Решение от 24 декабря 2024 г. по делу № А21-7710/2024

Арбитражный суд Калининградской области

Рокоссовского ул., д. 2-4, г. Калининград, 236040

E-mail: kaliningrad.info@arbitr.ru

http://www.kaliningrad.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е


город Калининград                                                           Дело № А21-7710/2024

« 25 » декабря 2024 года


Резолютивная часть решения оглашена « 17 » декабря 2024 года.

Решение изготовлено в полном объеме « 25 » декабря 2024 года.


Арбитражный суд Калининградской области в составе судьи Любимовой С.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Косковой Е.А.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ТрансАльянс Запад»

к Акционерному обществу «Нижегородский масло-жировой Комбинат»

о взыскании  стоимости утраченных вагонов


при участии в судебном заседании: согласно протоколу

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ТрансАльянс Запад», адрес: 236040, Калининград, площадь Победы, дом 10, офис 609, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с исковым заявлением  о взыскании с акционерного общества «Нижегородский масло-жировой Комбинат», адрес: 603950, Нижний Новгород, шоссе Жиркомбината, дом 11, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Комбинат, ответчик) убытков (реального ущерба) в размере 123 165 000 руб. в виду невозврата 27 вагонов.

Кроме этого, истец просил суд взыскать с ответчика стоимость экспертизы по оценке вагонов в размере 270 000  руб.

В ходе судебного разбирательства между сторонами возник спор в размере стоимости спорных вагонов.

В связи с чем, определением от 22.10.2024 судом назначена оценочная экспертиза по вопросу определения рыночной стоимости 27 железнодорожных вагонов модели 15-1219-1П (цистерна для масел растительных) по состоянию на 26.11.2022.

По результатам проведенной судебной экспертизы, представлено заключение, выполненное экспертом Общества с ограниченной ответственностью «Региональный центр  «Эксперт-Оценка» ФИО1 № 580/10-2024Э (далее – заключение эксперта).

Истец, с учетом проведенной судебной экспертизой и определенной экспертом рыночной стоимости спорных вагонов, было заявлено уточнение исковых требований, в которых просил взыскать стоимость утраченных вагонов в размере 122 850 000 руб., стоимость экспертизы по оценке вагонов в размере 270 000 руб.

В судебном заседании представитель истца требования, с учетом уточнения, поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика, участвующий в судебном заседании путем использования системы веб-конференции, возражал против удовлетворения требований, ссылаясь на невозможность возврата спорных вагонов по обстоятельствам, не зависящим от воли арендатора (обстоятельств непреодолимой силы) при отсутствии его вины, а риск случайной гибели вагонов лежит на собственнике имущества. Кроме этого, Комбинат представил возражения на судебную экспертизы с ходатайство о проведении повторной экспертизы.

Представитель Общества  возражал против проведения повторной экспертизы.

Заслушав представителей сторон по существу спора, исследовав материалы дела в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд установил.

Как следует из материалов дела, 26.05.20020 между Обществом (арендодатель) и Комбинатом (арендатору) заключен договор № 26/05-2020 аренды вагонов-цистерн (далее – договор), во исполнение которого арендодатель передал арендатору во временное владение и пользование вагоны-цистерны, пригодные в техническом и коммерческом отношении; арендатор обязался принять их и своевременно вносить арендную плату.

Арендная плата установлена в размере 1900 руб. за вагон в сутки без учета НДС (пункт 4.1 Договора), а дополнительным соглашением № 6 арендная плата за 73 вагона установлена в размере 1750 руб. в сутки, кроме того, начисляется НДС.

Срок аренды каждого вагона составляет 60 месяцев и начинается в дату подписания акта приема-передачи вагона в аренду (пункт 8.2 Договора).

Стороны не вправе досрочно расторгнуть Договор в одностороннем порядке, исключая следующие случаи: переданный вагон имеет препятствующие пользованию недостатки, которые не были известны арендатору; арендодатель не производит плановый ремонт в течение 90 дней; вагон в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования; арендатор в силу обстоятельств, за которые он не отвечает, не может использовать вагон по назначению в течение 90 дней (пункт 8.5 Договора).

