Решение от 26 июля 2021 г. по делу № А40-41503/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-41503/21-189-285
г. Москва
26 июля 2021 г.
Резолютивная часть решения объявлена 22 июля 2021года

Полный текст решения изготовлен 26 июля 2021 года

Арбитражный суд города Москвы в составе: Судьи Ю.В. Литвиненко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 ( бывший участник ООО «НПК Химстар»)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "НПК ХИМСТАР" (115088, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 01.12.2017, ИНН: <***>),

ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГРО-ХИМПРОМ" (308027, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 26.01.2018, ИНН: <***>) о признании недействительной ничтожной сделки – договора поставки № 6108 от 01.08.2018, заключенного между ООО «НПК ХИМСТАР» и ООО «АГРО-ХИМПРОМ» и применении последствия ее недействительности, при участии третьих лиц: конкурсный управляющий ООО «НПК ХИМСТАР» ФИО3, ООО "ХИМ-СНАБ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>), при участии: согласно протокола судебного заседания от 22.07.2021 г



УСТАНОВИЛ:

Истец обратился в суд с иском как бывший участник ООО «НПК Химстар» с требованиями о признании сделки недействительной.

Представитель истца поддержал исковые требования, по доводам изложенным в иске.

Представитель ответчика 1 и 2 возражали против заявленных требований, по доводам изложенным в отзыве.

Третье лица в судебное заседание явились, представили письменную позицию по иску.

Суд, рассмотрев материалы дела, в силу статей 67, 68, 71 АПК РФ исследовав и оценив представленные доказательства с позиций их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности, считает, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как указывает истец ФИО2, с данным иском истец обратился для восстановления своего нарушенного права как бывший участник ООО «НПК ХИМСТАР», фактически не получивший действительную стоимость своей доли, то есть не реализовавший в полном объеме механизм взыскания с ответчика стоимости действительной доли.

Иск заявлен к Ответчикам – ООО «НПК ХИМСТАР» и ООО «АГРО-ХИМПРОМ» о признании недействительным (ничтожным) договора поставки №6108 от 01.08.2018, заключенного между ООО «НПК ХИМСТАР» и ООО «АГРО-ХИМПРОМ» и применений последствия ее недействительности .

ООО «ХИМ-СНАБ» привлечено к участию в деле в качестве третьего лица.

В рамках дела №А40-2523/2020 о несостоятельности (банкротстве) ООО «НПК ХИМСТАР» признано конкурсным кредитором данного должника ООО «ХИМ-СНАБ», его требования включены в реестр требований кредиторов на общую сумму более 17 млн.руб.

В обоснование иска истцом указано, что ФИО2 являлся до 06.12.2018 участником ООО «НПК ХИМСТАР» с долей в размере 30%. Доля в размере 70% уставного капитала ООО «НПК ХИМСТАР» с момента его учреждения принадлежит венгерской компании «ПАННОН АГРОХЕМ».

Основным видом деятельности ООО «НПК ХИМСТАР» является торговля оптовая химическими продуктами, в частности, средствами защиты растений для нужд сельского хозяйства.

Как указывает истец, ООО «НПК ХИМСТАР» совершило сделку по отчуждению практически всех товарных запасов Общества покупателю ООО «АГРО-ХИМПРОМ» - предприятию, полностью подконтрольным определенным лицам, то есть совершило безвозмездный вывод активов в нарушение интересов как истца, что приведет к неминуемому банкротству ООО «НПК ХИМСТАР», тогда как следует из бухгалтерских балансов ООО «НПК ХИМСТАР», основными активами Общества являлись товарные запасы и дебиторская задолженность.

На основании договора поставки №6108 от 01.08.2018 ООО «НПК ХИМСТАР», согласно универсальным передаточным документам 03.10.2018 и 04.10.2018 были переданы ООО «АГРО-ХИМПРОМ» товары на общую сумму 212 333 305,08 руб., после 04.10.2018 – еще на сумму 52 006 363,92 руб., а всего на сумму 264 339 669 руб.

