Постановление от 27 октября 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2532/19

Екатеринбург

28 октября 2020 г.

Дело № А60-13524/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 26 октября 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 28 октября 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Артемьевой Н.А., Столяренко Г.М.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Велес»

(далее – общество «Велес», должник) Чу Эдуарда Сановича на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2020 по делу

№ А60-13524/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы надлежащим образом, в том числе публично,

путем размещения информации о времени и месте судебного заседания

на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание

не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2018 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Велес» (далее – общество «Велес», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением от 12.07.2018 в отношении общества «Велес» введено наблюдение, временным управляющим должником утвержден Чу Э.С.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2018 общество «Велес» признано банкротом, в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден Чу Э.С.

Конкурсный управляющий Чу Э.С. 26.12.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными платежей за период

с 02.06.2017 по 29.08.2017 в общей сумме 478 497 руб. 80 коп., произведенных за должника ФИО2 в адрес акционерных обществ «Екатеринбургэнергосбыт» и «Екатеринбурггаз» (далее – общества «Екатеринбургэнергосбыт» и «Екатеринбурггаз»), а также муниципального унитарного предприятия «Водоканал» (далее – предприятие «Водоканал»),

и применении последствий недействительности сделок в виде исключения требования ФИО2 на сумму 478 497 руб. 80 коп. из реестра требований кредиторов должника (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением суда от 31.12.2019 к участию в обособленном споре

в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены предприятие «Водоканал», общества «Екатеринбургэнергосбыт» и «Екатеринбурггаз».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2020, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2020 в удовлетворении требований конкурсного управляющего Чу Э.С. отказано.

В кассационной жалобе Чу Э.С. просит определение от 04.06.2020

и постановление от 18.08.2020 отменить, требования удовлетворить, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела. По мнению заявителя, указав, что управляющий оспаривает платежи по статье 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), без указания пункта этой нормы, при том, что управляющий не ссылался на неравноценность и подозрительность сделок, а приводил доводы о мнимости и злоупотреблении правом, суд изменил основание иска и рассмотрел спор по незаявленным управляющим основаниям, но суд не мог сам определить характер спорного правоотношения с учетом пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, поскольку управляющий не ссылался на Закон о банкротстве и не представил доказательств, позволяющих рассмотреть спор по статье 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем сейчас управляющий не может оспорить спорные платежи по статье 61.2 Закона о банкротстве. Заявитель считает, что, ссылаясь с учетом постановления апелляционного суда от 20.03.2019 по настоящему делу на письма-поручения должника к ФИО2, суд не учел, что в данном обособленном споре в суде первой инстанции представитель ФИО2 пояснял, что платежи перечислялись по устному поручению должника в счет оплаты арендной платы, а данные письма-поручения не упоминал и их не представил, но суды это не исследовали, не устранили противоречие в позиции ФИО2 и не оценили ее действия, а, указав на недоказанность осуществления спорных платежей в счет исполнения обязательств перед должником, суд не учел, что это подтверждено судебным актом, содержащим пояснения представителя ФИО2 Заявитель полагает, что суды не установили действительную волю сторон, не оценили действиям ФИО2, уплатившей денежные средства за должника без встречного предоставления, не учли, что о мнимости сделки говорит и то, что должник имел денежные средства для оплаты третьим лицам, а апелляционный суд, сославшись на недоказанность мнимости сделки, не учел, что в настоящем споре не рассматривались платежи ФИО2 третьим лицам в счет погашения своего долга перед должником, анализ которых осуществлен применительно к статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, что привело к принятию неправильных судебных актов.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа

в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.03.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве общества «Велес».

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2018 в отношении должника введено наблюдение, а решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2018 общество «Велес» признано банкротом, в отношении него введено конкурсное производство.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 20.03.2019 по настоящему делу в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование индивидуального предпринимателя ФИО2 в размере 478 497 руб. 80 коп.

