКО в местах (площадках) накопления ТКО, определенных договором на оказание услуг по обращению с ТКО, в соответствии со схемой обращения с отходами.

В соответствии с ч. 5 ст. 24.7 Закона № 89-ФЗ договор на оказание услуг по обращению с ТКО заключается в соответствии с типовым договором на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами, форма которого утверждена Правилами обращения с ТКО.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ в отношении Федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации» (далее – учреждение), его основным видом деятельности (ОКВЭД) является «Деятельность санаторно-курортных организаций».

Учреждение осуществляет свою деятельность по адресу: <...>. Данный объект находится в зоне обслуживания общества – регионального оператора по вывозу ТКО.

Учреждение заявку на заключение договора на оказание услуг по обращению с ТКО обществу не направляло.

В свою очередь, информация о деятельности общества, предложение о заключении договора, проект договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами (ТКО) в виде публичной оферты в установленном законом порядке размещены в открытом доступе в сети Интернет на официальном сайте регионального оператора.

Договор на оказание услуг по обращению с ТКО учреждение с обществом не заключило.

При этом, как указывает, истец, услуги по обращению с ТКО по адресу учреждения региональный оператор оказывал согласно графику. За оказанные услуги по обращению с ТКО с 01.01.2020 по 30.06.2021 за учреждением образовалась задолженность в размере 1 375 116,35 руб.

Со ссылкой на статью 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей, что бремя содержания имущества лежит на собственнике, истец обратился с требованием о взыскании с ответчика стоимости услуг по обращению с ТКО.

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В силу статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается его исполнением.

Согласно пункту 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг (пункт 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Правовые основы обращения с отходами производства и потребления в целях предотвращения вредного воздействия отходов производства и потребления на здоровье человека и окружающую среду, а также вовлечения таких отходов в хозяйственный оборот в качестве дополнительных источников сырья регулируются Федеральным законом от 24.06.1998 № 89-ФЗ «Об отходах производства и потребления» (далее - Закон № 89-ФЗ).

Статьей 24.6 Федерального закона «Об отходах производства и потребления» № 89-ФЗ от 24.06.1998 (далее по тексту - Закон № 89-ФЗ) установлено, что сбор, транспортирование, обработка, утилизация, обезвреживание, захоронение твердых коммунальных отходов на территории субъекта Российской Федерации осуществляются региональным оператором в соответствии с региональной программой в области обращения с отходами и территориальной схемой обращения с отходами.

Присвоение статуса регионального оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами (ТКО) и определение зоны его деятельности осуществляются с учетом особенностей, установленных пунктами 1 и 2 статьи 23 Федерального закона от 29.12.2014 № 458-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «Об отходах производства и потребления» на основании конкурсного отбора, предусмотренного пунктом 4 статьи 24.6 Закона № 89-ФЗ.

В соответствии со статьей 24.9 Закона № 89-ФЗ обращение с твердыми коммунальными отходами относится к регулируемым видам деятельности. Государственное регулирование тарифов в области обращения с твердыми коммунальными отходами осуществляется органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ собственники, твердых коммунальных отходов заключают договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами с региональным оператором, в зоне деятельности которого образуются твердые коммунальные отходы и находятся места их сбора.

Правила обращения с твердыми коммунальными отходами утверждены постановлением Правительства РФ от 12.11.2016 № 1156 «Об обращении с твердыми коммунальными отходами и внесении изменения в постановление Правительства РФ от 25.08.2008 № 641» (далее - Правила № 1156), которые устанавливают порядок осуществления сбора, транспортирования, обработки, утилизации, обезвреживания и захоронения твердых коммунальных отходов. Разделом I(1) Правил № 1156 урегулирован порядок заключения договоров на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами.

Пунктом 8 (12) Правил № 1156 предусмотрено, что в случае, если по истечении 15 рабочих дней со дня поступления потребителю от регионального оператора проекта договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами потребитель не представил подписанный экземпляр договора на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами либо мотивированный отказ от подписания указанного проекта договора с приложением к нему предложений о внесении изменений в такой проект в части, не противоречащей законодательству Российской Федерации, договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами считается заключенным на условиях типового договора по цене, указанной региональным оператором в указанном проекте договора, направленном в соответствии с пунктом 8 (10) Правил № 1156.