Как считает истец, что изначальной (противоправной) целью сделки ООО «НПК ХИМСТАР» с ООО «АГРО-ХИМПРОМ», являлся безвозмездный вывод активов из ООО «НПК ХИМСТАР», совершенный в целях уклонения от исполнения обязательств перед кредиторами, и в целях лишения имущества одного из участников – ФИО2 Все товарные запасы были безвозмездно переведены на подконтрольное конечным бенефициарам ООО «НПК ХИМСТАР» иным юридическим лицам.

В данном споре также позицию истца поддерживает третье лицо ООО «ХИМ-СНАБ», являясь основным кредитором ООО «НПК ХИМСТАР», также заявив ходатайства об истребовании доказательств. От третьего лица заявлено ходатайство об истребовании доказательств для подтверждения факта по оспариванию сделки. Данное ходатайство принято к производству суда.

Конкурсным управляющим ФИО3 представлено ходатайство о приостановлении производства по настоящему спору до рассмотрения в рамках дела №А40-2523/20 вопроса об оспаривании данной сделки, также ходатайство об истребовании доказательств. Данное ходатайство принято к производству суда.

Судом установлено, что Решением Арбитражного суда города Москвы от 17 февраля 2020 года по делу № А40-93926/19-138-805 с ООО «НПК ХИСТАР» в пользу ФИО2 взыскана действительная стоимость доли в размере 12 827 208 руб., а также проценты на сумму 724 037,69 руб. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10 августа 2020 года решение оставлено без изменения.

Решением Арбитражного суда город Москвы от 14 сентября 2020 года заявление ООО «ХИМ-СНАБ» признано обоснованным о признании ООО «НПК ХИМСТАР» банкротом, в отношении последнего введена процедура наблюдения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29 декабря 2020 года требования ФИО2 об удовлетворении требований за счет имущества должника удовлетворено, требования признаны обоснованными за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов ООО «НПК ХИМСТАР», то есть, требования ФИО2 находятся за реестром требований кредиторов.

Таким образом, как полагает истец, вследствие не получения фактического удовлетворения исковых требований, истец обратился с настоящим иском, утверждая, что в случае удовлетворения исковых требований, актив ООО «НПК ХИМСТАР» вернется в собственность ответчика 1 и истец сможет взыскать денежные средства в счет оплаты действительной стоимости доли.

Вместе с тем, суд не разделяет правовую позицию по настоящему спору, считая, что в данном случае у истца отсутствует охраняемый законом интерес на иск, поскольку даже в случае удовлетворения исковых требований, истец не получит какого-либо материального возмещения.

Судом, в ходе исследования доказательств и заслушивания позиции сторон по настоящему спору неоднократно ставился вопрос на обсуждение о материально-правовом интересе истца в настоящем споре, судом предлагалось предоставить суду письменные пояснения по данному вопросу.

Так, истец в обоснование своего материально-правового интереса ссылается на правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенной в Определении № 301-ЭС16-20128 от 13 июля 2017 года по делу №А28-12640/15.

Действительно, такая позиция распространена при рассмотрении споров по инициативе лица, не являющего стороной сделки, который в силу объективных причин лишен возможности удовлетворить свои требования как кредитора и путем оспаривания сделки по основаниям ст. 10, ст. 168 ГК РФ совершенной его должником преследует материально-правовой интерес путем реализации возврата в собственность должника какого-либо актива, имущества или/и денежных средств у своего должника для реализации механизма взыскания в свою пользу.

Ситуация, когда лицо/должник своими действиями причиняет вред другим лицам, является недопустимой в силу основных начал гражданского законодательства, одним из которых является запрет на извлечение преимущества из своего недобросоветсного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 N309-3C14-923).

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотреение правом).

Изложенная норма устанавливает несколько видов злоупотребления правом. Первый из них заключается в том, что лицо действует исключительно с намерением причинить вред другому лицу (так называемая шикана). Признаком шиканы является то, что лицо осуществляет право, не преследуя собственного имущественного интереса. Единственная цель осуществления права, являющегося шиканой, - причинение вреда другому лицу.

