Постановление от 21 октября 2018 г. 17 ААС (Семнадцатый арбитражный апелляционный суд)

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е



№ 17АП-16386/2015-АК
г. Пермь
22 октября 2018 года
Дело № А60-56055/2014

Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2018 года,

постановление в полном объеме изготовлено 22 октября 2018 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Романова В.А.,

судей Мартемьянова В.И.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем Малышевой Д.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсных кредиторов Хагельганц Ольга и ЗАО «Уралимпекс»

на вынесенное судьей Маниным В.Н. в рамках дела № А60-56055/2014 о признании банкротом ООО «Уральский завод горячего цинкования» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 марта 2018 года, которым отказано в удовлетворении заявления конкурсного кредитора ФИО6 о привлечении ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в судебном заседании приняли участие ответчик ФИО2 и представители:

- ЗАО «Уралимпекс»: ФИО5 (паспорт, дов. от 11.01.2016),

- ФИО6: ФИО7 (паспорт, дов. от 30.01.2018)

(иные лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда),

установил:

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2015 общество с ограниченной ответственностью «Уральский завод горячего цинкования» (далее - Должник, Общество «УЗГЦ») признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

Определением суда от 22.04.2016 ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей, определением от 20.05.2016 конкурсным управляющим Общества «УЗГЦ» утвержден ФИО9.

Определением от 23.12.2016 ФИО9 отстранен от исполнения обязанностей, определением от 01.02.2017 конкурсным управляющим Общества «УЗГЦ» утвержден ФИО10.

В последующем в связи с отстранением ФИО10 полномочия конкурсного управляющего Общества «УЗГЦ» определением от 23.09.2017 возложены на ФИО11.

Конкурсный кредитор ФИО6 обратилась 29.11.2017 в арбитражный суд с заявлением о привлечении учредителей Общества «УЗГЦ» ФИО4, ФИО3 и руководителя ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 86.775.502,67 руб. в связи с возникновением у Должника необоснованной кредиторской задолженности в данной сумме перед Компанией «ФИО12 Стар лимитед» (Twin Star Limited), так как при расчетах с ней не были учтены произведенные ФИО6 и её мужем ФИО6 Кай-Уве платежи в размере 1.608.813 евро и 178.421,47 долларов США.

При этом заявитель ссылалась на то, что между подконтрольной ФИО3 и ФИО4 Компанией «ФИО12 Стар лимитед» (Гонконг) и итальянской Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» (G.M. Gruppo Maccabeo SKL) заключен контракт от 03.06.2010 № 003-US-ru, в соответствии с которым последняя обязалась осуществить для Компании «ФИО12 Стар лимитед» проектирование и поставку по цене 2.724.670 евро оборудования для линии горячего цинкования металлоконструкций.

Также между Компанией «ФИО12 Стар лимитед» и Обществом «УЗГЦ» в лице ФИО2 заключен контракт от 11.02.2011 № 003-US-ru, в соответствии с которым Компания обязалась осуществить для Общества «УЗГЦ» проектирование и поставку по цене 6.811.675 евро оборудования для линии горячего цинкования металлоконструкций.

Оговоренное контрактами оборудование Обществу «УЗГЦ» поставлено.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2014 утверждено мировое соглашение по делу № А60-44827/2014 по иску Компании «ФИО12 Стар лимитед» к Обществу «УЗГЦ» о взыскании долга по контракту от 11.02.2011 № 003-USru в сумме 2.860.534,2 евро; Общество «УЗГЦ» признало долг и обязалось его погасить согласно графику платежей в срок до 25.05.2015. При этом произведенные ФИО6 за Общество «УЗГЦ» платежи в пользу Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» не были учтены.

После введения в отношении Общества «УЗГЦ» процедуры банкротства основанные на вышеуказанном определении от 05.12.2014 по делу № А60-44827/2014 требования Компании «ФИО12 Стар лимитед» были включены в состав реестра Должника, что обеспечило Компании «ФИО12 Стар лимитед» фактический статус мажоритарного конкурсного кредитора.

По мнению ФИО6, поскольку Компания «ФИО12 Стар лимитед» была подконтрольна ФИО4 и ФИО3 (учредителям Общества «УЗГЦ» с долями по 25%), а сделки с ней от имени Общества «УЗГЦ» совершал его руководитель ФИО2, названные лица ответственны за причинение имущественного вреда кредиторам Общества «УЗГЦ» вследствие приобретения оборудования через компанию - посредника по нерыночной цене и возникновения у Общества «УЗГЦ» необоснованной кредиторской задолженности на сумму 86.775.502,67 руб., ввиду чего ФИО2, ФИО4 и ФИО3 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Кроме того, ФИО6 полагает ответчиков ответственными за остановку деятельности Общества «УЗГЦ» в 2014 году.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.03.2018 (судья Манин В.Н.) в удовлетворении заявления ФИО6 в привлечении ФИО2, ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности отказано. При этом суд исходил из недоказанности предоставления супругами ФИО6 денежных средств, выводов эксперта о том, что сделки займа с ФИО6 повлияли на банкротство Должника, а также противоправной направленности заявленного ФИО6 иска на преодоление вступившего в законную силу судебного акта о включении требований Компании «ФИО12 Стар лимитед» в состав реестра Должника.

Конкурсные кредиторы ЗАО «Уралимпекс» и ФИО6 обжаловали определение от 31.03.2018 в апелляционном порядке, просят его отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления о привлечении указанных выше ответчиков к субсидиарной ответственности.

ФИО6 в свой апелляционной жалобе указывает, что судом не учтена совокупность неправомерных действий ответчиков по сокрытию обстоятельств исполнения контракта с Компанией «ФИО12 Стар Лимитед», проверки действительности его условий, что привело к возникновению необоснованной кредиторской задолженности у Общества «УЗГЦ».

ЗАО «Уралимпекс» считает, что кредиторская задолженность Общества «УЗГЦ» перед Компанией «ФИО12 Стар Лимитед» является убытками должника; возражения против включения компании в реестр должника могли быть заявлены ФИО6, так как она на момент такого включения не являлась участником дела о банкротстве. Кроме того, данный апеллянт считает выводы суда об отсутствии доказательств частичной оплаты оборудования по контракту не соответствующими материалам дела.

