Постановление от 23 июля 2024 г. по делу № А43-24565/2019

Дело № А43-24565/2019
23 июля 2024 года
г. Владимир



Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 июля 2024 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Рябовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Регион Трейдинг» ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.03.2024 по делу № А43-24565/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Регион Трейдинг» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО1 к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

при участии в судебном заседании: от ФИО2 – представителя ФИО3 по доверенности от 29.06.2022 серии 52 АА № 5106204 сроком действия три года, установил следующее.


В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Регион Трейдинг» (далее – ООО «Регион Трейдинг», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 22.03.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции не принял доводы конкурсного управляющего о том, что непередача руководителем должника документов относительно числящегося на балансе должника имущества по сути привела к невозможности предъявить руководителю должника требования о возмещении убытков за необеспечение сохранности имущества. Пояснил, что ответчик не передал конкурсному управляющему документы, подтверждающие приобретение имущества, числящегося на балансе общества, а также документы, подтверждающие вложения во внеоборотные активы (строительство объектов основных средств) на сумму 14 669 252 руб. 79 коп. и обосновывающие такие вложения. Считает, что в случае предоставления соответствующих документов конкурсный управляющий имел бы возможность проанализировать указанные сделки на предмет оснований для оспаривания и оспорить их, что повлияло на формирование конкурсной массы. Указал, что в постановлении от 18.08.2022 по делу № А43-24565/2019 Арбитражный суд Волго-Вятского округа отметил, что отказ в истребовании документации у ФИО2 сам по себе не освобождает ответчика от возмещения должнику убытков либо от привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за непередачу документации конкурсному управляющему. Полагает, что в связи с непередачей документов, идентифицирующих имущество должника, конкурсный управляющий не имеет возможности ни доказать факт того, что переданное имущество не соответствует имуществу, принятому на баланс, ни предъявить ответчику требование об убытках, то есть лишен возможности формирования конкурсной массы, которая бы соответствовала имуществу, принятому должником на баланс. По мнению заявителя апелляционной жалобы, как минимум по факту не передачи документов, идентифицирующих имущество, у суда первой инстанции имелись основания рассмотреть вопрос о взыскании убытков, размер которых равен балансовой стоимости имущества. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

ФИО2 в письменных объяснениях просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указал, что обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий, рассматривались в рамках обособленного спора по истребованию документации у ФИО2, однако при рассмотрении настоящего спора конкурсным управляющим не представлено новых доводов и доказательств, кроме тех которые были ранее рассмотрены судами первой, апелляционной и кассационной инстанции, таким образом, заявление конкурсного управляющего направлено на преодоление ранее принятых судебных актов. Отметил, что отсутствие иных кредиторов (кроме ПАО «МКБ») говорит, что до предъявления требований об исполнении обязательств по поручительству должник не был в состоянии финансового кризиса, таким образом, ООО «Регион Трейдинг» не имело иных неисполненных обязательств до предъявления требований ПАО «МКБ» по поручительству. Считает, что отсутствие вины ФИО2 учитывая его добросовестность и разумность действий, содействие при осуществлении процедуры банкротства, подтверждает отсутствие обстоятельств, которые бы послужили основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности. Подробно позиция ответчика изложена в письменных объяснениях.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2 поддержал позицию, изложенную в письменных объяснениях, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 20.06.2019 по заявлению публичного акционерного общества «Московский кредитный банк» (далее – ПАО «МКБ») возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Регион Трейдинг».

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 07.10.2019 заявление ПАО «МКБ» признано обоснованным, в отношении ООО «Регион Трейдинг» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 04.08.2020 ООО «Регион Трейдинг» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц руководителем должника в период с 11.05.2016 по дату введения процедуры конкурсного производства являлся ФИО2

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Заявление конкурсного управляющего основано на положениях статей 9, 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и мотивировано неисполнением ответчиком обязанности по подаче заявления о признании несостоятельным (банкротом), невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате непередачи документации и имущества должника, заключением сделки, повлекшей невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Из содержания пунктов 1, 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий вправе обратиться с заявлением о привлечении бывшего руководителя и участника должника к субсидиарной ответственности в пределах предоставленных полномочий.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Из совокупного толкования положений пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пункта 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, изложенных в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее –
постановление № 53), необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Согласно пункту 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе являлось руководителем должника.

