Решение от 23 июля 2025 г. по делу № А78-13546/2024

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002, Выставочная, д. 6, Чита, Забайкальский край

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А78-13546/2024
г.Чита
24 июля 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена  10 июля 2025 года

Решение изготовлено в полном объёме 24 июля 2025 года


Арбитражный суд Забайкальского края

в составе судьи Ульзутуевой А.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания И.В. Клевцовой, рассмотрев в открытом судебном заседании дело № А78-13546/2024 по заявлению первого заместителя Восточного-Сибирского транспортного прокурора о признании незаконным и отмене постановления Читинской таможни (ОГРН <***>, ИНН <***>) о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-2974/2024 от 03.12.2024,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора -индивидуальный предприниматель ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>),


с участием в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле:

от заявителя: ФИО2, доверенность от 21.03.2025, удостоверение 339285 от 17.07.2023;

от Читинской таможни: ФИО3, доверенность от 18.03.2025, диплом, удостоверение ОС № 100640 (в зале суда), ФИО4, доверенность от 20.12.2024, диплом, паспорт (участвует посредством веб-конференции);

от третьего лица: представитель не явился,

установил:

Первый заместитель Восточного-Сибирского транспортного прокурора (далее – заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Читинской таможне о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-2974/2024 от 03.12.2024.

Определением суда от 25 декабря 2024 года рассмотрение дела назначено в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК Российской Федерации), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО1.

Определением от 28.02.2025 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам административного производства.

В обоснование своего заявления  прокурор указал, что  при предъявлении груза к таможенному оформлению перевозчиком представлены все имеющиеся у него товаросопроводительные документы, обязанности по проверке веса брутто у перевозчика отсутствуют.

В отзыве на заявление и дополнениях таможенный орган указал на необоснованность доводов заявителя, просил отказать в  удовлетворении заявления.

24.04.2025 арбитражный суд, признав дело подготовленным, завершил предварительное судебное заседание и по правилам статьи 137 АПК Российской Федерации перешел к рассмотрению дела по существу в этом же судебном заседании.

О месте и времени проведения судебного разбирательства ФИО1 извещен надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК Российской Федерации, явку представителя в судебное заседание не обеспечил.

Исследовав материалы дела и заслушав представителя заявителя и представителей Читинской таможни, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

25.09.2024 на таможенную территорию Евразийского экономического союза из КНР прибыло транспортное средство государственный регистрационный номер транспортное средство с регистрационными знаками <***>/АМ9004 75.

При подаче уведомления таможенному органу были представлены следующие товаросопроводительные документы: международная товарно-транспортная накладная (CMR) от 23.09.2024 № 23092024-6 (л.д. 55), инвойс от 25.08.2024 № 2103/150524IDJO/1 (л.д. 55 оборот), отгрузочная спецификация от 23.09.2024 № 6 (л.д. 56), в которых заявлены сведения о 3-х ввозимых товарах, общим количеством 1408 грузовых мест, общим весом брутто 19220 кг, в том числе:

- товар № 2 «комплекты проводов...», классифицируемый в товарной подсубпозиции    8544300007 в соответствии с единой Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности Евразийского экономического союза, в количестве 700 грузовых мест, весом брутто 5524 кг.

В соответствии с представленными документами, перевозчиком товаров является ИП-ФИО1 (адрес: 673486, <...>).

09.09.2024 для дальнейшего таможенного оформлениятовары в транспортном средстве были перемещены под таможенным наблюдением наСВХ (акт таможенного наблюдения № 10719110/250924/0000599 от 25.09.2024).

26.09.2024 в 09 часов 36 минут местного времени согласно документу отчета по форме ДО-1 № 41848 от 26.09.2024 (л.д. 61) и акту приемки груза на СВХ от 26.09.2024 (л.д. 61 оборот), перевозчиком ФИО1 в лице водителя ФИО5 на склад временного хранения ООО «Континент плюс» помещены товары в соответствии со сведениями, заявленными в товаросопроводительных документах.

Поручением от 30.09.2024 назначено проведение таможенного досмотра (л.д. 64).

