Решение от 22 сентября 2022 г. по делу № А40-129533/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-129533/22-122-906
22 сентября 2022 года
г. Москва



Резолютивная часть решения объявлена 15 сентября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 22 сентября 2022 года


Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «ГикБреинс»

к УФАС по г. Москве

третье лицо: ООО «Дестра Лигал Тех»

о признании недействительным решения №ИГ/16793/22 от 28.03.2022г.

при участии:

от заявителя – ФИО2 (паспорт, диплом, дов. от 20.12.2021г.)

от ответчика – ФИО3 (уд., диплом, дов. от 24.05.2022г.)

от третьего лица – не явился, извещен

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ГикБреинс» (Заявитель, ООО «ГикБреинс», общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения Московского УФАС России от 28.03.2022 (исх. № ИГ/16793/22) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации и законодательства Российской Федерации о рекламе.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «Дестра Лигал Тех» (Третье лицо, общество «Дестра Лигал Тех»).

В судебном заседании представитель Заявителя поддержал заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, указанным в заявлении, отметив, что оспариваемый акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в связи с необоснованным отказом контрольным органом в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства и законодательства Российской Федерации о рекламе, несмотря на достаточную совокупность доказательств, позволяющих контрольному органу совершить испрашиваемые действия. Кроме того, в судебном заседании представитель Заявителя также критиковал вывод административного органа об отсутствии конкурентных отношений между ним и Третьим лицом, поскольку в контексте сложившейся судебной практики актом недобросовестной конкуренции могут быть признаны действия любого лица, оказывающие влияние на общее состояние на конкурентном рынке и направленные на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности. При указанных обстоятельствах, ссылаясь на собственную дискредитацию и снижение привлекательности своих услуг за счет распространенной Третьим лицом информации, направленной на явное получение преимуществ в предпринимательской деятельности, Заявитель настаивает на характере спорных действий Третьего лица как акта недобросовестной конкуренции, что было безосновательно и немотивированно проигнорировано антимонопольным органом. Кроме того, в судебном заседании представитель Заявителя также обратил внимание и на то обстоятельство, что распространенная Третьим лицом информация отвечает всем признакам рекламной, а приведенные в ней утверждения и обозначенные обстоятельства не доказаны Третьим лицом, ввиду чего должны расцениваться как недостоверные. Между тем, по утверждению Заявителя, указанные обстоятельства контрольным органом в настоящем случае были проигнорированы, что лишило общество возможности защитить свои права и законные интересы в административном порядке. При таких данных представитель Заявителя в судебном заседании настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении с возложением на административный орган обязанности по возобновлению рассмотрения поданной Заявителем жалобы.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признал по мотивам, изложенным в представленном отзыве, пояснив, что поступление в контрольный орган заявления о распространении ненадлежащей информации в сети «Интернет» не является безусловным основанием к возбуждению контрольным органом дела о нарушении законодательства о рекламе. Приведенные Заявителем доводы о рекламном характере спорной информации представитель Ответчика отклонил по мотиву их несоответствия действительности, а доводы о нарушении спорными действиями Третьего лица требований действующего антимонопольного законодательства — как основанные на неправильном толковании норм материального права, поскольку отсутствие между Заявителем и Третьим лицом конкурентных отношений исключает выводы административного органа об антиконкурентном характере оспоренных действий, а их влияние на общее состояние конкуренции на товарном рынке Заявителем в настоящем случае не доказано. На основании изложенного, представитель Ответчика в судебном заседании настаивал на законности оспоренного по делу ненормативного правового акта и, как следствие, просил суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представитель Третьего лица, будучи надлежащим образом извещенным о дате, времени и месте рассмотрения настоящего спора, в судебное заседание не явился, ввиду чего дело рассмотрено на основании ст.ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствие надлежащим образом извещенного Третьего лица.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования необоснованны и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в ноябре 2021 года в сети «Интернет» в сервисе Youtube в видеоролике на youtube-канале «NN» распространялась реклама юридических услуг компании DestraLegal под названием «Skillbox и GeekBrains — продажа воздуха или годное образование?», «Суд с GeekBrains», с использованием обозначения, сходного с товарными знаками, принадлежащими Заявителю по свидетельствам №№ 593264, 626633, путем их размещения в ключевых словах для показа видеоролика.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения Заявителя с жалобой с жалобой в Московское УФАС России (вх. № 114084-ЭП/21 от 27.12.2021, № 16041-ЭП/22 от 02.03.2022).

В соответствии с ч. 8 ст. 44 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции) по результатам рассмотрения заявления, материалов антимонопольный орган принимает одно из следующих решений: о возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства; о выдаче предупреждения в соответствии со ст. 39.1 закона.