Судом первой инстанции установлено, что бывший руководитель должника – ФИО2, в период с 11.05.2016 по 04.08.2020 (введение процедуры конкурсного производства) являлся контролирующим должника лицом, что ответчиком не оспаривается.

В обоснование требования о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве, конкурсный управляющий указывает, что признакам неплатежеспособности должник стал отвечать 31.12.2016. Задолженность сформирована в связи с выдачей поручительства по договору от 26.08.2016 в рамках исполнения обязательств ООО «АНПЗ-Продукт» перед ПАО «МКБ» по кредитному договору от 26.08.2016, а также в связи с заключением договора купли-продажи ликвидного имущества от 04.10.2016.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

На основании пункта 2 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона, либо арбитражный управляющий по своей инициативе от имени должника в интересах указанных лиц.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 – 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

В рассматриваемом случае конкурсным управляющим требование о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника предъявлено к бывшему генеральному директору должника ФИО2

В пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве перечислены обстоятельства, при наличии которых руководитель обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. В частности, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве не позднее чем через месяц со дня возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Из содержания приведенных норм права следует необходимость определения точной даты возникновения у руководителя должника соответствующей обязанности (признаков объективного банкротства).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 9 постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, императивная обязанность руководителя должника по обращению в арбитражный суд с соответствующим заявлением в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, предполагает достоверную убежденность такого руководителя о наличии указанных признаков.

Ситуации, с которыми закон связывает необходимость обращения руководителя с заявлением о банкротстве организации, должны объективно отражать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц, что происходит при принятии должником на себя дополнительных долговых обязательств при заведомой невозможности удовлетворения требований кредиторов. В силу указанного само по себе наличие на стороне должника не исполненных обязательств перед кредиторами не влечет для руководителя безусловной обязанности обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П указал, что формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции необращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом. Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом и седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности, в том числе предполагающих по общему правилу его вину, освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя,уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

По мнению конкурсного управляющего, ответчик знал о том, что после совершения сделки по продаже ликвидного имущества 04.10.2016 должник стал отвечать признакам недостаточности имущества, таким образом, ответчик обязан был подать заявление о признании должника банкротом не позднее 31.01.2017.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, требование об исполнении обязательств по договору поручительства от 26.08.2016 направлено ООО «Регион Трейдинг» 07.02.2019. Данные требования предъявлены к должнику как лицу, выступившему поручителем по вышеназванным обязательствам.

Договор поручительства, являясь в силу статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательством производным от основного обязательства – займа, влечет для поручителя неблагоприятные последствия в виде обязанности возвратить сумму займа и проценты по нему только в случае неисполнения обязательства основным должником – заемщиком.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции, принимая во внимание, что на протяжении с 2016 года по 2019 год должник не имел предъявленных к исполнению и не исполненных обязательств перед ПАО «МКБ» по договору поручительства, а само по себе заключение договора поручительства не может свидетельствовать о возникновении у должника в спорный период признаков неплатежеспособности, каковой в соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве признается прекращение исполнения должником денежных обязательств, вызванное недостаточностью денежных средств, учитывая, что совершение должником сделки купли-продажи имущества от 04.10.2016 также не свидетельствует о возникновении признаков банкротства, поскольку не доказывает неспособность должника исполнить свои обязательства перед кредиторами, пришел к правомерном выводу об отсутствии оснований полагать, что обязанность контролирующего должника лица по обращению в суд с заявлением о банкротстве наступила 31.01.2017.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретными кредиторами не свидетельствует о том, что должник «автоматически» стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

Ухудшение финансового состояния юридического лица в процессе его обычной хозяйственной деятельности, не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим ответственных лиц обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника.

Субсидиарная ответственность руководителя ограничивается объемом обязательств перед обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Рассмотрев вопрос об объеме обязательств перед кредиторами, возникших после указанной конкурсным управляющим даты объективного банкротства, суд первой инстанции согласился с позицией ответчика об отсутствии таковых, поскольку обязательств, принятых на себя должником после указанной даты, судом не установлено.