При этом под потребителем Правила № 1156 понимают собственника твердых коммунальных отходов или уполномоченное им лицо, заключившее или обязанное заключить с региональным оператором договор на оказание услуг по обращению с твердыми коммунальными отходами.

В то же время, в силу части 2 статьи 2 Закона № 89-ФЗ отношения в области обращения с медицинскими отходами регулируются Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Закон № 323-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 49 Закона № 323-ФЗ медицинские отходы - это все виды отходов, в том числе анатомические, патологоанатомические, биохимические, микробиологические и физиологические, образующиеся в процессе осуществления медицинской деятельности и фармацевтической деятельности, деятельности по производству лекарственных средств и медицинских изделий, а также деятельности в области использования возбудителей инфекционных заболеваний и генно-инженерномодифицированных организмов в медицинских целях.

Пунктом 2 статьи 49 Закона № 323-ФЗ предусмотрено, что медицинские отходы разделяются по степени их эпидемиологической, токсикологической, радиационной опасности, а также негативного воздействия на среду обитания в соответствии с критериями, устанавливаемыми Правительством Российской Федерации, на классы от «А» до «Г», где класс «А» - это эпидемиологические безопасные отходы, приближенные по составу к твердым бытовым отходам.

Медицинские отходы подлежат сбору, использованию, обезвреживанию, размещению, хранению, транспортировке, учету и утилизации в порядке, установленном законодательством в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения (пункт 3 статьи 49 Закона № 323-ФЗ).

Анализ Санитарных правил (в частности, пункты 16, 170, 171, 193, 200, 201, 203, 204 и 244 СанПиН 2.1.3684-21) показывает, что положениями правил установлены особенности обращения с медицинскими отходами класса «А» по сравнению с ТКО по вопросам их сбора, хранения, размещения и транспортирования; оборудования и эксплуатации участка по обращению с медицинскими отходами; дезинфекции, мойки и дезинсекции транспортных средств и контейнеров; порядка утверждения схемы обращения с медицинскими отходами и обращения с ними в соответствии с этой схемой.

При этом как в приведенных пунктах, так и в иных пунктах СанПиН 2.1.3684-21, касающихся обращения с медицинскими отходами в целом и непосредственно с медицинскими отходами класса «А», нет отсылки к нормам законодательства, регулирующего обращение с ТКО, в отличие от положений, определяющих, в частности, правила обращения с отходами производства (пункт 218 СанПиН 2.1.3684-21).

В связи с этим действующие Санитарные правила содержат положения, разграничивающие порядок обращения с медицинскими отходами класса «А» и с твердыми коммунальными отходами.

В пункте 14 Правил № 1156 закреплен прямой запрет на складирование в контейнерах медицинских отходов, а также иных отходов, которые могут причинить вред жизни и здоровью лиц, осуществляющих погрузку (разгрузку) контейнеров, повредить контейнеры, мусоровозы или нарушить режим работы объектов по обработке, обезвреживанию, захоронению ТКО.

Приведенная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2023 № 309-ЭС22-25180.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2023 № 308-ЭС23-5243 по рассматриваемому делу, доводы истца о том, что медицинские отходы класса «А» приближены по составу к ТКО, не опровергают вышеизложенное толкование правовых норм, не позволяющее распространить действие Закона № 89-ФЗ в действующей редакции на медицинские отходы класса «А».

Таким образом, как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации № 308-ЭС23-5243, собственники медицинских отходов класса «А» не обязаны заключать договор на оказание услуг по вывозу медицинских отходов только с региональным оператором как с единственным поставщиком услуги.

Реализуя соответствующие правомочия, ответчик вправе был заключить в соответствии с требованиями норм действующего законодательства договор по обращению с медицинскими отходами с третьими лицами.

Согласно пояснениям представителя учреждения и материалам дела им заключены путем проведения процедуры конкурентной закупки в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» и исполнены государственные контракты на оказание услуг по обращению с медицинскими отходами класса «А» в 2020-2021 г.г. с другими юридическими лицами.

