Решение от 20 февраля 2023 г. по делу № А40-196970/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-196970/22-182-1051
г. Москва
20 февраля 2023 г.
Резолютивная часть решения объявлена 09 февраля 2023года

Полный текст решения изготовлен 20 февраля 2023 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Моисеевой Ю.Б.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1 с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел в судебном заседании дело по иску

истца 1: ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КАМ-ДВ» (690039, ПРИМОРСКИЙ КРАЙ, ВЛАДИВОСТОК ГОРОД, РУССКАЯ <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 25.07.2017, ИНН: <***>) истца 2: ИП ДАРИЖАПОВА ЭРДЭМА НИКОЛАЕВИЧА (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 07.04.2016)

к АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» (143003, РОССИЯ, МОСКОВСКАЯ ОБЛ., ОДИНЦОВСКИЙ Г.О., ОДИНЦОВО Г., ОДИНЦОВО Г., МАРШАЛА НЕДЕЛИНА УЛ., Д. 6А, ЭТАЖ/ПОМЕЩ. 5/512,513, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.07.2002, ИНН: <***>)

о взыскании с АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» в пользу ООО «КАМ-ДВ» неосновательногообогащения по договору лизинга № ОВ/Ф-79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 948 422,70 руб.,процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанных насумму неосновательного обогащения в размере 948 422,70 руб. за период с 02.10.2022 по деньфактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ, о взыскании с АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» в пользу ИП ФИО2 неосновательного обогащения по договору лизинга № ОВ/Ф79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 632 281,80 руб. и процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 632 281,80 рублей за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ) при участии:


от истцов - ФИО3 по доверенности от 19.04.2022, по доверенности от 05.11.2022, диплом, паспорт

от ответчика - ФИО4 по доверенности № 102 89 от 23.11.2020, диплом, паспорт


УСТАНОВИЛ

ООО «КАМ-ДВ» (далее - истец 1, лизингополучатель) и ИП ДАРИЖАПОВ ЭРДЭМ НИКОЛАЕВИЧ (далее - истец 2) обратились в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» (далее - ответчик, лизингодатель о взыскании в пользу ООО «КАМ-ДВ» неосновательного обогащения по договору лизинга № ОВ/Ф-79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 948 422,70 руб., процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 948 422,70 руб. за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ; о взыскании в пользу ИП ФИО2 неосновательного обогащения по договору лизинга № ОВ/Ф79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 632 281,80 руб. и процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 632 281,80 рублей за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ (с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ).

Исковые требования мотивированы положениями статьи 309, 310, 395, 1102, 1103, 1104, 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Представитель истцов в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва на исковое заявление.

Выслушав доводы представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что между ООО «КАМ-ДВ» (лизингополучатель) и АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» (лизингодатель) был заключен договор лизинга № ОВ/Ф-79864-02-01 от 12.03.2020 (далее - Договор лизинга).

В соответствии с Договором лизинга лизингодатель обязуется приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца имущество, которое обязуется предоставить лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

Предмет лизинга был изъят лизингодателем у лизингополучателя в связи с расторжением Договора лизинга.

В результате заключения Договора цессии 40 % права требования к ответчику на взыскание неосновательного обогащения, включая любые прочие денежные средства (убытки, проценты, неустойка и т.п.), перешли к ИП ДАРИЖАПОВУ ЭРДЭМУ НИКОЛАЕВИЧУ. т

В соответствии с п. 3.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление №17) расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно п. 3.3 Постановления № 17 если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Представленный истцами уточненный расчет сальдо встречных обязательств сторон по договору лизинга № ОВ/Ф-79864-02-01 от 12.03.2020 в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014 выглядит следующим образом:

Показатели

Сумма, руб.