Проанализировав и оценив в совокупности представленные доказательства и доводы участвующих в деле лиц, принимая во внимание отсутствие доказательств того, что в спорный период сложились условия, предусмотренные частью 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица, а ООО «Регион Трейдинг» находилось в критическом финансовом положении, создающим угрозу нарушения прав и законных интересов кредиторов, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве за бездействие по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не имеется.

Кроме того, заявление о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника мотивировано невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате непередачи документации и имущества должника, заключением сделки, повлекшей невозможность удовлетворения требований кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если:

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве);

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве установлено, что с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника. Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему. В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Установленная статьей 126 Закона о банкротстве безусловная обязанность бывшего руководителя должника передать конкурсному управляющему все документы (бухгалтерскую и иную документацию) должника предопределяет процессуальную возможность истребования в принудительном порядке указанной документации. Указанной обязанности корреспондирует обязанность руководителя юридического лица в период осуществления им соответствующих полномочий обеспечивать сохранность имущества и документации должника, что вытекает из существа и смысла законоположений, устанавливаемых Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», Федеральным законом «О бухгалтерском учете».

Поскольку в силу положений пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве передача конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации является обязанностью руководителя предприятия, исполнявшего обязанности на момент утверждения конкурсного управляющего, то и обязанность доказывания надлежащего исполнения данной обязанности, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лежит на бывшем руководителе должника.

В пункте 2 статьи 129 Закона о банкротстве на конкурсного управляющего возложена обязанность по принятию в ведение имущества должника, проведению его инвентаризации и оценки, по принятию мер по обеспечению сохранности имущества должника, по проведению анализа его финансового состояния, по предъявлении к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании, по предъявлении возражений относительно требований кредиторов, предъявленных к должнику, по принятию мер, направленных на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Для осуществления своих обязанностей арбитражному управляющему необходимо иметь бухгалтерскую и иную документацию должника.

Бухгалтерская документация, касающаяся дебиторской задолженности должника, необходима конкурсному управляющему для предъявления требований о погашении задолженности дебиторам должника и пополнении за счет этих действий конкурсной массы. Отсутствие данной документации существенно уменьшает возможности пополнения конкурсной массы.

В свою очередь, Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете) обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возложена на руководителя экономического субъекта.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона.

Таким образом, неисполнение руководителем должника возложенной Законом о банкротстве обязанности либо ее исполнение не в полном объеме, а именно: непередача документации должника конкурсному управляющему, препятствует осуществлению конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей, в том числе, по выявлению, инвентаризации и реализации имущества должника в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов в установленные сроки, препятствует формированию конкурсной массы и наиболее полного удовлетворения требований кредиторов.

Смысл презумпций, закрепленных в подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, состоит в том, что если лицо, контролирующее должника-банкрота, привело его в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов, во избежание собственной ответственности оно заинтересовано в сокрытии следов содеянного. Установить обстоятельства содеянного и виновность контролирующего лица возможно по документам должника-банкрота. В связи с этим, если контролирующее лицо, обязанное хранить документы должника-банкрота, скрывает их и не представляет арбитражному управляющему, то подразумевается, что его деяния привели к невозможности полного погашения требований кредиторов (пункт 24 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом 10.06.2020).

Как разъяснено в пункте 24 постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее: заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) через суд исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из анализа указанных норм права и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что наличие у руководителя должника истребуемых документов предполагается. Вместе с тем, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по данному основанию заявителю необходимо доказать как факт уклонения контролирующего должника лица от передачи документации управляющему, так и факт наличия последствий такого поведения – невозможности либо затруднительности проведения процедур банкротства.

