Постановление от 14 октября 2021 г. по делу № А65-3602/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-8819/2021

Дело № А65-3602/2020
г. Казань
14 октября 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 14 октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 октября 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Кашапова А.Р.,

судей Ивановой А.Г., Смоленского И.Н.,

при участии:

ФИО1 – паспорт,

конкурсного управляющего ФИО2 – паспорт,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО3, доверенность от 26.01.2021,

ФИО4 – ФИО5, доверенность от 15.02.2021,

общества с ограниченной ответственностью «СпецАвтоТехЛизинг» – ФИО6, доверенность от 11.01.2021,

в отсутствие:

иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО4

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2021

по делу № А65-3602/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «СибОйл Энерджи» о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СибОйл Энерджи» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СибОйл Энерджи» (далее – ООО «СибОйл Энерджи», должник) возбуждено определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СпецАвтоТехЛизинг».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.07.2020 ООО «СибОйл Энерджи» признано банкротом по упрощенной процедуре отсутствующего должника и в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В рамках указанной процедуры конкурсным управляющим подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, г. Казань, ФИО4, г. Казань, ФИО7, г. Казань.

Одновременно указанным судебным актом в порядке статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьих лиц привлечены ФИО8, Бугульминский район, ФИО9, г. Казань, ФИО10, Азнакаевский район, ФИО11, Бугульминский район, общество с ограниченной ответственностью «Сибойл энерджи», г. Казань.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 заявление удовлетворено.

ФИО1, ФИО4, ФИО7, привлечены к субсидиарной ответственности.

Приостановлено производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2021 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по спору судебными актами, ФИО4 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами.

Одновременно с кассационной жалобой ФИО4 подано ходатайство о восстановлении пропущенного срока на ее подачу.

В пункте 37 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» разъяснено: если факт пропуска срока на подачу апелляционной (кассационной) жалобы установлен после принятия апелляционной (кассационной) жалобы к производству, арбитражный суд апелляционной (кассационной) инстанции выясняет причины пропуска срока. Признав причины пропуска срока уважительными, суд продолжает рассмотрение дела, а в ином случае - прекращает производство по жалобе применительно к пункту 1 части 1 статьи 150 АПК РФ.

Рассмотрев ходатайство и приняв во внимание незначительный период пропущенного срока на кассационное обжалование, суд округа считает целесообразным ходатайство удовлетворить и рассмотреть кассационные жалобы по существу.

В судебном заседании представитель ФИО4 жалобу поддержал в полном объеме, просил состоявшиеся судебные акты отменить, жалобу ФИО1 оставляет на усмотрение суда.

ФИО1 и его представитель жалобу поддержали в полном объеме, просили состоявшиеся судебные акты отменить, жалобу ФИО4 оставляют на усмотрение суда.

Конкурсный управляющий ООО «СибОйл Энерджи» ФИО2 и представитель ООО «СпецАвтоТехЛизинг» возражали против удовлетворения жалоб, просили обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, конкурсный управляющий должника, обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, указал на то, что ответчики являлись и являются учредителями другой организации (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) с таким же наименованием как и у должника (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) и его руководителями в разные периоды, за исключением ФИО4

Так, ФИО1 с 07.02.2017 и по настоящее время является учредителем этой организации, а руководителем - с 23.03.2017 и по настоящее время.

В такой же период является учредителем организации другой ответчик ФИО4

Согласно доводов конкурсного управляющего должника ответчиками была создана такая организация ведения предпринимательской деятельности, когда имущество должника, находящееся у него в лизинге, использовалось другой организацией с таким же наименованием как у должника, аккумулирующей в себе прибыль от использования этого имущества, а убытки от указанной деятельности относились на должника.

Указанными действиями, по мнению конкурсного управляющего должника, ответчики довели должника до состояния объективного банкротства.

Удовлетворяя требования конкурсного управляющим должником, судебные инстанции отметили следующее.

Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в статьях 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве).

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуациях, когда причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 закона.

Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, такие лица несут субсидиарную ответственность солидарно (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Из разъяснений, данных в абз. 1 пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума от 21.12.2017 № 53) следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями.

Суды установили, что между заявителем по делу (лизинговая компания) и должником (лизингополучатель) был заключен договор лизинга от 30.08.2016 № САТ29/ДФЛ/0616, который со стороны лизинговой компании было исполнено 12.04.2017.

В последующем, указанный договор расторгнут в одностороннем порядке 24.07.2019 ввиду неуплаты должником лизинговых платежей, а имущество было возвращено лизинговой компанией другой организацией, у которой в фактическом владении это имущество находилось, 26.03.2020-27.03.2020 и 02.07.2020-16.07.2020.

При этом из материалов дела (в том числе, из вступивших в законную силу судебных актов (№ А65-28130/2019) следует и ответчиками в ходе состоявшихся судебных заседаний не оспорено, что лизинговое имущество фактически находилось в пользовании у ООО «СибОйл Энерджи». Данная организация имеет сходное наименование, такое как и у должника, которое было зарегистрировано в качестве юридического лица 05.09.2016, то есть через шесть дней после заключения договора лизинга. В свою очередь, должник в качестве юридического лица зарегистрирован налоговым органом 07.09.2009.

