Постановление от 14 ноября 2018 г. по делу № А47-14623/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-7255/18

Екатеринбург

14 ноября 2018 г. Дело № А47-14623/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 12 ноября 2018 г. Постановление изготовлено в полном объеме 14 ноября 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Полуяктова А.С., судей Татариновой И.А., Столярова А.А.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Имаевой Лилии Нагимзяновны (далее – предприниматель Имаева Л.Н.) на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 04.05.2018 по делу № А47-14623/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2018 по тому же делу.

Представители лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.

Предприниматель Имаева Л.Н. обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Соль-Илецк-Курорт» (далее – общество «Соль-Илецк- Курорт», ответчик) о взыскании убытков в виде упущенной выгоды в сумме 490 000 руб.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 04.05.2018 (судья Евдокимова Е.В.) в удовлетворении исковых требований предпринимателя Имаевой Л.Н. отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2018 (судьи Бабина О.Е., Лукьянова М.В., Ширяева Е.В.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе предприниматель Имаева Л.Н. просит указанные судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Оспаривая вывод судов о том, что заявитель мог по делу № А47-70/2017 заявить исковые требования о взыскании упущенной выгоды за период с 01.08.2014 по


31.07.2017, предприниматель Имаева Л.Н. ссылается на то, что суды нарушили право истца самостоятельно определить предмет, основание иска и период взыскания. Заявитель утверждает, что арбитражно-процессуальным законодательством не предусмотрено каких-либо ограничений для истцов по определению периода взыскания задолженности, отмечая, что истец вправе заявлять исковые требования за любые периоды на его усмотрение, а оценка судом действий истца как грубого нарушения принципа добросовестности при осуществлении своих гражданских прав, является неправильной, поскольку определение предмета иска и периода взыскания является процессуальным правом истца. Предприниматель Имаева Л.Н. утверждает, что истцом по делу № А47-70/2017 не представлено в суд дополнительное соглашение к договору аренды движимого имущества от 01.08.2014, заключенного с предпринимателем Ибрагимовой З.У., поскольку исковые требования по делу № А47-70/2017 состояли во взыскании убытков в виде упущенной выгоды за период с 01.08.2014 по 31.05.2016, в то время как дополнительное соглашение предусматривало продление действия договора аренды недвижимого имущества с 01.06.2016. Поскольку дополнительное соглашение к договору аренды движимого имущества от 01.08.2014, заключенному с предпринимателем Ибрагимовой З.У., не являлось доказательством образования убытков истца в виде упущенной выгоды за период с 01.08.2014 по 31.05.2016, оно не могло подтверждать исковые требования по делу № А47- 70/2017. По мнению предпринимателя Имаевой Л.Н., вывод суда о необходимости пресечь право истца на бесконечное, неограниченное во времени взыскание упущенной выгоды за использование имущества, которое физически уже не существует, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку истцом по настоящему делу заявлены требования о взыскании убытков только за период с 01.06.2016 по 31.07.2017, а период взыскания истцом по 2018 год не увеличивался. Заявитель отмечает, что ответчиком длительное время не исполнялось решение суда по делу № А47-12046/2015 в части выплаты истцу стоимости спорного павильона, что лишало предпринимателя Имаеву Л.Н. возможности осуществлять предпринимательскую деятельность и получать доход от сдачи павильона в аренду.

В отзыве на кассационную жалобу общество «Соль-Илецк-Курорт» просит оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

При рассмотрении спора судами установлено следующее.

Предприниматель Имаева Л.Н. являлась собственником павильона, установленного на территории общества «Соль-Илецк-Курорт» по адресу: Оренбургская область, город Соль-Илецк, улица Советская, 1, распоряжалась им на основании паспорта № 126-2004, выданного Управлением коммунального хозяйства администрации г. Уфы.

Между обществом «Соль-Илецк-Курорт» и предпринимателем Имаевой Л.Н. 18.06.2009 подписан договор «безвозмездного (возмездного) оказания услуг», по условиям которого истец обязалась передать обществу «Соль-Илецк-Курорт» во временное пользование, сроком на 1 (один) год, часть


торгового павильона, установленного на территории общества «Соль-Илецк- курорт» по адресу: Оренбургская область, город Соль-Илецк, улица Советская, 1.