30.09.2024 на крытой площадке СВХ ООО «Континент плюс» проведен таможенный досмотр, результаты которого отражены в акте таможенного досмотра № 10719030/300924/101551 (л.д. 65-81).

По результатам таможенного досмотра установлено, что на склад временного хранения помещены товары, сведения о которых, не соответствуют сведениям, заявленным в товаросопроводительных документах, а именно: товар № 2 «комплекты проводов...» фактический вес брутто составил 5991 кг, что превышает заявленный вес брутто на 467 кг.

В связи с выявленными обстоятельствами 29.10.2024 в отношении ФИО1 составлен протокол об административном правонарушении № 10719000-002974/2024 по части 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации (л.д. 43-48).

По результатам рассмотрения дела об административном правонарушении постановлением от 03.12.2024 № 10719000-2974/2024 ФИО1 привлечено к административной ответственности по части 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации в виде предупреждения (л.д. 95-99).

Копия постановления направлена в Восточно-Сибирскую транспортную прокуратуру и получена ею 11.12.2024.

Не согласившись с названным постановлением от 03.12.2024 № 10719000-2974/2024, первый заместитель прокурора на основании положений части 1 статьи 30.10 КоАП Российской Федерации оспорил его в судебном порядке.

Частью 1 статьи 30.10 КоАП Российской Федерации предусмотрено, что не вступившее в законную силу постановление по делу об административном правонарушении и (или) последующие решения вышестоящих инстанций по жалобам на это постановление могут быть опротестованы прокурором в порядке и в сроки, установленные статьями 30.1, 30.2, частями 1 и 3 статьи 30.3 этого же Кодекса.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 25.11 КоАП Российской Федерации прокурор в пределах своих полномочий вправе приносить протест на постановление по делу об административном правонарушении независимо от участия в деле, а также совершать иные предусмотренные федеральным законом действия. Таким образом, независимо от участия в рассмотрении дела об административном правонарушении действующее законодательство предусматривает право на принесение прокурором протеста на постановление по делу об административном правонарушении, если это постановление не вступило в законную силу, либо прокурором субъекта Российской Федерации и его заместителем, если постановление по делу об административном правонарушении вступило в силу (пункт 43 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года). С учетом изложенного, прокуратура вправе обжаловать постановление по делу об административном правонарушении.

Суд приходит к выводу о том, что в рассматриваемом случае заявление подлежит удовлетворению по следующим причинам.

В соответствии со статьей 210 АПК Российской Федерации по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4).

При рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании проверяет законность и обоснованность оспариваемого решения, устанавливает наличие соответствующих полномочий административного органа, принявшего оспариваемое решение, устанавливает, имелись ли законные основания для привлечения к административной ответственности, соблюден ли установленный порядок привлечения к ответственности, не истекли ли сроки давности привлечения к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для дела (часть 6).

Арбитражный суд при рассмотрении дела об оспаривании решения административного органа не связан доводами, содержащимися в заявлении, и проверяет оспариваемое решение в полном объеме (часть 7).

На основании статьи 26.1 КоАП Российской Федерации к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения, в том числе виновность лица в совершении административного правонарушения, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

При этом в силу статьи 24.1 КоАП Российской Федерации задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

Оспариваемым постановлением предприниматель ФИО1 привлечен к ответственности по части 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, которой установлена административная ответственность за сообщение в таможенный орган недостоверных сведений о количестве грузовых мест, об их маркировке, о наименовании, весе брутто и (или) об объеме товаров при прибытии на таможенную территорию Таможенного союза, убытии с таможенной территории Таможенного союза либо помещении товаров под таможенную процедуру таможенного транзита или на склад временного хранения путем представления недействительных документов либо использование для этих целей поддельного средства идентификации или подлинного средства идентификации, относящегося к другим товарам и (или) транспортным средствам.

Объективная сторона данного правонарушения характеризуется противоправным деянием, выразившимся, в том числе, в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о весе брутто товаров при прибытии товаров на таможенную территорию Таможенного союза (ЕАЭС), при помещении товаров на склад временного хранения.