В этой связи, на основании приведенной нормы права антимонопольный орган письмом от 28.03.2022 (исх. № ИГ/16793/22) отказал Заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в связи с отсутствием в действиях Третьего лица признаков нарушения как антимонопольного законодательства, так и законодательства Российской Федерации о рекламе.

Не согласившись со сделанными административным органом выводами, полагая правовые основания у последнего для отказа в возбуждении дела отсутствующими, представленных в материалы дела доказательств заведомой незаконности действий Третьего лица - достаточными для реагирования со стороны контрольного органа, само дело о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации — подлежащим возбуждению на основании самого по себе факта обращения Заявителя в контрольный орган, общество обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании действий антимонопольного органа по направлению соответствующего ответа незаконными с возложением на административный орган обязанности по возобновлению рассмотрения поступившего заявления.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего заявление и совершившего оспариваемые действия, определены ст.ст. 23, 39.1 Закона о защите конкуренции, п. 6.1.1 Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы, утвержденного приказом ФАС России от 23.07.2015 № 649/15.

Таким образом, оспариваемые действия совершены антимонопольным органом в пределах предоставленной законом компетенции.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд соглашается с позицией Ответчика, при этом исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, общество обратилось в антимонопольный орган с заявлением о факте распространения Третьим лицом в сети «Интернет» в сервисе Youtube в видеоролике на youtube-канале «NN» рекламы собственных юридических услуг с использованием обозначений, сходных с принадлежащими Заявителю товарными знаками, в негативном для общества ключе с дискредитацией его деятельности, что, по утверждению последнего, создает необоснованные конкурентные преимущества Третьему лицу при осуществлении им своей предпринимательской деятельности и способно привести к ущемлению прав и законных интересов общества ввиду оттока у него клиентов в связи с негативной окраской его деятельности в спорных видеороликах.

Письмом от 28.03.2022 (исх. № ИГ/16793/22) антимонопольный орган отказал Заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации, мотивировав свои действия отсутствием достаточных оснований для вывода о нарушении Третьим лицом именно антимонопольных запретов, поскольку Заявитель и Третье лицо не осуществляют свою деятельность на одном товарном рынке, а потому действия ООО «Дестра Лигал Тех» не могут оказывать влияние на общее состояние конкуренции на рынке образовательных услуг (на котором осуществляет свою деятельность Заявитель), ввиду чего в принципе не могут рассматриваться как направленные на получение конкурентных преимуществ за счет своего недобросовестного поведения.

Ссылаясь на незаконность оспариваемых действий, Заявитель настаивает на отсутствии у контрольного органа правовых оснований к отказу в возбуждении дела с приведенной последним мотивировкой таких действий, поскольку, как настаивает в настоящем случае общество, несмотря на отсутствие между ним и Третьим лицом конкурентных отношений действия последнего дискредитируют деятельность общества и могут быть расценены в качестве акта недобросовестной конкуренции, подлежащего пресечению со стороны административного органа.

Вместе с тем, Заявителем, по мнению суда, не учтено следующее.

Согласно п. 2 ч. 9 ст. 44 Закона о защите конкуренции антимонопольный орган принимает решение об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства в случае, если признаки нарушения антимонопольного законодательства отсутствуют.

В соответствии с п. 9 ст. 4 закона, недобросовестной конкуренцией являются любые действия хозяйствующих субъектов (группы лиц), которые направлены на получение преимуществ при осуществлении предпринимательской деятельности, противоречат законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости и причинили или могут причинить убытки другим хозяйствующим субъектам - конкурентам либо нанесли или могут нанести вред их деловой репутации.

При этом, для признания оспариваемых действий лица, в отношении которого подано заявление о нарушении антимонопольного законодательства, актом недобросовестной конкуренции, необходимо надлежащее установление факта наличия законодательно закрепленных признаков недобросовестной конкуренции.

Таким образом, указанные действия должны: совершаться хозяйствующим субъектом-конкурентом; быть направленными на получение преимуществ в предпринимательской деятельности; противоречить законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, разумности и справедливости; причинить или быть способными причинить убытки другим хозяйствующим субъектам-конкурентам, либо быть способными нанести вред их деловой репутации.