В соответствии с договором передаваемое имущество может использоваться обществом для размещения радиоузла с установкой необходимой радиотрансляционной аппаратуры, доской объявлений и селекторной связью (пункт 1.2 договора).

По акту приема-передачи от 18.06.2009 предприниматель Имаева Л.Н. передала обществу «Соль-Илецк-Курорт» во временное пользование торговый павильон, установленный на территории общества «Соль-Илецк-Курорт» по адресу: Оренбургская область, город Соль-Илецк, улица Советская, 1. Имущество принято руководителем общества без замечаний и (или) возражений.

Предприниматель Имаева Л.Н. 26.06.2014 обратилась к обществу «Соль-Илецк-курорт» с письменной претензией № 049/14 указав, что в нарушение условий договора с 2009 года данное общество самостоятельно эксплуатирует всю площадь торгового павильона, осуществляет деятельность по розничной продаже различной продукции отдыхающим, сдает площади в незаконную аренду. Кроме того, в 2012 года ответчик без согласования с истцом самовольно перенес торговый павильон, который предоставлен во временное пользование, на противоположную сторону озера, после чего в 2013 года также без согласования с собственником обнес павильон кирпичом для придания вида капитального строения в едином стиле.

Предприниматель Имаева Л.Н. предложила обществу «Соль-Илецк-Курорт» заключить договор купли-продажи торгового павильона либо возвратить имущество и уплатить сумму в размере не менее 500 000 руб.

Указанные обстоятельства установлены при рассмотрении дела № А47- 12046/2015 по иску предпринимателя Имаевой Л.Н. к обществу «Соль-Илецк-Курорт» о взыскании убытков в сумме 985 000 руб., составляющих стоимость невозвращенного торгового павильона.

В последующем 01.08.2014 между предпринимателем Имаевой Л.Н. (арендодатель) и предпринимателем Ибрагимовой З.У. (арендатор) заключен договор аренды № А47-14623/2017 вышеуказанного торгового павильона сроком действия с 01.08.2014 по 31.05.2016.

Согласно пункту 2.1 указанного договора аренды сумма ежемесячной арендной платы составляет 35 000 руб.

В силу пункта 3.1.2 договора арендодатель обязан в течение пяти дней с даты подписания договора передать арендатору объект аренды по акту приема-передачи.

Согласно пункту 7.1 договор заключен на срок до 31.05.2016.

При рассмотрении дела № А47-70/2017 по иску предпринимателя Имаевой Л.Н. к обществу «Соль-Илецк-Курорт» судом установлено, что торговый павильон по договору аренды от 01.08.2014 арендатору не передавался, так как объект аренды не возвращен обществом «Соль-Илецк- Курорт».


В результате рассмотрения дела № А47-70/2017 решением от 18.04.2017 судом удовлетворено требование предпринимателя Имаевой Л.Н. о взыскании с общества «СольИлецк-Курорт» убытков в виде упущенной выгоды в размере 770 000 руб., определенные суммой арендных платежей за период с 01.08.2014 по 31.05.2016 (35 000 руб. 00 коп. * 22 месяца), которые истец рассчитывал получить от передачи имущества в аренду по договору аренды от 01.08.2014 с предпринимателем Ибрагимовой З.У.

Далее предприниматель Имаева Л.Н. обратилась к обществу «Соль-Илецк-курорт» с претензией от 09.08.2017 о возмещении убытков в виде упущенной выгоды по договору аренды от 01.08.2014 за период с 01.06.2016 по 31.07.2017 в размере 490 000 руб. (35 000 руб. * 22 месяца), указывая на наличие дополнительного соглашения от 04.08.2014 между предпринимателем Имаевой Л.Н. и предпринимателем Ибрагимовой З.У., которым предусмотрено, что договор аренды от 01.08.2014 заключен на неопределенный срок.

Оставление претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения предпринимателя Имаевой Л.Н. в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Общие принципы возмещения убытков (вне зависимости от характера правонарушения) установлены статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Согласно указанной норме лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, убытки представляют собой негативные имущественные последствия, возникающие у лица вследствие нарушения его неимущественного или имущественного права. Реализация такого способа защиты, как возмещение убытков, возможна лишь при наличии общих условий


гражданско-правовой ответственности: совершение причинителем вреда незаконных действий (бездействия); наличие у субъектов гражданского оборота убытков с указанием их размера; наличие причинной связи между неправомерным поведением и возникшими убытками; наличие вины лица, допустившего правонарушение.

