Решение от 25 октября 2024 г. по делу № А56-26491/2024

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

Санкт-Петербург, ул. Смольного, д. 6

http://www.spb.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-26491/2024
25 октября 2024 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть решения объявлена 09 октября 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 25 октября 2024 года.


Судья Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области Буткевич Л.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Вагаповым Ш.М.,

рассмотрев в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции исковое заявление б/д б/н

общества с ограниченной ответственностью «Корпоративные Системы» (адрес: 196105, Санкт-Петербург, пр-кт Юрия Гагарина, д. 1 лит. А, пом. 71Н, ком. 268; ИНН: <***>)

о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам

общества с ограниченной ответственностью «Оборонэлектро» (ИНН: <***>; адрес: 197374, Санкт-Петербург, вн. тер. г. Муниципальный округ Озеро Долгое, дор. Торфяная, д. 7, лит. Ф, пом./оф. 20-н/1418)

ответчики:

- ФИО1 (ИНН <***>)

- ФИО2 (ИНН <***>)

- ФИО3

- ФИО4

- ФИО5

третье лицо: ООО «Оборонэлектро» (ИНН: <***>)

при участии:

от истца представитель ФИО6 по доверенности от 30.03.2023 путем использования системы веб-конференции

ФИО5 по паспорту и представитель ФИО7 по доверенности от 21.09.2024

от ФИО3 и от ФИО4 представитель ФИО7 по доверенности от 26.09.2024

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Корпоративные Системы» (далее - истец, заявитель, кредитор, ООО «Корпоративные Системы») обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Оборонэлектро» (далее - должник, третье лицо, ООО «Оборонэлектро») несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 27.07.2023 указанное заявление принято к производству.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон №127-ФЗ, Закон о банкротстве) установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Определением арбитражного суда от 01.02.2024 (резолютивная часть от 31.01.2024) производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Оборонэлектро» прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

20.03.2024 ООО «Корпоративные Системы» обратилось в арбитражный суд посредством информационной системы «Мой Арбитр» с исковым заявлением, в котором истец просит:

- привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оборонэлектро» перед ООО «Корпоративные Системы» ФИО1, ФИО3, ФИО2;

- взыскать солидарно со ФИО1, ФИО3, ФИО2 в пользу ООО «Корпоративные Системы» денежные средства в размере 1 277 867,22 руб.;

- взыскать солидарно со ФИО1, ФИО3, ФИО2 в пользу ООО «Корпоративные Системы» расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 779 руб.

Определением арбитражного суда от 10.07.2024 удовлетворено ходатайство истца о замене ответчика ФИО3 на его наследников, в связи с чем в порядке статей 47, 48 АПК РФ произведена замена ненадлежащего ответчика ФИО3 на ФИО3, ФИО4 и ФИО5.

Протокольным определением от 11.09.2024 арбитражный суд признал дело подготовленным к судебному разбирательству и завершил предварительное судебное заседание в порядке статей 136, 137 АПК РФ.

К настоящему судебному заседанию в материалы дела поступил отзыв (возражения) ФИО3, ФИО4 и ФИО5 от 03.10.2024 на заявление о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании денежных средств, а также ходатайство истца об участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, которое удовлетворено судом.

Явку в настоящее судебное заседание обеспечили лично ФИО5 и представители истца (путем использования системы веб-конференции), ФИО3 и ФИО4

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания в соответствии со статьей 123 АПК РФ, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

ФИО5 и представитель ФИО3 и ФИО4 изложили свои позиции по существу искового заявления о привлечении к субсидиарной ответственности и по доводам представленного в материалы дела отзыва (возражений), ходатайствовали о приобщении к материалам дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Оборонэлектро».

Представитель истца изложил свою позицию по существу заявленных требований о привлечении к субсидиарной ответственности и по доводам пояснений ответчиков, устно ходатайствовал об отложении судебного заседания.

В удовлетворении ходатайства представителя истца об отложении судебного заседания отказано ввиду отсутствия оснований, предусмотренных статьей 158 АПК РФ, и обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела по существу.