Как пояснил в судебном заседании представитель истца, региональный оператор не настаивает на обязании собственников медицинских отходов класса «А» заключать договор на оказание услуг по вывозу медицинских отходов только с региональным оператором как с единственным поставщиком услуги. Истец считает, что в любом случае у ответчика образуется ТКО, так как согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ в отношении ответчика, его основным видом деятельности (ОКВЭД) является «Деятельность санаторно-курортных организаций». Предпринимательская деятельность осуществляется ответчиком по адресу: 357703, <...> что подтверждается приложением № 2 к государственному контракту на оказание услуг по обращению с ТКО № Г-000267/050- 004-2019 от 30.01.2019, заключенному между ООО «ЖКХ» и ФГКУЗ «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации». Данный объект находится в зоне обслуживания ООО «ЖКХ» - регионального оператора по вывозу ТКО.

Образование ТКО является закономерным и неотъемлемым результатом процесса жизнедеятельности человека (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.02.2016 № 309-ЭС15-13978), следовательно, по общему правилу функционирование любого субъекта гражданского оборота неизбежно вызывает формирование отходов. Наличие у ответчика статуса лечебно-профилактической медицинской организации и лицензии на осуществление медицинской деятельности, образование у ответчика медицинских отходов класса «А» и наличие указанных отношений с другим исполнителем, по мнению истца, сами по себе не свидетельствуют о том, что в процессе осуществления ответчиком деятельности в принадлежащем ему объекте не образуются твердые коммунальные отходы, не относящиеся к медицинским.

Согласно сведениям, опубликованным на официальном сайте: https://rossia.rosguard.gov.ru ответчик осуществляет не только медицинскую деятельность, но и иные виды деятельности (в т.ч. деятельность предприятий общественного питания по прочим видам организации питания, деятельность по уходу с обеспечением проживания прочая, деятельность библиотек и архивов, деятельность танцплощадок, дискотек, бильярдная, деятельность физкультурно-оздоровительная, и др.). В связи с этим, как указывает истец, в указанном объекте ответчика образуются не только отходы от осуществления ответчиком непосредственно медицинской деятельности, но и ТКО, в т.ч. отходы, указанные в Федеральном классификационном каталоге отходов, утв. приказом Росприроднадзора от 22.05.2017 № 242 (в частности, отходы при предоставлении услуг гостиничного хозяйства и общественного питания, предоставлении социальных услуг населению). В данном случае, невывоз мусора и отсутствие регулярной очистки территории от мусора влечет за собой нарушение экологических, санитарных и санитарно-эпидемиологических требований, несоблюдение которых обусловлено возникновением различного рода заболеваний (Закон № 89-ФЗ, Федеральный закон «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» № 52-ФЗ от 30.09.1999). Таким образом, оказанные услуги направлены на поддержание нормального жизнеобеспечения учреждения, являлись услугами, не терпящими отлагательств.

Учитывая, что в соответствии с п. 4 статьи 291.14 АПК РФ указания Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, в том числе на толкование закона, изложенные в определении об отмене судебного акта, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего дело, при новом рассмотрении дела суд первой инстанции, руководствуясь изложенной в определении Верховного Суда правовой позицию о толковании норм права, давая оценку доводам лиц, участвующих в деле о фактическом оказании услуг, пришел к следующим выводам.

Медицинские отходы разделяются по степени их эпидемиологической, токсикологической, радиационной опасности, а также негативного воздействия на среду обитания в соответствии с критериями, установленными постановлением Правительства Российской Федерации от 4 июля 2012 г. № 681, на классы.

К классу «А» относят эпидемиологически безопасные отходы, приближенные по составу к твердым бытовым отходам (критерием опасности медицинских отходов класса «А» является отсутствие в их составе возбудителей инфекционных заболеваний).

Таким образом, определение классов опасности медицинских отходов является предметом регулирования Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» и Постановлении Правительства Российской Федерации от 4 июля 2012 г. № 681 «Об утверждении критериев разделения медицинских отходов на классы по степени их эпидемиологической, токсикологической, радиационной опасности, а также негативного воздействия на среду обитания».

