Решение от 31 июля 2024 г. по делу № А56-23336/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-23336/2023
31 июля 2024 года
г.Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 30 июля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 31 июля 2024 года.


Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Варениковой А.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ивановой Н.Н.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: индивидуальный предприниматель ФИО1 (адрес: Россия 188642, г. Всеволожск, Ленинградская обл., ул. Центральная, д.40; Россия 191028, Санкт-Петербург, а/я 140, ИНН <***>);

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «КУБ» (адрес: Россия 191119, Санкт-Петербург, ул. Достоевского, д. 44, лит. Б, ИНН: <***>);

третьи лица: 1) общество с ограниченной ответственностью «КОНТАКТ»; 2) ФИО2; 3) ИП ФИО3; 4) ФИО6;

о взыскании задолженности, об обращении взыскания на предмет залога;

встречное требование о признании договора цессии недействительной сделкой;

при участии:

- от истца: ФИО4 (доверенность от 29.05.2023),

- от ответчика: ФИО3 (доверенность от 11.05.2023), ФИО5 (доверенность от 11.07.2024),

- от третьих лиц: 1) ФИО3 (доверенность от 25.05.2023), 2, 4 не явились, извещены;



установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, Предприниматель) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «КУБ» (далее – ответчик, Общество) о взыскании 50 000 000 руб., об обращении взыскания на предмет залога — нежилое помещение по адресу <...>, помещение II, кадастровый (условный) номер 50:15:0000000:140353 (далее - помещение).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «КОНТАКТ» (далее – ООО «КОНТАКТ»), ФИО2, ФИО3.

К участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечен ФИО6.

До вынесения решения по существу заявленных требований на основании ходатайства истца судом, в порядке установленном статьей 49 АПК РФ, приняты уточнения исковых требований, в соответствии с которыми истец просит установить начальную цену продажи предмета залога в размере 50 820 000 руб.

Определением суда от 30.01.2024 производство по делу приостановлено, в связи с назначением судебной экспертизы, проведение которой поручено эксперту ООО «Экспертно-криминалистическое бюро» ФИО7.

26.02.2023 в суд от ООО «Экспертно-криминалистическое бюро» поступило экспертное заключение №5/24-А от 22.02.2024, в связи с чем суд производство по делу возобновил.

ООО «КУБ» подало встречное исковое заявление, в котором просило признать недействительным договор уступки требования от 07.11.2022, заключенный между ФИО2 и ФИО1, ссылаясь на то, что по указанному договору уступлены права по обязательству, которое прекращено исполнением.

Встречное исковое заявление принято судом к производству.

ФИО2, ФИО6, извещенные о дате и времени судебного разбирательства в соответствии с требованиями процессуального законодательства, явку представителей в суд не обеспечили, в связи с чем дело рассмотрено в их отсутствие.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме, отказался от ранее поданного заявления о фальсификации расписок и актов о получении денежных средств, указав, что фактически указанные документы составлены для вида и не сопровождались реальной передачей денежных средств.

Представители ответчика и ООО «КОНТАКТ» возражали на иск, ссылаясь на то, что оплата по договору купли-продажи помещения между ООО «КУБ» и ООО «КОНТАКТ» была произведена в полном объеме, а недостатки в оформлении бухгалтерской и налоговой отчетности не свидетельствуют о том, что спорные расчеты не проводились. Также представители ответчика полагали, что у истца отсутствует право на иск, поскольку ФИО2, уступивший истцу право требования к ответчику, во-первых, отказался от взыскания указанной задолженности в рамках дела №2-194/21, рассмотренного Куйбышевским районным судом Санкт-Петербурга, что лишает истца права на повторное предъявление такого же требования. Во-вторых, сама по себе уступка права требования является недействительной сделкой, поскольку уступаемое право в принципе отсутствует.

Заслушав пояснения сторон, рассмотрев представленные доказательства, суд установил следующее.

