Решение от 31 августа 2017 г. по делу № А40-119527/2017

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А40- 119527/17-17-1047
г. Москва
31 августа 2017 г.
Резолютивная часть решения объявлена 28 августа 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 31 августа 2017 года.

Арбитражный суд в составе судьи А.Б. Поляковой (единолично)

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Даньшиной Ю.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО «Перо» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 23.05.2016 адрес: 153034, <...>)

к Московскому УФАС России (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 09.09.2003 адрес: 107078, <...>)

Третье лицо: Государственное бюджетное учреждение здравоохранения города Москвы «Детская городская клиническая больница № 9 им. Г. Н. Сперанского Департамента здравоохранения города Москвы» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 13.09.2002 адрес: 123317, <...>)

о признании недействительным решения УФАС по г. Москве от 19.06.2017

№ 29698/17-2, также об обязании УФАС по г. Москве устранения нарушения и исключении сведений ООО «Перо» из реестра недобросовестных поставщиков.

при участии: от заявителя: неявка, извещен, от заинтересованного лица: ФИО1 по дов-ти от 28.12.2016 № 3-51, от третьего лица: ФИО2 по дов-ти от 26.10.2016 № 26/10/16

УСТАНОВИЛ:

ООО «Перо» (далее по тексту также – Заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительным решения Московского УФАС России УФАС по г. Москве от 19.06.2017 о включении ООО «Перо» в реестр недобросовестных поставщиков.

Заявитель в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Дело рассмотрено в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ в отсутствии надлежащим образом извещенного представителя заявителя.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам, изложенным в отзыве, указав на доказанность факта неправомерного уклонения заявителя от заключения контракта.

Представитель третьего лица поддержал правовую позицию ответчика по делу.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, арбитражный суд установил, что требования заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с пунктом 4 Правительства Российской Федерации от 25 ноября 2013 № 1062 «О порядке ведения реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей)», ведение реестра, в том числе включение (исключение) в реестр информации о недобросовестных поставщиках (подрядчиках, исполнителях), осуществляется Федеральной антимонопольной службой (далее - уполномоченный орган). Включение информации в реестр осуществляется с учетом требований законодательства Российской Федерации о защите государственной тайны.

В соответствии с положениями, содержащимся в п. 1 ст. 104 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон о контрактной системе) ведение реестра недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля в сфере закупок.

Согласно пункту 2 постановления Правительства Российской Федерации от 26.08.2013 № 728 (далее - Постановление Правительства № 728) ФАС России является федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление контроля (надзора) в сфере государственного оборонного заказа и в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, а также согласование применения закрытых способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Согласно материалам дела, по результатам проведенного ГБУЗ г. Москвы «Детская городская клиническая больница № 9 имени Г.Н. Сперанского Департамента здравоохранения города Москвы» (далее — заказчик, Учреждение) электронного аукциона на поставку постельных принадлежностей для нужд Филиала № 2 ГБУЗ «ДККБ № 9 им. Г.Н. Сперанского ДЗМ» (реестровый номер 0373200188016000235) заказчиком был заключен государственный контракт от 05.12.2016 (далее — Контракт) с ООО «Перо».

Согласно п. 3.1 Контракта поставка товара осуществляется на условиях и в сроки, установленные Контрактом, Техническим заданием, являющимися неотъемлемой частью Контракта (приложение № 1): с момента заключения Контракта до 20.12.2016.

Таким образом, применительно к настоящему Контракту, конечным сроком, отведенным заявителю на поставку товара по Контракту являлось 20.12.2016.

Вместе с тем, 03.05.2017 заказчиком принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта (исх. № 206-КС/исх), мотивированное неисполнением обществом «Перо» своих обязательств по Контракту.

Впоследствии все полученные в ходе исполнения Контракта документы и сведения были направлены Учреждением в Московское УФАС России для решения вопроса о необходимости включения сведений об обществе «Перо» в реестр недобросовестных поставщиков.