Общая сумма платежей по договору

7 825 463,61

Авансовый платеж

1 393 550,00

Сумма платежей без учета авансового платежа

6 431 913,61

Стоимость предмета лизинга

5 574 200,00

Расходы лизингодателя на оценку

11 000,00

Страхование

148 273,72

Неустойка за просрочку оплаты лизинговых платежей

22 665,28

Неустойка за просрочку оплаты страховой премии

139 355,00

Расходы на хранение

17 910,00

Расходы на реализацию

16 257,62

Расходы на розыск и изъятие предмета лизинга

13 500,00

Размер финансирования

4 180 650,00

Плата за финансирование

2 251 263,61

Срок договора лизинга (в днях)

1 834

Фактический срок финансирования (в днях)

732

Фактическая плата за финансирование

898 541,42

Полученные лизингодателем лизинговые платежи

1 559 779,84

Стоимость возвращенного предмета лизинга

5 455 577,70

Финансовый результат сделки

- 1 580 704,50

Таким образом, финансовый результат сделки, заключенной между истцом 1 и ответчиком, составляет неосновательное обогащение на стороне ответчика в размере 1 580 704,50 руб., с учетом уточнений, принятых в порядке ст. 49 АПК РФ.

Истцы также указывают, что ответчик обязан выплатить проценты за неправомерное пользование денежными средствами, которые подлежат начислению с 28.02.2022 (с учетом даты изъятия и разумного срока на реализацию).

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 221 «О некоторых вопросах присуждения взыскателю денежных средств в случае неисполнения судебного акта» по смыслу статей 330, 395, 809 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки или иных процентов по день фактического исполнения обязательства.

Таким образом, проценты по ст. 395 ГК РФ подлежат начислению по день фактического исполнения ответчиком своего обязательства.

Истцами в адрес ответчика была направлена претензия о возмещении стоимости неосновательного обогащения по Договору лизинга, что подтверждается соответствующими почтовыми документами.

В свою очередь ответчик не согласен с расчетом истцов, считает его необоснованным и несоответствующим фактическим обстоятельствам, а также положениям Договора лизинга, Постановлению № 17.

Согласно п. 9.3.2 Правил предоставления имущества в лизинг, лизингодатель вправе отказаться от исполнения Договора лизинга в одностороннем внесудебном порядке, в случае если лизингополучатель допускает просрочку оплаты лизинговых и (или) иных платежей, предусмотренных Договором лизинга, более чем на 30 (тридцать) календарных дней.

Как указывает ответчик, в связи с наличием у лизингополучателя задолженности по лизинговым платежам в размере 164 397,12 руб. АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» в одностороннем порядке отказалось от исполнения Договора лизинга путем направления в адрес лизингополучателя Уведомления от 08.09.2021 исх. № 1987 о расторжении Договора лизинга.

Договор лизинга считается расторгнутым с 08.09.2021.

Согласно ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Срок на исполнение такого требования лизингодателя устанавливается в уведомлении о расторжении Договора лизинга, но составляет не менее 15 (пятнадцати) календарных дней с даты направления требования, то есть до 23.09.2021.

Вместе с тем, лизингополучатель предмет лизинга добровольно не возвратил.

В этой связи предмет лизинга был изъят лизингодателем с помощью третьих лиц (агенты по Агентскому договору) только 29.10.2021 и предан на хранение.

Предмет лизинга был реализован на публичных торгах 14.03.2022 посредством ООО «Тендерные Технологии».

В соответствии с п. 3.1 Постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с изложенным, в соответствии с п. 4 ст. 453 Гражданского кодекса РФ с лизингополучателя подлежит взысканию неосновательное обогащение по правилам главы 60 Гражданского кодекса РФ.

Ответчик отмечает, что пунктами 10.8-10.10 Правил предусмотрено, что в случае возврата/изъятия и продажи Предмета лизинга лизингодателем стороны вправе соотнести взаимные предоставления сторон по Договору, совершенные до даты такой продажи включительно, и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой (сальдо встречных обязательств) либо установить иные последствия расторжения Договора лизинга, в том числе, путем заключения отдельного соглашения. При этом для расчета сальдо встречных обязательств в обязанности лизингополучателя включается сумма закрытия сделки, установленная в Графике платежей на месяц реализации изъятого Предмета лизинга.

Порядок расчета сальдо встречных обязательств, предусмотренный условиями Договора лизинга и изложенный в условиях Правил, не нарушает баланс интересов сторон и не ставит лизингополучателя в заведомо не выгодное положение, а также не лишает лизингополучателя прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга, кроме того, строится исключительно на обязанности лизингополучателя возместить вложенное финансирование и плату за него, получение каких-либо дополнительных материальных благ истцом не предполагает.