При этом арбитражный суд отмечает, что нормы статьи 158 АПК РФ предполагают право, а не обязанность суда отложить судебное разбирательство, тогда как в рассматриваемом случае отложение судебного разбирательства приведет к необоснованному затягиванию рассмотрения искового заявления.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства, заслушав представителей сторон, установил следующее.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.03.2022 по делу №А56-110200/2021 с ООО «Оборонэлектро» в пользу ООО «Корпоративные системы» было взыскано 1 147 994,76 руб. задолженности по возврату предоплаты, 660 Евро по курсу ЦБ РФ на дату платежа неустойки, 22 507,31 руб. судебных расходов по оплате госпошлины, а также определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2022 по делу №А56-110200/2021 о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 41 955,12 руб.

Указанная задолженность возникла из сложившихся между ООО «Корпоративные Системы», выступающим в качестве покупателя, и ООО «Оборонэлектро», выступающим в качестве поставщика, отношений по поставке продукции в рамках договора поставки №31 от 15.03.2021, а именно: покупатель по платежному поручению от 18.03.2021 №545 осуществил предоплату за товар в сумме 1 147 994,76 руб., а поставщик в течение 11 недель с момента поступления авансового платежа товар не поставил.

Истцу по вышеуказанному делу были выданы исполнительные листы:

1) ФС №037685136 от 23.03.2022, на основании которого в отношении ответчика в Западном отделе Приморского района Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу было возбуждено исполнительное производство №174685/23/78024-ИП от 16.06.2023 (окончено 25.12.2023 в связи с отсутствием имущества);

2) ФС №038608798 от 15.07.2022, на основании которого в отношении ответчика в Западном отделе Приморского района Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу было возбуждено исполнительное производство №174626/23/78024-ИП от 16.06.2023 (окончено 25.12.2023 в связи с отсутствием имущества).

Как указано ранее, 25.07.2023 ООО «Корпоративные Системы» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Оборонэлектро» несостоятельным (банкротом). Определением арбитражного суда от 27.07.2023 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 01.02.2024 (резолютивная часть от 31.01.2024) производство по делу о банкротстве ООО «Оборонэлектро» №А56-70346/2023 прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

В связи с тем, что требования ООО «Корпоративные Системы» не были погашены в полном объеме, а дело о банкротстве ООО «Оборонэлектро» №А56-70346/2023 прекращено, истец на основании статей 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве обратился в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением о привлечении руководителя должника - ФИО1, участника общества - ФИО2 и наследников участника - ФИО3: ФИО3, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве применительно к положениям статьи 61.19 и пунктов 3, 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве.

Рассмотрение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве предусмотрено пунктом 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве и осуществляется в случае, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона №127-ФЗ.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.19 Закона №127-ФЗ заявление о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, поданное после завершения конкурсного производства, прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом, рассматривается арбитражным судом, ранее рассматривавшим дело о банкротстве и прекратившим производство по нему (вернувшим заявление о признании должника банкротом), по правилам искового производства.

Как следует из пункта 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве, заявление о привлечении к ответственности может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом (пункт 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 Закона о банкротстве, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 Закона №127-ФЗ (пункт 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53), по смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 51 Постановления №53, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности как по основаниям, предусмотренным статьей 61.11 Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным статьей 61.12 Закона о банкротстве (часть 6 статьи 13 АПК РФ), поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления.

Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве).

ООО «Корпоративные Системы» является заявителем по делу №А56-70346/2023 о банкротстве ООО «Оборонэлектро», прекращенному определением арбитражного суда от 01.02.2024 на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, то есть обладает специальным правом на обращение в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках самостоятельного искового производства в порядке пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника возможно при доказанности совокупности условий, включающих наличие у названных лиц права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять его действия, совершение ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности, наличие причинно-следственной связи между использованием вышеуказанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде его несостоятельности, недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.10 Закона №127-ФЗ возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Истец просит суд привлечь к субсидиарной ответственности следующих лиц: руководителя ООО «Оборонэлектро» - ФИО1, участника общества - ФИО2 и наследников участника общества ФИО3 - ФИО3, ФИО4 и ФИО5, ссылаясь на презумпции, установленные статьей 61.10 Закона №127-ФЗ.

В силу пункта 3 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление №53) по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1-3 пункта 2 статьи 61.10 Закона №127-ФЗ). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно разъяснениям пункта 7 Постановления №53 предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности. Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.).

Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 №307-ЭС19-18723 (2,3), также следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий. По смыслу абзаца третьего пункта 16 Постановления №53 к ответственности подлежит привлечению то лицо, которое инициировало совершение подобной сделки и (или) получило (потенциальную) выгоду от ее совершения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 Постановления №53, предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника.