Производство по делу о банкротстве должника возбуждено судом 20.06.2019, определением суда от 07.10.2019 введена процедура наблюдения, решением суда от 04.08.2020 должник признан несостоятельным (банкротом).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об истребовании документации, печатей, штампов и материальных ценностей у бывшего руководителя должника ФИО2

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.12.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2022, заявление конкурсного управляющего удовлетворено частично.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 18.08.2022 определение Арбитражного суда Нижегородской области от 10.12.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2022 отменены в обжалуемой части; спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 25.11.2022 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано. Судом установлено, что имеющиеся у ответчика документы переданы им по акту от 23.03.2021. Доказательства наличия у ответчика иных документов не представлены. Обязанности по передаче истребуемой документации должника конкурсному управляющему исполнены ФИО2 надлежащим образом.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на презумпцию наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) ответчика при непередаче документов, указывает на умышленное сокрытие ответчиком договора купли-продажи от 04.10.2016, неотражение в бухгалтерской отчетности должника обязательств по договору поручительства от 28.08.2016, передачу имущества, крайне не похожего на предметы, указанные в инвентаризационной описи, отсутствие документации, подтверждающей вложения должника во внеоборотные активы, отраженные в бухгалтерском балансе.

Между тем обязательным условием возложения на руководителя должника субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему является затруднение или невозможность проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве и удовлетворение требований кредиторов. Наличие судебного акта об истребовании у ответчика документации и передача документации должника не в полном объеме само по себе не может являться единственным и безусловным основанием для привлечения последнего к субсидиарной ответственности.

В настоящем деле заявитель не мотивировал свою позицию и не указал, отсутствие каких именно документов существенно затруднило проведение процедуры конкурсного производства должника и не позволило сформировать конкурсную массу должника.

Материалами дела не подтверждается, что ответчик уклонялся от передачи конкурсному управляющему документации ООО «Регион Трейдинг», либо умышленно скрыл от конкурсного управляющего какие-либо документы, необходимые для осуществления мероприятий в процедуре конкурсного производства.

Положения закона предусматривают субсидиарную ответственность контролирующего лица не за любую непередачу документов, а за непередачу документов, которые не позволили сформировать конкурсную массу. Названная ответственность, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.



Судом первой инстанции установлено, что договор купли-продажи от 04.10.2016 оспаривается конкурсным управляющим в отдельном обособленном споре. Обязательства, связанные с неисполнением договора поручительства от 28.08.2016 возникли у должника не ранее получения им требования банка о погашении задолженности, то есть 07.02.2019. Имущество должника передано управляющему в том качественном состоянии, в котором находилось на момент его передачи. При этом сам по себе факт передачи числящегося на балансе должника имущества указывает на необходимость произведенных должником вложений во внеоборотные активы.

Конкурсным управляющим оспорены сделки должника, выполнен финансовый анализ деятельности должника, установлено имущество, подлежащее реализации в ходе процедуры конкурсного производства. Таким образом, конкурсный управляющий выполнил мероприятия, направленные на поиск и выявление имущества должника для формирования за счет этого имущества конкурсной массы.

Не представлены доказательства умышленного сокрытия ответчиком документов, свидетельствующих о наличии у должника иного имущества, возможного для реализации и погашения требований кредиторов. Не подтверждено, что именно действия (бездействие) ответчика по непередаче бухгалтерских документов должника привели к существенным затруднениям в проведении процедуры банкротства и формированию конкурсной массы должника.

Обосновывая доводы о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, конкурсный управляющий ссылается на заключение 04.10.2016 договора купли-продажи имущества с АО «Нефть.Газ.Инвестиции», являющегося аффилированным с должником лицом, подконтрольным одному бенефициару.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС21-4666(1,2,4)).

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам.