Определением от 13.06.2018 Семнадцатый арбитражный апелляционный суд на основании статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приостановил производство по апелляционным жалобам ЗАО «Уралимпекс» и ФИО6 на определение от 31.03.2018 до разрешения в рамках настоящего дела о банкротстве по существу другого обособленного спора - по заявлению кредитора ООО «Борщевикъ» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО3

Названный спор разрешен постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018, в связи с чем определением апелляционного суда от 21.08.2018 производство по апелляционным жалобам ФИО6 и ЗАО «Уралимпекс» на обжалуемо ими определение от 31.03.2018 возобновлено.

Вместе с тем апелляционный суд обратил внимание на то, что в рамках настоящего дела о банкротстве Общества «УЗГЦ» в разных обособленных спорах рассмотрены два требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

При этом, в соответствии с постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018 по спору, инициированному ООО «Борщевикъ», установлено наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО13 и ФИО2, в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО14, ФИО6, ФИО4 и ФИО3 отказано.

Ввиду того, что суд первой инстанции настоящий обособленный спор также рассматривал применительно к предмету привлечения ФИО2, ФИО4 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд, учитывая результаты инициированного ООО «Борщевикъ» вышеуказанного спора, определением от 21.08.2018 отложил рассмотрение апелляционных жалоб ФИО6 и ЗАО «Уралимпекс» в судебное заседание 25.09.2018 и предложил участникам дела представить свои письменные суждения по следующим вынесенным на обсуждение следующие вопросы об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрение настоящего спора:

- о существенности и конкретных последствиях совершения указанных выше сделок с участием Компании (контрактов от 03.06.2010 № 003-US-ru и от 11.02.2011 № 003-US-ru, мирового соглашения по делу № А60-44827/2014) для финансово-экономического положения Должника, что влияет на разрешение вопроса о привлечении ФИО2, ФИО4 и ФИО3 либо к субсидиарной ответственности, либо к ответственности в виде взыскания убытков (применительно к пунктам 16 и 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве");

- о возможности для суда самостоятельно применить в настоящем споре нормы об ответственности в виде взыскания убытков;

- о наличии оснований для взыскания убытков, расчете убытков.

К заседанию апелляционного суда поступили письменные отзывы ответчика ФИО2 и конкурсного управляющего ФИО11, в которых они выражаю согласие с выводами суда первой инстанции. В отзыве и выступлении в заседании суда ФИО2 дополнительно указал, что его непричастность к фактическому руководству Должником, которое осуществлял ФИО13, подтверждена вступившим в законную силу приговором от 12.03.2018.

ФИО6 и ЗАО «Уралимпекс» в письменных объяснениях считают необходимым взыскать с ответчиков причиненные ими убытки.

Апелляционный суд ввиду отсутствия оснований для их удовлетворения отклонил заявленные в судебном заседании ходатайства о приостановлении рассмотрения настоящего спора до разрешения иных судебных споров (заявлены апеллянтами), а также о привлечении ФИО13 в качестве соответчика (заявлено ФИО2), о чём вынесены протокольные определения.

Законность и обоснованность обжалуемого определения от 31.03.2018 проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 266 и 268 АПКМ РФ.

Как следует из материалов дела, ООО «Уральский завод горячего цинкования» (далее – Общество «УЗГЦ», Должник) учреждено собранием учредителей от 01.02.2011 (л.д. 60-61 т. 1) и зарегистрировано в качестве юридического лица 11.02.2011. Его учредителями (участниками) выступили ФИО13 (50% в уставном капитале), ФИО3 и ФИО4 (по 25% в уставном каптале). Тогда же единоличным исполнительным органом общества (генеральным директором) был избран ФИО2, который осуществлял полномочия вплоть до признания общества банкротом (23.01.2015). При этом ФИО13 приказом директора Общества «УЗГЦ» от 10.02.2011 № 1 был назначен на должность заместителя директора с правом первой подписи и правом распоряжения денежными средствами на расчетном счете. В последующем на имя ФИО13 выдавались нотариальная доверенность от 21.09.2011 на право управления и распоряжения всем имуществом общества и доверенность от 10.01.2012.

Общество «УЗГЦ» было учреждено для создания и функционирования производства по горячему цинкованию металлоконструкций, для чего предполагалось возвести здание цеха горячего цинкования и разместить в нем линию горячего цинкования производства итальянской компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» (G.M. Gruppo Maccabeo SKL).

Финансирование деятельности Общества «УЗГЦ» по созданию комплекса горячего цинкования велось ФИО13, ФИО3 и ФИО4, что подтверждается, в частности, судебными решениями Полевского городского суда Свердловской области о взыскании с Общества «УЗГЦ» в их пользу 47.447.705,53 руб., 69.837.557,97 руб. и 68.990.983,57 руб. соответственно (с этими требованиями они включены в состав реестра требований кредиторов Общсетва «УЗГЦ» в настоящем деле о банкротстве).

Для создания цеха между Обществом «УЗГЦ» (в лице заместителя гендиректора ФИО13) и ЗАО «Юг-Сервис» был совершен договор о совместной деятельности от 11.02.2011, в соответствии с которым ЗАО «Юг-Сервис», директором которого являлась ФИО15 (супруга ФИО13, как он, так и она выступали участниками данного общества), предоставило земельный участок под строительство и оплачивало часть работ по возведению здания, а Общество «УЗГЦ» - остальную часть строительных работ; по окончании строительства все возведенные площади поступали в долевую собственность в соотношении 20% - ЗАО «Юг-Сервис» и 80% - Общество «УЗГЦ».

Производственное оборудование линии горячего цинкования приобреталось через Компанию «ФИО12 Стар лимитед» (Twin Star Limited) – юридическое лицо, созданное и существовавшее до его ликвидации 21.04.2017 под юрисдикцией Специального административного района Гонконг Китайской Народной Республики.

Между Компанией «ФИО12 Стар лимитед» и Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» был заключен контракт от 03.06.2010 № 003-US-ru на выполнение проектирования и поставки оборудования для линии горячего цинкования металлоконструкций, в соответствии с которым Компания «Г.М. Группо Макабео СКЛ» обязалась осуществить для Компании «ФИО12 Стар лимитед» проектирование и поставку по цене 2.724.670 евро в срок до мая 2011 года конкретизированного в приложении оборудования для линии горячего цинкования стандартных металлоконструкций.

Также между Компанией «ФИО12 Стар лимитед» и Обществом «УЗГЦ» в лице генерального директора ФИО2 был заключен контракт от 11.02.2011 № 003-US-ru, в соответствии с которым Компания «ФИО12 Стар лимитед» обязалась осуществить для Общества «УЗГЦ» проектирование и поставку по цене 6.811.675 евро в срок по 31.07.2011 конкретизированного в приложении оборудования для линии горячего цинкования стандартных металлоконструкций.