В обоснование довода о наличии у ответчиков статуса контролирующих должника лиц истец указал следующие обстоятельства:

1) ФИО1: генеральный директор ООО «Оборонэлектро» в период с 12.01.2021 по настоящее время, а также участник общества с 16.12.2020 с долей 9%;

2) ФИО2: участник общества с 16.12.2020 с долей в размере 51%;

3) ФИО3: являлся участником общества с 16.12.2020 с долей в размере 40%.

Кроме того, заявленные истцом требования о привлечении к субсидиарной ответственности также предъявлены в отношении наследников умершего ФИО3, являющихся процессуальными правопреемниками субсидиарного ответчика, со ссылкой на изложенную в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.12.2019 №303-ЭС19-15056 по делу №А04-7886/2016 правовую позицию, в соответствии с которой долг наследодателя, возникший в результате привлечения его к субсидиарной ответственности, входит в наследственную массу.

Согласно материалам обособленного спора и в соответствии со сведениями из единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) генеральным директором ООО «Оборонэлектро» с 12.01.2021 по настоящее время является ФИО1, который в период с 16.12.2020 также является участником общества с долей 9%, а ФИО2 является участником общества с 16.12.2020 по настоящее время с долей в размере 51%.

Таким образом, ФИО1 является контролирующим должника лицом применительно к положениям подпункта 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона №127-ФЗ; ФИО2 является контролирующим должника лицом применительно к положениям подпункта 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве.

Относительно статуса ФИО3, следовательно, и его наследников: ФИО3, ФИО4 и ФИО5, арбитражный суд отмечает, что истцом не представлено достаточных доказательств того, что ФИО3, будучи в период с 16.12.2020 участником ООО «Оборонэлектро» с долей 40%, то есть обладающий менее чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью голосов в общем собрании участников юридического лица, являлся контролирующим должника лицом и имел фактическую возможность определять его действия, совершал какие-либо недобросовестные или незаконные действия, а также, что ФИО3 мог получить или получил выгоду от таких действий.

При этом согласно разъяснениям пункта 5 Постановления №53 само по себе участие в органах должника не свидетельствует о наличии статуса контролирующего его лица, тогда как истцом не доказано наличие оснований для признания действий ФИО3 и ФИО2 совместными в целях сложения их долей (статья 53.2 ГК РФ, статья 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 №948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

В материалах дела также отсутствуют доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ФИО3 либо его наследников и наступившим объективным банкротством ООО «Оборонэлектро», в связи с чем ФИО3, а также ФИО3, ФИО4 и ФИО5 не могут быть признаны контролирующим должника лицами применительно к положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве и разъяснениям, изложенным в Постановлении №53, для целей применения специальных норм главы III.2 Закона о банкротстве, в связи с чем отсутствуют правовые основания для их привлечения к субсидиарной ответственности по заявленным истцом основаниям.

ООО «Корпоративные Системы» просит привлечь к субсидиарной ответственности ответчиков применительно к положениям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица и пункта 1 статьи 61.12 Закона №127-ФЗ в связи с неподачей заявления должника о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно положениям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона №127-ФЗ.

При доказанности обстоятельств, составляющих опровержимые презумпции доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона №127-ФЗ неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона №127-ФЗ, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона №127-ФЗ, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона №127-ФЗ, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Если в течение вышеуказанного срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока:

- собственник имущества должника - унитарного предприятия обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 9 Постановления №53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве (пункт 12 Постановления №53).

Согласно правовой позиции, отраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 за 2016 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016 (далее - Обзор от 06.07.2016), в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Таким образом, заявитель должен доказать наличие неправомерных действий контролирующего должника лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, и причинную связь между указанными действиями и последующим затруднением проведения процедуры несостоятельности (банкротства), в том числе формирования и реализации конкурсной массы, следствием чего явилась невозможность удовлетворения требований конкурсных кредиторов, а лицо, привлекаемое к ответственности, то обстоятельство, что оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника, а также отсутствие своей вины в признании должника несостоятельным (банкротом).

Пунктом 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве

Статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2015 №307-ЭС15-5270, невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (пункт 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3(2018), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018).

В силу подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (пункт 17 Постановления №53).

Правовое значение субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, состоит в предотвращении причинения вреда контрагентам должника, которые вступают с ним в правоотношения, не зная о его неплатежеспособности.