Помимо шиканы возможно злоупотребление правом в иных формах. Отсюда следует, что при иных формах злоупотребления правом злоупотребляющее лицо не преследует исключительную цель причинить вред другому лицу. В таком случае злоупотребление правом в иных формах всегда связано с осуществлением права в имущественных интересах злоупотребляющего, хотя и причиняющим вред другим лицам. Данные формы злоупотребления правом направлены на извлечение определенных имущественных выгод в ущерб другим лицам.

Из целевого толкования указанной нормы следует, что действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

В п. 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации" выражена правовая позиция, согласно которой отказ в защите права лицу, злоупотребившему правом, означает защиту нарушенных прав лица, в отношении которого допущено злоупотребление. Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что непосредственной целью названной санкции является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, обосновывающие соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Правовая позиция о возможности применения указанной нормы как позволяющей оценивать совершенные при злоупотреблении правом сделки в качестве ничтожных на основании п. 2 ст. 10 и ст. 168 ГК РФ выражена в п. 9 названного Информационного письма.

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих ее сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки (ее руководителя, представителя) и осведомленность об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 13.05.2014 N 17089/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475).

Также необходимо учитывать, что в силу положений ст. 10 ГК РФ любое злоупотребление правом - это всегда виновное правонарушение, происходящее на фоне внешне и формально правомерных действий, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, является основанием для признания этих сделок ничтожными в соответствии со ст. 168 ГК РФ, как не соответствующих закону.

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 N 17089/12.

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2014), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, а также определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 N 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закрепленного в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 N 18-КГ15-181, от 01.12.2015 N 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при ее совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В соответствии с п. 86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

В правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А32-42517/2015 (Судебная коллегия по экономическим спорам), суд указал, что характерной особенностью мнимой сделки является стремление сторон правильно оформить все документы без намерения создать реальные правовые последствия, а ввиду заинтересованности как истца, так и ответчика в сокрытии действительной цели сделки при установлении признаков мнимости повышается роль косвенных доказательств. Суду необходимо оценить несогласованность представленных доказательств в деталях, противоречие доводов истца здравому смыслу или сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Как разъяснено в абзаце девятом пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявления о признании сделок должника недействительными по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах), предъявляемые другими помимо арбитражного управляющего лицами (например, контрагентами по сделкам, должником в ходе процедур наблюдения или финансового оздоровления, кредиторами), подлежат рассмотрению в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности; при предъявлении в рамках дела о банкротстве заявления об оспаривании сделки по указанным основаниям иным помимо арбитражного управляющего лицом суд оставляет это заявление без рассмотрения применительно к пункту 4 части 1 статьи 148 АПК РФ.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8).

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Таким образом, в данном правовом споре у истца должен быть подтвержден материально-правовой интерес, а именно в случае удовлетворения требований о признании недействительным (ничтожным) договора поставки № 6108 от 01 августа 2018 года и о применении последствий недействительности сделки, право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке, а именно: возможность исполнения вступившего в законную силу судебного акта по делу №А40-93926/19-138-805 о взыскании в пользу ФИО2 действительной стоимости доли.

Вместе с тем, в данном случае право истца путем признания данной сделки недействительной никоим образом восстановлено не будет.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом, но в силу обычных начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены определенные способы защиты гражданских прав.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с рассматриваемым требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права потребовать исполнения определенного обязательства от ответчика, наличия у ответчика обязанности исполнить это обязательство и факта его неисполнения последним.

Соответственно, выбор истцом способа защиты нарушенного права имеет существенное значение для достижения итогового правового результата.

В силу п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подлежит рассмотрению в деле о банкротстве. В случае удовлетворения требований о признании сделки недействительной суд применяет последствия ее недействительности по правилам ст. 167 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) с учетом положений гл. III.1 Закона о банкротстве.

Приведенные нормы закона разъяснены в п. 17 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве" (далее - Постановление Пленума № 63).