Оплата оборудования производилась перечислением денежных средств Обществом «УЗГЦ» на счет Компании «ФИО12 Стар лимитед» (в период с 24.10.2011 по 28.10.2011 перечислено 398.677,67 евро, что эквивалентно 17.052.255,84 руб.), ФИО6 и ФИО6 Кай-Уве за Общество «ЦЗГЦ» на счет Компании «ФИО12 Стар лимитед» (в период с 28.06.2011 по 25.05.2012 перечислено 480.130 евро и 70.000 евро соответственно), а также ФИО6 на счет Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» (в период с 10.01.2013 по 30.10.2013 перечислено 215.283 евро).

Оговоренное контрактами оборудование Обществу «УЗГЦ» было поставлено, а производственный цех для его размещения общей площадью 5.511,2 кв. метров возведен в г. Полевском Свердловской области и введен в эксплуатацию на основании выданного Администрацией Полевского административного округа разрешения от 16.10.2012.

В ноябре 2012 году производственный комплекс по горячему цинкованию металлоконструкций был запущен в эксплуатацию.

В последующем, что подтверждено вступившим в законную силу приговором Полевского городского суда Свердловской области от 12.03.2018, ФИО13, действуя с преступным умыслом, совершил от имени Общества «УЗГЦ» с ЗАО «Юг-Сервис» дополнительное соглашение от 27.06.2013 об изменении положений договора о совместной деятельности от 11.02.2011 и передаче возведенного цеха после его ввода в эксплуатацию в единоличную собственность ЗАО «Юг-Сервис». На этом основании за ЗАО «Юг-Сервис» 29.07.2013 было зарегистрировано право собственности в отношении указанного объекта недвижимости.

В феврале 2014 года гендиректором Общества «УЗГЦ» ФИО2 были отозваны ранее выданные ФИО13 доверенности.

Также в феврале 2014 года была остановлена работа по хозяйственным договорам Общества «УЗГЦ», а его работники трудоустроены на вновь учрежденное ФИО13 03.03.2014 ООО «Группа компаний «Уральский завод горячего цинкования» (далее – Общество ГК «УЗГЦ»), которое и продолжило работу по горячему цинкованию.

В тот же период участники Общества «УЗГЦ» ФИО3 и ФИО4 обратились в Полевской городской суд Свердловской области о взыскании с Общества «УЗГЦ» неосновательного обогащения.

В результате рассмотрения их исков Полевским городским судом Свердловской области были вынесены два решения от 27.03.2014 по делам №№ 2-492/2014 и 2-493/2014, согласно которым с Общества «УЗГЦ» в пользу ФИО3 и ФИО4 подлежит взысканию соответственно 69.837.557,97 руб. и 68.990.983,57 руб. неосновательного обогащения. При этом, как указано в приговоре Полевского городского суда Свердловской области от 12.03.2018, из данных решений суда следует, что основанием для удовлетворения иска стало перечисление в 2011-2012 гг. юридическими лицами ЗАО «Ферросплав» и ООО ТД ПТК «Ферросплав» от имени ФИО4 и ФИО3 Обществу «УЗГЦ» денежных средств в 57.265.938,57 руб. и 58.015.938,97 руб., хотя никаких обязательств ФИО4 и ФИО3 перед Обществом «УЗГЦ» не имели, а ответчик Общество «УЗГЦ» исковые требования признал (стр. 60 приговора, л.д. 63 т. 2 настоящего спора).

Решения от 27.03.2014 не обжаловались, вступили в законную силу, для их принудительного исполнения было возбуждено сводное исполнительное производство. В рамках исполнительного производства на принадлежащее Обществу «УЗГЦ» производственное оборудование, включая агрегат горячего цинкования, был наложен арест; после проведения оценки агрегат горячего цинкования организатором торгов – Управлением ФАУГИ по Свердловской области - выставлен на торги по продаже арестованного имущества, объявление о чём было опубликовано 10.12.2014 и содержало дату окончания приема заявок 12.12.2014 и дату подведения итогов торгов 29.12.2014. По итогам торгов 29.12.2014 победителем аукциона была признана Компания «Цилант Партнерс ГмбХ» (Zilant Partners GmbH), с которой организатором торгов был заключен договор купли-продажи от 13.01.2015.

Учредителем Компании «Цилант Партнерс ГмбХ» являлась ФИО6 - дочь ФИО13 (это следует, в частности, из вступившего в силу решения арбитражного суда от 15.09.2016 по делу № А60-32673/2016).

В октябре 2014 года в арбитражный суд обратилась Компания «ФИО12 Стар лимитед» с иском о взыскании с Общества «УЗГЦ» задолженности по контракту от 11.02.2011 № 003-US-ru в сумме 2.860.534,2 евро в рублях по курсу ЦБ РФ по день фактического платежа и пени в 204.350 евро в рублях по курсу ЦБ РФ по день фактического платежа (дело № А60-44827/2014).

В связи с этим от Общества «УЗГЦ» в арбитражный суд 18.11.2014 поступило заявление о признании иска Компании «ФИО12 Стар лимитед», подписанное гендиректором ФИО2 (л.д. 46 т. 1 настоящего спора).

Затем стороны дела № А60-44827/2014 обратились в арбитражный суд с ходатайством об утверждении заключенного между ними мирового соглашения, подписанного от имени Компании «ФИО12 Стар лимитед» представителем ФИО16 на основании доверенности, а от имени Общества «УЗГЦ» гендиректором ФИО2, согласно которого Общество «УЗГЦ» признало долг в размере 2.860.534,20 евро и обязалось его погасить согласно графику платежей в срок до 25.05.2015.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2014 по делу № А60-44827/2014 мировое соглашение утверждено, в связи с чем производство по иску Компании «ФИО12 Стар лимитед» к Обществу «УЗГЦ» прекращено.

ФИО4 обратился 18.12.2014 в арбитражный суд с заявлением о признании Общества «УЗГЦ» банкротом, основываясь на вышеназванном решении суда общей юрисдикции от 27.03.2014.

Определением арбитражного суда от 25.12.2014 заявление ФИО4 принято, возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением арбитражного суда от 28.01.2015 по заявлению ФИО4 в отношении Общества «УЗГЦ» введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО17, требования ФИО4 в размере 68.990.983,57 руб. (в том числе 57.265.938,57 руб. основного долга, 11.665.045 руб. процентов за пользование чужими денежными и 60.000 руб. госпошлины) включены в третью очередь реестра требований кредиторов Должника.