Для привлечения контролирующего должника лица к ответственности по исследуемому основанию необходимо представить в материалы дела доказательства того, что после возникновения обстоятельств, подтверждающих возникновение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, должник принял на себя новые обязательства перед кредиторами, которые не были им исполнены, тем самым причинив указанным кредиторам вред.

Из буквального толкования пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ) следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на ответчика является наличие причинно-следственной связи между использованием (либо неиспользованием) им своих прав и (или) возможностей в отношении юридического лица, результатом которых стала его неплатежеспособность, что привело к взысканию с ответчика задолженности перед истцом в судебном порядке.

При этом положения абзаца 2 пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ возлагает обязанность по доказыванию обстоятельств, являющихся основанием для привлечения контролирующего должника лица к ответственности, на лицо, заявившее такое требование, то есть на истца.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий руководителя или учредителя юридического лица возлагается на лицо, требующее привлечения ответчика к ответственности, то есть в рассматриваемом случае на истца.

В обоснование заявленных требований в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности применительно к положениям статьи 61.12 Закона №127-ФЗ за неподачу заявления о банкротстве должника истец указал, что признаки неплатежеспособности у ООО «Оборонэлектро» возникли не позднее 31.12.2021, в связи с чем ФИО1 (генеральный директор с 12.01.2021 и участник с 16.12.2020 с долей 9%), ФИО3 (участник с 16.12.2020 с долей 40%) и ФИО2 (участник с 16.12.2020 с долей 51%) обязаны были обратиться с заявлением о признании ООО «Оборонэлектро» несостоятельным (банкротом) в период с 30.12.2021 по 31.01.2022, однако не сделали этого, продолжив наращивать кредиторскую задолженность, что привело к причинению истцу убытков в связи с неправомерным удержанием ООО «Оборонэлектро» денежных средств ООО «Корпоративные Системы».

По мнению истца, ответчики осознавали, что у ООО «Оборонэлектро» отсутствует возможность поставить оплаченный товар либо вернуть денежные средства в полном объеме вследствие неплатежеспособности и недостаточности имущества, однако не предприняли необходимых мер для разрешения ситуации, то есть ФИО1, ФИО3 и ФИО2 совершены виновные противоправные действия, повлекшие причинение ООО «Корпоративные Системы» убытков на сумму 1 277 867,22 руб.

В целях определения даты возникновения неплатежеспособности и/или недостаточности имущества должника истец, ссылаясь на предоставленной Государственным информационным ресурсом бухгалтерской (финансовой) отчетности (ресурс БФО) анализ бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «Оборонэлектро» и на анализ финансового состояния должника с использованием программного комплекса «F-анализ», указал на отклонение характеризующих платежеспособность должника ключевых коэффициентов (текущей ликвидности, обеспеченности собственными средствами, восстановления платежеспособности) от нормальных показателей. В связи с этим заявитель считает, что контролирующими должника лицами с момента создания общества была выбрана модель ведения дел должника с повышенными рисками неисполнения принятых на себя обязательств, поскольку ООО «Оборонэлектро» не обладает внеоборотными активами, в том числе основными средствами, а оборотные активы в основном состоят из дебиторской задолженности.

При этом истец считает установленными обстоятельства наращивания задолженности после возникновения признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества и после истечения срока для подачи заявления о признании ООО «Оборонэлектро» несостоятельным (банкротом) (31.01.2022), поскольку наличие задолженности перед ООО «Корпоративные Системы» подтверждено решением арбитражного суда от 23.03.2022 по делу №А56-110200/2021, в соответствии с которым с ООО «Оборонэлектро» в пользу ООО «Корпоративные Системы» взыскано 1 277 867,22 руб.

Ответчики вопреки положениям статьи 65 АПК РФ возражений против удовлетворения заявления истца в части привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника в материалы настоящего дела не представили.

Арбитражный суд отмечает, что моментом возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом является тот момент, когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Как указано ранее и отражено в пункте 2 Обзора от 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом среди прочего входит установление объема обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, то есть для привлечения контролирующего должника лица к ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника необходимо представить в материалы дела доказательства того, что после возникновения обстоятельств, подтверждающих возникновение обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, должник принял на себя новые обязательства перед кредиторами, которые не были им исполнены, тем самым причинив указанным кредиторам вред. Недоказанность указанного обстоятельства также влечет отказ в удовлетворении заявления.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в указанной статье, является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника.