Кроме того, в силу п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» при рассмотрении спора о нарушении запрета недобросовестной конкуренции должны быть установлены в совокупности: факт осуществления хозяйствующим субъектом действий, способных оказать влияние на состояние конкуренции; отличие избранного хозяйствующим субъектом способа конкуренции на рынке от поведения, которое в подобной ситуации ожидалось бы от любого субъекта, преследующего свой имущественный интерес, но не выходящего за пределы осуществления гражданских прав и честной деловой практики; направленность поведения хозяйствующего субъекта на получение преимущества, в частности имущественной выгоды или возможности ее извлечения, при осуществлении экономической деятельности за счет иных участников рынка, в том числе посредством оказания влияния на выбор покупателей (потребителей), на возможность иных хозяйствующих субъектов, конкурирующих добросовестно, извлекать преимущество из предложения товаров на рынке, на причинение вреда хозяйствующим субъектам-конкурентам иными подобными способами (например, в результате использования (умаления) чужой деловой репутации).

Отсутствие доказательств хотя бы одного из указанных обстоятельств исключает возможность признания действий лица, в отношении которого подано заявление, актом недобросовестной конкуренции.

В соответствии с ч. 1 ст. 44 Закона о защите конкуренции, заявление подается в письменной форме в антимонопольный орган и должно содержать следующие сведения: сведения о заявителе (фамилия, имя, отчество и адрес места жительства для физического лица; наименование и место нахождения для юридического лица); имеющиеся у заявителя сведения о лице, в отношении которого подано заявление; описание нарушения антимонопольного законодательства; существо требований, с которыми заявитель обращается; перечень прилагаемых документов.

В соответствии с ч. 2 ст. 44 Закона о защите конкуренции, к заявлению прилагаются документы, свидетельствующие о признаках нарушения антимонопольного законодательства. В случае невозможности представления документов указывается причина невозможности их представления, а также предполагаемые лицо или орган, у которых документы могут быть получены.

В соответствии со ст.ст. 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита нарушенных гражданских прав осуществляется в судебном порядке, а также в предусмотренных законом случаях в административном порядке.

Таким образом, закон предоставляет лицу возможность выбора процедуры защиты нарушенных прав.

Согласно п. 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» право выбора судебного или административного порядка защиты своего нарушенного или оспариваемого права принадлежит субъекту спорных правоотношений.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела, Заявителем был избран административный способ защиты нарушенного права в порядке гл. 9 Закона о защите конкуренции, с отнесением на себя в этой связи и всех обязанностей по доказыванию своей правовой позиции и сбору соответствующих доказательств в поддержку указанной позиции.

В то же время, как обоснованно указано в оспариваемом решении административного органа и не опровергнуто Заявителем, последним в антимонопольный орган не представлены документы, свидетельствующие о наличии всех ранее перечисленных обстоятельств, позволяющих квалифицировать действия Третьего лица в качестве акта недобросовестной конкуренции, а именно документы, подтверждающие фактическое осуществление обществом «Дестра Лигал Тех», владельцем youtube-канала «NN» и Заявителем конкурентной деятельности на одном товарном и географическом рынке, поскольку виды предпринимательской деятельности у указанных лиц разнятся. В свою очередь, антимонопольный орган, будучи контрольным в сфере соблюдения требований действующего антимонопольного законодательства, вправе определять факт использования обозначения, сходного до степени смешения со средством индивидуализации, распространения дискредитирующих сведений только в случае совершения такого действия в рамках конкурентных отношений на одном товарном рынке между хозяйствующими субъектами-конкурентами, а также надлежащего подтверждения факта использования такого обозначения, распространения сведений конкурентом, наличия иных указанных обязательных признаков недобросовестной конкуренции.

Приведенные Заявителем доводы о возможности квалификации спорных действий Третьего лица в качестве акта недобросовестной конкуренции вне зависимости от наличия между обществами конкурентных отношений, обоснованные ссылками на судебную практику, отклоняются судом, поскольку приведенные Заявителем судебные акты основаны на иных конкретных фактических обстоятельствах спора и не имеют в настоящем случае для суда ни общеобязательного (ст. 16 АПК РФ), ни преюдициального (ст. 69 АПК РФ), ни практикообразующего значения.

Кроме того, формулируя вывод об отказе в удовлетворении заявленного требования, суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что каких-либо доказательств влияния действий Третьего лица на общее состояние конкуренции на рынке образовательных услуг Заявителем в настоящем случае также не представлено, что, в свою очередь, также свидетельствует в пользу вывода антимонопольного органа об отсутствии в настоящем случае правовых и фактических оснований к возбуждению дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах суд признает выводы контрольного органа, изложенные в оспариваемом решении в рассматриваемой части, правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам, а доводы Заявителя об обратном — безосновательными, немотивированными, основанными на неправильном толковании норм материального права и направленными исключительно на изыскание любых возможных способов добиться возбуждения в отношении Третьего лица дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации, что, однако же, основанием к удовлетворению заявленного требования не является (ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ).