Решением Московского УФАС России УФАС по г. Москве от 19.06.2017 по делу № 2-16-6082/77-17 сведения в отношении ООО «Перо» были включены в реестр недобросовестных поставщиков сроки на два года.

Посчитав указанное решение по внесению сведений в отношении ООО «Перо» в реестр недобросовестных поставщиков не законным, заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

В обоснование заявленного требования общество «Перо» ссылается на незаконность оспариваемого акта как вынесенного без учета всех конкретных фактических обстоятельств дела. Указывает на факт истечения срока действия Контракта на момент принятия заказчиком решения о его расторжении, вследствие чего полагает недопустимым применение к нему мер публично-правовой ответственности после истечения отведенного ему срока для исполнения своих обязательств. Полагает недопустимым применение к нему мер публично-правовой ответственности на основании документа, не имеющего юридической силы и не порождающего, соответственно, никаких правовых последствий. Указывает на имевшую место попытку со стороны заказчика осуществить закупку у единственного поставщика с нарушением требований действующего законодательства, что должно повлечь за собой, по мнению заявителя, административную ответственность за допущенное нарушение. В этой связи заявитель полагает оспариваемое решение антимонопольного органа незаконным и настаивает на признании его таковым в судебном порядке.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, по результатам проведенного Учреждением электронного аукциона на поставку постельных принадлежностей для нужд Филиала № 2 ГБУЗ «ДККБ № 9 им. Г.Н. Сперанского ДЗМ», между заказчиком и обществом «Перо» заключен Контракт на поставку постельных принадлежностей в объеме, установленном Техническим заданием (приложение № 1 к Контракту).

Согласно ч. 8 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее — Закон о контрактной системе закупок) расторжение контракта допускается по соглашению сторон, по решению суда, в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством.

В соответствии с ч. 9 названной статьи закона заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации (далее — ГК РФ) для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В настоящем случае, как усматривается из материалов дела, предметом Контракта являлась поставка товара — постельных принадлежностей.

В свою очередь, основания для одностороннего расторжения договора поставки предусмотрены ст. 523 ГК РФ, согласно ч. 1 которой односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абз. 4 п. 2 ст. 450 ГК РФ).

При этом, в силу приведенной нормы права существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Таким образом, из совокупного толкования ч.ч. 8, 9 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, ст.ст. 450, 523 ГК РФ следует, что основанием для одностороннего расторжения государственного контракта на поставку товаров является существенное нарушение одной из сторон своих обязательств по этому контракту в случае, если возможность такого расторжения была предусмотрена государственным контрактом.

Вместе с тем, п. 8.1.1 Контракта предусмотрена возможность его расторжения со стороны заказчика в одностороннем порядке, в том числе в связи с осуществлением поставки товара ненадлежащего качества, если недостатки не могут быть устранены в приемлемый для заказчика срок, а также в случае неоднократного (от двух и более раз) нарушения сроков и объемов поставки товаров, предусмотренных Контрактом, включая график поставки.

Учитывая то обстоятельство, что предметом Контракта в настоящем случае являлась поставка товаров, то в контексте постановления Президиума ВАС РФ от 14.02.2012 № 12632/11 предмет договора поставки, а также количество поставляемого товара относятся к существенным условиям такого договора.

Кроме того, к существенным условиям договора поставки стороны в настоящем случае отнесли и срок его поставки.

Так, исходя из п. 3.1. Контракта, поставка товара осуществляется с момента заключения договора до 20.12.2016. При этом, поставщик не вправе досрочно осуществить поставку товаров.

В то же самое время, непосредственные требования к срокам и порядку поставки товара по Контракту определены Техническим заданием, в силу п. 4 которого товар должен поставляться в течение всего срока действия Контракта (с момента его заключения до 20.12.2016), поэтапно, строго по заявкам заказчика, в соответствии с фактической потребностью заказчика в товарах и в указанные заказчиком сроки в соответствии с графиком поставки товара. Досрочная поставка товара или поставка товара, превышающая количество, указанное в заявке заказчика, и количество, соответствующее фактической потребности заказчика в товарах, поставка которого является предметом настоящей закупки, запрещена.