Вместе с тем арбитражный суд отмечает, что в рассматриваемом случае вопреки вышеизложенным правовым нормам и разъяснениям заявитель не представил сведений и доказательств принятия на себя должником новых обязательств перед кредиторами и наличия у должника неисполненных денежных обязательств, возникших после указанной истцом даты возникновения обязанности ответчиков по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве ООО «Оборонэлектро» - 31.01.2022.

Как указано ранее и следует из материалов дела, между ООО «Корпоративные Системы» (покупатель) и ООО «Оборонэлектро» (поставщик) заключен договор поставки №31 от 15.03.2021, в рамках которого покупатель по платежному поручению от 18.03.2021 №545 осуществил предоплату за товар в сумме 1 147 994,76 руб., а поставщик в нарушение пункта 6 спецификации №1 к договору поставки №31 от 15.03.2021 в течение 11 недель с момента поступления авансового платежа (то есть в срок до 03.06.2021) товар не поставил, в связи с чем покупатель обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к поставщику о взыскании задолженности. Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.03.2022 по делу №А56-110200/2021 с ООО «Оборонэлектро» в пользу ООО «Корпоративные системы» была взыскана задолженность по возврату предоплаты, неустойка и судебные расходы по оплате госпошлины и услуг представителя.

Следовательно, указанная задолженность ООО «Оборонэлектро» перед истцом возникла в 2021 году, то есть ранее указанной им даты возникновения обязанности ответчиков по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве (31.01.2022).

Из официальной общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел на сайте http://kad.arbitr.ru, также следует отсутствие кредиторов с более поздним сроком формирования задолженности перед ними у ООО «Оборонэлектро»:

- в рамках дела №А56-3017/2023 с ООО «Оборонэлектро» Отделением СФР по Санкт-Петербургу и Ленинградской области взыскана сумма необоснованно выплаченной пенсии в размере 3 277,76 руб., возникшая по причине несвоевременного представления сведений индивидуального (персонифицированного) учета за декабрь 2020 года;

- в рамках дела №А56-103647/2022 с ООО «Оборонэлектро» взыскано в пользу ООО «КОМТЕХПРОМ» неосновательное обогащение в размере 629 200 руб., возникшее в результате совершенного ООО «Оборонэлектро» 12.04.2019 на основании Контракта №07-2019 от 23.01.2019 денежного перечисления;

- в рамках дела №А71-6465/2022 с ООО «Оборонэлектро» взыскана задолженность, возникшая в результате ненадлежащего исполнения ООО «Оборонэлектро» обязательств по поставке товара по договору поставки №КИ-21-2021 от 04.03.2021, являющаяся требованием о взыскании неосновательного обогащения в сумме 2 034 006,91 руб. предварительной оплаты, обязательство по возврату которой возникло 12.10.2021;

- в рамках дела №А56-17776/2022 с ООО «Оборонэлектро» в пользу АО «Научно-исследовательский институт автоматизированных систем и комплексов связи «Нептун» взыскана сумма неосвоенного аванса в размере 599 816,23 руб. по договору поставки №ПКИ/08-2021 от 01.06.2021 со сроком поставки продукции на основании Технического задания (приложение №2 к договору) - не позднее 06.08.2021;

- в рамках дела №А56-13663/2022 с ООО «Оборонэлектро» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО8 взыскана предварительная оплата по договору от 12.08.2021 №54/21 в размере 401 200 руб.;

- в рамках дела №А56-6074/2022 с ООО «Оборонэлектро» в пользу АО «Система комплекс» взыскана задолженность в размере 1 500 075,59 руб. аванса по договору поставки №49/07 от 22.07.2021 в связи с нарушением установленных в Спецификациях №3, 4 и 8 сроков поставки товара: не позднее 06.10.2021, не позднее 03.11.2021 и не позднее 12.11.2021 соответственно;

- в рамках дела №А56-120713/2021 с ООО «Оборонэлектро» взыскана в пользу ООО «СтудТехСервис Плюс» сумма предварительной оплаты по договору поставки №55/21 от 16.08.2021 в размере 968 200 руб. и сумма убытков в размере 443 523,66 руб. за неисполнение обязательств по поставке товара в установленный договором и спецификацией срок - 12.10.2021.