Обстоятельства, свидетельствующие о фактическом нахождении имущества должника у другой организации, которая его использовала в целях извлечения прибыли, и считала себя правомочным владельцем этого имущества перед третьими лицами, поскольку осуществляло контроль над деятельностью должника, подтверждается представленными конкурсным управляющим и конкурсным кредитором рядом документов.

При этом судом первой инстанции правомерно отмечено, что формальное отсутствие отдельных участников (ответчики ФИО1 и ФИО4) в составе участников и руководителей должника не приводит к тому, что данные лица не осуществляли контроль над деятельностью должника, поскольку контроль может носить фактический характер.

Так суды установили, что из текста письма от 05.12.2016 № 261, от 16.08.2017 № 16/08, от 12.09.2017 № 129, от 16.04.2018 № 16/04 усматривается совпадение адреса должника с местом регистрации организации, в которой ответчики являлись учредителями и руководителями. Договор аренды для осуществления деятельности с помощью лизингового имущества заключался от имени другой организации, а не должника (договор аренды от 05.12.2016). Причем в самом договоре поставлен оттиск печати организацией, заключившей договор аренды, а приложениях, дополнительных соглашениях к нему, акте приема-передачи имущества проставлены оттиски печатей либо должника, либо другой организации. Частично лизинговые платежи вносились организацией, заменяющей деятельность должника, также этой организацией была оплачена стоимость экспертизы по делу № А43-25956/2018.

О недостатках оборудования и невозможности его использования, адресованное лизинговой компанией, указывала организация, у которой фактически находилось имущество должника, подписанное ФИО1, равно как и предложение этой организации о перенайме оборудования (письмо от 31.07.2017 № 281).

Нахождение предмета лизинга у другой организации свидетельствует письмо должника, адресованное лизинговой компанией, подписанное руководителем должника ФИО8

Осмотр имущества должника осуществлял ФИО1, указанный в качестве лизингополучателя (акты от 26.10.2016, от 22.05.2019).

Причем деятельность обеих организацией между собой совпадала, иную деятельность, отличную от деятельности должника, ООО «СибОйл Энерджи» (ОГРН: <***>, ИНН: <***> ) не осуществляло, равно как и не использовало в своей деятельности иное имущество, кроме как имущество должника, взятого им в лизинг. Об этом свидетельствует также анкета лизингополучателя, договор поставки от 10.02.2020 № 48П, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «Дельта» с приложением, счетами на оплату от 12.02.2020 № 256-05, № 257-05, № 258-05.

Учитывая изложенное, судебные инстанции пришли к выводу о том, что в результате указанного контроля фактически контролирующее деятельность должника организация получало от использования имущества должника доходы, что подтверждаются ответами банков на запрос арбитражного суда о движении денежных средств на расчетных счетах ООО «СибОйл Энерджи» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) и должника, данными с общедоступных сайтов в сети интернет www.rusprofile.ru, а также приобретением ФИО1 у должника по договору уступки права требования от 01.04.2019 права требования к продавцу лизингового имущества за 10 % от фактически взысканных по судебному акту сумм.

Напротив, должник лишился возможности использовать имущество по прямому назначению и извлекать от его использования прибыль, с указанного лица в судебном порядке взысканы лизинговые платежи, по результатам определения сальдо взаимных обязательств в реестр требований кредиторов включено неосновательное обогащение, возникшее на стороне должника.

В отсутствии надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование позиций ФИО1 и ФИО4, судебные инстанции пришли к обоснованному выводу, что в данном случае имеет значение тот факт, что эта организация фактически контролировала деятельность должника и использовала его имущество в собственных целях, не имея намерения распределять полученную от использования имущества прибыль, что выходит за пределы добросовестного осуществления прав всеми участниками гражданского оборота и имеет в себе признаки злоупотребления этими правами. Значение имеет сам факт доведения должника до банкротства, а не получение прибыли от использования указанной организации схемы ведения бизнеса. Тем более из материалов дела следует о получении данной организацией прибыли от использования имущества должника, а основанием для возбуждения дела о банкротстве должника явилось неисполнение последним лицом обязательств перед заявителем по делу, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом.

Таким образом, ответственными лицами была реализована бизнес-модель, предполагающая получение одним лицом прибыли за счет использования имущества должника, на которую аккумулировалась долговая нагрузка. Такая деятельность приобретает недобросовестный характер, поскольку причиняет вред должнику и его кредиторам, что запрещается законом.

На основании вышеизложенного судебные инстанции пришли к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО4 по вышеуказанным основаниям является правомерным и подлежащим удовлетворению.

Арбитражный суд Поволжского округа находит, что выводы, содержащиеся в определении суда первой инстанции и постановлении апелляционной инстанции, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве - пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии, в том числе, следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Пункт 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве говорит о том, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

В данном случае суды, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, выяснили имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Доводы ответчиков, изложенные в кассационных жалобах, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанции, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании произведенной ими оценки имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки судов, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Поскольку неправильного применения судами норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационных жалоб не находит.

Согласно положениям АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи кассационной жалобы на определение и постановление, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Таким образом, уплаченная ФИО4 государственная пошлина за подачу кассационной жалобы, подлежит возвращению.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.04.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2021 по делу № А65-3602/2020 оставить без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить ФИО4 из федерального бюджета уплаченную за рассмотрение кассационной жалобы государственную пошлину в размере 3000 рублей по чеку-ордеру от 26.08.2021.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья А.Р. Кашапов

Судьи А.Г. Иванова

И.Н. Смоленский