Отсутствие хотя бы одного из названных условий исключает ответственность лица по требованию о возмещении убытков.

Все участники гражданских правоотношений предполагаются добросовестными исполнителями своих прав и обязанностей, поэтому кредитор (потерпевший) должен доказать факт неисполнения или ненадлежащего исполнения своим должником лежащих на нем обязанностей, а также наличие и размер понесенных убытков и причинную связь между ними и фактом правонарушения.

Согласно части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

При рассмотрении дела № А47-12046/2015 по иску предпринимателя Имаевой Л.Н. к обществу «Соль-Илецк-курорт» судом апелляционной инстанции возмещены убытки истцу в размере 985 000 руб., составляющие стоимость невозвращенного торгового павильона.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда Оренбургской области от 18.04.2017 по делу № А47-70/2017 в связи с утратой вышеуказанного торгового павильона удовлетворены требования предпринимателя Имаевой Л.Н. о взыскании с общества «Соль-Илецк-Курорт» убытков в виде упущенной выгоды в размере 770 000 руб., определенные в сумме арендных платежей за период с 01.08.2014 по 31.05.2016 (35 000 руб. * 22 месяца), которые истец рассчитывал получить от передачи имущества в аренду по договору аренды от 01.08.2014 с предпринимателем Ибрагимовой З.У.

Судебным актом по делу № А47-70/2017 установлено, что период взыскания по требованию предпринимателя Имаевой Л.Н. основан на пункте 7.1 договора аренды от 01.08.2014, которым предусмотрен срок его окончания - 31.05.2016.

При рассмотрении настоящего дела судами установлено, что в рамках настоящего дела предпринимателем Имаевой Л.Н. фактически заявлены требования о продолжении взыскания упущенной выгоды по договору аренды от 01.08.2014, который был предметом рассмотрения по делу № А47-70/2017, за период с 01.06.2016 по 31.07.2017 в размере 490 000 руб. (35 000 руб. * 22 месяца), на основании дополнительного соглашения от 04.08.2014 между предпринимателем Имаевой Л.Н. и предпринимателем Ибрагимовой З.У., которым предусмотрено, что договор аренды от 01.08.2014 заключен на неопределенный срок.


Размер упущенной выгоды определен истцом в сумме арендных платежей за период с 01.06.2016 по 31.07.2017, которые он также рассчитывал получить от передачи имущества в аренду по договору аренды движимого имущества от 01.08.2014, заключенного с предпринимателем Ибрагимовой З.У.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12 установлено, что истец должен доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; определением Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2015 по делу № 302-ЭС14-735 отмечено, что при проверке факта наличия упущенной выгоды судам следует оценить фактические действия истцов, которые подтверждают совершение ими конкретных действий, направленных на извлечение доходов, не полученных в связи с допущенным должником нарушением. При оценке поведения сторон судам следует исходить из принципа добросовестности сторон (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления № 7).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для взыскания упущенной выгоды в первую очередь следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить, были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.


Истолковав вышеуказанные нормы применительно к рассматриваемому спору, исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для взыскания убытков в виде упущенной выгоды, указав, что позиция истца основана на предположениях и не подтверждена надлежащими доказательствами.

Судами отмечено, что в исковом заявлении истец ссылался на исследованное в рамках дела № А47-12046/2015 письмо предпринимателя Имаевой Л.Н. от 24.06.2014 № 049/14 и ссылался на то, что оно свидетельствует о том, что волеизъявление предпринимателя направлено на прекращение правоотношений по поводу пользования спорным павильоном. С учетом этого предприниматель Имаева Л.Н. 01.08.2014 заключила договор аренды с предпринимателем Ибрагимовой З.У. на срок с 01.08.2014 по 31.05.2016, а 04.08.2014 предприниматель Имаева Л.Н. и предприниматель Ибрагимова З.У. подписали к нему дополнительное соглашение о продлении срока действия договора на неопределенный срок.

В рамках дела № А47-12046/2015 постановлением суда апелляционной инстанции от 16.09.2016 также установлено, что как на стадии рассмотрения дела в суде первой инстанции, так и при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции ответчик подтвердил то обстоятельство, что обязательство по возврату торгового павильона, который ему передан истцом 18.06.2009, общество исполнить не может. Именно этим обусловлено изменение предпринимателем Имаевой Л.Н. предмета иска: требование о возврате имущества заменено на требование о взыскании стоимости этого имущества.