16.12.2014 между ООО «КУБ» (продавец) и ООО «КОНТАКТ» (покупатель) был заключен договор купли-продажи (т. 1 л.д. 6), в соответствии с условиями которого ООО «КОНТАКТ» обязалось передать в собственность ООО «КУБ» нежилое помещение по адресу <...>, помещение II, кадастровый (условный) номер 50-50-15/049/2008-371 (в настоящее время кадастровый номер объекта 50:15:0000000:140353).

Согласно пункту 5 указанного договора стороны оценивают помещение в сумме 50 000 000 руб. В соответствии с пунктом 6 договора до момента полной оплаты ответчиком помещение находится в залоге у ООО «КОНТАКТ».

При этом условия договора не содержат сроков для оплаты помещения.

13.03.2015 зарегистрированы право собственности ООО «КУБ» на помещение и право залога ООО «КОНТАКТ» на срок с 13.03.2015 до момента оплаты, что отражено в выписке из ЕГРН на объект недвижимости.

Как указывает истец, 23.05.2016 между ООО «КОНТАКТ» и ФИО2 был заключен договор уступки права требования (цессии), в соответствии с условиями которого ООО «КОНТАКТ» в лице генерального директора ФИО8, передало ФИО2 право на взыскание с ООО «КУБ» задолженности в размере 50 000 000 руб. по договору купли-продажи от 16.12.2014, а также право на взыскание неустойки, убытков и судебных расходов.

24.06.2016 зарегистрировано обременение залога в пользу ФИО2, а 24.08.2016 ООО «КОНТАКТ» направило ООО «КУБ» уведомление об уступке права и экземпляр договора цессии, что подтверждается ценным письмом № 19323102024322 с описью вложения (т. 1 л.д. 11).

21.09.2016 указанное уведомление вручено ответчику.

В ответном письме от 23.09.2016 ответчик подтвердил получение от ООО «КОНТАКТ» уведомления об уступке права и экземпляра договора цессии. После этого ответчиком также неоднократно признавалось наличие долга в письмах от 15.12.2017, 05.09.2019, 25.01.2022, а также в акте сверки от 10.08.2018.

Впоследствии ФИО2 обратился в Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга с иском о взыскании с ООО «КУБ» процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.03.2015 по 30.08.2021. ООО «КУБ» подало встречный иск о признании договора уступки права от 23.05.2016 недействительным. Решением Куйбышевкого районного суда Санкт-Петербурга от 15.09.2022 по делу №2-194/2021 в удовлетворении первоначального и встречного исков отказано. При рассмотрении дела в Санкт-Петербургском городском суде ФИО2 отказался от заявленных требований. Отказ от иска в части требований ФИО2 к ООО «КУБ» о взыскании процентов принят судом, производство по делу в этой части прекращено, решение суда в этой части отменено. ООО «КУБ», в свою очередь, заявило отказ от апелляционной жалобы, в связи с чем апелляционное производство в этой части прекращено. Решение суда в части отказа ООО «КУБ» в удовлетворении требований о признании недействительным договора уступки права от 23.05.2016, заключенного между ООО «КОНТАКТ» и ФИО2, оставлено в силе.

07.11.2022 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор уступки права требования (цессии), в силу которого ФИО2 передал истцу приобретенное у ООО «КОНТАКТ» право требования к ООО «КУБ» в размере 50 000 000 руб. и право залога объекта недвижимости, которое зарегистрировано в ЕГРН в установленном порядке.

Ссылаясь на то, что ответчику были направлено уведомление о состоявшейся цессии и требование о возврате долга, которое не было исполнено, предприниматель ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании задолженности и об обращении взыскания на предмет залога.

До рассмотрения дела по существу в суд поступило также заявление от ФИО6 о самостоятельных требованиях относительно предмета спора: ФИО6 приобщил к материалам дела договор частичной уступки права требования (цессии) №01(02)/2022 от 01.11.2022, в соответствии с которым ФИО2 уступил ему право требования к ООО «КУБ» на сумму 50 000 руб.

Суд, в порядке установленном ст. 51 АПК РФ, привлек к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО6

Оценив в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства в совокупности и взаимосвязи, суд находит исковые требования Предпринимателя обоснованными и подлежащими удовлетворению, а встречный иск – подлежащим отклонению по следующим основаниям.