Согласно п. 157 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», утвержденного Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 28 января 2021 г. № 3, сбор, использование, обезвреживание, размещение, хранение, транспортировка, учет и утилизация медицинских отходов должны осуществляться с соблюдением требований Санитарных правил в зависимости от степени их эпидемиологической, токсикологической и радиационной опасности, а также негативного воздействия на человека и среду обитания человека, в том числе отходы, не имеющие контакт с биологическими жидкостями пациентов, инфекционными больными (эпидемиологически безопасные отходы, по составу приближенные к ТКО, далее - класс А), в том числе: использованные средства личной гигиены и предметы ухода однократного применения больных неинфекционными заболеваниями; канцелярские принадлежности, упаковка, мебель, инвентарь, потерявшие потребительские свойства; сметы от уборки территории; пищевые отходы центральных пищеблоков, столовых для работников медицинских организаций, а также структурных подразделений организаций, осуществляющих медицинскую и (или) фармацевтическую деятельность, кроме подразделений инфекционного, в том числе фтизиатрического профиля.

Как следует из материалов дела, основным видом деятельности (ОКВЭД) Федерального государственного казенного учреждения здравоохранения «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации» является «Деятельность санаторно-курортных организаций». Иными видами деятельности учреждение не занимается, доводы истца о том, что учреждение ведет иные виды деятельности - деятельность предприятий общественного питания по прочим видам организации питания, деятельность по уходу с обеспечением проживания прочая, деятельность библиотек и архивов, деятельность танцплощадок, дискотек, бильярдная, деятельность физкультурно-оздоровительная, и др., документально не подтверждены.

Осуществление ответчиком в рамках ведения деятельности как санаторно-курортного учреждения функций по обеспечению проживания, питания, культурного обслуживания пациентов, не свидетельствует о ведении им иных видов самостоятельной экономической деятельности.

Учитывая изложенное, доводы истца об обязанности ответчика осуществлять отдельное от складирования медицинских отходов класса «А» складирование твердых коммунальных отходов, противоречат нормативно-правовому урегулированию порядка обращения с медицинскими отходами.

Поскольку пунктом 2 статьи 2 Закона № 89-ФЗ установлено, что отношения в области обращения с радиоактивными отходами, с биологическими отходами, с медицинскими отходами регулируются соответствующим законодательством Российской Федерации, в настоящее время деятельность по обращению с медицинскими отходами выведена из сферы действия законодательства об отходах производства и потребления.

В Законе № 323-ФЗ учтена потенциальная опасность воздействия медицинских отходов. Согласно пункту 3 статьи 49 данного Закона медицинские отходы подлежат сбору, использованию, обезвреживанию, размещению, хранению, транспортировке, учету и утилизации в порядке, установленном законодательством в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Несмотря на то, что медицинские отходы класса «А» приближены по составу к ТКО, из приведенных норм и правил не следует, что такие отходы должны квалифицироваться как ТКО, в связи с чем вывод о распространении действия Закона № 89-ФЗ на медицинские отходы класса «А» является неверным.

В пункте 3 статьи 24 Закона № 89-ФЗ закреплено, что нормативы накопления ТКО могут устанавливаться дифференцировано в отношении различных территорий субъекта Российской Федерации и различных категорий потребителей услуги по обращению с ТКО, а также с учетом других критериев, установленных Правительством Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 действующих в спорный период Правил определения нормативов накопления твердых коммунальных отходов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 4 апреля 2016г. (далее – Правила № 269), нормативы накопления ТКО устанавливаются органами исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органами местного самоуправления поселений или городских округов (в случае наделения их соответствующими полномочиями законом субъекта Российской Федерации).

Подпунктом «в» пункта 4 Правил № 269 предусмотрено, что нормативы могут устанавливаться дифференцировано в отношении категорий объектов, на которых образуются отходы.

Категории объектов, на которых образуются отходы, определяются уполномоченным органом. Определение нормативов производится отдельно по каждой категории объектов (пункты 5, 6 Правил № 269).

В действующих на территории Ставропольского края утвержденных Министерством жилищно-коммунального хозяйства Ставропольского края нормативах накопления ТКО, нормативы накопления ТКО для медицинских организаций не определены.

Учитывая указанные обстоятельства, при расчете исковых требований, поскольку договор между сторонами не заключен, истец руководствовался нормативами накопления ТКО, утвержденными Министерством жилищно-коммунального хозяйства Ставропольского края для иных видов деятельности, в том числе для административных зданий, учреждений, контор; культурно-развлекательных организаций, организаций общественного питания.