Согласно абз. 3 п. 17 указанного Постановления после введения в отношении должника процедуры наблюдения требования (1) о признании сделок должника недействительными по правилам гл. III.1 Закона о банкротстве и (или) (2) о применении последствий недействительности таких сделок, могут быть рассмотрены только в рамках дела о банкротстве.

Последствия недействительности сделки, признанной таковой в рамках обособленного спора в деле о банкротстве ООО «НПК ХИМСТАР», могут быть установлены судом только в рамках этого обособленного спора и не подлежат установлению в ином процессе, возбужденном на основании отдельного иска, поскольку в случае удовлетворения настоящего иска, при применении последствий недействительности сделки – все отданное по сделке вернется ООО «НПК ХИМСТАР», минуя пополнение конкурсной массы и требования кредиторов, тогда как в настоящее время все кредиторы судом не установлены.

Вместе с тем, приведенное в п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве положение необходимо толковать не только как специальный вариант последствий недействительности сделки (sui generis), но и как законодательно определенную цель - все, что было получено или изъято у должника по сделке, признанной недействительной, необходимо напрямую вернуть в конкурсную массу.

Возвращаясь к п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве, следует отметить, что при признании сделки недействительной по банкротным основаниям последствия, установленные в указанной норме по возврату имущества в конкурсную массу, не могут быть применены, если суд не установит один из фактов, прямо определенных в п. 1 ст. 61.6, а именно: - что имущество, которое подлежит возврату в конкурсную массу, было передано по недействительной сделке; - что имущество, которое подлежит возврату в конкурсную массу, было изъято у должника по сделке, признанной недействительной.

При этом, суд учитывает, что ФИО2 как кредитор, может получить удовлетворение своих требований только после расчета ООО «НПК ХИМСТАР» со всеми кредиторами, включенных в реестр требований кредиторов.

Кроме того, даже если абстрагироваться от наличия гражданского дела в отношении ООО «НПК ХИМСТАР» о признании его банкротом, в случае признания данной сделки недействительной по общим основаниям, ООО «НПК ХИМСТАР» получит свой актив в виде переданного по договору поставки – товара, тогда как в настоящее время у истца имеется решение о взыскании денежных средств, что также исключает возможность взыскания на данный товар, поскольку вопрос об обращении взыскания на товар в каком-либо судебном порядке не разрешен; либо получения действительной стоимости доли в виде товара, поскольку такого согласия о получении действительной стоимости доли от ФИО2 не имеется, тогда как в силу п. 6.1 ст. 23 ФЗ № 14 от 08.02.1998 г. в случае выхода участника общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества или с согласия этого участника выдать ему в натуре имущество общества такой же стоимости. Таким образом, в случае принятия обществом решения о выдаче выходящему участнику имущества в натуре (равного стоимости его доли) законодательно указано на необходимость получения на то согласия участника.

Суд отмечает, что основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации в указанной сфере (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, не может служить судебная защита в виде судебного акта тем механизмом, который используется в целях создания констатации тех фактов путем преюдициального значения в целях дальнейшего его использования в личных целях, поскольку это противоречит тем принципам и задачам, которые установил законодатель.

Таким образом, в настоящем споре исходя из заявленных исковых требований, материально-правовой интерес по заявленным основаниям иска от лица ФИО2 не может быть восстановлен, что само по себе ведет к отказу в удовлетворении исковых требований в отсутствие правовой оценки представленных доказательств и квалификации сложившихся отношений.

По данному вопросу также имеется практика: ПОСТАНОВЛЕНИЕ № 09АП-62458/2019 г. Москва по Делу № А40-214579/17 от 19 декабря 2019 года; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2016 г. №09АП-57141/2016 по делу №А40-107067/2016; Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2019 г. №09АП-13073/2019 по делу №А40-182422/13.