Судом апелляционной инстанции установлено, что ФИО2 по поручению должника произвела платежи в общей сумме 478 497 руб. 80 коп. обществам «Екатеринбургэнергосбыт» и «Екатеринбурггаз», предприятию «Водоканал» за оказанные данными третьими лицами должнику коммунальные услуги, что подтверждается письмами – поручениями должника о перечислении денежных средств и соответствующими платежными поручениями за период с 02.06.2017 по 08.08.2017, при этом судом также установлено наличие у должника обязательств перед контрагентами (третьими лицами) по оплате электроэнергии, водоснабжения, водоотведения, техническому обслуживанию, в счет исполнения которых ФИО2 перечислила спорные денежные средства, и реальный характер отношений с которыми не оспаривался, а третьи лица подтвердили поступление денежных средств от ФИО2 в счет исполнения обязательств должника.

Конкурсный управляющий Чу Э.С. обратился в суд с заявлением о признании вышеназванных платежей в общей сумме 478 497 руб. 80 коп. недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что платежи, произведенные ФИО2 в пользу контрагентов должника, нарушают имущественные права кредиторов должника, являются мнимыми и совершены со злоупотреблением правом.

По мнению управляющего, между должником и ФИО2 сложились отношения по исполнению обязательств за должника третьим лицом, при этом должник и ФИО2 входят в одну группу компаний «Пикник», что подтверждается справкой о составе данной группы компаний, согласно которой в нее входят общества с ограниченной ответственностью «Аппетина», «Велес», «Деловая недвижимость», «Кайрос», «Малина», «Меркурий», «Пикник-Алко», «Юго-Запад», «ТД «Сосновый бор» и индивидуальные предприниматели ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5, спорные платежи являют мнимыми, а требование ФИО2 к должнику является корпоративным, поскольку его возникновение и существование было бы невозможно, если бы ФИО2 не входила с должником в одну группу, и имеющиеся между должником и ФИО2 корпоративные правоотношения, оформленные конструкцией статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях нарушения прав и законных интересов иных «недружественных» кредиторов должника, привели к тому, что ФИО2 стала одним из конкурсных кредиторов должника, в то время как из анализа платежных поручений и практики финансовых взаимоотношений сторон следует, что платежи, оформленные оспариваемыми платежными поручениями, носили транзитный характер и связаны только с решением вопросов корпоративного характера.

Отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из следующего.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В порядке пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после его принятия, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка, может быть признана судом недействительной,

если она совершена в течение 3 лет до принятия заявления о банкротстве должника (после его принятия) и в результате ее совершения причинен такой вред, а другая сторона сделки знала о данной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка), предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом или если она знала (должна была знать) об ущемлении интересов кредиторов должника или о признаках неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона

о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред кредиторам; в результате ее совершения причинен такой вред; другая сторона сделки знала или должна была знать о такой цели должника

к моменту совершения, а при недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по этому основанию (пункты 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума № 53).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации,

а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, и притворных сделок,

то есть сделок, которые совершаются с целью прикрыть другие сделки (статья 170 Гражданского кодекса).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», разъяснено, что, исходя

из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1

статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной по пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем, в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом контрагентом, выразившимся в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно статье 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на данное третье лицо. Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, если: должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество. Кредитор не обязан принимать исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично.

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 5 статьи 313 данного Кодекса).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные

доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что постановлением апелляционного суда от 20.03.2019 по настоящему делю, имеющим, в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, преюдициальное значение для настоящего спора, установлено, что спорные платежи совершены на основании писем-поручений должника, адресованных ФИО2, содержащих размер платежа в пользу третьего лица, назначение платежа и обязательство возвратить денежные средства в определенную дату, а также указаны реквизиты договоров, в рамках которых производится исполнение обязательств за должника, установив, что об исполнении ФИО2 указанных поручений должника свидетельствуют платежные поручения, назначение которых оформлено в соответствии с письмами должника, и перечисления произведены в пользу лиц, названных должником, а также, учитывая, что материалами дела подтверждается наличие у должника обязательств перед контрагентами по оплате электроэнергии, водоснабжения, водоотведения, технического обслуживания, в счет исполнения которых произведены спорные платежи и реальный характер отношений с которыми не оспорен, а названные контрагенты подтвердили поступление платежей от ФИО2 во исполнение обязательств должника, и, исходя из того, что спорные перечисления совершены ФИО2 для обеспечения бесперебойного исполнения поставщиками коммунальных ресурсов своих обязательств перед должником за счет собственных средств ФИО2, а какие-либо доказательства иного, свидетельствующие о том, что погашение долга за должника осуществлено в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации не за счет собственных средств ФИО2, а за счет должника, не представлено, и доказательства, свидетельствующие об исполнении ФИО2 обязательств должника в счет исполнения собственных обязательств перед должником и подтверждающие наличие таких встречных обязательств, также отсутствуют, и никаких процессуальных ходатайств по данному поводу не заявлено, суды пришли к выводу о недоказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия в данном случае всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания спорных платежей недействительными как сделок, совершенных за счет должника или в счет исполнения обязательств плательщика перед должником.