В процедуре наблюдения в арбитражный суд с требованиями к Обществу «УЗГЦ» обратились ФИО3 (на основании вышеуказанного решения Полевского городского суда Свердловской области от 27.03.2014) и Компания «ФИО12 Стар лимитед» (на основании вышеуказанного определения арбитражного суда от 05.12.2014 по делу № А60-44827/2014).

Их требования арбитражным судом были включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов Общества «УЗГЦ».

Так, определением арбитражного суда от 22.04.2015 в реестр Должника включены требования Компании «ФИО12 Стар лимитед» в размере 215.422.428,10 руб., что обеспечило ей 64% голосов на собрании кредиторов Общества «УЗГЦ» (протокол собрания от 03.07.2015), что, в свою очередь, позволило осуществлять контроль за процедурой банкротства.

Решением арбитражного суда от 16.07.2015 Общество «УЗГЦ» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8

В дальнейшем соответствующие права требования в размере 215.422.428,10 руб. были уступлены Компанией «ФИО12 Стар лимитед» в ООО «Эксперт Право» (договор цессии от 25.05.2015), а последним часть полученных требований (107.711.210,55 руб.) по договору цессии 07.12.2015 уступлена ООО «Борщевикъ». В настоящее время соответствующие требования ООО «Эксперт Право» и ООО «Борщевикъ» (помимо уступленных им требований ФИО3 и ФИО4) находятся в составе третьей очереди реестра требований кредиторов Общества «УЗГЦ».

Всего в составе третьей очереди реестра требований кредиторов Общества «УЗГЦ» сейчас имеются требования семи кредиторов (ООО «Борщевикъ», ООО «Эксперт право», ФНС России, ФИО13, Общество ГК «УЗГЦ», ЗАО «Уралимпекс» и ФИО6) в общем размере 512.910.189,72 руб.

При этом требования ФИО6 в размере 166.711.917,80 руб. включены в реестр Должника определениями арбитражного суда от 18.02.2016, которыми, в частности, подтверждается факт предоставления названным и лицами денежных средств Обществу «УЗГЦ», которые были направлены на приобретение оборудования горячего цинкования.

В период осуществления в отношении Общества «УЗГЦ» процедур банкротства со стороны его руководителя ФИО2, а затем конкурсных управляющих предпринимались действия, направленные на возврат имущества производственного комплекса горячего цинкования.

Так, Общество «УЗГЦ» обратилось 16.12.2014 в арбитражный суд с иском к ЗАО «Юг-Сервис» об обязании передать объект недвижимости - цех горячего цинкования (дело № А60-55320/2014). Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 16.07.2015 по делу № А60-32673/2016 исковые требования Общества «УЗГЦ» к ЗАО «Юг-Сервис» удовлетворены: за Обществом «УЗГЦ» определена доля в 80% в праве собственности на цех горячего цинкования, выделена доля в натуре – 4.408 кв. м; ЗАО «Юг-Сервис» обязано передать Обществу «УЗГЦ» по акту приема-передачи 80/100 доли (4.408 кв. м) в праве собственности на данный объект недвижимости и зарегистрировать переход права собственности по акту приема-передачи. При этом, как следует из постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2016, дополнительное соглашение от 27.06.2013 к договору о совместной деятельности от 11.02.2011 между Обществом «УЗГЦ» и ЗАО «Юг-Сервис» признано недействительным. Решение от 16.07.2015 до настоящего времени в полном объёме не исполнено.

В июле 2015 года Общество «УЗГЦ» обратилось в арбитражный суд с иском о признании недействительными вышеуказанных торгов, победителем которых признана Компания «Цилант Партнерс ГмбХ» (дело № А60- 31868/2015). Решением Арбитражного суда Свердловской области от 29.10.2015 по делу № А60-31868/2015 иск удовлетворен: в связи с допущенными при их проведении нарушениями торги от 29.12.2014 и заключенный по их результатам договор признаны недействительными, применены последствия недействительности в виде истребования агрегата горячего цинкования от Компании «Цилант Партнерс ГмбХ» в пользу Общества «УЗГЦ» и восстановления её права требования к Обществу «УЗГЦ» в размере уплаченных за агрегат 43.070.000 руб. (с учетом изменения решения суда в части применения последствий недействительности сделки постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 09.06.2016). До настоящего времени данное решение не исполнено, агрегат в конкурсную массу Общества «УЗГЦ» не возвращен.

Кроме того, в июле 2016 года ФИО3 и ФИО4 обратились в арбитражный суд с иском об исключении ФИО13 из числа участников Общества «УЗГЦ» (дело № А60-32673/2016). Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Свердловской области от 15.09.2016 по делу № А60-32673/2016 иск удовлетворен: ФИО13 исключен из числа участников Общества «УЗГЦ» в связи с осуществлением ФИО13 конкурирующей деятельности в ущерб данному обществу путём передачи и выкупа по заниженным ценам имущества общества (цеха, агрегата горячего цинкования) в пользу связанных с ФИО13 организаций.

В связи с описанными действиями ФИО13 в отношении него было возбуждено уголовное дело. По результатам расследования состоялся вступивший в законную силу приговор Полевского городского суда Свердловской области от 12.03.2018, которым ФИО13 за хищение 80% принадлежащей Обществу «УЗГЦ» доли в общем долевом праве собственности на здание цеха горячего цинкования признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 159.4 Уголовного кодекса РФ (мошенничество, сопряженное с преднамеренным неисполнением договорных обязательств в сфере предпринимательской деятельности, совершенное в особо крупном размере). Тем же приговором установлено, что именно ФИО13 на основании выданных ему доверенностей фактически выполнял в Обществе «УЗГЦ» функции единоличного исполнительного органа, контролировал на предприятии все процессы, от организационных до финансовых. В связи с этим именно ФИО13 за эксплуатацию Обществом «УЗГЦ» взрывопожароопасного и химически опасного производственного объекта признан виновным в преступлении, предусмотренном пунктом «б» части 2 статьи 171 Уголовного кодекса РФ (осуществление предпринимательской деятельности без необходимой лицензии) (л.д. 3-64 т. 2 настоящего спора).

Помимо действий по возвращению в состав конкурсной массы Общества «УЗГЦ» незаконно выбывшего имущества, участники настоящего дела о банкротстве принимали действия, направленные на привлечение к ответственности лиц, контролировавших должника.