Подпунктом 26 пункта 1 статьи 2 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – Таможенный кодекс ЕАЭС) определено, что  перевозчиком является лицо, осуществляющее перевозку (транспортировку) товаров и (или) пассажиров через таможенную границу Союза и (или) перевозку (транспортировку) товаров, находящихся под таможенным контролем, по таможенной территории Союза.

На основании пункта 1 статьи 88 Таможенного кодекса ЕАЭС, перевозчик обязан уведомить таможенный орган о прибытии товаров на таможенную территорию Союза путем представления документов и сведений, предусмотренных статьей 89 настоящего Кодекса, в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, либо путем представления документа, содержащего сведения о номере регистрации предварительной информации, представленной в виде электронного документа, в отношении товаров, перевозимых автомобильным транспортом, - в течение 1 часа с момента доставки товаров в место прибытия, а в случае доставки товаров в место прибытия вне времени работы таможенного органа – в течение 1 часа с момента наступления времени начала работы таможенного органа.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 89 Таможенного кодекса ЕАЭС, при уведомлении таможенного органа о прибытии товаров на таможенную территорию Союза перевозчик представляет следующие документы и сведения о:

государственной регистрации транспортного средства международной перевозки;

перевозчике товаров (наименование и адрес);

стране отправления и стране назначения товаров (наименования);

отправителе и получателе товаров (наименования и адреса);

продавце и покупателе товаров в соответствии с имеющимися у перевозчика коммерческими документами;

количестве грузовых мест, их маркировке и видах упаковок товаров;

товарах (наименования и коды товаров в соответствии с Гармонизированной системой описания и кодирования товаров или Товарной номенклатурой внешнеэкономической деятельности на уровне не менее первых 6 знаков);

весе брутто товаров (в килограммах) либо объеме товаров (в кубических метрах);

наличии (отсутствии) товаров, ввоз которых на таможенную территорию Союза запрещен или ограничен;

месте и дате составления международной товаротранспортной накладной;

идентификационных номерах контейнеров.

Пунктами 1 и 2 статьи 100 Таможенного кодекса ЕАЭС предусмотрено, что для помещения товаров на временное хранение перевозчик или иное лицо, обладающее полномочиями в отношении товаров, представляет таможенному органу транспортные (перевозочные), коммерческие и (или) таможенные документы, содержащие сведения о товарах, отправителе и получателе товаров, стране их отправления и стране назначения, либо документ, содержащий сведения о номере регистрации предварительной информации, представленной в виде электронного документа.

Таможенный орган регистрирует документы, представленные для помещения товаров на временное хранение, не позднее 1 часа с момента подачи таких документов таможенному органу и выдает лицу, указанному в пункте 1 настоящей статьи, подтверждение о регистрации документов.

Товары считаются находящимися на временном хранении после регистрации таможенным органом документов, представленных для помещения товаров на временное хранение, если иное не установлено настоящим Кодексом (пункт 3 Таможенного кодекса ЕАЭС).

Таким образом, на  ФИО1, как на перевозчика, возложена обязанность по предоставлению таможенному органу транспортных (перевозочных), коммерческих и (или) таможенных документов.

Как указывалось ранее, 26.09.2024 в 09 часов 36 минут местного времени согласно документу отчета по форме ДО-1 № 41848 от 26.09.2024 (л.д. 61) и акту приемки груза на СВХ от 26.09.2024 (л.д. 61 оборот), перевозчиком ФИО1 в лице водителя ФИО5 на склад временного хранения ООО «Континент плюс» помещены товары в соответствии со сведениями, заявленными в товаросопроводительных документах.

По результатам таможенного досмотра установлено, что на склад временного хранения помещены товары, сведения о которых, не соответствуют сведениям, заявленным в товаросопроводительных документах, а именно: товар № 2 «комплекты проводов...» фактический вес брутто составил 5991 кг, что превышает заявленный вес брутто на 467 кг.