Согласно статье 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Если должник не был уведомлен в письменной форме о состоявшемся переходе прав кредитора к другому лицу, новый кредитор несет риск вызванных этим неблагоприятных для него последствий. Обязательство должника прекращается его исполнением первоначальному кредитору, произведенным до получения уведомления о переходе права к другому лицу.

Как указано в статье 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Право требования по денежному обязательству может перейти к другому лицу в части, если иное не предусмотрено законом.

В соответствии с положениями статьи 385 ГК РФ уведомление должника о переходе права имеет для него силу независимо от того, первоначальным или новым кредитором оно направлено.

Должник вправе не исполнять обязательство новому кредитору до предоставления ему доказательств перехода права к этому кредитору, за исключением случаев, если уведомление о переходе права получено от первоначального кредитора.

Кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору. Должник в разумный срок после получения указанного уведомления обязан сообщить новому кредитору о возникновении известных ему оснований для возражений и предоставить ему возможность ознакомления с ними. В противном случае должник не вправе ссылаться на такие основания (статья 386 ГК РФ).

Согласно части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истец в обоснование заявленных требований ссылается на заключенный между ним и ФИО2 договор цессии, на наличие зарегистрированного на основании этого договора в его пользу обременения в отношении помещения, на подписанные со стороны ответчика акт сверки и письма, подтверждающие наличие задолженности. Истец указал, что получив уведомление о переходе прав по обязательству и соответствующий договор цессии, ответчик на протяжении длительного времени вплоть до обращения Предпринимателя в суд не возражал против требования нового кредитора, не заявил ему о том, что обязательство уже исполнено, не предоставил новому кредитору возможность ознакомиться со спорными расписками, не оспаривал залог. Напротив, в своих письмах и в акте сверки ответчик подтверждал новому кредитору долг по договору купли-продажи, признавая тем самым действие этого договора. Изложенное, по мнению истца, лишает ответчика права вопреки своему предыдущему поведению ссылаться на то, что по договору купли-продажи помещения были проведены расчеты.

Ответчик и ООО «КОНТАКТ» возражали против иска со ссылкой на то, что заявленное право требования прекращено исполнением, в подтверждение чего представили расписки и акты от 21.03.2015, 20.05.2016, 22.05.2016, свидетельствующие о том, что ответчик передал ООО «КОНТАКТ» 50 000 000 руб. наличными. В связи с этим ООО «КУБ» предъявил также встречный иск о признании договора уступки права от 07.11.2022 недействительным.

Оценивая доводы сторон в этой части, а также представленные ими доказательства, суд исходит из следующего.

Условия договора купли-продажи от 16.12.2014 не содержат сроков для оплаты объекта недвижимости, устанавливая лишь, что до момента оплаты объекта он находится в залоге у продавца.

Право залога было зарегистрировано в ЕГРН. Причем залог (ипотека) согласно представленной в материалы дела выписке из ЕГРН на момент рассмотрения дела зарегистрированы в пользу ФИО1 с указанием срока действия: с 13.03.2015 до момента оплаты.

При этом в судебном заседании представители ответчика не только не оспаривали осведомленность о наличии залога в пользу истца, но и не смогли указать причин, по которым, если обременение отсутствует, указанная запись не была погашена.

Ответчик и третье лицо настаивали на том, что все обязательства по договору купли-продажи были исполнены в 2015-2016 годах, что подтверждается представленными в материалы дела расписками и актами о передачи денег.

Истец заявил что указанные расписки и акты составлены для вида, исключительно с целью добиться отказа в иске без реальной передачи денег. Указанные документы изготовлены после того, как ответчик получил уведомление об уступке права требования.

Ответчик в ходе судебного разбирательства указал, что долг перед ООО «КОНТАКТ» был оплачен за счет заемных средств, полученных от генерального директора ООО «КУБ» ФИО9, в подтверждение чего представил договор займа, заключенный с этим лицом, а также выписку по счету, из которой следует, что в течение длительного времени ООО «КУБ» производило выплаты в пользу ФИО9 с назначение платежа: «выплата заработной платы, возврат займа».