Так, как уже указано выше, помимо настоящего спора по заявлению кредитора ФИО6 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в рамках дела о банкротстве уже разрешен другой обособленный спор, инициированный кредитором ООО «Борщевикъ», в котором рассмотрен вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО13, ФИО14, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО3

Последний указанный спор разрешен постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018, которым установлены основания для привлечения ФИО13 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества «УЗГЦ» перед его кредиторами, в связи с невозможностью определить размер субсидиарной ответственности производство по рассмотрению требований о привлечении ФИО13 и ФИО2 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Как следует из содержания постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018, ФИО13 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности ввиду того, что Должник не смог отвечать по своим обязательствам из-за вывода его имущества ФИО13 в пользу лиц, связанных с последним. В отношении ФИО2 в постановлении от 24.07.2018 установлено, что он как руководитель осуществлял управление Должником и должен был обладать всей необходимой информацией о состоянии дел на предприятии, имел доступ к любым документам и отчетности, в связи с чем не может быть освобожден от субсидиарной ответственности по обязательствам Должника. При этом апелляционный суд в постановлении от 24.07.2018 отклонил доводы о необходимости привлечь к субсидиарной ответственности ФИО4 и ФИО3 и установил, что возможное назначение ФИО2 руководителем Общества «УЗГЦ» по инициативе ФИО4 и ФИО3, а также использование ФИО2 адреса и телефонного номера АО «Ферросплав», учредителями которого являются ФИО3 и ФИО4, ещё недостаточны для того, чтобы считать их лицами, подлежащими субсидиарной ответственности по обязательствам Должника.

При изложенных обстоятельствах, разрешая настоящий спор по заявлению ФИО6 в отношении ФИО2, ФИО3 и ФИО4, апелляционный суд полагает необходимым руководствоваться разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее – постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

В пункте 20 данного постановления Пленум Верховного Суда РФ указал, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Там же Пленумом Верховного Суда РФ даны разъяснения о том, что, независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Поскольку принятым в рамках настоящего дела о банкротстве постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018 установлено, что объективное банкротство Должника наступило вследствие действий ФИО13 по выводу имущества Должника, а также вследствие бездействия и связанного с ним ненадлежащего исполнения своих обязанностей со стороны ФИО2, к чему ФИО3 и ФИО4 отношения не имели и потому они не подлежат привлеченню к субсидиарной ответственности, то в рамках настоящего обособленного спора надлежит установить, образуют ли действия, вменяемые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 со стороны кредитора ФИО6 и связанные с деятельностью Компании «ФИО12 Стар лимитед», состав гражданско-правового нарушения, влекущего ответственность в виде взыскания с виновного причиненных им убытков.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 ГК РФ (как в редакции, действующей на момент совершения контракта от 11.02.2011 № 003-US-ru, так и в текущей редакции) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 05.05.2014 № 99-ФЗ, вступившей в силу с 01.09.2014), лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании (пункт 2 статьи 53.1 ГК РФ в названой редакции).

Пунктом 3 статьи 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В соответствии с пунктом 4 статьи 53.1 ГК РФ в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Факт согласования между ФИО13, ФИО4 и ФИО3 проекта производства горячего цинкования и их участия в этом проекте в 2010 году ещё до учреждения Общества «УЗГЦ» подтверждается совокупностью их показаний и показаний представителя Общества «УЗГЦ», изложенных в приговоре Полевского городского суда Свердловской области от 12.03.2018 (стр. 21-24 приговора).

В связи с этим нужно признать, что все три названных лица ещё в 2010 году были осведомлены о поставщике оборудования (агрегата) горячего цинкования – итальянской компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и должны были согласовать условия и порядок заказа, оплаты и поставки оборудования, являвшегося основным элементом создаваемого производства.

Из материалов дела следует, что, хотя переговоры с Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и вёл ФИО13, поставка от неё оборудования Обществу «УЗГЦ» была оформлена с введением в процесс поставки промежуточного звена – Компании «ФИО12 Стар лимитед» (Гонконг), которая выступила стороной в сделке с Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» (контракт от 03.06.2010 № 003-US-ru) и в сделке с Обществом «УЗГЦ» (контракт от 11.02.2011 № 003-US-ru). При этом как оформление, так и содержание обоих контрактов является аналогичным, различаясь указанием сторон и ценой: в первом контракте цена проектирования и поставки оборудования горячего цинкования была установлена в 2.724.670 евро, во втором - 6.811.675 евро.

При этом в материалах дела имеется письмо Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» от 19.05.2014 в адрес ФИО13, в котором директор Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» извещает того, что стоимость оборудования для линии горячего цинкования, поставленного по контракту от 03.06.10 составляет 2.724.670 евро и соответствует рыночной стоимости этого оборудования (л.д. 38 т. 1 материалов настоящего спора).

Из представленного в материалы настоящего спора протокола допроса ФИО3 следователем 22.09.2015 следует, что ФИО3, будучи допрошенным в качестве свидетеля дал такие показания: «…выполняя договоренности с ФИО13, он и ФИО4 перечислили на расчетный счет УЗГЦ, а также купили дополнительное оборудование за счет собственных средств, сумму 120.932.752,85 руб., а именно в феврале 2011 года я с ФИО4 заказали через компанию «Twin star», которая располагается в Гонконге, и является одной из компаний, принадлежащей мне и ФИО4, оборудование для обеспечения работ по горячему цинкованию. За изготовление данного оборудования наша компания «Twin star» перечислила в валюте необходимую сумму денежных средств в итальянскую компанию, название котррой я точно не помню, на неё вышел сам ФИО18, вышеуказанную сумму (..). В декабре 2011 года данное оборудование было доставлено на территорию РФ, после чего было итальянцами смонтировано на предприятии ООО «УЗГЦ».