Заявителем факт несоответствия сведений, содержащихся в товарно-сопроводительных документах, с фактическим сведениями относительно веса брутто спорных товаров, по существу не оспаривается, однако им обращается внимание на отсутствие вины в совершении правонарушения, а также, что обязанности по проверке веса брутто у перевозчика отсутствуют.

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое настоящим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В силу статьи 1.5 КоАП Российской Федерации лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в порядке, предусмотренном Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, и установлена вступившим в законную силу постановлением судьи, органа, должностного лица, рассмотревших дело.

Статьей 2.2 КоАП Российской Федерации предусмотрены формы вины.

Так, административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1).

Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

 Применительно к рассматриваемой категории споров в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что при оценке вины перевозчика в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, выразившегося в сообщении таможенному органу недостоверных сведений о весе товара, надлежит выяснять, в какой мере положения действующих международных договоров в области перевозок (Конвенции о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ) 1956 г., Соглашения о международном железнодорожном грузовом сообщении (СМГС) 1951 г., Международной конвенции об унификации некоторых правил о коносаменте 1924 г., Конвенции Организации Объединенных Наций о морской перевозке грузов 1978 г. и других) предоставляли перевозчику возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых установлена ответственность частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, а также какие меры были приняты перевозчиком для их соблюдения.

При определении вины перевозчика, сообщившего таможенному органу недостоверные сведения о грузах, количество которых определяется весовыми параметрами, необходимо выяснять, значительна ли разница между количеством фактически перемещаемого товара и количеством, указанным в товаросопроводительных документах, а также насколько такое несоответствие могло быть очевидным для перевозчика, осуществляющего свою деятельность на профессиональной основе, исходя из осадки транспортных средств, его технических возможностей и других подобных показателей. Вопрос о том, значительно ли несоответствие между количеством фактически перемещаемого товара и количеством, указанным в товаросопроводительных документах, определяется в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств данного правонарушения.

Отношения, связанные с международной перевозкой грузов автомобильным транспортом, регулируются, в том числе, Конвенцией о договоре международной дорожной перевозки грузов (КДПГ), заключенной в г. Женеве 19 мая 1956 года, (далее – КДПГ).

Так, согласно статье 8 КДПГ при принятии груза перевозчик обязан проверить: a) точность записей, сделанных в накладной относительно числа грузовых мест, а также их маркировки и номеров; b) внешнее состояние груза и его упаковки (пункт 1).

Если перевозчик не имеет достаточной возможности проверить правильность записей, упомянутых в пункте 1 a) настоящей статьи, он должен вписать в накладную обоснованные оговорки. Он должен также обосновать все сделанные им оговорки, касающиеся внешнего состояния груза и его упаковки. Эти оговорки не имеют обязательной силы для отправителя, если последний намеренно не указал в накладной, что он их принимает (пункт 2).

Отправитель имеет право требовать проверки перевозчиком веса брутто или количества груза, выраженного в других единицах измерения. Он может также требовать проверки содержимого грузовых мест. Перевозчик может требовать возмещения расходов, связанных с проверкой. Результаты проверок вносятся в накладную (пункт 3).

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 КДПГ при отсутствии в накладной обоснованных перевозчиком оговорок имеется презумпция, что груз и его упаковка были внешне в исправном состоянии в момент принятия груза перевозчиком и что число грузовых мест, а также их маркировка и номера соответствовали указаниям накладной.

В силу подпункта h) пункта 1 статьи 6 КДПГ накладная, помимо прочих сведений должна содержать сведения о весе груза брутто или выраженное в других единицах измерения количества груза.

Таким образом, в названной Конвенции идет речь об обязательности проверки именно точности записей, сделанных в накладной относительно числа грузовых мест, а также их маркировки и номеров; внешнего состояния груза и его упаковки. Нормы Конвенции не возлагают на перевозчика обязанности по проверке веса брутто, как и указания оговорок относительно записей о весе груза, при том, что такая характеристика как вес брутто предусмотрена в накладной наряду с характеристикой о числе грузовых мест (подпункт g) пункта 1 статьи 6 КДПГ).