В связи с указанными выводами суда не подлежит удовлетворению ходатайство третьих лиц об истребовании доказательств, о приостановлении производства по делу в связи с поданным конкурсным управляющим заявления об оспаривании данной сделки по поставке товара в рамках дела о банкротстве, поскольку истребуемые доказательства, как и разрешение спора в рамках дела о банкротстве по оспариванию сделок не будет иметь правого значения для разрешения настоящего спора исходя из заявленных оснований иска именно лица ФИО2 и отказа в удовлетворении иска на основании установленного факта отсутствия реализации материально-правого интереса как итога, в связи с чем суд отказывает в удовлетворении данных ходатайств.

Суд также отмечает, что предоставленное право по оспариванию сделок должника от иных лиц, перечисленных в ст. 61.9 Закона о банкротстве предоставлено по общим основаниям, предусмотренным ГК РФ, предъявляемых другими, помимо арбитражного управляющего, лицами, предоставлено контрагентам по сделкам или должником в ходе процедуры в исковом порядке с соблюдением общих правил о подведомственности и подсудности, вместе с тем, ФИО2 не отвечает данным критериям.

Кроме того, суд учитывает, что в Арбитражный суд города Москвы 25 июня 2021 года также поступило заявление конкурсного кредитора ООО НПО Химстар о признании сделки по выходу ФИО2 из состава участника ООО «НПК ХИмстар» недействительным и применении последствий недействительности данной сделки, судебное заседание по рассмотрению заявления которого назначено на 23 сентября 2021 года.

Кроме того, истцом не представлено ни одного доказательства, каким образом им реализовались меры принудительного взыскания с должника действительной стоимости по ранее вынесенному судебному решению.

Таким образом, доводы в обоснование оспаривания сделки ООО «НПК ХИМСТАР» должны быть исследованы в рамках дела о банкротстве, где в том числе, кредиторы должника смогут реализовать свой материально-правовой интерес.

Также, в судебном заседании 29 июня 2021 года были поданы заявления ООО НПО «Химстар» и ООО «ПАННОН АГРОХЕМ» о вступление в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

В соответствии с частью 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Соответственно, основанием для привлечения в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленная взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом. Целью участия третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования на предмет спора, является предотвращение неблагоприятных для такого лица последствий и при решении вопроса о допуске в процесс суд обязан исходить из того, какой правовой интерес в данном споре имеет это лицо.

Материальный интерес третьего лица возникает в случае отсутствия защиты его субъективных прав и охраняемых законом интересов в данном процессе, возникшем по заявлению истца к ответчику. Для того, чтобы быть привлеченным к участию в процессе, лицо должно иметь очевидный материальный интерес, то есть после разрешения дела судом у таких лиц возникают, изменяются или прекращаются материально-правовые отношения с одной из сторон.

Таким образом, в обоснование заявленного ходатайства о вступлении в дело третьим лицом необходимо представить доказательства того, что судебный акт, которым заканчивается рассмотрение настоящего дела, может повлиять на права или обязанности заявителя по отношению к одной из сторон.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходил из того, что поскольку ООО НПО «Химстар» и ООО «ПАННОН АГРОХЕМ» не обосновали, каким образом их права и обязанности могут быть затронуты или нарушены судебным актом, которым закончится рассмотрение настоящего дела, в том числе какие препятствия могут быть созданы данным судебным актом для реализации субъективных прав указанных лиц или надлежащего исполнения обязанности по отношению к одной из сторон спора.

Согласно требованиям ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Таким образом оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.

В соответствии со ст.ст. 102 и 110 АПК РФ госпошлина по иску относится на истца.

Учитывая ст. ст. 8, 12, 181, 199 ГК РФ, руководствуясь ст. ст.16, 49, 65, 68, 71, 75, 110, 123, 150, 151, 156, 167-170, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайств ООО НПО «ХИМСТАР» (ИНН: <***>) и ООО «ПАННОН АГРОХЕМ» (г. Будапешт, рег. номер 01-09-997598) о вступлении в дело в качестве третьих лиц не заявляющих самостоятельных требований – отказать.

В удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья:

Ю.В. Литвиненко