Согласно пункту 2.3 договора, по истечении срока действия договора, а также при досрочном возврате вагонов из аренды, арендатор передает арендодателю вагоны на согласованной сторонами станции передачи, а в отсутствие согласования – на станции Сорочинская, Южно-уральской ж.д., в том же техническом состоянии, в каком они были переданы арендодателем, с учетом естественного нормального износа. Арендодатель за 20 дней до возврата вагонов из аренды сообщает арендатору сведения, необходимые для их возврата.

Возвращаемые арендатором вагоны должны быть очищены, промыты и пропарены (пункт 2.4 договора).

В пункте 5.4 договора определено, что в случае документально подтвержденного повреждения вагона, когда вагон не подлежит восстановлению, либо его утраты после передачи арендатору, за исключением случаев наступления обстоятельств непреодолимой силы согласно разделу 7 договора или случаев нахождения вагона в  плановом или текущем ремонте, а также в пути следования к месту ремонта и с места ремонта до станции погрузки, арендатор выплачивает арендодателю рыночную стоимость аналогичного по году постройки и модели вагона, установленную в заключении независимого оценщика. Оплата осуществляется в течение 10 календарных дней с даты выставления счета с приложением подтверждающих документов. Арендатор не несет установленную настоящим пунктом ответственность за повреждение и/или утрату вагона при отсутствии его вины.

Письмом от 26.10.2022 № 72-385 арендатор направил в адрес арендодателя уведомление об отказе от аренды вагонов в количестве 27 единиц со ссылкой на пункт 8.5 договора (лист дела 58 том 1), с указанием на то, что арендатор в силу обстоятельств за которые арендатор не отвечает, не может использовать вагоны по назначению, в течение 90 дней.

При этом арендатор не возвратил арендодателю эти 27 вагонов по акту приема-передачи в адрес арендодателя: 75183590, 75183798, 75183996, 75187799, 75188391, 75166298, 75166595, 75188490, 75176792, 75164699, 75166090, 75165894, 75189290, 75184390, 75187195, 75187690, 75182592, 75182691, 75176495, 75163790, 75164491, 75164798, 75183897, 75176693, 75175398, 75166793, 75166397.

Общество направило Комбинату письмо № 141 от 29.12.2022 (лист дела 144 том 1) и просило документально подтвердить невозможность использования спорных вагонов, а в случае отсутствия таких доказательств – вернуть вагоны арендодателю в соответствии с пунктами 2.3, 2.4 договора, указав срок их возврата.

Арендатор отказался возвращать спорные вагоны, ссылаясь на сложившуюся геополитическую ситуацию  (начало военных действий на территории Украины с 24.02.2022, национализации спорных вагонов государственными органами Украины) и обстоятельства непреодолимой силы, а также то, что комбинат не является собственником вагонов.

Истцом в адрес ответчика была направлена претензия от 02.02.2024 с требованием об оплате стоимости утраченных вагонов в размере 123 165 000 руб., которая определена по результатам отчета № ЖД_137-11/2023, составленного ООО «Центр Экономического Анализа и Экспертизы» (листы дела 73-143 том 1).

Оставление претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения общества с настоящим исковым заявлением в суд.

Суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Согласно  статье 606  ГК РФ  по договору  аренды  (имущественного найма) арендодатель  (наймодатель)  обязуется  предоставить арендатору (нанимателю)  имущество  за  плату во временное владение и пользование  или  во временное пользование.

В силу статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Возражая против исковых требований, ответчик указывает на невозможность использования вагонов-цистерн с 24.02.2022 вследствие обстоятельств непреодолимой силы в связи с началом специальной военной операции на территории Украины, предоставив в подтверждение доводов: письмо от 21.11.2022 № ИСХ-27331/ГРК ТЦФТО, согласно которому открытое акционерное общество «РЖД» указало, что спорные вагоны в количестве 27 единиц пересекли границу России и Украиной в период с 04.02.2022 по 22.02.2022 и обратно не возвращались, заключение Союза «Торгово-промышленная палата Нижегородской области» 01/23/ФМ от 10.04.2023 (далее – Заключение ТПП Нижегородской области), согласно которому возврат вагонов с территории Украины невозможен ввиду непреодолимой силы, предусмотренной пунктом 7.1 договора.