Таким образом, вся вышеуказанная задолженность ООО «Оборонэлектро», в том числе перед ООО «Корпоративные Системы», возникла в 2021 году, то есть ранее указанной истцом в качестве даты возникновения признаков банкротства и обязанности ответчиков по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника - 31.01.2022. При этом привлечение ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона №127-ФЗ за неподачу заявления о признании должника банкротом и установление размера такой ответственности возможно по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказательства возникновения у ООО «Оборонэлектро» иных финансовых обязательств после указанной даты (31.01.2022) и до фактической даты возбуждения дела о банкротстве (27.07.2023), в том числе до даты подачи в суд искового заявления о привлечении к субсидиарной ответственности (20.03.2024), истцом в материалы настоящего дела не представлены, то есть с момента возникновения признаков неплатежеспособности ответчиками не были допущены действия, направленные на наращивание кредиторской задолженности путем принятия дополнительных заведомо неисполнимых обязательств. Следовательно, имущественный вред кредиторам, в том числе истцу, фактом необращения руководителем и участниками должника в суд с заявлением о признании должника банкротом причинен не был. При этом ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Истцом также не представлено доказательств того, что в случае исполнения ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в срок до 31.01.2022 задолженность перед ООО «Корпоративные Системы» была бы погашена, то есть отсутствуют доказательства наличия прямой причинно-следственной связи между бездействием руководителя/участников общества и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами, в том числе перед заявителем.

Следовательно, основания для удовлетворения искового заявления в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неисполнение ими предусмотренной статьей 9 Закона №127-ФЗ обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют.

Кроме того, в пункте 22 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 №6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (абзац второй пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Из анализа вышеназванных норм права и разъяснений следует, что необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 4 Постановления №53, предполагается, что участник корпорации, учредитель унитарной организации является контролирующим лицом, если он и аффилированные с ним лица вправе распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций (долей, паев) должника, либо имеют в совокупности 50 и более процентов голосов при принятии решений общим собранием, либо если их голосов достаточно для назначения (избрания) руководителя должника.

Как указано в пункте 13 Постановлении №53, по смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

- это лицо являлось контролирующим, в том числе, исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и так далее;

- оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

- данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

- оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При этом, как указано ранее, ФИО3, а также его наследники: ФИО3, ФИО4 и ФИО5 не могут быть признаны контролирующим должника лицами применительно к положениям статьи 61.10 Закона №127-ФЗ и разъяснениям, изложенным в Постановлении №53, для целей применения специальных норм главы III.2 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае истцом также не представлено достаточных доказательств возможности участников общества давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия, в том числе наличия у участников общества полномочий по созыву собрания коллегиального органа должника и по самостоятельному принятию соответствующего корпоративного решения о ликвидации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника, согласованию либо заключению сделок, не представлено доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) участников ООО «Корпоративные Системы» и возникшей в дальнейшем финансовой неплатежеспособностью, а также доказательств проведения руководителем ООО «Корпоративные Системы» очередных собраний в установленном положениями Закона №14-ФЗ порядке.

Следовательно, участники должника ФИО2 и ФИО3 (в том числе его наследники) в любом случае не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в арбитражный суд применительно к положениям статьи 61.12 Закона №127-ФЗ

При этом, как указано ранее, поскольку обязательства перед ООО «Корпоративные Системы» и иными кредиторами возникли ранее указанной истцом даты возникновения обязанности ответчиков по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника, в отсутствие доказательств наличия/возникновения иных обязательств ООО «Оборонэлектро» в указанный период, то ни руководитель, ни участники у ООО «Оборонэлектро» не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по вышеуказанному основанию в размере неисполненных обязательств ООО «Оборонэлектро» перед ООО «Корпоративные Системы».

Относительно доводов искового заявления ООО «Корпоративные Системы» в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение ряда неправомерных действий, повлекших банкротство должника, арбитражный суд отмечает, что в качестве правового обоснования своего заявления истец ссылается на положения подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов.

Согласно подпункту 1 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам названной статьи также в случае, если невозможность погашения требований кредиторов наступила вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако производство по делу о банкротстве прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В пункте 16 Постановления №53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Как следует из материалов дела, заявляя о доведении ООО «Оборонэлектро» до состояния банкротства контролирующими должника лицами, истец указал на совершение с расчетного счета должника №40706810955000017272, открытого в период с 11.04.2019 по 19.07.2024 в ПАО Сбербанк, различных банковских операций и платежей на общую сумму в размере 5 541 561,02 руб., в том числе совершенные в течение последних трех лет до даты обращения в суд с исковым заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности:

- банковские операции с назначением платежа «SV Отражено по операции с картой Mastercard Business 547955******3531 ФИО Держателя ФИО1 Выдача наличных» на общую сумму 1 667 900 руб.;