Данные показания ФИО3 о подконтрольности ему и ФИО4 Компании «ФИО12 Стар лимитед» подтверждаются также тем, что от имени данной оффшорной компании в судах выступали те же представители, что и от имени ФИО4 и ФИО3 Так, ФИО4 и ФИО3 выдали 10.02.2014 нотариальные доверенности на представление их интересов ФИО19 и (или) ФИО16 (л.д. 226, 227 т. 1 настоящего спора). При этом ФИО19 и ФИО16 были выданы 21.07.2014 доверенности и Компанией «ФИО12 Стар лимитед» (л.д. 224, 225 т. 1 настоящего спора). На основании указанных доверенностей ФИО16 представлял ФИО4 и ФИО3 в Полевском городском суде Свердловской области при рассмотрении дел по их искам к Обществу «УЗГЦ», завершившихся после признания исков ФИО2 от имени ответчика вынесением судом решений от 27.03.2014 о взыскании в их пользу с Общества «УЗГЦ» 69.837.557,97 руб. и 68.990.983,57 руб. Тогда же ФИО19 подписала и направила в адрес Общества «УЗГЦ» претензию Компании «ФИО12 Стар лимитед» с требованием погасить задолженность по контракту от 11.02.2011 № 003-US-ru (л.д. 47 т. 1 настоящего спора), а ФИО16 представлял Компанию «ФИО12 Стар лимитед» в Арбитражном суде Свердловской области в деле № А60-44827/2014 по её иску к Обществу «УЗГЦ» и подписал от имени Компании «ФИО12 Стар лимитед» мировое соглашение с Обществом «УЗГЦ», утвержденное определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.12.2014 по делу № А60-44827/2014. В деле о банкротстве Общества «УЗГЦ» ФИО19 выступала представителем Компании «ФИО12 Стар лимитед» в споре о включении её требований в реестр Должника (определение арбитражного суда от 22.04.2015, л.д. 95 т. 1 настоящего спора).

Стоит отметить и то, что в то же время руководитель Общества «УЗГЦ» ФИО2 выдал ФИО16 доверенность от 15.08.2014 на представление Общества «УЗГЦ» (данное обстоятельство отражено в постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018 по настоящему делу о банкротстве).

Ввиду того, что со стороны ФИО4 и ФИО3 изложенные факты удовлетворительного объяснения не получили, апелляционный суд, учитывая конкретные обстоятельства настоящего спора и отсутствие доказательств причастности ФИО13 к деятельности Компании «ФИО12 Стар лимитед», должен прийти к выводу о том, что её деятельность была связана с ФИО4 и ФИО3 (ст. 65 АПК РФ).

Помимо этого материалы настоящего дела позволяют полагать, что ФИО4 и ФИО3, сами будучи участниками Общества «УЗГЦ» с долями по 25% в его уставном капитале, также имели фактическую возможность определять его действия, в том числе посредством дачи указаний ФИО2, являвшемуся единоличным исполнительным органом Общества «УЗГЦ» и при этом связанным с ФИО4 и ФИО3 общностью интересов и отношениями служебной зависимости вне Общества «УЗГЦ».

Длительность отношений ФИО2, ФИО4 и ФИО3 подтверждается тем фактом, что ФИО2 в 2005 году выступал руководителем ООО «Инвестиции и промышленность», учрежденным ФИО4 и ФИО3 В вышеупомянутом приговоре от 12.03.2018 отражен тот факт, что в ходе предварительного следствия ФИО4 давал показания о том, что именно он и ФИО3 настояли на назначении руководителем Общества «УЗГЦ» ФИО2, который работал в ООО ТД ПТК «Ферросплав» (стр. 26 приговора). В деле имеется копия вышеуказанного протокола допроса ФИО3 следователем от 22.09.2015, в котором отражены показания ФИО3, что на должность директора Общества «УЗГЦ» он и ФИО4 предложили ФИО2, который является их компаньоном. Также материалами настоящего обособленного спора и содержанием постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2018, принятого по спору о привлечении контролировавших должника лиц к субсидиарной ответственности, подтверждается использование ФИО2 адреса и телефонного номера АО «Ферросплав», учредителями которого являются ФИО3 и ФИО4

Таким образом, помимо соответствующих показаний ФИО13, изложенных в приговоре от 12.03.2018, также и иными материалами дела подтверждается то факт, что ФИО2 был назначен единоличным исполнительным органом Общества «УЗГЦ» по инициативе ФИО4 и ФИО3, с которыми был связан давними и многосторонними личными и служебными отношениями. При этом, учитывая, что ФИО2 имеет отношение к деятельности ООО ТД ПТК «Ферросплав» и АО «Ферросплав», но не является в них ни учредителем, ни руководителем, нужно признать, что он по своему служебному положению в этих организациях находился в фактически подчиненном положении по отношению к ФИО3 и ФИО4 и потому они могли существенным образом определять поведение и действия ФИО2 в отношении Общества «УЗГЦ».

Именно ФИО2 от имени Общества «УЗГЦ» заключил контракт от 11.02.2011 № 003-US-ru с Компанией «ФИО12 Стар лимитед», связанной с ФИО3 и ФИО4, а затем признал её исковые требования в деле № А60-44827/2014 и заключил с ней мировое соглашение, утвержденное определением арбитражного суда от 05.12.2014 по делу № А60-44827/2014 и предоставившее Компании «ФИО12 Стар лимитед» и её правопреемникам большинство в составе реестра требований кредиторов Общества «УЗГЦ» и обеспечившее фактический контроль за процедурой банкротства.

Изложенные обстоятельства в силу положений статей 9, 65 АПК РФ и статьи 10 ГК РФ требуют представления со стороны ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4 доказательств своей добросовестности как при совершении и исполнении контракта от 11.02.2011 № 003-US-ru, возложившего на Общество «УЗГЦ» обязательства перед Компанией «ФИО12 Стар лимитед» в 2,5 раза превышающие действительную стоимость проектирования и поставки производственного оборудования от его итальянского производителя, так и при совершении мирового соглашения в деле № А60-44827/2014, когда не были учтены фактически произведенные в интересах Общества «УЗГЦ» платежи.

Со стороны ФИО3 и ФИО4 какие-либо пояснения о соответствующих обстоятельствах не поступили.

ФИО2 затруднился дать пояснения о том, чем была обусловлена цена контракта от 11.02.2011 № 003-US-ru, и сослался на то, что фактически всей деятельностью Общества «УЗГЦ» руководил ФИО13, он же её не контролировал, что установлено, в том числе, и приговором в отношении ФИО13 В заседании апелляционного суда ФИО2 также пояснил, что ему не было известно о платежах, совершенных ФИО6 и ФИО6 Кай-Уве в пользу Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» за поставленное Обществу «УЗГЦ» оборудование, а потому он не мог принять их во внимание при заключении мирового соглашения. Согласно ФИО2 он вел переговоры с представителем Компании «ФИО12 Стар лимитед» в России, имевшим доверенность, а также с её руководителем в Гонконге по телефону, пользуясь услугами переводчика. При определении условий мирового соглашения он исходил из того, что есть доказательства платежей от Должника в пользу Компании «ФИО12 Стар лимитед» только в сумме 398.677,67 евро, а также принял во внимание многолетнюю задолженность, из-за чего могли быть начислены значительные суммы пени, а также доводы другой стороны о том, что её фактические расходы на выполнение контракта были существенными.