Таким образом, по мнению арендатора, невозможность возврата спорных вагонов явилось следствием нарушения экономической ситуации ввиду начала специальной военной операции.

Вместе с тем, в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Законодателем установлен повышенный стандарт поведения субъектов предпринимательской деятельности в гражданских правоотношениях, предполагающий необходимость повышенной осмотрительности при приобретении и осуществлении ими гражданских прав, несоблюдение которого предполагает отнесение на субъекта предпринимательской деятельности соответствующих негативных последствий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 08.06.2016 № 308-ЭС14-1400).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), в силу пункта 3 статьи 401 ГК РФ, для признания обстоятельства непреодолимой силой необходимо, чтобы оно носило чрезвычайный и непредотвратимый при данных условиях характер.

Требование чрезвычайности подразумевает исключительность рассматриваемого обстоятельства, наступление которого не является обычным в конкретных условиях. Если иное не предусмотрено законом, обстоятельство признается непредотвратимым, если любой участник гражданского оборота, осуществляющий аналогичную с должником деятельность, не мог бы избежать наступления этого обстоятельства или его последствий, то есть одной из характеристик обстоятельств непреодолимой силы (наряду с чрезвычайностью и непредотвратимостью) является ее относительный характер. Не могут быть признаны непреодолимой силой обстоятельства, наступление которых зависело от воли или действий стороны обязательства, например, отсутствие у должника необходимых денежных средств, нарушение обязательств его контрагентами, неправомерные действия его представителей.

Юридическая квалификация обстоятельства как непреодолимой силы возможна только при одновременном наличии совокупности ее существенных характеристик: чрезвычайности и непредотвратимости.

Под чрезвычайностью понимается исключительность, выход за пределы «нормального», обыденного, необычайность для тех или иных жизненных условий, что не относится к жизненному риску и не может быть учтено ни при каких обстоятельствах. Чрезвычайный характер непреодолимой силы не допускает квалификации в качестве таковой любого жизненного факта, ее отличие от случая в том, что она имеет в основе объективную, а не субъективную непредотвратимость (постановление Президиума ВАС РФ от 21.06.2012 № 3352/12).

В пункте 9 постановления № 7 разъяснено, что наступление обстоятельств непреодолимой силы само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Кредитор не лишен права отказаться от договора, если вследствие просрочки, объективно возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причиненные просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401, пункт 2 статьи 405 ГК РФ).

Если обстоятельства непреодолимой силы носят временный характер, то сторона может быть освобождена от ответственности на разумный период, когда обстоятельства непреодолимой силы препятствуют исполнению обязательств стороны.

Таким образом, если иное не установлено законами, для освобождения от ответственности за неисполнение своих обязательств сторона должна доказать:

а) наличие и продолжительность обстоятельств непреодолимой силы;

б) наличие причинно-следственной связи между возникшими обстоятельствами непреодолимой силы и невозможностью либо задержкой исполнения обязательств;

в) непричастность стороны к созданию обстоятельств непреодолимой силы;

г) добросовестное принятие стороной разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных рисков.

При рассмотрении вопроса об освобождении от ответственности вследствие обстоятельств непреодолимой силы могут приниматься во внимание соответствующие документы (заключения, свидетельства), подтверждающие наличие обстоятельств непреодолимой силы, выданные уполномоченными на то органами или организациями.

Вместе с тем, ответчик не представил доказательств наличия обстоятельств невозможности надлежащего исполнения своих обязательств по договору, исключающие наступление ответственности вследствие непреодолимой силы.

Вопреки доводам комбината, начало специальной военной операции, позиционирующееся им в качестве непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 ГК РФ), само по себе не может являться обстоятельством, автоматически исключающим вину ответчика в ненадлежащем исполнении обязательств. Ответчик не представил доказательств того, что ненадлежащее исполнение условий договора имело место именно вследствие указанных им обстоятельств.

