Постановление от 28 октября 2024 г. по делу № А40-79905/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

28.10.2024Дело № А40-79905/22

Резолютивная часть постановления оглашена 17 октября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 28 октября 2024 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зверевой Е.А., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании:

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО1 по доверенности от 29.06.2022;

от Калужского газового и энергетического акционерного банка «Газэнергобанк» (акционерное общество) принял участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) – ФИО2 по доверенности от 23.05.2024;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

Калужского газового и энергетического акционерного банка «Газэнергобанк» (акционерное общество)

на определение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2024,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024

об отказе в признании недействительной сделки по списанию публичным акционерным обществом «Сбербанк России» со счета должника денежных средств в размере 45 684 150,09 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Урал»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 08.12.2022 общество с ограниченной ответственностью «Урал» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление кредитора - Калужского газового и энергетического акционерного банка «Газэнергобанк» (акционерное общество) (далее – банка «Газэнергобанк») о признании недействительной сделки по списанию публичным акционерным обществом «Сбербанк России» (далее – банком «Сбербанк») со счета должника денежных средств в размере 45 684 150,09 руб., в удовлетворении которого определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024, было отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, банк «Газэнергобанк» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требования.

В судебном заседании представитель банка «Газэнергобанк» доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель банка «Сбербанк» просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, банк «Газэнергобанк» указывал, что оспариваемые им платежи являются недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также статьей 10 ГК РФ, что мотивировал осведомленностью банка «Сбербанк» о наличии у должника, как своего клиента, признаков недостаточности имущества, а также тем что должник, наряду с другими обществами, входит в группу компаний «Дочки-сыночки», а между ними и банком «Сбербанк» были заключены кредитные договоры, которые обеспечивались совместным поручительством заемщиков друг перед другом.

При указанных обстоятельствах, поскольку начиная с 10.01.2022 должник перестал исполняться свои обязательства перед банком «Сбербанк», 14.06.2022 банком «Сбербанк» со счета должника были принудительно списаны денежные средства в размере 45 684 150,09 руб.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по указанным основаниям необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом заключена спорная сделка и имело ли место неравноценность встречного исполнения.

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в абзаце 4 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановления от 23.12.2010 № 63), при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судам надлежит исходить из следующего: если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств, суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 постановления от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из пункта 12 постановления от 23.12.2010 № 63, обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку.

В настоящем случае, судами установлено, что между кредиторами обществ, входящих в группу компаний «Дочки-сыночки» было заключено соглашение от 20.05.2022 № 43601-05-22-19, по условиям которого имущество группы компаний (товары в обороте) было передано кредиторам, а 80 % от суммы, вырученной от реализации предмета залога, оставшиеся после вычета операционных расходов, возникших у должников в период реализации предмета залога, подлежит распределению между кредиторами пропорционально размеру их требований.

В рамках исполнения данного соглашения должники в результате реализации предмета залога перечислили банку «Сбербанк» 979 992 960,20 руб., которые последний, исходя из условий соглашения, распределил между кредиторами, перечислив им 80 % полученных денежных средств пропорционально размеру их требований, а 20 % банк вернул в конкурсные массы должников, в том числе 44 000 065,07 руб. в конкурсную массу должника по настоящему делу.

После того как банком «Сбербанк» от должника 14.06.2022 было получено 45 684 150,99 руб., банк осуществил распределение указанных денежных средств в соответствии с соглашением между остальными кредиторами.

Так в пользу публичного акционерного общества «Промсвязьбанк» было перечислено 13 353 369,35 руб., в пользу общества с ограниченной ответственностью «Инбанк» - 3980 788,18 руб., в пользу Морской банк (акционерное общество) – 486 571,69 руб., в пользу банка «Сбербанк» (публичное акционерное общества), соответственно, 18 728 728,31 руб.

Денежные средства в размере 9 136 830,02 руб. были возвращены должнику.

При таких обстоятельствах, констатировали суды, вопреки доводам банка «Газэнергобанк» об обратном, банк «Сбербанк» от должника фактически получил 18 728 728,31 руб., вместо оспариваемых 45 684 150,09 руб.

Между тем, при оспаривании сделок на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, необходимо учитывать особый порядок удовлетворения требований залоговых кредиторов в деле о банкротстве и устанавливать, привела ли оспариваемая сделка к нарушению очередности удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 334 ГК РФ, требования кредитора в части, обеспеченной залогом, погашаются в приоритетном порядке перед остальными кредиторами, за изъятиями, установленными законом.

Такие изъятия предусмотрены законодательством о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 138 Закона о банкротстве, в случае, если залогом имущества должника обеспечиваются требования конкурсного кредитора по кредитному договору, из средств, вырученных от реализации предмета залога, восемьдесят процентов направляется на погашение требований конкурсного кредитора по кредитному договору, обеспеченному залогом имущества должника, но не более чем основная сумма задолженности по обеспеченному залогом обязательству и причитающихся процентов.

В соответствии с пунктами 15 и 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее – постановления от 23.07.2009 № 58), требования залогового кредитора в части, обеспеченной залогом, погашаются в приоритетном порядке перед остальными требованиями третьей очереди.

В настоящем случае, судами установлено, что в качестве обеспечения исполнения кредитных обязательств должника, между последним (залогодателем) и банком «Сбербанк» (залогодержателем) был заключен договор последующего залога от 16.11.2020 № 3/3-7933, в соответствии с которым, должник передал в залог банку имущество (детские товары в обороте) залоговой стоимостью 293 383 698,05 руб.

Оставшаяся непогашенной сумма долга должника перед банком была включена в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченная залогом.