Вместе с тем, реальность данного договора займа опровергается бухгалтерской отчетностью ответчика, с которой не отражены заемные средства в том размере, который указан в договоре займа. Так, согласно балансу ООО «КУБ» за 2015 год, сумма займов (кредитов) на начало года составляет 2 069 000 руб., а на конец года – 5 179 000 руб. В соответствии с балансом за 2016 год сумма займов на начало года составила 5 170 000 руб., а на конец года – 29 017 000 руб.

Помимо этого следует отметить, что платежи с указанием двойного назначения - выплата заработной платы и возврат займа не позволяют однозначно определить целевое направление произведенных выплат.

Также следует отметить, что сам ФИО9 не предоставил справку о своих доходах, документы о снятии наличных с банковских счетов в преддверии спорных расчетов или какие-либо иные доказательства финансовой возможности предоставления займа на сумму 50 000 000 руб., равно как не смог пояснить и источник происхождения у него указанных средств.

Также в налоговой и бухгалтерской отчетности ООО «КУБ» за 2015 и 2016 годы в принципе не отражены операции по принятию на учет приобретенного по договору купли-продажи помещения, по начислению на него амортизации, равно как и о произведенных выплатах за указанное имущество. Ответчик не пояснил мотивы, по которым наличные расчеты не оформлены документами, которые предписаны для оформления наличных расчетов (приходные и расходные ордера, кассовые книги и пр.) действующим законодательством (пп. 4.6, 5, 6 Указания Банка России №3210-У от 11.03.2014, Постановление Госкомстата РФ N 88 от 18.08.1998.).

Помимо изложенного следует отметить, что в материалы дела представлены многочисленные письма ООО «КУБ», датированные 2016, 2017, 2019, 2022 годами, а также акт сверки от 10.08.2018, в которых указанная организация признает наличие долга по договору купли-продажи помещения.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства заявлено о фальсификации доказательств: подделке подписи от имени ФИО8 на договоре цессии от 23.05.2016, а также подделке подписи ФИО9 в акте сверки взаимных расчетов от 10.08.2018.

В связи с наличие заявления о фальсификации судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза по вопросам:

1) Выполнена ли подпись от имени ФИО8 на договоре цессии от 23.05.2016, заключенном между ООО «Контакт» и ФИО2, ФИО8 или иным лицом с подражанием подписи ФИО8?

2) Есть ли основания полагать, что исследуемая подпись выполнена намеренно искаженным почерком или с подражанием почерку ФИО8 или в необычной обстановке?

3) Выполнена ли подпись ФИО9 в акте сверки взаимных расчетов от 10.08.2018, ФИО9 или иным лицом с подражанием подписи ФИО9?

4) Есть ли основания полагать, что исследуемая подпись выполнена намеренно искаженным почерком или с подражанием почерку ФИО9, или в необычной обстановке?

Проведение экспертизы поручено эксперту ООО «Экспертно-криминалистическое бюро» ФИО7

26.02.2023 в суд от ООО «Экспертно-криминалистическое бюро» поступило экспертное заключение №5/24-А от 22.02.2024, из которого усматривается, что рукописная запись «Калинин Владимир Сергеевич» и подпись от имени ФИО8 с исследуемом Договоре уступки требования (цессии) от 23 мая 2016 года, заключенного между ФИО2 и ООО «Контакт» в лице генерального директора ФИО8, выполнены самим ФИО8; каких-либо признаков, свидетельствующих о намеренном изменении почерка при выполнении подписи и рукописной записи «Калинин Владимир Сергеевич» - не выявлено.

Также эксперт пришел к однозначному выводу о том, что подпись от имени ФИО9 в акте сверки взаимных расчетов от 10.08.2018 выполнена самим ФИО9 Каких-либо признаков, свидетельствующих о намеренном изменении признаков подписи не выявлено.

Опровержений выводов эксперта от участников по делу не поступило, о проведении повторной экспертиза не заявлено.