Ответчик, ссылаясь на обстоятельства непреодолимой силы сослался на выводы, сделанные в заключении ТПП Нижегородской области по заявлению Комбината.

Заключение торгово-промышленной палаты о наличии обстоятельств непреодолимой силы (форс-мажора) является по своей правовой природе заключениями независимой специализированной экспертной организации, которые подлежат оценке наравне с другими доказательствами.

Само по себе вышеуказанное заключение в отсутствие иных доказательств (в том числе, подтверждающих обстоятельства, указанные в самом заключении – запрет на курсирование вагонов с 24.02.2024 по требованию Железнодорожных администраций через границу РФ и Украины, а также изъятия в Украине объектов права собственности Российской Федерации и ее резидентов) не является достаточным и безусловным доказательством, подтверждающим факт невозможности исполнения ответчиком обязательств по договору по независящим от него обстоятельствам. При этом выводы, сделанные в  заключении документально не подтверждены.

В рассматриваемом случае важное значение имеет оценка поведения стороны в определенных сложившихся условиях и добросовестное принятие ею разумно ожидаемых мер для предотвращения (минимизации) возможных негативных последствий.

Стороны договора, как профессиональные участники правоотношений в сфере перевозок, пользования вагонами и железнодорожной инфраструктурой могли опираться лишь на существовавший обычный порядок, при котором вводится запрет курсирования вагонов.

В рассматриваемой ситуации, стороны, заключая договор аренды вагонов, исходили из условий обычной хозяйственной деятельности, при которой запрет курсирования  (п. 4.6.3 договора) вагонов связан с ненадлежащим техническим состоянием конкретных вагонов, железнодорожных путей или инфраструктуры.

Доводы ответчика о том, что с начала специальной военной операции (24.02.2022) вагоны не использовались, ввиду их утраты на территории Украины, при этом ссылаясь на то, что договор аренды был заключен  значительно позже 2014 года, а сами условия указанного договора не содержат запрета в отношении возможности направления вагонов на территорию Украины, не принимаются судом во внимание.

В рассматриваемой ситуации то обстоятельство, что договор был заключен значительно позже 2014 года, с которого на части территории Украины происходя боевые действия, не является определяющим.

Статьей 2 ГК РФ определено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Действительно сам факт возникновения военных действий с 2014 года  на приграничных территориях России и Украины  не является запретом для российских субъектов предпринимательской деятельности на заключение договоров, в том числе аренды вагонов и направления их на территорию Украины.

Комбинат, заключая договор, должно было проявить необходимую степень заботливости и осмотрительности, которая присуща стороне гражданского оборота, оценить все возможные риски.

Арендатор осознанно направил вагоны  на территорию, расположенную близко к зоне конфликта, тем самым заложил риски по использованию вагонов на данной территории, получая  выгоду от таких коммерческих перевозок.

С момента начала специальной военной операции арендатор мог предусмотреть наступление обстоятельств, препятствующих исполнению договора.

Арендатором не была проявлена разумная осмотрительность и осторожность при использовании вагонов.

Возможность использования имущества и отсутствие вагонов на территории РФ – это обстоятельство, за которое прямо отвечает арендатор, во владении и управлении которого находятся вагоны, и который не принял разумных мер для предотвращения невозможности исполнять свои обязательства по Договору.

При этом арендатором в материалы дела не представлены доказательства, указывающие на минимизацию ответчиком рисков предпринимательской деятельности, принятие мер по организации работы с перевозчиком по возврату вагонов на территорию РФ, принятие мер по самостоятельному возврату вагонов на территорию РФ.

Между тем, анализ судебной практики показывает, что при активной позиции владельцев и пользователей вагонов во взаимодействии с ОАО «РЖД» и после 24.02.2022 указанные лица возвращали их с территории Украины (например, дело № А40-182082/2022).