На основании вышеприведенных положений Контракта заказчиком 08.12.2016 составлена и посредством электронной почты направлена заявка на поставку матрасов в количестве 100 штук, подушек в количестве 100 штук и наматрасников в количестве200 штук.

Между тем, письмом от 15.12.2016 (исх. № 5) ООО «Перо» было сообщено заказчику о невозможности своевременной поставки товара ввиду незапланированной остановки фабрики по производству сырья, необходимого для изготовления товаров по Контракту, и отсутствия альтернативных поставщиков требуемого Учреждению товара. Также в упомянутом письме заявителем было изложено предложение о расторжении Контракта по соглашению сторон.

В свою очередь, заказчиком 20.12.2016 составлена претензия (исх. № 748-КС/исх.), мотивированная неисполнением обществом «Перо» своих обязательств по Контракту, в которой Учреждением было изложено требование о незамедлительном устранении поставщиком выявленных заказчиком нарушений условий исполнения Контракта.

Письмом от 26.12.2016 заявитель сообщил заказчику о том, что просрочка поставки товара была вызвана поломкой оборудования на фабрике завода-изготовителя, и обязался поставить испрашиваемый товар в срок до 31.01.2017.

Вместе с тем, в упомянутый срок заявителем поставка запрошенных Учреждением товаров не была осуществлена, ввиду чего заказчиком 08.02.2017 (исх. 55-КС/исх) составлено решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта, мотивированное неисполнением заявителем своих обязательств по Контракту, а именно полной непоставкой товара. Впоследствии 10.02.2017 Учреждением в адрес общества «Перо» была направлена претензия о ненадлежащем исполнении Контракта с требованием об уплате штрафа по Контракту.

В этой связи заявителем 16.02.2016 в адрес заказчика было направлено письмо (исх. № 27) о своей готовности поставить товар в срок до 21.02.2017 и содержащее просьбу об отмене заказчиком своего собственного решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта, а 21.02.2017 была осуществлена поставка товаров, о чем впоследствии заказчиком составлен акт № 1 об установлении расхождений по количеству и качеству при приемке товаров.

При этом, в соответствии с ч. 14 ст. 95 Закона о контрактной системе заказчик обязан отменить не вступившее в силу решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, если в течение десятидневного срока с даты надлежащего уведомления поставщика (подрядчика, исполнителя) о принятом решении об одностороннем отказе от исполнения контракта устранено нарушение условий контракта, послужившее основанием для принятия указанного решения, а также заказчику компенсированы затраты на проведение экспертизы в соответствии с ч. 10 названной статьи закона. Данное правило не применяется в случае повторного нарушения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) условий контракта, которые в соответствии с гражданским законодательством являются основанием для одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта.

Учитывая поставку заявителем требуемого заказчиком товара по Контракту, последним на основании упомянутой нормы права было отменено решение от 08.02.2017 (исх. 55-КС/исх) об одностороннем отказе от исполнения Контракта, информация о чем была размещена им в единой информационной системе.

В соответствии с ч. 10 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок заказчик вправе провести экспертизу поставленного товара, выполненной работы, оказанной услуги с привлечением экспертов, экспертных организаций до принятия решения об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Согласно п. 4.12 Контракта для проверки поставленных товаров, предусмотренных Контрактом, в части их соответствия условиям Контракта, заказчик обязан провести экспертизу. Экспертиза результатов, предусмотренных Контрактом, может проводиться заказчиком своими силами или к ее проведению могут привлекаться эксперты, экспертные организации.

В этой связи, на основании упомянутых положений Закона о контрактной системе закупок и Контракта заказчиком поставленный обществом «Перо» товар был передан на экспертизу ОАО «ЦНИИТТТП», согласно протоколу испытаний которого от 22.03.2017 поставленный товар не соответствует требованиям Технического задания.