Оценив представленное заключение по правилам статей 71, 86 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что заключение эксперта отражает все установленные статьей 86 АПК РФ сведения, оснований не доверять сделанному экспертом выводу не установлено, в связи с чем он является надлежащим доказательством по делу, которое подтверждает принадлежность подписей в оспариваемых документах ФИО8 и ФИО9

Принадлежность подписи ФИО9 в гарантийных письмах ответчиком не оспаривалась.

В судебном заседании представитель ответчика настаивал на том, что все перечисленные документы являются недостоверными, поскольку из офиса ООО «КУБ» были похищены чистые листы с подписью ФИО9 и в последующем на эти листы был впечатан нужный истцу текст.

Вместе с тем, как уже было указано ранее, каждая сторона должна доказать обстоятельства, на которые она ссылается. Доказательств, подтверждающих приведенный довод ответчика, в материаы дела не представлено.

Также следует отметить противоречивость показаний самого ФИО9 Так, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ФИО9 в рамках настоящего дела дал показания о том, что не знаком с ФИО2 и не знал о наличии залога.

Однако осведомленность о залоге и о правах ФИО2 подтверждается тем, что ответчик подписал договор купли-продажи, в который внесены сведения о залоге, получил уведомление о переходе к ФИО2 права требования, направлял письма в адрес ФИО2 (т. 1 л.д. 13, 14, 16, 17), составлял с ФИО2 акт сверки взаимных расчетов (т. 1 л.д. 15). Кроме того, ответчик не отрицал того, что совместно с ФИО2 участвовал в Москве в переговорах по вопросу продажи помещения, и заключил договор аренды, в который внесены сведения о залоге в пользу ФИО2 (т. 4 л.д. 18, 19, 108).

Генеральный директор ООО «КОНТАКТ» ФИО6 также дал показания о том, что не знаком с ФИО2 и не заключал с ним договор цессии.

Однако ФИО2 представлены в суд доказательства, свидетельствующие о том, что еще до заключения договора цессии ФИО6 представлял интересы ООО «Амфора», руководителем которого является ФИО2, в Арбитражном суде Санкт-Петербурга и Ленинградской области (т. 4 л.д. 118-140), затем от имени ООО «КОНТАКТ» заключил договор цессии с ФИО2, подал документы на государственную регистрацию перехода права на залог (т. 1 л.д. 128), направил соответствующее уведомление ответчику (т. 1 л.д. 11-13).

Такое процессуальное поведение руководителей ООО «КУБ» и ООО «КОНТАКТ» ставит под сомнение не только достоверность данных ими суду показаний, но и достоверность документов, подписанных этими лицами, в частности, расписок о получении денежных средств и актов.

Также суд соглашается с доводами ответчика о том, что при рассмотрении дела в Куйбышевском районном суде города Санкт-Петербурга была проведена экспертиза представленных ООО «КУБ» и ООО «КОНТАКТ» расписок и актов о передаче денежных средств, в ходе которой был установлен факт искусственного состаривания документов. Указанное заключение представлено сторонами в материалы дела и является письменным доказательством, содержание которого сторонами не оспаривается.

Оценивая в совокупности перечисленные факты, суд соглашается с утверждением истца о том, что расписки и акты, сопровождающие расчеты между ООО «КУБ» и ООО «КОНТАКТ», являются документами, вопрос изготовления которых зависит исключительно от указанных лиц, заинтересованных в исходе дела. При этом реальность проведения расчетов не только не подтверждается иными доказательствами, имеющимися в материалах дела, но, напротив, опровергается представленными документами, исходящими от самих ООО «КУБ» и ООО «КОНТАКТ».

ООО «КОНТАКТ» не представило документы о внесении денежных средств на расчетный счет, о расчетах с кредиторами или иные объективные доказательства их получения и последующего расходования. Генеральный директор ООО «КОНТАКТ» не пояснил и, будучи опрошенным судом, даже не смог вспомнить, как были израсходованы полученные им 50 млн. руб. Не согласившись с иском, ООО «КОНТАКТ» как залогодержатель не представило доказательств того, что после спорных расчетов подало документы для государственной регистрации прекращения залога, что ожидаемо если спорных расчетов, действительно, не было и залогодержатель не принимал исполнение. ООО «КОНТАКТ» не декларировало и не уплатило следуемые налоги, не внесло спорный доход в свою бухгалтерскую отчетность, что необходимо в случае, если ООО «КОНТАКТ» в действительности не получало спорный доход.