Судом установлено, что ответчиком в спорный период иных, кроме санаторно-курортной деятельности, видов деятельности не велось, в связи с чем применение к нему истцом нормативов накопления ТКО, не относящихся к его деятельности, не обосновано.

Кроме того, с 1 апреля 2020 года и до 27 декабря 2020 года на основании распоряжения Росгвардии ввиду введенных ограничительных мер в связи с распространением коронавирусной инфекции C0VID-19 в санатории был временно прекращен прием военнослужащих, сотрудников Росгвардии, пенсионеров МВД России и членов их семей на санаторно-курортное лечение и на медико-психологическую реабилитацию.

Согласно данному распоряжению, сотрудники санатория, отнесенные к группам риска (женщины с детьми до 14 лет, инвалиды, старше 60 и 65 лет, лица с хроническими заболеваниями), были направлены на больничные и в нерабочие дни, а остальные военнослужащие и работники гражданского персонала были переведены из расчета 50% на дистанционный (удаленный) формат исполнения служебных обязанностей.

Соответственно объем образующихся отходов производства (медицинских отходов) существенно сократился, а в представленном расчете ООО «ЖКХ» присутствовал расчетов объемов, основанный на данных 2019 года — до введения ограничительных мер и в период действия госконтракта с этим оператором и учреждением.

Судом также проведена оценка представленных истцом доказательств фактического оказания ответчику в спорный период услуг по вывозу твердых коммунальных отходов.

Как следует из материалов дела такими доказательствами, по мнению истца, являются представленные истцом маршруты движения спецтехники и сведения ГЛОНАСС, а также отсутствие претензий относительно объема и качества оказанных услуг. Контейнерные площадки расположены в непосредственной близости к ответчику, в месте пролегания маршрута специальной техники, осуществлявшей вывоз ТКО.

Истец также ссылается на положения раздела I(1) Правил обращения с твердыми коммунальными отходами (утв. постановлением Правительства РФ от 12 ноября 2016 г. № 1156), согласно которым именно собственник твердых коммунальных отходов инициирует необходимость заезда машины регионального оператора на свою площадку. Если такая инициатива не проявлена, то это, во-первых, не освобождает собственника твердых коммунальных отходов от внесения региональному оператору, во-вторых, также и не свидетельствует о неоказании услуг региональным оператором, а, напротив, может говорить о неконтролируемом вывозе собственником своих твердых коммунальных отходов на общедоступные площадки (в контейнеры) иных лиц, откуда твердые коммунальные отходы попадают к региональному оператору иным путем.

Указанные доводы не могут быть признаны судом обоснованными.

Суд исходит из ранее сделанного вывода о том, что в спорный период у ответчика образовывались только медицинские отходы класса «А», в связи с чем у него отсутствовали основания для отдельного накопления твердых коммунальных отходов и обязанности организации их обращения только при содействии регионального оператора.

Ссылка истца на абонентский характер договора по обращению с ТКО, в связи с чем именно потребитель должен доказывать факт неоказания ему услуг, противоречит обстоятельствам спора.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2022 № 304-ЭС22-12944, общее правило об установленной абонентской обязанности по оплате услуг регионального оператора не должно касаться доказанного неосуществления деятельности субъектом гражданского оборота (опровержение презумпции продуцирования ТКО).

Зона деятельности регионального оператора представляет собой территорию или часть территории субъекта Российской Федерации, на которой региональный оператор осуществляет деятельность на основании соглашения, заключаемого с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации, и определяется в территориальной схеме обращения с отходами (пункты 7, 8 статьи 24.6 Закона № 89-ФЗ).

Содержание территориальной схемы обращения с отходами определено Правилами разработки, общественного обсуждения, утверждения, корректировки территориальных схем в области обращения с отходами производства и потребления, в том числе с твердыми коммунальными отходами, а также требованиями к составу и содержанию таких схем, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.09.2018 № 1130 (далее - Правила № 1130).

В соответствии с пунктом 5 данных Правил территориальная схема включает, кроме прочего, следующие разделы: нахождение источников образования отходов; места накопления отходов; места нахождения объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов и объектов размещения отходов, включенных в государственный реестр объектов размещения отходов; схема потоков отходов от источников их образования до объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов и объектов размещения отходов, включенных в государственный реестр объектов размещения отходов.