Учитывая факт несоответствия поставленного заявителем товара потребностям заказчика и невозможность последнего принять этот товар, Учреждением 19.04.2017 в адрес общества «Перо» направлено письмо (исх. № 192-КС/исх) с мотивированным отказом в приемке поставленного товара.

В силу п. 4.13 Контракта в случае получения от заказчика запроса о предоставлении разъяснений в отношении поставленных товаров (и сопутствующих услуг), или мотивированного отказа от принятия поставленных товаров (и сопутствующих услуг), или акта с перечнем выявленных дефектов, недостатков и сроком их устранения поставщик в течение 10 (десяти) рабочих дней обязан предоставить заказчику запрашиваемые разъяснения в отношении поставляемых товаров (и сопутствующих услуг) или в срок, установленный в указанном акте, содержащем перечень выявленных недостатков, устранить полученные от заказчика замечания/недостатки/дефекты и передать заказчику приведенный в соответствие с предъявленными требованиями/замечаниями комплект отчетной документации, отчет об устранении недостатков, а также повторно подписанный поставщиком акт приемки-передачи товаров в 2 (двух) экземплярах для принятия заказчиком поставленных товаров.

В то же самое время, вместо исполнения обязанности в силу п. 4.13 Контракта заявитель ограничился направлением в адрес заказчика письма от 20.04.2017 (исх. № 065), в котором, не оспаривая факт неисполнения своих обязательств по Контракту, указал на истечение срока его действия, ввиду чего полагал свои обязательства по поставке товара прекращенными.

В этой связи заказчиком 03.05.2017 принято повторное решение (исх. № 206-КС/исх) о расторжении Контракта по причине поставки заявителем товара ненадлежащего качества, не соответствующего условиям Контракта и потребностям Учреждения.

Согласно ч. 12 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта не позднее чем в течение трех рабочих дней с даты принятия указанного решения, размещается в единой информационной системе и направляется поставщику (подрядчику, исполнителю) по почте заказным письмом с уведомлением о вручении по адресу поставщика (подрядчика, исполнителя), указанному в контракте, а также телеграммой, либо посредством факсимильной связи, либо по адресу электронной почты, либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование такого уведомления и получение заказчиком подтверждения о его вручении поставщику (подрядчику, исполнителю). Выполнение заказчиком требований настоящей части считается надлежащим уведомлением поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

Материалами дела подтверждается, что решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта (исх. № 206-КС/исх) от 03.05.2017 размещено на официальном сайте 11.05.2017, а 03.05.2017 упомянутое решение заказчика направлено подрядчику посредством электронной почты.

Таким образом, как было правомерно установлено антимонопольным органом и подтверждается материалами дела, требования приведенной нормы права о необходимости надлежащего извещения контрагента об одностороннем отказе от исполнения контракта Учреждением соблюдены.

Кроме того, в силу названной нормы права датой такого надлежащего уведомления признается дата получения заказчиком подтверждения о вручении поставщику (подрядчику, исполнителю) указанного уведомления либо дата получения заказчиком информации об отсутствии поставщика (подрядчика, исполнителя) по его адресу, указанному в контракте.

В силу ч. 13 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта.

В настоящем случае, как следует из материалов дела, в контексте приведенной нормы права, решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступило в силу 16.05.2017.

При этом в ответ на упомянутое решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения Контракта обществом «Перо» в адрес заказчика направлено письмо от 05.05.2017 (исх. № 076), согласно которому упомянутое общество настаивает на факте прекращения действия Контракта и на отсутствии у него в этой связи обязанности по замене поставленного заказчику товара ненадлежащего качества.

В этой связи, учитывая повторность допущенного заявителем нарушения условий Контракта и неустранение им выявленного Учреждением нарушения таких условий (товар надлежащего качества заказчику так и не был поставлен), у заказчика в настоящем случае отсутствовали правовые основания для отмены собственного решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта, поскольку его условия заявителем выполнены не были.