Согласно статье 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

На основании статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 №25, указано, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В данном случае, оценивая и процессуальное и фактическое поведение ответчика, суд соглашается с доводами истца о том, что оно явно нарушает стандарт разумного и добросовестного осуществления гражданских прав.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом доказано наличие уступленного ему права требования, ввиду чего договор, на основании которого это право возникло, является действительным.

Суд отклоняет доводы ответчика об утрате истцом права на иск, поскольку ФИО2 в рамках дела, рассмотренного Куйбышевским районным судом отказался от иска к ООО «КУБ».

Согласно пункту 3 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

В данном случае предметом спора по делу, рассмотренному Куйбышевским районным судом, было взыскание процентов по договору купли-продажи. Истцом по делу выступал ФИО2, а ответчиком – ООО «КУБ».

В данном случае предмет иска – взыскание стоимости помещения по договору купли продажи, истец – ФИО1, ответчик – ООО «КУБ».

Соответственно, оснований для прекращения производства по делу в данном случае не имеется, а отказ ФИО2 от иска о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 18.03.2015 по 30.08.2021, не лишил ФИО2 и истца как его правопреемника права предъявить иск о взыскании суммы основного долга и иск об обращении взыскания на предмет залога.

Ответчик, возражая на иск, заявил о пропуске срока исковой давности в отношении заявленного требования.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из разъяснений, данных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», следует, что течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

К действиям, свидетельствующим о признании долга, в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга. Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда следует, что в случае признания ответчиком долга срок исковой давности прерывается и начинает течь заново, поскольку истец, добросовестно полагаясь на такое признание, вправе, не обращаясь в суд, ожидать исполнения ответчиком своих обязанностей.

В данном случае в материалах дела имеются письма генерального директора ООО «КУБ» ФИО9, последнее из которых датировано 25.01.2022, в которых ответчик признает наличие долга. Соответственно, срок исковой давности в отношении заявленного требования не является пропущенным.

Что касается заявления ООО «КОНТАКТ» о фальсификации акта приема-передачи денежных средств между ООО «КОНТАКТ» и ФИО2 В данном случае соответствующий документ в материалах дела отсутствует. При этом должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Согласно пункту 2 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 №54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 ГК РФ, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

В соответствии с пп. 1, 2 ст. 486 ГК РФ покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства. Если договором купли-продажи не предусмотрена рассрочка оплаты товара, покупатель обязан уплатить продавцу цену переданного товара полностью.

Согласно п. 2 ст. 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, оно должно быть исполнено в разумный срок после возникновения обязательства. Обязательство, не исполненное в разумный срок, а равно обязательство, срок исполнения которого определен моментом востребования, должник обязан исполнить в семидневный срок со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из закона, иных правовых актов, условий обязательства, обычаев делового оборота или существа обязательства.

Согласно п. 1 ст. 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Поскольку судом установлено, что право требования оплаты по договору купли-продажи от 16.12.2014 перешло к истцу, это право обеспечено залогом недвижимого имущества, и требование истца об оплате не исполнено, суд считает подлежащим удовлетворению требование истца об обращении взыскания на предмет залога.

Согласно ст. 333.21 НК РФ государственная пошлина за подачу заявления о взыскании долга составляет 200 000 руб., за подачу заявления об обращении взыскания на заложенное имущества составляет 6 000 рублей.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении первоначального искового заявления в полном объеме, а также с учетом предоставленной истцу отсрочки уплаты государственной пошлины, государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области



решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Куб» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 50 000 000 руб. задолженности, обратить взыскания на предмет залога — нежилое помещение по адресу <...>, помещение II, кадастровый (условный) номер 50:15:0000000:140353.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Куб" в доход федерального бюджета 206 000 руб. пошлины за рассмотрение дела в суде первой инстанции.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.


Судья Вареникова А.О.