Пунктами 1 и 2 статьи 11 КДПГ также установлено, что отправитель обязан до доставки груза присоединить к накладной или предоставить в распоряжение перевозчика необходимые документы и сообщить все требуемые сведения для выполнения таможенных и иных формальностей.  Проверка правильности и полноты этих документов не лежит на обязанности перевозчика. Отправитель ответственен перед перевозчиком за всякий ущерб, который может быть причинен отсутствием, недостаточностью или неправильностью этих документов и сведений, за исключением случаев вины перевозчика.

Как следует из материалов настоящего дела, при предъявлении груза к таможенному оформлению предпринимателем предъявлены в таможенный орган имеющиеся у него необходимые для таможенного оформления товаросопроводительные документы.

Доказательств того обстоятельства, что грузоотправитель на основании пункта 3 статьи 8 КДПГ предъявлял перевозчику требования проверить вес брутто перевозимого товара, материалы дела не содержат.

Какие-либо расхождения в наименовании, маркировке и количестве грузовых мест административным органом в ходе таможенного досмотра не установлены.

Разница в весе брутто спорного товара составила товар № 2 «комплекты проводов...» фактический вес брутто составил 5991 кг, что превышает заявленный вес брутто на 467 кг.

По мнению суда, разница в весе брутто по спорному товару не могла быть установлена водителем при перевозке груза, поскольку не являлась очевидной для перевозчика, в том числе с учетом осадки транспортного средства, его технических возможностей и других подобных показателей, при общем весе всего груза 19 220 кг.

Читинской таможней приведен довод о том, что несоответствие веса брутто могло быть определено путем сопоставления веса товара на упаковке, с весом в сопроводительных документах, а именно каждая коробка имеет весовую маркировку о весе брутто 9 кг., при общем количестве 700 коробок, такой вес должен составлять 6 300 кг., тогда как в товаросопроводительных документах указан вес брутто 5524 кг. По мнению таможни, выявив несоответствие веса, перевозчик имел возможность заявить оговорки.

Указанный довод суд находит необоснованным, по мнению суда, действия перевозчика по проверке веса товара выходят за рамки необходимых разумных мер для обеспечения точности сведений, значимых для таможенных целей.

При этом, проведение арифметических расчетов не приводит к определению веса брутто, сопоставимому с весом, определенным таможней – 5991 кг.

В Обзоре правоприменительной практики привлечения перевозчиков к ответственности по части 3 статьи 16.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, направленном письмом ФТС России от 28 апреля 2007 года № 18-12/16242, содержится разъяснение о том, что вина перевозчика в совершении правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации, должна определяться не только с учетом оговорок о принятии груза в контейнере без проверки содержимого, но и реальной возможности перевозчика осмотреть и пересчитать товар, находящийся в контейнере.

В силу части 4 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

С учетом изложенного следует признать, что в рассматриваемом конкретном случае таможенный орган не доказал наличия вины ФИО1, а следовательно, и наличия в его действиях состава вмененного административного правонарушения.

Между тем в соответствии со статьей 49 Конституции Российской Федерации каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда (часть 1); обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность (часть 2); неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого (часть 3).

В пункте 3 мотивировочной части Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 6 июля 2010 года № 934-О-О указано, что несмотря на то что названные конституционные положения по своему буквальному смыслу направлены на закрепление презумпции невиновности в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, их значение выходит за рамки уголовного преследования. Наличие вины как элемента субъективной стороны состава правонарушения является одним из принципов юридической ответственности, а конституционные положения о презумпции невиновности и бремени доказывания, которое возлагается на органы государства и их должностных лиц, выражают общие принципы права при применении государственного принуждения карательного (штрафного) характера в сфере публичной ответственности в уголовном и в административном праве.

По сути, аналогичная правовая позиция выражена также и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации (например, Постановления от 7 июня 2000 года № 10-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 17 июля 2002 года № 13-П и от 21 июля 2021 года № 39-П, Определение от 9 апреля 2003 года № 172-О).