- банковские операции с назначением платежа «РОП 210428 Отражено операций с картой Mastercard Business 547955******3531 ФИО Держателя ФИО1 покупка» на общую сумму 99 869 руб., банковские операции совершались в KAZ AZS, LUKOIL, MCDONALDS;

- платежи в пользу аффилированного лица ФИО1 с назначением платежа «Выплата подотчет работнику для зачисления на счет ФИО1 без налога (НДС)» и «Выплата заработанной платы» в общей сумме 1 213 043 руб.;

- банковские операции с назначением платежа «Выдача в подотчет работнику… Без НДС» на общую сумму 399 782 руб.;

- банковские операции с назначением платежа «лизинговый платеж по договору (За ООО «Глобал Электро» ИНН <***>)» на общую сумму 2 160 967,02 руб.

Истец считает, что вышеперечисленные денежные средства не расходовались на хозяйственные нужды ООО «Оборонэлектро», не были направлены на обеспечение его деятельности, а были израсходованы в личных целях контролирующего должника лица и являются выводом денежных средств. Как указал заявитель, сомнения в направленности также вызывают платежи с назначением «выплата заработной платы», поскольку даты произведенных выплат и их суммы разнятся, а последняя выплата вовсе существенно превышает предыдущие. При этом правовые основания произведенных за третье лицо (ООО «Глобал Электро») денежных операций также не раскрыты.

Таким образом, по мнению истца, на протяжении длительного времени ответчики как контролирующие должника лица действовали в собственных интересах, а не в интересах юридического лица, в добровольном порядке не исполняли обязательства должника перед независимыми кредиторами, однако совершали иные подозрительные операции, направленные на вывод денежных средств с расчетного счета ООО «Оборонэлектро».

Арбитражный суд отмечает, что согласно изложенным в абзаце 4 пункта 23 Постановления №53 разъяснениям, по смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 Постановления №53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Целью взыскания как убытков, так и субсидиарной ответственности является восстановление прав кредиторов должника, нарушенных в результате неправомерных действий контролирующих должника лиц.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочившего выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пунктах 1, 2 статьи 44 Закона №14-ФЗ указано, что единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно и несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 1, 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление №62) арбитражным судам следует принимать во внимание, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

При этом по общему правилу, с учетом положений части 1 статьи 65 АПК РФ, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать факт причинения убытков и их размер, противоправное поведение причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между возникшими убытками и действиями указанного лица. В свою очередь лицо, привлекаемое к ответственности, должно доказать отсутствие вины в причинении убытков.

Согласно разъяснениям, изложенным в подпункте 5 пункта 2 Постановления №62, недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Вместе с тем арбитражный суд отмечает, что вменяемые истцом основания в части привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве фактически сводятся к действиям единоличного руководителя должника - ФИО1, тогда как в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ и изложенных в Постановлении №53 разъяснений в рассматриваемом исковом заявлении ООО «Корпоративные Системы» отсутствует указание на фактически совершенные участниками общества - ФИО2 и ФИО3, а также его наследниками, конкретные действия (бездействие), повлекшие невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Оборонэлектро».

Подтверждением указанного вывода также являются представленные в ответ на запрос суда банковские выписки с указанием в назначении платежей в качестве получателя части денежных средств, в том числе подотчет, и в качестве держателя бизнес-карты ООО «Оборонэлектро» Mastercard Business - руководителя должника ФИО1.

Следовательно, представителем ООО «Оборонэлектро» с правом распоряжения денежными средствами на вышеуказанном счете в спорный период являлся генеральный директор - ФИО1.

Ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций. Все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Непредставление оправдательных документов о расходах в пользу общества, является достаточным основанием для взыскания с этого лица убытков.

В нарушение положений статьи 65 АПК РФ ФИО1 отзыв по существу заявленных истцом требований о привлечении к субсидиарной ответственности за совершение ряда неправомерных действий, повлекших банкротство должника, и причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в материалы дела не представил, равно как не представил оправдательные документы, подтверждающие наличие оснований для осуществления вышеперечисленных банковских операций и платежей на общую сумму более 5 млн. руб., в несколько раз превышающую сумму задолженности перед истцом, явку в судебные заседания также не обеспечил.

Принимая решение о перечислении денежных средств общества, его директор должен действовать в интересах этого юридического лица с учетом того, что целью деятельности последнего является извлечение прибыли. Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал недобросовестно, перечислял денежные средства с банковского счета должника в отсутствие обосновывающих такие выплаты документов, в ущерб юридическому лицу.