В пункте 29.3 постановления от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) – необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца 5 пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности: а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве; б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Между тем, вопреки доводам кассатора об обратном, в рассматриваемом случае указанные условия не соблюдены.

Общая стоимость имущества должника, находящегося в залоге у банка «Сбербанк», составляет 472 568 246,52 руб.

После реализации предмета залога, в случае осуществления таковой, банку будет причитаться 80 % от указанный суммы, что составляет 378 054 597,22 руб., что многократно превышает размер оспариваемой сделки.

Из вышеизложенного следует, что преимущество банка «Сбербанк», как залогового кредитора, распространяется на всю сумму требований банка «Газэнергобанк», соответственно предпочтение в пользу банка «Сбербанк» отсутствует.

Обратившемуся в суд с заявлением об оспаривании сделки должника, совершённой в пользу залогового кредитора, необходимо доказать то обстоятельство, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, однако, констатировали суды, в настоящем случае банком «Газэнергобанк» относимые и допустимые доказательства перечисленным обстоятельства не представлены.

В соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2016 № 304-ЭС16-7028(2), указанные положения применяются к сделкам, совершённым как в период 6 месяцев до принятия заявления о признании должника банкротом, так и в период месячного срока до принятия заявления о признании должника банкротом и после принятия указанного заявления.

При этом, довод о том, что банк «Сбербанк» в момент совершения спорной сделки (14.06.2022) не обладал статусом залогового кредитора, судами оценен критически и отклонен, как не соответствующий установленным ими фактическим обстоятельствам, поскольку статус залогового кредитора возник у банка «Сбербанк» еще 16.11.2020 (с даты заключения договора залога с должником) и установлен судебными актами от 03.02.2023 и 16.03.2023.

С учетом изложенного, констатировали суды, относимых и допустимых доказательств тому, в результате совершения оспариваемой сделки, банку «Сбербанк» было оказано предпочтение перед другими, в том числе залоговыми, в материалы обособленного спора не представлено.

Приведенные банком «Газэнергобанк» доводы о том, что спорные денежные6 суммы были получены должником не от основного вида его деятельности, судами оценены критически и отклонены, как декларативные и документально ничем не подтвержденные.

На момент совершения спорной сделки должник не обладал признаками неплатежеспособности или недостаточности имущества, между итем, отметили суды, осведомленность банка «Сбербанк» о таких обстоятельствах также не доказана.

Балансовая стоимость активов должника по состоянию на последнюю отчетную дату (31.12.2021) составляла 1 466 324 000 руб.

Двадцать процентов от указанной стоимости составляет 293 264 8000 руб.

В соответствии с пунктом 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, для определения того, причинила ли оспариваемая сделка вред кредиторам, суд должен учесть условия других взаимосвязанных с ней сделок, определяющих общий экономический эффект для имущественного положения должника.

Должник входит в одну группу компаний «Дочки-сыночки», участники которой входят в периметр кредитных обязательств перед банком «Сбербанк».

В ситуации, когда из оборота одного члена группы в пользу другого переводятся активы, предполагается, что в основе операции по погашению долга первоначального заемщика перед независимым кредитором лежит договоренность между членами группы, определяющая условия взаиморасчетов.

Наличие между ними доверительных отношений, их подчиненность единому центру позволяют таким организациям заключать соглашения об исполнении обязательств друг друга.

О наличии экономической выгоды для должника свидетельствует перераспределение финансового бремени, гашение всей кредиторской задолженности группы перед кредитором, что позволяет прийти к выводу, что конечным бенефициаром получения кредитных средств от банка, а также лицом, осуществляющим возврат долга, является вся группа компаний, в то время как указание конкретного заемщика в кредитном договоре носит во многом лишь технический характер.

При таких обстоятельствах, установленные факты указывают на то, что сопутствующие оспариваемой сделкой обстоятельства и контекст взаимоотношений сторон, в том числе получение должником имущественной выгоды в рамках единой группы компаний, эквивалентного размеру принятых прав требований к первоначальному должнику, исполнение кредитных обязательств за счет средств всей группы компаний и погашение кредитного обязательства в рассматриваемом конкретном случае исключают вывод о причинения вреда.

Банк «Сбербанк» объективно не мог знать о существовании какой-либо задолженности должника перед иными кредиторами.

По кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита (пункт 1 статьи 819 ГК РФ).

В рассматриваемом случае банк предоставил денежные средства должнику в размере и на условиях, предусмотренных кредитным договором, а должник возвратил часть полученной денежной суммы и уплатил проценты за пользование ею, а также предусмотренные договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

Таким образом, действия банка «Сбербанк» по оспариваемому платежу в счет погашения задолженности по кредитному договору соответствуют критерию разумности и добросовестности, установленным частью 3 статьи 10 ГК РФ.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции обоснованно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Выводы суда первой инстанции и суда апелляционной инстанции о том, что обстоятельства, на которые указан в правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в абзаце 2 пункта 29.3 постановления от 23.12.2010 № 63 относимыми и допустимыми доказательства, представленными в материалы обособленного спора своего объективного подкрепления не нашли, доводами кассационной жалобы не опровергаются.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», с учетом того, что наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, устанавливается судом на основании доказательств по делу (часть 1статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, т.е. иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, в частности относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности (часть 2 статьи 71 названного Кодекса), не допускается.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции норм материального права и норм процессуального права либо о наличии выводов, не соответствующих обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам.

Обжалуемые судебные акты отвечают требованиям законности, обоснованности и мотивированности, предусмотренным частью 4 статьи 15 и частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2024 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16.08.2024 по делу № А40-79905/22 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.А. Зверева

Н.А. Кручинина