При изложенных обстоятельствах, по результатам исследования и оценки всех имеющихся в деле доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, исходя из того, что наличие у должника обязательств перед контрагентами по оплате электроэнергии, водоснабжения, водоотведения и технического обслуживания, в счет исполнения которых ФИО2 произвела спорные платежи, подтверждено вступившим в законную силу судебным актом, и реальный характер отношений с контрагентами не оспаривался, а последние подтвердили поступление денежных средств от ФИО2 в счет исполнения обязательств должника, суды пришли к выводу о том, что управляющим не доказан мнимый характер оспариваемых платежей, при том, что ссылки управляющего на то, что должник располагал денежными средствами для исполнения обязательств перед контрагентами, сами по себе о мнимости платежей не свидетельствуют, а, кроме того, из материалов дела не усматривается притворный характер оспариваемых сделок, прикрывающих возврат должнику денежных средств, предоставленных в рамках корпоративного финансирования, а доказательства иного опровергающие выводы судов, не представлены.

Учитывая изложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что причинение вреда правам и интересам кредиторов должника

со стороны ФИО2 не доказано, а факт злоупотребления правом со стороны последней и должника при совершении спорных платежей, и факт направленности их действий на нарушение прав кредиторов должника, также не доказаны, а сам по себе факт вхождения названных лиц в одну группу компаний с должником о таком злоупотреблении правом не свидетельствует, суды пришли к выводу о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом, что спорные платежи были совершены с целью вывода активов должника и направлены на причинение вреда кредиторам должника.

Исходя из вышеназванных установленных судами обстоятельств,

по результатам исследования и оценки всех представленных в доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив недоказанность материалами дела совершения спорных платежей за счет должника, при злоупотреблении правом и в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также недоказанность их мнимости и притворности, суды пришли к выводу об отсутствии в материалах дела надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих наличие всех необходимых условий для признания оспариваемых платежей недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Закона о банкротстве, и правомерно отказали в удовлетворении заявленных требований.

Доводы заявителя том, что спор рассмотрен судами по незаявленному основанию - статье 61.2 Закона о банкротстве, не приняты апелляционным судом во внимание, как несостоятельные и противоречащие материалам дела, поскольку из заявления управляющего следует, что он прямо ссылается как на одно из оснований для признания спорных сделок недействительными на статью 61.2 Закона о банкротстве, полагая, что спорные сделки нарушают имущественные права кредиторов, о чем ФИО2 была осведомлена, в связи с чем, исходя из пункта 9.1 постановления Пленума № 63, с учетом обстоятельств дела и доводов управляющего, суд правомерно на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации осуществил проверку наличия оснований для признания сделки недействительной, в том числе, по статье 61.2 Закона о банкротстве.

Ссылки заявителя на обстоятельства, установленные определением от 20.12.2018 по настоящему делу, также не приняты судами во внимание, поскольку данный судебный акт отменен в установленном порядке постановлением апелляционного суда от 20.03.2019.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами наличия в данном случае всех необходимых и достаточных обстоятельств, являющихся основанием для признания спорных сделок недействительными, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются,

так как опровергаются материалами дела и документально не подтверждены,

не свидетельствуют о нарушении судами норм права, были заявлены в судах первой и апелляционной инстанций и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии

с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных

на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется

(статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить

без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Так как определением от 28.09.2020 обществу «Велес» в лице конкурсного управляющего Чу Э.С. предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, а судом округа обжалуемые судебные акты оставлены без изменения, с общества «Велес» за счет конкурсной массы

в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по кассационной жалобе в размере, установленном в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 04.06.2020 по делу № А60-13524/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.08.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Велес» ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Велес» в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу кассационной жалобы в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.А. Оденцова

Судьи Н.А. Артемьева

Г.М. Столяренко