В соответствии с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 30 июля 2001 года № 13-П, от 24 июня 2009 года № 11-П и от 17 ноября 2016 года № 25-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая меры взыскания штрафного характера, может предусматривать - с учетом особенностей предмета регулирования - различные формы вины и распределение бремени ее доказывания.

Закрепляющий общие положения и принципы административно-деликтного законодательства КоАП Российской Федерации исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 31 мая 2016 года № 14-П указано, что по смыслу статьи 49 Конституции Российской Федерации и конкретизирующей ее положения статьи 1.5 КоАП Российской Федерации, обязательным признаком состава административного правонарушения и, как следствие, основанием административной ответственности является наличие вины привлекаемого к ней лица. Иная интерпретация условий наступления административной ответственности, допускающая наложение административного наказания за действия (бездействие) при наличии лишь признаков объективной стороны состава административного правонарушения, противоречила бы вытекающему из статьи 49 Конституции Российской Федерации принципу виновной ответственности за такого рода деликты, приводила бы к объективному вменению и в конечном счете - в нарушение принципов юридического равенства и справедливости - к несоразмерному ограничению прав и свобод (преамбула; статья 1, часть 1; статья 19, части 1 и 2; статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Конкретизируя положения статей 15 (части 1 и 2), 18 и 120 (часть 1) Конституции Российской Федерации, КоАП Российской Федерации относит к задачам производства по делам об административных правонарушениях всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела и разрешение его в соответствии с законом (статья 24.1), что согласуется с требованиями законности и справедливости при осуществлении производства по делам об административных правонарушениях и предполагает правильное толкование и применение законов с учетом обстоятельств дела.

При рассмотрении дела об административном правонарушении в процессе исследования доказательств имеет место мысленная реконструкция совершенного правонарушения в единстве его субъективных и объективных элементов на основе фактов, нашедших отражение в реальной действительности. Умышленный характер правонарушения, связанного с противоправным несоблюдением юридическим лицом правил и норм, может быть установлен исходя из характера и обстоятельств действий (бездействия), нарушивших соответствующие требования, характера самих требований, характера последствий (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации) от 14 апреля 2020 года № 17-П и от 21 июля 2021 года № 39-П).

С учетом приведенных правовых позиций и фактических обстоятельств дела, суд приходит к выводу об отсутствии в деянии  ФИО1 состава вмененного ему административного правонарушения, ввиду недоказанности таможенным органом наличия у ФИО1 реальной возможности для соблюдения правил и норм, за нарушение которых частью 3 статьи 16.1 КоАП Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, и непринятия им всех зависящих от него мер по их соблюдению, поскольку в рассматриваемом случае совершение перевозчиком действий по проверке веса брутто товара выходит за рамки необходимых разумных мер для обеспечения точности сведений, значимых для таможенных целей, незначительная разница в заявленном и фактическом весе брутто перевозимого груза, установленная только в ходе таможенного досмотра путем использования специальных приборов (весов), не свидетельствует о виновном поведении перевозчика.

Поскольку субъективная сторона является одним из элементов состава административного правонарушениям, а в настоящем случае она таможенным органом не доказана, то отсутствует и состав вмененного административного правонарушения.

В силу пункта 2 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в случае отсутствия состава административного правонарушения.

Частью 2 статьи 211 АПК Российской Федерации предусмотрено, что в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что оспариваемое решение не соответствует закону, либо отсутствуют основания для привлечения к административной ответственности, суд принимает решение о признании незаконным и об отмене оспариваемого решения полностью или в части.

На основании изложенного, с учетом установленных обстоятельств, оспариваемое постановление Читинской таможни о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении № 10719000-2974/2024  03 декабря 2024 года подлежит признанию незаконным и отмене полностью.

Руководствуясь статьями 167, 168, 169, 170, 176 и 211 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Постановление Читинской таможни (ОГРН <***>, ИНН <***>) о назначении административного наказания по делу об административном правонарушении от 03 декабря 2024 года № 10719000-2974/2024 признать незаконным и отменить полностью.

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Забайкальского края.


Судья                                                                                               А.А. Ульзутуева