Из материалов настоящего дела о банкротстве усматривается, что в ходе проведения процедуры конкурсного производства оспорена сделка купли-продажи имущества с АО «Нефть.Газ.Инвестиции» от 04.10.2016, ответчиком по сделке в конкурсную массу должника по акту добровольно передано имущество, явившееся предметом оспариваемого договора.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции, принимая во внимание, что негативные последствия указанной сделки нивелированы возвратом должнику имущества, которое в дальнейшем может быть реализовано в процедуре конкурсного производства для целей расчетов с кредиторами, что исключает возможность взыскания его стоимости с контролирующих должника лиц и привлечения к субсидиарной ответственности, что основной причиной банкротства ООО «Регион Трейдинг» явилось неисполнение основным должником ООО «АНПЗ-Продукт» обязательств перед ПАО «МКБ» по кредитному договору от 26.08.2016 и предъявление требований банка к должнику, как к поручителю, учитывая дату совершения сделки купли-продажи (04.10.2016) и дату возбуждения дела о банкротстве должника (20.06.2019), суд пришел к правильным выводам о том, что продажа имущества АО «Нефть.Газ.Инвестиции» не оказала существенного влияния на деятельность общества и не явилась необходимой причиной его банкротства должника.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что конкурсным управляющим не представлены доказательства наличия у ФИО2 как бывшего руководителя должника непереданных документов, препятствующих проведению мероприятий конкурсного производства, в частности формирования конкурсной массы; объяснения относительно того, каким образом непередача документов повлияла на возможность формирования конкурсной массы в деле отсутствуют, отклонив доводы конкурсного управляющего об умышленном сокрытии ответчиком договора купли-продажи от 04.10.2016, неотражении в бухгалтерской отчетности должника обязательств по договору поручительства от 28.08.2016, передачи имущества, крайне не похожего на предметы, указанные в инвентаризационной описи и отсутствие документации, подтверждающей вложения должника во внеоборотные активы, отраженные в бухгалтерском балансе, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Регион Трейдинг».

Суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы заявителя жалобы являются аналогичными доводам, указанным в суде первой инстанции, которым судом дана надлежащая правовая оценка. С указанной оценкой обстоятельств дела суд апелляционной инстанции соглашается, признает их правомерными и соответствующими представленным в дело доказательствам. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

Таким образом, судом первой инстанции исходя из конкретных фактических обстоятельств спора верно установлено отсутствие совокупности условий наступления субсидиарной ответственности ответчика по обязательствам должника.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, в рамках настоящего спора конкурсным управляющим не доказано, что документы, на которые ссылается конкурсный управляющий относительно числящегося на балансе должника имущества и вложений во внеоборотные активы имелись у руководителя должника и намеренно не были переданы ему, а также что непередача данных документов привела к невозможности либо затруднительности проведения процедур банкротства.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о наличии оснований для взыскания с ответчика убытков в размере балансовой стоимости имущества отклоняются судом апелляционной инстанции.

По правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Предусмотренная приведенными нормами права ответственность носит гражданско-правовой характер, и ее применение возможно только при доказанности совокупности следующих условий: противоправности поведения ответчика как причинителя вреда, наличия и размера понесенных убытков, а также причинно-следственной связи между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.

Как разъяснено в абзаце первом пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействия) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица; после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы четвертый и пятый пункта 1 постановления № 62).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 25.11.2022 по настоящему делу установлено, что имеющиеся у ответчика документы переданы им по акту от 23.03.2021.

Из пояснений ответчика следует, что ФИО2 передал конкурсному управляющему документы на все имущество, имевшееся у должника на момент открытия в отношении конкурсного производства по акту от 28.07.2021; документация, касающаяся приобретения имущества у него отсутствует за давностью приобретения; в период руководства ФИО2 иное имущество должником не приобреталось.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц ООО «Регион Трейдинг» зарегистрировано в качестве юридического лица 21.03.2001, ФИО2 назначен руководителем общества 11.05.2016.

Доказательства того, что имущество, указанное в инвентаризационной описи, было приобретено обществом в период руководства ФИО2 и правоустанавливающие документы находились у директора общества, а утрата документов произошла по каким-либо причинам, являющимся прямым следствием обстоятельств, находившихся под контролем ФИО2, в материалах дела отсутствуют.

Возмещение убытков возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, а именно: факта нарушения обязательства, наличия понесенных убытков, причинно-следственной связи между фактом причинения убытков и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, вины лица, нарушившим исполнение обязательства. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств правовых оснований для взыскания убытков не имеется.

При разрешении обособленного спора о взыскании убытков должна быть доказана вся совокупность условий, необходимых для привлечения контролирующего должника лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, причиненных должнику в результате неправомерных действий ответчика (постановление № 62).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что факт отсутствия документов в результате виновных действий ответчика не подтвержден, отсутствие причинно-следственной связи между невозможностью идентификации конкурсным управляющим имущества и виновными действиями (бездействием) привлекаемого к ответственности лица, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика убытков.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определение по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 22.03.2024 по делу № А43-24565/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Регион Трейдинг» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья


Н.В. Евсеева

Судьи

О.А. Волгина


С.Г. Кузьмина