В то же самое время, в силу ч. 16 ст. 95 Закона о контрактной системе закупок информация о поставщике (подрядчике, исполнителе), с которым контракт был расторгнут в связи с односторонним отказом заказчика от исполнения контракта, включается в установленном названным законом порядке в реестр недобросовестных поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

В этой связи, учитывая факт неисполнения заявителем своих обязательств по Контракту, существенность допущенных им нарушений, поскольку обществом «Перо» не соблюдены требования к сроку поставки товара, качеству поставляемого товара и, как следствие, к его количеству (ввиду невозможности со стороны Учреждения принять товар ненадлежащего качества с учетом результатов проведенной экспертизы), что, в свою очередь, привело к лишению заказчика товара, на получение которого он рассчитывал при заключении Контракта, а также принимая во внимание то обстоятельство, что заявителем не были устранены выявленные Учреждением нарушения положений Контракта, а решение заказчика об одностороннем отказе от его исполнения вступило в силу, у антимонопольного органа отсутствовали правовые основания для отказа Учреждению во включении сведений об обществе «Перо» в реестр недобросовестных поставщиков.

Как следует из заявления, ссылаясь на незаконность оспариваемого решения, заявитель указывает на факт истечения срока действия Контракта к моменту вступления решения заказчика от 03.05.2017 в силу. В этой связи общество «Перо» полагает невозможным расторжение уже недействующего Контракта и, как следствие, настаивает на необоснованности применения к нему мер публично-правовой ответственности.

Однако данный довод отклоняется судом по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами и иными правовыми актами.

В силу ч. 1 ст. 450.1 ГК РФ предоставленное названным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено упомянутым кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с ч. 2 приведенной нормы права в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Таким образом, из совокупного толкования приведенных норм гражданского законодательства Российской Федерации следует возможность одностороннего отказа от исполнения контракта по правилам, установленным иным законодательством Российской Федерации.

В то же самое время, нормы Закона о контрактной системе закупок являются специальными по отношению к гражданскому законодательству Российской Федерации, а потому применению в спорных правоотношениях подлежат именно нормы специального законодательства.

Так, Закон о контрактной системе закупок устанавливает специальный порядок расторжения государственного контракта, определенный ст. 95 Закона о контрактной системе закупок и заключающийся в возможности заказчика отказаться от его исполнения только при наличии достаточных к тому оснований.

Приведенный правовой подход наиболее полно соответствует принципу эффективности осуществления закупок (ч. 1 ст. 12 названного закона), а также направлен на защиту участника закупки как более слабой стороны в рассматриваемых правоотношениях. При этом, положения ст. 95 Закона о контрактной системе ориентированы на предоставление участнику закупки возможности устранить выявленные заказчиком нарушения в целях урегулирования возникшего спора без применения к такому участнику мер публично-правовой ответственности (ч. 14 ст. 95 названного закона).

При предложенном же заявителем правовом подходе о недопустимости применения мер ответственности в случае неисполнения государственного контракта с истекшим сроком действия, положения приведенных норм права утрачивают свое действие в случае скоротечного исполнения контракта, поскольку заказчик окажется не в состоянии осуществить его расторжение с предоставлением участнику всех процессуальных гарантий защиты, предусмотренных ст. 95 Закона о контрактной системе закупок.

При этом, положения п. 12.2 Контракта о прекращении обязательств по Контракту при истечении срока его действия об обратном не свидетельствуют, поскольку касаются лишь вопросов гражданско-правового характера, связанных с актуальностью поставки требуемого заказчиком товара после истечения срока действия Контракта, но не освобождают его стороны от публично-правовой ответственности за допущенное нарушение своих публичных обязательств (обязательств по поставке товара надлежащего качества).