При этом раздел «Места накопления отходов» содержит данные о нахождении мест накопления отходов (с нанесением их на карту субъекта Российской Федерации) в соответствии со схемами размещения мест (площадок) накопления ТКО и реестрами мест (площадок) накопления ТКО, а также данные о необходимом количестве контейнеров и бункеров в соответствующей зоне деятельности регионального оператора, данные о количестве контейнеров и бункеров, планируемых к приобретению региональным оператором по годам (пункт 9 названных Правил).

Согласно подпункту «а» пункта 12 Правил № 1130 раздел «Схема потоков отходов от источников их образования до объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов и объектов размещения отходов, включенных в государственный реестр объектов размещения отходов» содержит графическое отображение движения отходов от источников образования отходов и мест накопления отходов до объектов обработки, утилизации, обезвреживания отходов, объектов размещения отходов, включенных в государственный реестр объектов размещения отходов и расположенных в границах территории субъекта Российской Федерации.

По пункту 10 статьи 24.6 Закона № 89-ФЗ региональные операторы обязаны соблюдать схему потоков ТКО, предусмотренную территориальной схемой обращения с отходами субъекта Российской Федерации, на территории которого такие операторы осуществляют свою деятельность.

Из приведенных положений следует, что услуга по обращению с ТКО не может считаться оказанной только ввиду образования таких отходов как неизменного фактора, сопутствующего жизнедеятельности человека, если при этом не соблюдаются требования к организации исполнения данной услуги, предусмотренные действующим законодательством.

Законом № 89-ФЗ определено, что целью государственного регулирования в области обращения с отходами производства и потребления является предотвращение вредного воздействия отходов производства и потребления на здоровье человека и окружающую среду, а также вовлечение таких отходов в хозяйственный оборот в качестве дополнительных источников сырья.

Достижение указанной цели, в частности, предполагает, что движение ТКО должно контролироваться на каждом этапе, начиная от источника их образования, заканчивая утилизацией, размещением или переработкой. Одновременно любому гражданину или организации, в деятельности которых образуются такие отходы, должна быть предоставлена возможность избавления от них способом, предусмотренным законом, который, исходя из целей и принципов регулирования в области обращения с отходами производства и потребления, рассматривается как наиболее экологичный и бережный по отношению к человеку и окружающей среде.

Из взаимосвязанных положений пункта 2 статьи 24.7 Закона № 89-ФЗ и пунктов 9, 13 Правил № 1156, следует, что региональный оператор осуществляет прием ТКО от потребителей в месте (площадке) накопления ТКО, определенном договором на оказание услуг по обращению с ТКО, в соответствии со схемой обращения с отходами. Региональный оператор несет ответственность за обращение с твердыми коммунальными отходами с момента погрузки таких отходов в мусоровоз.

В силу подпункта «г» пункта 25 Правил № 1156 условие о месте накопления ТКО в соответствии с территориальной схемой обращения с отходами является существенным условием договора по обращению с ТКО.

Региональный оператор в силу пункта 23 Правил № 1130 имеет возможность влиять на содержание территориальной схемы, то есть несет риски своего бездействия.

Это значит, что если спорное место накопления отходов не включено в территориальную схему, то затраты по обращению с этими ТКО не учтены и в базовой для расчета тарифа НВВ регионального оператора, от собирания которой зависит выполнение им инвестиционных программ (раздел XI Основ ценообразования).

Другими словами, нарушение тарифно-балансовой схемы в результате отказа во взыскании стоимости услуг в пользу регионального оператора в этом случае не происходит, публичные интересы не нарушаются, следовательно, абонентская модель договора на обращение с ТКО в этом случае применяется не должна, а региональный оператор обязан доказывать факт оказания услуг конкретному абоненту на общих основаниях, то есть оплате абонентом подлежат только реально оказанные ему региональным оператором услуги при наличии в материалах дела доказательств, позволяющих суду прийти к такому выводу (пункты 1, 3 статьи 328, пункт 1 статьи 781 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При названных обстоятельствах, когда источник образования отходов и соответствующее место накопления ТКО территориальной схемой не определено, и между региональным оператором и потребителем в порядке, предусмотренном пунктами 8(11) - 8(14) Правил № 1156, не урегулировано условие об ином способе складирования отходов, договор на оказание услуг по обращению с ТКО не может считаться заключенным.