Учитывая изложенное, оценив представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что действия ФИО1 как лица, являющегося выгодоприобретателем, держателем бизнес-карты общества и правомочного распоряжаться денежными средствами на банковском счете должника в спорный период, по осуществлению спорных банковских операций и платежей на общую сумму более 5 млн. руб. в отсутствие доказательств наличия оснований для таких начислений и выплат, в нарушение принципа разумности и добросовестности, в отсутствие обоснования экономической необходимости, целесообразности, доказательств получения ответчиком встречного предоставления по указанным платежам либо доказательств расходования денежных средств в интересах должника, при его осведомленности о наличии у общества непогашенной задолженности, не отвечали интересам ООО «Оборонэлектро» и его кредиторов, повлекли причинение убытков и уменьшение размера активов должника, возникновение признаков банкротства и невозможности погашения задолженности перед кредиторами, в том числе перед ООО «Корпоративные Системы». Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, арбитражный суд приходит к выводу о том, что противоправность, недобросовестность и неразумность поведения ФИО1, наличие убытков у ООО «Оборонэлектро», а также причинно-следственная связь между действиями руководителя юридического лица и возникшими у общества убытками подтверждены материалами настоящего дела, а совокупность условий, необходимая для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона №127-ФЗ за причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов и невозможность полного погашения их требований, доказана истцом.

Вместе с тем, как указано ранее, ФИО3, а также его наследники, не могут быть признаны контролирующим должника лицами применительно к положениям статьи 61.10 Закона №127-ФЗ и разъяснениям, изложенным в Постановлении №53, для целей применения специальных норм главы III.2 Закона о банкротстве.

При этом в отсутствие доказательств фактически совершенных участниками общества - ФИО2 и ФИО3, а также его наследниками, конкретных противоправных действий, повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов ООО «Оборонэлектро», а также в условиях недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями участников общества, причинением убытков вследствие совершения спорных банковских операций и платежей и банкротством должника, основания для привлечения участников ООО «Оборонэлектро» к субсидиарной ответственности также отсутствуют (определение Верховного Суда РФ от 04.12.2019 №306-ЭС19-23900 по делу №А65-29119/2018).

При указанных обстоятельствах заявление истца подлежит удовлетворению в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оборонэлектро» применительно к положениям подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 и статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В силу разъяснений абзаца 2 пункта 20 Постановления №53, если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В резолютивной части определения о привлечении к субсидиарной ответственности (об определении размера субсидиарной ответственности) указывается общая сумма, подлежащая взысканию с контролирующего должника лица, привлеченного к ответственности, в том числе в пользу каждого из кредиторов, выбравших способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, и в пользу должника - в оставшейся части (пункт 45 Постановления №53).

Однако в связи с тем, что ООО «Корпоративные Системы» воспользовалось своим правом подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, то размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица следует определять исходя из размера его требования к ООО «Оборонэлектро».

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.03.2022 по делу №А56-110200/2021 с ООО «Оборонэлектро» в пользу ООО «Корпоративные системы» было взыскано 1 147 994,76 руб. задолженности по возврату предоплаты, 660 Евро по курсу ЦБ РФ на дату платежа неустойки, 22 507,31 руб. судебных расходов по оплате госпошлины, а определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.07.2022 по делу №А56-110200/2021 взысканы судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 41 955,12 руб.

В настоящий момент размер задолженности ООО «Оборонэлектро» перед ООО «Корпоративные Системы» составляет в общей сумме 1 277 867,22 руб.

В соответствии с положениями статьями 110 АПК РФ судебные расходы относятся на ответчика, в связи с чем со ФИО1 в пользу ООО «Оборонэлектро» также подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 779 руб.

Таким образом, со ФИО1 в пользу ООО «Корпоративные Системы» в порядке субсидиарной ответственности подлежат взысканию денежные средства в общем размере 1 277 867,22 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 779 руб.

Руководствуясь статьями 167-170, 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 61.11, 61.12, 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью «Корпоративные Системы» о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворить частично.

Привлечь ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Оборонэлектро».

Взыскать со ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Оборонэлектро» в порядке субсидиарной ответственности денежные средства в размере 1 277 867,22 руб. и расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 779 руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований отказать.


Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья Л.Ю. Буткевич