Судами в рамках настоящего дела отмечено, что указанное ходатайство об изменении предмета исковых требований удовлетворено судом первой инстанции и принято к рассмотрению определением от 05.05.2016. Представитель истца в судебном заседании присутствовал.

Учитывая изложенное, суды пришли к обоснованному выводу о том, что истец знал, что ответчик не может вернуть ему спорный павильон.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено в материалы дела доказательств того, что с 05.05.2016 истец добросовестно предпринимал активные или хотя бы какие-либо действия по прекращению действия договора аренды от 01.08.2014, в том числе с учетом его пролонгации на неопределенный срок, то есть действий по уменьшению возникающих у него расходов, так как истец на указанную дату уже знал о невозможности предоставить павильон в аренду ввиду его отсутствия.

Доказательств, свидетельствующих об уважительности такого бездействия, также в материалы дела не представлено.

Как следует из материалов дела и указано судами, после вступления в законную силу судебных актов по делу № А47-12046/2015, истец обратился с


новыми требованиями по взысканию упущенной выгоды из договора аренды от 01.08.2014 за период с 01.08.2014 по 31.05.2016 в рамках дела № А47-70/2017, то есть включая в том числе период после 05.05.2016, а затем обратился с новыми требованиями в настоящем деле, продляя период упущенной выгоды с 01.06.2016 по 31.07.2017, со ссылкой на свое право самостоятельно определять периоды взыскания и предмет исковых требований.

По результатам исследования и оценки фактических обстоятельств настоящего спора суды установили, что добросовестное поведение на стороне истца отсутствует, поскольку истец не предпринял никаких мер к уменьшению своих расходов, в том числе по своевременному прекращению арендных отношений, а напротив, заявил новый период взыскания упущенной выгоды в отсутствие доказательств того, что она у него возникла дополнительно, сверх сумм, взысканных по делу № А47-70/2017, в отсутствие доказательств невозможности заявления всех причиненных ему убытков в рамках дела № А47-70/2017, что прямо указывает на объективную возможность дальнейшего заявления истцом аналогичных исковых требований при новых обращениях в суд до неопределенного момента, который определяется исключительно самим истцом, то есть фактически соответствующее взыскание с учетом неопределенного срока действия договора аренды, на которое ссылается истец, может осуществляться им неограниченно.

Как обоснованно указано судами, разделение указанных периодов взыскания на конкретные исковые периоды указанного обстоятельства не отменяет и не изменяет.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец, действуя добросовестно и разумно, мог и должен был принять меры к минимизации своих расходов (убытков), что им сделано не было, тогда как в соответствии с правилами статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации он был обязан принять все возможные меры к предотвращению или уменьшению размера убытков.

Однако из материалов дела следует и установлено судами, что после рассмотрения дела № А47-12046/2016 истец, зная о невозможности исполнения своих обязательств перед Ибрагимовой З.К. по договору аренды движимого имущества от 01.08.2014, не предприняла достаточных мер к прекращению договорных обязательств, что оценено судами как нарушение принципа добросовестности при осуществлении своих гражданских прав, выраженное в последующем, неограниченном конкретным периодом обращения истца о взыскании спорной суммы в виде упущенной выгоды, после вынесения судебных актов, из которых истец, в том числе, уведомлена о невозможности возвращения торгового павильона в натуре, взыскании убытков, упущенной выгоды до истечения срока договора аренды.


Таким образом, оценив в совокупности материалы дела и пояснения сторон, суды первой и апелляционной инстанций исходя из общих принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из недобросовестного поведения, с учетом необходимости соблюдения баланса интересов участвующих в деле лиц, конкретных обстоятельств дела пришли к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, не опровергают правильности выводов суда, основаны на неправильном толковании норм права, без учета сформированной практики их применения, в части направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и сделанных на их основании вывода суда о фактах, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем подлежат отклонению, в том числе по основаниям, изложенным в мотивировочной части настоящего постановления.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу частей 3, 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 04.05.2018 по делу № А47-14623/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя Имаевой Лилии Нагимзяновны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий А.С. Полуяктов

Судьи И.А. Татаринова

А.А. Столяров