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что, направляя спорные вагоны на территорию Украины начиная с 04.02.2022 по 22.02.2022, учитывая условия договора аренды, сведения средств массовой информации, арендатор понимал существующие риски использования вагонов на указанной территории и принял эти риски на свою ответственность.

При этом судом отклоняются как несостоятельные доводы ответчика со ссылкой на не распределение сторонами рисков утраты (гибели) арендованного имущества, ввиду наличия в договоре пунктов 5.3 и 5.4.

Аналогичные выводы были сделаны и в Постановлении Арбитражного суда Северо-Западного округа от 02.04.2024 по делу № А21-4006/2023.

Таким образом, комбинат не представил доказательств наличия обстоятельств непреодолимой силы, а также оснований для его освобождения ответчика от ответственности.

В связи с чем, требование общества об обязании комбината возместить стоимость утраченных вагонов обоснованно.

С учетом положений статьи 5.4 договора и заключения эксперта рыночная стоимость 27 железнодорожных вагонов модели 15-1219-1П (цистерна для масел растительных) по состоянию на 26.11.2022 составила 122 850 000 руб.

Комбинат возражал относительно  выводов, изложенных экспертом в заключении и заявил о назначении повторной экспертизы, ссылался на логические несоответствия в заключении экспертизы, выраженные, по мнению ответчика, в том, что новые вагоны на дату оценки стоят дешевле, чем бывшие в употреблении. При этом, как полагает ответчик, неполноценность расчетов связана как с используемыми экспертом неточными базовыми значениями (не учет балансовой стоимости на более близкую дату; использование не относимого коммерческого предложения), так и с критическими методологическим ошибками, не позволяющими принять такое заключение в качестве доказательства по делу. Кроме этого, комбинат ссылался на методологические ошибки в заключении эксперта и на неправомерный отказ эксперта от проведения оценки по сравнительному методу.

С целью опровержения выводов судебной экспертизы, проведенной по данному делу и в обоснование своих доводов ответчик, представил экспертное заключение № 02/24э, составленное ООО «Самарское агентство консалтинга и оценки» (далее – заключение № 02/24э).

Суд, отклоняя возражения комбината на судебную экспертизу и ходатайство о назначении повторной экспертизы, отмечает следующее.

В исследовательской части экспертом подробно описан ход исследования, а также дано обоснование использования выбранных им методов оценки и почему эксперт принял решение об отказе от применения сравнительного подхода для определения стоимости объектов экспертизы.

Анализируя рынок грузового железнодорожного транспорта, а именно вагонов цистерн для перевозки растительных масел – эксперт пришел к выводу, что на рынке отсутствуют предложения по продаже данной модели вагонов цистерн (модели 15-1219-1П) бывших в эксплуатации, на рынке в открытом доступе также отсутствуют предложения по продаже новых моделей аналогичных вагонов, а единственный производитель – поставщик указанной модели вагона не публикует цены на модель в открытом доступе. В связи с чем, эксперт учел возможный вариант определения стоимости вагонов цистерн модели 15-1219-1П по данным материалов дела, а именно данным по первоначальной балансовой стоимости на 2020 год и коммерческому предложению поставщика на 2024 год с корректировкой на дату проведения экспертизы.

Аналог объекта, представленный ответчиком не корректен, поскольку представляет собой вагон цистерну для нефтепродуктов 15-1219, спорные же вагоны предназначены для перевозки растительных масел.

При этом, как верно указал истец, данный аналог не является достоверным, не может быть использован для определения рыночной стоимости объекта экспертизы, так как размещен на сайте – иностранный веб-сервис для хостинга IT-проектов и их совместной разработки, а не торговая площадка по продаже железнодорожного транспорта. На скриншоте видно, что это не объявление о продаже вагона, а просто тема для обсуждения в виде чат-сообщений с комментариями. При этом в данной теме не отражена подробная информация о точном годе выпуска вагона, состоянии и местонахождении, также цена указана в долларах. Кроме этого, в тексте информации указано, что это предложение по продаже только в лизинг, что является не типичными данными по рыночной цене и не может быть взято в расчет для определения стоимости объекта экспертизы по настоящему делу.