Однако, к данным пояснениям следует относиться критически.

Несмотря на то, что ФИО13 действительно осуществлял как стратегическое, так и повседневное руководство деятельностью Общества «УЗГЦ», что подтверждается и приговором в отношении него, нужно признать, что его руководство не было абсолютным. Это следует в том числе и из того факта, что в соответствии с договоренностями между участниками Общества «УЗГЦ» и их юридическим оформлением, именно ФИО2 выступал единоличным исполнительным органом (гендиректором) общества и в этом качестве должен был, прежде всего, контролировать деятельность ФИО13 (участника с 50% долей в уставном капитале, занимавшего должность заместителя директора с генеральной доверенностью) с точки зрения интересов ФИО3 и ФИО4, обладавших по 25% в уставном капитале Общества «УЗГЦ».

При этом в правовом смысле ФИО2 был наделен и мог осуществлять все полномочия единоличного исполнительного органа Общества «УЗГЦ», которыми он и воспользовался, например, в феврале 2014 года, когда отозвал доверенности у ФИО13

Осуществляя полномочия единоличного исполнительного органа Общества «УЗГЦ» ФИО2 был обязан в соответствии с положениями статей 53, 53.1 ГК РФ действовать разумно и добросовестно в интересах данного общества, а не только ФИО3 и ФИО4

Как выше уже указано контракт от 11.02.2011 № 003-US-ru с Компанией «ФИО12 Стар лимитед» совершен от имени Общества «УЗГЦ» именно ФИО2, а его цена в 2,5 раза превышает действительную стоимость проектирования и поставки оборудования от его итальянского производителя. Доводы ФИО2 о том, что при совершении контракта и мирового соглашения он руководствовался также условиями совершенного между Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и Компанией «ФИО12 Стар лимитед» контракта на выполнение монтажа оборудования линии горячего цинкования от 03.06.2010 № 004-US-man, не свидетельствуют о его добросовестности, так как данный контракт предусматривает цену соответствующих услуг в 326.600 евро, что не объясняет ценовой разрыв между условиями сделки в отношении одного и того же оборудования между Компанией «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и Компанией «ФИО12 Стар лимитед» (2.724.670 + 326.600 = 3.051.270 евро) и между Компанией «ФИО12 Стар лимитед» и Обществом «УЗГЦ» (6.811.675 евро). При этом, действуя разумно и добросовестно в интересах Общества «УЗГЦ», ФИО2 при совершении контракта должен был бы самостоятельно получить исчерпывающую информацию о действительной стоимости создания и поставки оборудования и сопутствующих услугах, а также обоснованности введения Компании «ФИО12 Стар лимитед» в отношения по поставке итальянской компанией оборудования Обществу «УЗГЦ».

Из материалов дела следует, что первоначально от имени Компании «ФИО12 Стар лимитед» в претензии от февраля 2014 года, подписанной представителем ФИО19, содержалось требование к Обществу «УЗГЦ» уплатить задолженность в 6.412.997,33 евро и признавался факт оплаты по контракту от 11.02.2011 № 003-US-ru только в сумме 398.677,67 евро (л.д. 48-49 т. 1 настоящего спора). В деле есть подписанный ФИО2 ответ на эту претензию, в которой он от имени Общества «УЗГЦ» считает заявленную задолженность завышенной и выражает мнение о сумме долга только в 2.860.534,2 евро (л.д. 47 т. 1 настоящего спора).

Именно в этой сумме Компанией «ФИО12 Стар лимитед» и был заявлен иск к Обществу «УЗГЦ», эту сумму долга признал ФИО20 от имени Должника в своё отзыве 18.11.2014 и применительно к этой сумме долга ФИО2 от имени Должника было заключено мировое соглашение.

ФИО2 пояснил в заседание апелляционного суда, что исходил из факта оплаты Должником в пользу Компании «ФИО12 Стар лимитед» только 398.677,67 евро и не знал об иных транзакциях за оборудование.

Между тем, помимо 398.677,67 евро (перечислены Должником в период с 24.10.2011 по 28.10.2011, эквивалентны 17.052.255,84 руб. по курсу на тот период) имели место перечисления со стороны ФИО6 и ФИО6 Кай-Уве за Общество «ЦЗГЦ» на счет Компании «ФИО12 Стар лимитед» (в период с 28.06.2011 по 25.05.2012 перечислено 480.130 евро и 70.000 евро соответственно), а также со стороны ФИО6 на счет Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» (в период с 10.01.2013 по 30.10.2013 перечислено 215.283 евро) (л.д. 200-223 т. 1 настоящего спора). Всего же ФИО6 и её мужем ФИО6 Кай-Уве в пользу Должника и за него были совершены заявленные платежи в размере 1.608.813 евро и 178.421,47 долларов США.

Изложенные обстоятельства предоставления супругами ФИО6 денежных средств Должнику и их направления на приобретение оборудования подтверждаются и вступившими в законную силу определениями от 18.02.2016 по настоящему делу о банкротстве.

Апелляционный суд полагает, что, действуя разумно и добросовестно, используя полномочия руководителя Общества «УЗГЦ», ФИО2 должен был установить все обстоятельства исполнения контрактов в цепочке Компания «Г.М. Группо Макабео СКЛ» - Компания «ФИО12 Стар лимитед» - Общество «УЗГЦ» и получить исчерпывающую информацию о всех платежах и оказанных услугах, что должно было учитываться при расчетах с Компанией «ФИО12 Стар лимитед», а также совершении с ней мирового соглашения.

Учитывая, что указанные выше перечисления имели место исключительно в счет оплаты оборудования для горячего цинкования производства Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ», а Компания «ФИО12 Стар лимитед» контролировалась ФИО3 и ФИО4, то с учетом письма Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» от 19.05.2014 о рыночной стоимости оборудования в 2.724.670 евро нужно признать, что даже если предположить, что оплата за оборудование исчерпывалась приведенными выше перечислениями, то признание долга в 2.860.534,2 евро и совершение мирового соглашения на эту же сумму не может быть признано разумным и добросовестным.