Таким образом, применительно к Закону о закупках в контексте одностороннего расторжения контракта речь идет о возможности применения к участнику мер публично-правовой ответственности за неисполнение своих обязательств по контракту и, тем самым, срыва государственного заказа и неэффективного расходования бюджетных средств, но не о расторжении заказчиком контракта как об отказе им от неисполняемых обязательств со стороны его контрагента в контексте гражданского законодательства Российской Федерации. В этой связи в соответствии с положениями Закона о контрактной системе закупок допустимо расторжение государственного контракта, по которому на момент принятия заказчиком соответствующего решения не исполнены обязательства со стороны участника закупки, вне зависимости от срока действия контракта.

Обратное приведет к исключению рассчитанных на быстрое исполнение контрактов из сферы действия ст. 95 Закона о контрактной системе закупок, что не соответствует конституционно закрепленному принципу всеобщего равенства перед законом (ст. 19 Конституции Российской Федерации), а также балансу частных и публичных интересов (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 29.03.2011 № 2-П) и стабильности публичных правоотношений.

В то же самое время, как следует из материалов дела, смещение срока принятия заказчиком решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта в настоящем случае было вызвано самостоятельными действиями общества по несвоевременной поставке товара (21.02.2017), причем ненадлежащего качества, о чем Учреждением был составлен акт № 1, согласно которому в поставленном товаре имеется целый ряд несоответствий требованиям Технического задания, препятствовавших заказчику приему данного товара в эксплуатацию, что впоследствии было подтверждено результатами проведенной заказчиком экспертизы.

При этом суд отмечает, что, исходя из писем общества «Перо» от 26.12.2016 (исх. № 7), 16.02.2017 (исх. № 27), сам заявитель до момента принятия заказчиком повторного решения об одностороннем отказе от исполнения Контракта (далеко за пределами срока его действия) не считал Контракт не действующим и настаивал на принятии заказчиком поставленного ему товара по Контракту, а также просил заказчика отменить принятое им 08.02.2017 решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта со ссылкой на исполнение своих обязательств по нему. Указанное обстоятельство свидетельствует об изыскании заявителем в настоящем случае любых возможных способов отмены принятого административным органом решения по настоящему делу.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу ч. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

В настоящем случае ожидаемым и добросовестным поведением общества «Перо» явилась бы своевременная поставка надлежащего товара по Контракту либо его немедленная замена при обнаружении заказчиком документально подтвержденных недостатков этого товара. Вместе с тем, как следует из материалов дела, абсолютно никаких действий, направленных на своевременное и добросовестное исполнение Контракта заявителем предпринято не было, а исполнению своих обязательств по Контракту заявитель предпочел немотивированное требование о принятии Учреждением некачественного и ненужного ему товара.

При этом, оценивая действия заказчика в указанной ситуации, следует признать, что эти действия совершенно очевидно были направлены на предоставление заявителю возможности исполнить свои обязательства по Контракту без применения к нему мер публично-правовой ответственности, поскольку, несмотря на пропуск обществом «Перо» срока, отведенного на поставку товара, заказчиком осуществлена попытка принятия предлагаемого последним к поставке товара, что свидетельствует о заинтересованности Учреждения в его получении.

В свою очередь, оценивая действия общества «Перо» в ходе исполнения Контракта, следует признать, что названные действия не были направлены на исполнение своих обязательств по Контракту, а имели своей целью лишь понуждение заказчика к принятию некачественного товара с приданием своим действиям видимости законности в целях последующего избежания публично-правовой ответственности за допущенные нарушения.

При этом, согласно ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе закупок в реестр недобросовестных поставщиков включается информация об участниках закупок, уклонившихся от заключения контрактов, а также о поставщиках (подрядчиках, исполнителях), с которыми контракты расторгнуты по решению суда или в случае одностороннего отказа заказчика от исполнения контракта в связи с существенным нарушением ими условий контрактов.