Изучив заключение № 02/24э,  суд пришел к выводу, что это заключение не опровергает выводы, сделанные в рамках судебной экспертизы.

Суд, проанализировав заключение эксперта с точки зрения соответствия процессуальным критериям, пришел к выводу о том, что указанное заключение эксперта, является полным, обоснованным и достоверным, экспертиза проведена лицом, имеющим право на осуществление такой деятельности, экспертом соблюден порядок проведения экспертизы; по форме и содержанию заключение соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ.

Выбор способов и методов исследования входит в компетенцию эксперта. Несогласие ответчика с примененными экспертом методами, само по себе не свидетельствует о неполноте исследования. Исследовательская часть экспертного заключения является полной и мотивированной. Неясности в заключении не установлено.

При подготовке экспертного заключения были использованы все необходимые данные, проанализированы представленные судом материалы дела, проведена обработка и анализ результатов исследования; ответ на поставленный вопрос изложен четко и однозначно. Экспертное заключение является ясным и полным, отвечает на поставленные судом вопросы. Каких-либо противоречий, существенных недостатков в заключении эксперта не содержится. Заключение эксперта, с учетом его пояснений, соответствует требованиям, предъявленным статьями 85, 86 АПК РФ.

Ходатайства о вызове экспертов в судебное заседание для дачи пояснений по составленному заключению, стороны не заявляли.

В соответствии со статьей 87 АПК РФ повторная экспертиза назначается

в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Вопрос о необходимости проведения экспертизы, согласно статьям 82 и 87 АПК РФ, относится к компетенции суда, разрешающего дело по существу, удовлетворение ходатайства о проведении повторной экспертизы является правом, а не обязанностью суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия для правильного разрешения спора.

В рассматриваемом случае суд не находит оснований, предусмотренных в статье 87 АПК РФ для проведения повторной экспертизы.

Указанные в ходатайстве о назначении повторной экспертизы доводы по своей сути выражают несогласие ответчика с выводами эксперта, но не свидетельствуют о необоснованности заключения эксперта или наличии противоречий в выводах эксперта, что само по себе не влечет необходимости в проведении повторной экспертизы.

При этом иная рыночная оценка спорных объектов, содержащаяся в отчетах, составленных другими оценщиками вне рамок рассматриваемого дела, сама по себе не свидетельствует о недостоверности величины рыночной стоимости спорных объектов, определенной по результатам проведенной судебной экспертизы.

В связи с чем, в удовлетворении ходатайства о проведении повторной экспертизы следует отказать.

На основании изложенного, суд приходит к выводу к выводу о том, что заключение эксперта, представленное в рамках проведенной судебной экспертизы, вопреки доводам ответчика, наиболее полно отражает реальную стоимость объектов оценки, поэтому суд приходит к выводу о том, что рыночная стоимость спорных вагонов составляет 122 850 000 руб., а требования истца в части взыскания их стоимости подлежащими удовлетворению.

Кроме этого, истец просил суд взыскать с ответчика расходы на оплату стоимости экспертизы по оценке вагонов в размере 270 000 руб. 

Факт проведения экспертизы и ее оплаты подтвержден материалами дела.

Суд приходит к выводу, что расходы истца на проведение оценки вагонов находятся в причинной связи с действиями ответчика, так как понесены истцом для защиты нарушенного права, Общество, в целях урегулирования спорного вопроса и, в силу пункта 5.4 договора был вынужден обратиться к независимому оценщику. 

В связи с чем, требование в части взыскания стоимости экспертизы по оценке вагонов подлежит удовлетворению.

Кроме этого, в силу статьи 110 АПК РФ расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р   Е   Ш   И   Л:

Взыскать с Акционерного общества «Нижегородский масло-жировой Комбинат» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «ТрансАльянс Запад» стоимость утраченных вагонов в размере 122 850 000 руб., стоимость экспертизы по оценке вагонов в размере 270 000  руб. и расходы по уплате госпошлины в размере 200 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья                                                                 С.Ю. Любимова