Принимая во внимание, что обоснованность введения Компании «ФИО12 Стар лимитед», контролировавшейся ФИО3 и ФИО4, в отношения Компании «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и Общества «УЗГЦ» по поводу поставки оборудования для горячего цинкования не раскрыта, а, между тем, возложение дополнительных обязательств на Общество «УЗГЦ», в интересах которого должны были действовать как ФИО3 и ФИО4, так и ФИО2, влечет за собой ущемление интересов как самого Общества «УЗГЦ», так и его кредиторов, апелляционный суд приходит к убеждению, что действия ответчиков добросовестными не являются.

Исходя из времени исполнения контракта (до 01.06.2013), разрыва ФИО13 с ФИО4 и ФИО3 (февраль 2014 года), обращения Компании «ФИО12 Стар лимитед» в арбитражный суд с иском к Обществу «УЗГЦ» (15.10.2014), совершения мирового соглашения (05.12.2014), а также инициирования со стороны ФИО4 настоящего дела о банкротстве Общества «УЗГЦ» (18.12.2014), апелляционный суд полагает, что действительной целью такого обращения и мирового соглашения, совершенных контролируемыми со стороны ФИО4 и ФИО3 лицами (ФИО2 и Компанией «ФИО12 Стар лимитед»), являлось исключительно искусственное формирование подконтрольной ФИО4 и ФИО3 кредиторской задолженности для получения возможности с её помощью контролировать предстоящую процедуру банкротства Общества «УЗГЦ» через большинство голосов на собраниях кредиторов. Тем самым могли быть нейтрализованы существенные по объёму требования кредиторов, так или иначе связанных с ФИО13 (ФИО6, ООО ГК «УЗГЦ» и др.).

По мнению апелляционного суда, такие действия не могут быть оправданы противоправным поведением ФИО13, совершившего к тому времени вывод всего производственного комплекса Должника, поскольку действия ФИО2, ФИО3 и ФИО4 по формированию искусственной кредиторской задолженности представляют собой действия в обход закона с противоправной целью, а также заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав, то есть злоупотребление правом, что в силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается.

Предусмотренные действующим законодательством правовые механизмы обеспечивают достаточную защиту интересов добросовестных участников хозяйственных обществ и кредиторов должника, что исключает возможность оправдания противоправного поведения участников гражданских правоотношений.

Потерпевшими от действий ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4 являются конкурсные кредиторы Общества «УЗГЦ» - как независимые от ФИО13 (например, ФНС России), так и связанные с ФИО13, но осуществляющие самостоятельную хозяйственную деятельность и самостоятельно отвечающие по своим обязательствам (ФИО6, ООО ГК «УЗГЦ», ЗАО «Уралимпекс»).

Вред кредиторам от виновных и противоправных действий ответчиков заключается в том, что вследствие формирования и включения в реестр требований кредиторов Должника искусственной кредиторской задолженности пропорционально ей уменьшается доля конкурсной массы, которая может быть направлена на удовлетворение требований добросовестных кредиторов.

Следовательно, имеют место все предусмотренные статьями 15, 1064 ГК РФ элементы гражданского правонарушения, влекущего ответственность за причинение убытков (наличие противоправных действий виновного лица, находящихся в причинно-следственной связи с наступившим или возможным вредом потерпевшего).

Согласно статьям 15, 393 ГК РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Апелляционный суд выносил на обсуждение участников настоящего спора вопрос о возможности применения в споре правил о взыскании убытков и предлагал заинтересованным в том лицам представить расчет убытков, причиненных спорными сделками цессии.

В представленном со стороны ФИО6 расчете под убытками подразумеваются те денежные средства, которые ею перечислены за Должника во исполнение сделок с Компаниями «Г.М. Группо Макабео СКЛ» и «ФИО12 Стар лимитед», что не отвечает вышеописанной природе убытков, причиненных ответчиками кредиторам Должника как гражданско-правовому сообществу. Поэтому расчет ФИО6 отклоняется. Иной расчет убытков никем из участников спора не представлен.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", согласно пункту 5 статьи 393 ГК РФ суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

С учетом этого апелляционный суд вынужден самостоятельно оценить размер убытков, причиненных совместными действиями ответчиков ФИО2, ФИО3 и ФИО4

При этом апелляционный суд учитывает, с одной стороны, имеющиеся в деле сведения об ориентировочной стоимости основного имущества, подлежащего возврату в состав конкурсной массы Должника - согласно приговора от 12.03.2018 стоимость доли в 80% в здании цеха горячего цинкования составляет 62.966.000 руб. (стр. 47 приговора), стоимость производственного оборудования (включая агрегат горячего цинкования), арестованного в ходе исполнительного производства и реализованного с торгов – 137.965.000 руб. (дело № А60-31868/2015), а, с другой стороны, общий размер реестра требований кредиторов Должника (512.910.189,72 руб.) и требования, включенные в это реестр вследствие совершения мирового соглашения от 05.12.2014 (215.422.428,10 руб.). Учитывая данные обстоятельства, компенсационную природу взыскания убытков, причинение вреда совместными действиями ответчиков, а также некоторую обусловленность противоправного их поведения преступными действиями ФИО13, апелляционный суд считает справедливым взыскание с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в пользу Общества «УЗГЦ» только 20.000.000 руб. солидарно.

Оснований для привлечения ответчиков к ответственности за остановку деятельности Общества «УЗГЦ» в 2014 году и непринятие мер к возобновлению производства апелляционный суд не усматривает, поскольку при наличии вступивших в законную силу решений Полевского городского суда от 27.03.2014 действия ФИО4 и ФИО3 по взысканию с Должника соответствующей задолженности (и по принятию мер обеспечения), а также по осуществлению мер принудительного исполнения данных решений не могут быть признаны противоправными. Кроме того, апелляционный суд учитывает и выводы суда общей юрисдикции, изложенные в приговоре от 12.03.2018, а также арбитражного суда в постановлении от 24.07.2018, согласно которым объективное банкротство Должника обусловлено противоправными действиями ФИО13 по выводу производственного комплекса из имущественной сферы Должника.

Ввиду того, что выводы суда первой инстанции в определении от 31.03.2018 не соответствуют обстоятельствам дела, обжалуемое определение подлежит отмене по основаниям пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 176, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 31 марта 2018 года по делу № А60-56055/2014 отменить.

Заявление удовлетворить частично:

Взыскать с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Уральский завод горячего цинкования» солидарно 20.000.000 рублей убытков.

В удовлетворении заявления в остальной его части отказать.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий В.А. Романов

Судьи В.И. Мартемьянов

ФИО1