В этой связи, учитывая факт неисполнения обществом «Перо» своих обязательств по Контракту (обязательств по своевременной поставке товара надлежащего качества), существенность допущенных заявителем нарушений (несоблюдение требований к сроку поставки и качеству товара, что повлекло невозможность его принятия Учреждением и, как следствие, лишение заказчика того товара, на получение которого он рассчитывал при заключении контракта), а также учитывая факт вступления в силу решения заказчика от 03.05.2017 об одностороннем отказе от исполнения указанного Контракта и непринятие заявителем никаких мер, направленных на устранение выявленных заказчиком нарушений, антимонопольный орган пришел к обоснованному выводу о необходимости внесения сведений в отношении заявителя в реестр недобросовестных поставщиков.

При этом, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 об отказе в передаче дела в Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическую самостоятельность и инициативу общества, не ограничивает чрезмерно его право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества.

Таким образом, судом установлено, что в настоящем случае заявителем не были предприняты все необходимые и разумные меры с целью исполнения государственного контракта, в связи с чем включение общества «Перо» в реестр недобросовестных поставщиков в настоящем случае является необходимой мерой его ответственности, поскольку служит для ограждения государственных заказчиков от недобросовестных поставщиков.

Каких-либо доказательств невозможности соблюдения заявителем требований Закона о контрактной системе закупок либо доказательств того, что невозможность исполнения государственного контракта стала следствием противоправных действий третьих лиц, заявителем не представлено, а антимонопольным органом не установлено, что позволяет сделать вывод о том, что обществом «Перо» не представлено доказательств отсутствия в его действиях вины в контексте ст. 401 ГК РФ. Оценка всех действий общества «Перо», совершенных им в ходе исполнения контракта, в совокупности и взаимной связи позволила антимонопольному органу прийти к обоснованному выводу о допущенных названным обществом существенных нарушениях государственного контракта и о необходимости включения сведений о нем в реестр недобросовестных поставщиков на основании ч. 16 ст. 95, ч. 2 ст. 104 Закона о контрактной системе закупок.

Таким образом, судом установлено, что выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, являются правильными и представленным в дело доказательствам соответствуют.

Приведенные заявителем ссылки на предпринятую заказчиком попытку осуществления закупки у единственного поставщика с нарушением требований действующего законодательства о контрактной системе закупок отклоняются судом как документально не подтвержденные, поскольку все составленные Учреждением в ходе исполнения Контракта документы были основаны именно на его положениях, а к поставке заказчиком требовался товар в соответствии с условиями Контракта.

Кроме того, исходя из содержания письма общества «Перо» от 16.02.2017 (исх. № 27) следует, что заявителем отгрузка товара (на которую он и ссылается как на разовую поставку единственным поставщиком) осуществлялась на основании именно Контракта, но не в порядке, предусмотренном ст. 93 Закона о контрактной системе закупок.

Оценивая приведенные заявителем в указанной части доводы следует признать, что эти доводы направлены не на защиту заявителем своих нарушенных прав и законных интересов, а исключительно на изыскание всевозможных способов добиться отмены решения уполномоченного органа. Между тем, такое желание заявителя не обуславливает незаконность оспариваемого акта и не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200,201 АПК РФ.

Применение заказчиком к заявителю мер гражданско-правовой ответственности в виде неустойки и штрафных санкций, на оплату со своей стороны которых ссылается общество «Перо», об отсутствии у антимонопольного органа правовых оснований к внесению сведений в отношении названного общества в реестр недобросовестных поставщиков не свидетельствует. Внесение сведений о хозяйствующем субъекте в упомянутый реестр представляет собой меру публично-правовой ответственности за допущенные нарушения своих публичных обязательств (заключая государственный контракт, участник закупки вступает не только в гражданско-правовые, но и в публично-правовые отношения, что требует от него большей степени заботливости и осмотрительности при исполнении своих обязательств по контракту), имеет иную правовую природу по сравнению с деликтной ответственностью, а потому может быть применено наряду с мерами ответственности частно-правового характера.

В свою очередь, приведенные заявителем доводы представляют собой лишь констатацию факта его несогласия со сделанными антимонопольным органом выводами, а потому, ввиду отсутствия доказательств ошибочности таких выводов, не могут являться основанием для признания оспариваемого решения недействительным в контексте ст.ст. 198,200,201 АПК РФ.

