Постановление от 10 сентября 2018 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


11 сентября 2018 года

Дело №

А42-4534/2015

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Бычковой Е.Н., Яковца А.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 22.12.2017),

рассмотрев 11.09.2018 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Легио» ФИО3 на определение Арбитражного суда Мурманской области от 28.02.2018 (судья Машкова Н.С.) и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2018

(судьи Копылова Л.С., Медведева И.Г., Тойвонен И.Ю.) по делу № А42-4534/2015,

у с т а н о в и л:

Открытое акционерное общество «Коммерческий банк «Петрокоммерц», место нахождения: 127051, Москва, ул. Петровка, д. 24, стр. 1, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Банк «Петрокоммерц»), обратилось в Арбитражный суд Мурманской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Легио», место нахождения: 183034, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Общество), несостоятельным (банкротом).

Определением от 15.07.2015 заявление Банка «Петрокоммерц» принято к производству, к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено закрытое акционерное общество «Компания «СЕЙД», место нахождения: 191002, Санкт-Петербург, ул. Достоевского, д. 1, оф. 6, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Компания).

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.12.2015 определение от 15.07.2015 оставлено без изменения. Этим же постановлением Банк «Петрокоммерц» в порядке статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заменен на его правопреемника - публичное акционерное общество «Банк «Финансовая корпорация «Открытие», место нахождения, Москва, Летниковская ул., д. 2, стр. 4, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее - Банк «Открытие»).

Определением от 15.03.2016 в отношении Общества введена процедура банкротства - наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО4.

Решением от 05.09.2016 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором, с учетом уточнения размера требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), просил привлечь бывшего руководителя Общества ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на сумму 1 038 760 256 руб. 03 коп. В процессе рассмотрения дела конкурсный управляющий ходатайствовал о приостановлении производства по заявлению.

Определением от 28.02.2018, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2018, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО3 просит определение от 28.02.2018 и постановление от 30.05.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления.

Податель жалобы не согласен с выводом судов о том, что ФИО1 передал документацию Общества представителю временного управляющего. По мнению ФИО3, представленная суду видеозапись не является доказательством этого обстоятельства.

Податель жалобы считает также, что суды неправильно распределили бремя доказывания в данном споре, обязав конкурсного управляющего доказать невозможность формирования конкурсной массы вследствие неисполнения бывшим руководителем должника обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В судебном заседании представитель ФИО1 просила оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 АПК РФ надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 10.06.1999. На дату возбуждения производства по данному делу о банкротстве и на дату открытия в отношении должника конкурсного производства его единственным участником и генеральным директором являлся ФИО1

Определением от 15.03.2016 по данному делу признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника требование Банка «Открытие» в размере 822 306 833 руб. 91 коп. Определением от 03.06.2016 требование Банка «Открытие» в размере 143 706 374 руб. признано обеспеченным залогом имущества должника.

Определением от 05.07.2016 признано обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов Общества требование акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк» (далее - Россельхозбанк) на сумму 213 739 597 руб. 71 коп.

Названными судебными актами установлено, что эти обязательства должника возникли на основании договоров поручительства и залога, заключенных в целях обеспечения исполнения Компанией обязательств заемщика перед указанными кредитными организациями. Помимо Общества за исполнение Компанией кредитных обязательств поручились также иные юридические лица и граждане, в том числе ФИО1

В реестр требований кредиторов должника включены только требования указанных банков.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на неисполнение ФИО1 обязанности, установленной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, обратился в суд с ходатайством об обязании бывшего руководителя должника передать бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, материальные и иные ценности Общества.

Определением от 08.12.2016 суд удовлетворил ходатайство ФИО3 и 29.12.2016 выдал исполнительный лист на принудительное исполнение данного судебного акта.

Это определение ФИО1 не исполнил; исполнительное производство, возбужденное службой судебных приставов 10.01.2017, не окончено; фактическое местонахождение ФИО1 судебный пристав-исполнитель не установил.

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ).

В обоснование заявленного требования ФИО3 сослался на указанные обстоятельства и пояснил, что в рамках конкурсного производства он выявил только недвижимое имущество должника, а также путем анализа банковских выписок установил некоторых дебиторов Общества. Между тем, объем обнаруженного имущества должника менее отраженного в бухгалтерском балансе за 2014 год, а за 2015 год Общество не сдавало отчетность в налоговый орган; непередача ФИО1 документации должника является объективным препятствием в формировании конкурсной массы должника.