Также, в обоснование заявленного требования общество ссылается на рекламный характер спорной информации, ее дискредитирующий и недостоверный характер, а потому настаивает на необоснованности отказа административного органа в возбуждении дела о нарушении законодательства Российской Федерации о рекламе.

Между тем, при оценке приведенных Заявителем в указанной части доводов суд обращает внимание на следующие обстоятельства.

В силу п. 1 ст. 3 Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» (далее — Закон о рекламе) рекламой является информация, распространенная любым способом, в любой форме и с использованием любых средств, адресованная неопределенному кругу лиц и направленная на привлечение внимания к объекту рекламирования, формирование или поддержание интереса к нему и его продвижение на рынке.

В соответствии с п. 2 вышеуказанной статьи закона объект рекламирования - товар, средства индивидуализации юридического лица и (или) товара, изготовитель или продавец товара, результаты интеллектуальной деятельности либо мероприятие (в том числе спортивное соревнование, концерт, конкурс, фестиваль, основанные на риске игры, пари), на привлечение внимания к которым направлена реклама.

В то же время, в силу п. 3 ч. 2 ст. 2 закона его действие не распространяется на справочно-информационные и аналитические материалы, обзоры внутреннего и внешнего рынков, результаты научных исследований и испытаний, не имеющие в качестве основной цели продвижение товара на рынке и не являющиеся социальной рекламой.

Между тем, как правильно указал в оспариваемом решении административный орган, не являются рекламой видеоролики, размещенные в специальных разделах специализированных сайтов, предоставляющих услуги видеохостинга (созданные для обеспечения возможности загружать и просматривать видео в браузере), в том числе http://www.youtube.ru.

Таким образом, поскольку размещение информации на указанных ресурсах не преследует целей рекламы (привлечение внимания к конкретному товару, формирование или поддержание интереса к нему, его продвижение на рынке), спорный видеоролик рекламой по смыслу п. 1 ст. 3, ч. 2 ст. 2 Закона о рекламе не является, в связи с чем требования действующего Закона о рекламе на него не распространяются.

При этом, административным органом в настоящем случае установлено, что в составе спорного видеоролика имеются отдельные фрагменты (рекламные интеграции), в которых сообщается рекламная информация в отношении деятельности Третьего лица.

Таким образом, в рассматриваемом случае действия лица, разместившего обжалуемую рекламу, могли содержать признаки нарушения только Закона о рекламе, однако, как явствует из материалов дела и не опровергнуто обществом, Третьим лицом представлены исчерпывающие доказательства достоверности приведенных в рассматриваемой рекламе утверждений, ввиду чего каких-либо оснований считать спорную рекламу ненадлежащей у антимонопольного органа не имелось.

При таких данных, суд соглашается с выводом административного органа об отсутствии у рассматриваемой информации характера рекламной, что, в свою очередь, исключает возможность возбуждения контрольным органом дела о нарушении законодательства Российской Федерации о рекламе.

Безусловных и убедительных доказательств обратного Заявителем в настоящем случае не представлено, ввиду чего суд соглашается с выводами заинтересованного лица об отсутствии в настоящем случае в действиях Третьего лица признаков нарушения действующего законодательства Российской Федерации о рекламе и, как следствие, отсутствии у контрольного органа каких-либо оснований к возбуждению в отношении общества «Дестра Лигал Тех» дела о нарушении требований Закона о рекламе.

При таких данных, административный орган обоснованно отказал Заявителю в возбуждении дела о нарушении законодательства Российской Федерации о рекламе, а приведенные обществом доводы об обратном отклоняются судом как не соответствующие действительности.

На основании изложенного, суд признает оспариваемое решение административного органа правомерным, обоснованным и соответствующим фактическим обстоятельствам дела.

Кроме того, отказывая в удовлетворении заявленного требования, контрольный орган также обращает внимание и на то обстоятельство, что Заявителем, вопреки ч. 1 ст. 65 АПК РФ, не доказано, каким именно нормативным актам не соответствует оспариваемое решение и какие права и законные интересы ООО «ГикБреинс» нарушены этим актом, поскольку оспариваемое решение не создает Заявителю никаких препятствий в осуществлении им своей деятельности и не возлагает на него никаких обязанностей.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта, отсутствует, оспариваемый акт является законным, обоснованным, принят в полном соответствии с требованиями антимонопольного законодательства и законодательства Российской Федерации о рекламе и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст.ст. 29, 64-68, 75, 110, 167-170, 198-201 АПК, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья Н.Е. Девицкая