Из изложенного следует, что заявитель был правомерно признан нарушившим Закон о закупках и сведения о Заявителе были включены в реестр недобросовестных поставщиков.

Согласно пункту 2 статьи 5 Закона о закупках в реестр недобросовестных поставщиков включаются сведения об участниках закупки, уклонившихся от заключения договоров, а также о поставщиках (исполнителях, подрядчиках), с которыми договоры по решению суда расторгнуты в связи с существенным нарушением ими договоров.

В соответствии с пунктом 2 Правил направления заказчиками сведений о недобросовестных участниках закупки и поставщиках исполнителях, подрядчиках) в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный на ведение реестра недобросовестных поставщиков, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 22.11.2012 № 1211, в случае уклонения от заключения договора победителя закупки или участника закупки, с которым в соответствии с документацией о закупке заключается договор при уклонении победителя закупки от заключения договора (если документацией о закупке предусмотрена обязанность такого лица заключить договор), заказчик не позднее 30 календарных дней со дня заключения договора с участником закупки, с которым в соответствии с документацией о закупке заключается договор при уклонении победителя закупки от заключения договора, или со дня истечения срока подписания договора, указанного в документации о закупке (если документацией о закупке не предусмотрено заключение договора с иным участником закупки при уклонении победителя закупки от заключения договора), направляет в уполномоченный орган сведения и документы, определенные указанным пунктом.

Также заявителем не представлено суду доказательств нарушения его прав оспариваемым решением.

Как указал Высший Арбитражный Суд РФ в определении от 11.05.2012 № ВАС-5621/12 по делу № А40-53664/11, «включение общества в реестр недобросовестных поставщиков не подавляет экономическое право на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности и в данном случае не препятствует осуществлению хозяйственной деятельности общества».

Включение сведений о Заявителе в реестр недобросовестных поставщиков является санкцией за его недобросовестное поведение, выразившееся, в настоящем случае, в уклонении от заключения договора.

Необходимо учитывать, что реестр недобросовестных поставщиков, предусмотренный Законом № 223-ФЗ, является специальной мерой ответственности, установленной законодателем в целях обеспечения исполнения лицом принятых на себя в рамках процедуры проведения закупки обязательств. При этом одним из последствий включения сведение об участнике закупки в реестр (в качестве санкции за допущенное нарушение) может являться ограничение прав такого лица на участие в течение установленного срока в закупках, проводимых по правилам Закона № 223-ФЗ (часть 7 статьи 3 Закона № 223-ФЗ).

С другой стороны, реестр недобросовестных поставщиков служит инструментом, обеспечивающим реализацию целей регулирования отношений, определенных в части 1 статьи 1 Закона № 223-ФЗ, по развитию добросовестной конкуренции, обеспечению гласности и прозрачности закупок, предотвращению коррупции и других злоупотреблений, и, следовательно, является механизмом защиты заказчиков от недобросовестных действий участников закупок.

Таким образом, включение сведений о Заявителе в РНП является соразмерным допущенному Заявителем нарушению, так как говорить о добросовестности действий Заявителя в настоящем случае не представляется возможным.

В данном случае, отсутствуют основания, предусмотренные ст.13 ГК РФ, которые одновременно необходимы для признания ненормативного акта антимонопольного органа недействительным.

Судом проверены и оценены все доводы заявителя, однако отклонены как противоречащие материалам дела и основанные на неверном толковании норм права.

Согласно ч. 3 ст. 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Госпошлина в соответствии со ст.110 АПК РФ относится на заявителя.

Руководствуясь ст.ст. 29, 65, 71, 123, 156, 167-170, 176, 198-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Отказать в удовлетворении заявления ООО «Перо» о признании недействительным решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Москве от 19.06.2017 по делу № 2-0-19-6082/77-17.

Проверено на соответствие Федеральному закону от 05.04.2013 N 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд».

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ: А.Б. Полякова