ФИО1 в отзыве возражал относительно требований конкурсного управляющего и сообщил, что документация должника находилась на складе Компании и ключи от этого склада в процедуре наблюдения, 12.08.2016, переданы представителем ФИО1 представителю временного управляющего ФИО4

Суд первой инстанции не согласился с доводами ФИО3 о наличии условий для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, установленным Законом о банкротстве, поскольку пришел к выводу о недоказанности ФИО3 того, что непередача документов должника конкурсному управляющему явилась препятствием для формирования конкурсной массы.

Суд посчитал также, что привлечение контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в размере суммы поручительства по кредитным договорам в сложившейся ситуации невозможно, так как поручительство является безвозмездной сделкой и неисполнение поручителем обязательств перед кредитором не является безусловным основанием для наступления ответственности контролирующего должника лица.

Апелляционный суд поддержал эти выводы суда первой инстанции.

Изучив материалы дела, проверив доводы жалобы и возражения, приведенные в отзыве, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции данного Закона).

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Вместе с тем предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности подано в суд после 01.07.2017, то процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению в редакции Закона № 266-ФЗ.

В связи с тем, что обстоятельства, указанные заявителем в качестве оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности имели место до 01.07.2017, то материальное право подлежит применению в той редакции Закона о банкротстве, которая действовала в соответствующий период.

Обстоятельства, с которым конкурсный управляющий связывает наступление ответственности имели место в 2016 году, следовательно, к данным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В абзаце пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве определено, что положения абзаца четвертого данного пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Суды, отказывая в привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по данному основанию, не учли следующее.

Ответственность, предусмотренная абзацем четвертым пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, и обязанностью руководителя должника предоставить конкурсному управляющему бухгалтерскую документацию в силу абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве.

Данная ответственность направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнения обязательств, возврате имущества из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

В пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время - подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий Общества дал суду пояснения относительно того, какие затруднения возникли вследствие ненадлежащего исполнения ФИО1 обязанности по передаче документации. Так, управляющий обращал внимание на то, что в бухгалтерском балансе должника за 2014 год в составе его активов отражена дебиторская задолженность на сумму 2 948 000 руб., а также доходные вложения и материальные ценности на сумму 36 074 000 руб. Однако руководитель должника не представил ни баланс за 2015 год, ни первичные документы, обосновывающие дебиторскую задолженность и материальные ценности. Это не позволило проследить изменения, касающиеся размера дебиторской задолженности, осуществить мероприятия по ее взысканию, а также принять меры к поиску имущества.

Указанные доводы конкурсного управляющего соответствовали условиям упомянутой презумпции и бремя их опровержения в силу статьи 65 АПК РФ, а также разъяснений, приведенных в пункте 24 Постановления № 53, перешло на ФИО1

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то именно единоличный исполнительный орган обязан представлять доказательства причин, объективно препятствовавших осуществить передачу документации.

При этом невыполнение требования закона о представлении первичных бухгалтерских документов или отчетности приравнивается к их отсутствию.

По мнению суда кассационной инстанции суды необоснованно возложили на конкурсного управляющего бремя доказывания невозможности формирования конкурсной массы в отсутствие документации Общества, и не учли, что такая невозможность презюмируется в отсутствие доказательств обратного.

Действуя добросовестно и разумно как лицо, контролировавшее деятельность Общества, ФИО1 должен был обеспечить сохранность и надлежащую передачу всей документации конкурсному управляющему.

Исполнение данной обязанности бывшим руководителем должника суды не проверили должным образом и не установили.

Суды необоснованно указали, что на ФИО3 возлагается обязанность опровергнуть пояснения ФИО1 о передаче документации Общества 12.08.2016 на складе Компании представителю временного управляющего.

В материалы дела не представлены какие-либо доказательства того, что такая передача документов действительно состоялась. Информацию об основаниях хранения документации Общества на складе Компании при наличии у должника недвижимого имущества в том числе зданий, а также о передаче документов представителю временного управляющего при том, что в процедуре наблюдения обязанность по обеспечению сохранности документов остается на руководителе должника, ФИО1 не раскрыл.

Вывод судов о невозможности привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, возникшим из договоров поручительства, не основан на нормах действующего законодательства и не соответствует правоприменительной практике.

Основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал неисполнение обязанности по передаче документации как объективного препятствия для формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов. Размер ответственности определяется судами исходя из обстоятельств дела с учетом положений абзацев десятого и одиннадцатого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (абзацы первый и второй пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При таком положении суд кассационной инстанции считает, что вывод судов об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, не соответствует установленным обстоятельствам и представленным в дело доказательствам.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 и пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Мурманской области от 28.02.2018 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2018 по делу № А42-4534/2015 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Мурманской области на новое рассмотрение.


Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи


Е.Н. Бычкова

А.В. Яковец