Из указанной позиции в числе прочего следует, что при установлении судами факта размещения истцом на официальном сайте в сети Интернет предложения о заключении договора на оказание услуги по обращению с ТКО и отсутствия заключенного сторонами договора в виде одного подписанного сторонами документа, содержащего все существенные условия, указанные в Правилах № 1156, юридически значимым обстоятельством, принципиально влияющим на возможность констатации факта заключения сторонами договора на оказание услуг по обращению с ТКО на условиях типового договора, вступившего в силу на 16-й рабочий день после размещения предложения о заключении договора в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», и применения к правоотношениям сторон абонентской модели, является включение спорного места накопления ТКО в территориальную схему, которая должна содержать данные о нахождении источников образования отходов и мест накопления отходов на территории субъекта Российской Федерации (с нанесением источников их образования на карту субъекта Российской Федерации) (часть 3 статьи 13.3 Закона № 89-ФЗ, пункты 5, 23 Правил № 1130).

Доказательства производства региональным оператором действий по закреплению ФГКУЗ «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии Российской Федерации» в качестве источника образования отходов за какой-либо контейнерной площадкой и, соответственно, учета образующихся у ответчика ТКО в экономически обоснованных расходах регионального оператора на реализацию производственных и инвестиционных программ, разрабатываемых на основании территориальной схемы в области обращения с ТКО, суду не представлены.

ФГКУЗ «Санаторий «Россия» войск национальной гвардии» согласно Уставу учреждения имеет условное наименование — войсковая часть 7009 Росгвардии и является военно-медицинской организацией непосредственного подчинения директора Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации — главнокомандующего войсками национальной гвардии Российской Федерации.

В соответствии с ведомственными актами Росгвардии к военным организациям Росгвардии предъявляются особые правовые установления в части, обеспечения антитеррористической защищенности и пропускного режима. В разделе 4 государственных контрактов, которыми оказывались услуги по обращению с медицинскими отходами в 2020-2021 годах, которые приобщен к материалам дела, было предусмотрено обязательство исполнителя этих услуг о предоставлении до начала оказания услуг сведений о работниках и транспортных средствах, которые будут использоваться при оказании этих услуг для представления этой информации в территориальное подразделение ФСБ России по войскам национальной гвардии на проверку.

Истцом не были представлены надлежащие доказательства исполнения указанных обязанностей, соответственно, при отсутствии у истца возможности заезда на территорию ответчика, отсутствуют доказательства фактического оказания услуг по обращению с ТКО и их транспортировке с территории санатория.

Учреждение в обоснование своей позиции представило доказательства фактического обращения медицинских отходов класса «А» и «Б», их сбора на территории учреждения и вывоза их на соответствующий накопительный полигон.

Привлеченное к участию в деле ООО «ССП» эти обстоятельства подтвердило в полном объеме, что подтверждено представленными копиями контрактов, актов принятых оказанных услуг по обращению с медицинскими отходами класса «А» и «Б», платежных документов учреждения по оплате данных услуг, актов сверок взаиморасчетов с хозяйствующими субъектами по обращению с медицинскими отходами классов «А» и «Б» в указанные спорные периоды времени.

При таких обстоятельствах на ответчика не может быть возложена обязанность по повторной оплате уже оказанных ему третьими организациями услуг по вывозу медицинских отходов.

Ссылка истца на заключение с ответчиком договоров по оказанию услуг по обращению с ТКО в иные периоды, не может служить основанием для удовлетворения иска, тем более что в 2021 году изменено правовое урегулирование спорного вопроса.

Расходы по уплате госпошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции возлагаются на истца.

В случае исполнения ответчиком постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2022 по настоящему спору, вопрос о повороте исполнения судебного акта может быть разрешен судом в порядке статей 325, 326 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 49, 110, 167-170, 176, 180-182 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

Р Е Ш И Л:

принять уточненные исковые требования.

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальное хозяйство», г. Пятигорск, Ставропольский край отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е. В. Жарина