Исходя из положений статьи 421 ГК РФ, а также учитывая, что разъяснения, содержащиеся в пункте 3.5 Постановления № 17, не являются императивными нормами, достигнутая в Договорах лизинга договоренность истца и ответчика о применении методики расчета сальдо встречных обязательств, отличной от установленной в Постановлении № 17, не противоречит принципу свободы договора и не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей, не может рассматриваться как нарушающее грубым образом баланс интересов сторон и ущемляющее интересы лизингополучателя (п. 25 Обзора ВС РФ от 27.10.2021).

По мнению ответчика, истцами неправильно истолкованы нормы статей 421, 431, 1102 ГК РФ, а также положения Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 и Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17, не применен пункт 25 Обзора ВС РФ от 27.10.2021, не применены положения Правил о порядке расчета сальдо. Указанное привело к тому, что истцами неверно произведен расчет.

Таким образом, ответчик приводит контррасчет сальдо встречных обязательств по Договору лизинга, в соответствии с которым разница в пользу лизингополучателя составляет 371 265,15 руб.

При составлении контррасчета ответчик учел, что лизингополучателем была допущена просрочка оплаты лизинговых платежей, размер которой составил 213 595,68 руб.

В соответствии с п. 8.5 Правил предоставления имущества в лизинг, в случае нарушения сроков оплаты, установленных Договором лизинга платежей или их неполной оплаты, лизингополучатель обязан уплатить лизингодателю пени в размере 0,1 % от просроченной суммы платежа за каждый день просрочки. В связи с просрочкой установленных Договором лизинга сроков оплаты лизинговых платежей лизингодателем были начислены пени, размер которых составил 22 665,28 руб.

В соответствии со п. 8.6 Правил предоставления имущества в лизинг, в случае нарушения сроков возврата предмета лизинга, установленных Договором лизинга, лизингополучатель обязан уплатить лизингодателю пени в размере 0,1 % от Суммы закрытия сделки за каждый день просрочки.

В связи с просрочкой установленных Договором лизинга сроков возврата предмета лизинга лизингодателем были начислены пени, размер которых составил 134 413,30 руб.

Согласно п. 6.8 Правил предоставления имущества в лизинг, в случае неисполнения лизингополучателем обязанности по оплате стоимости страхования (страховой премии), лизингодатель вправе отказаться от исполнения Договора лизинга и изъять предмет лизинга. В случае если лизингополучатель не представляет страховые документы и (или) не оплачивает страховые взносы (в т.ч. не представляет в установленные сроки платежные поручения с отметкой банка об оплате), лизингодатель имеет право начислить штраф в размере 2,5 % от стоимости предмета лизинга, указанной в ДКП (с НДС).

В связи с несоблюдением обязанности по оплате страховой премии, оплата которой возложена на лизингополучателя, лизингодателем был начислен штраф, размер которого составил 139 355,00 руб. (расчет предоставлен ответчиком).

В соответствии с п. 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг, платежи, установленные в Графике платежей, начиная с месяца, следующего за месяцем расторжения Договора и заканчивая месяцем реализации предмета лизинга или месяцем планового окончания срока лизинга согласно Графику (в зависимости от того, что наступит раньше).

Таким образом, в контррасчет ответчика подлежат включению платежи, установленные Графиком платежей, за период с октября 2021 года по март 2022 года в размере 535 992,80 руб.

Пунктом 1.2 Правил предусмотрено, что сумма закрытия сделки - денежная сумма, подлежащая уплате лизингополучателем лизингодателю в случае досрочного расторжения Договора лизинга в размере, определенном в Графике платежей на соответствующую дату (с учетом иных особенностей, установленных Договором).

В соответствии с п. 10.8 Правил, для расчета сальдо встречных обязательств в обязанности лизингополучателя включается сумма закрытия сделки, установленная в Графике платежей на месяц реализации изъятого предмета лизинга.

Возвращенный предмет лизинга был реализован лизингодателем 14.03.2022.

По состоянию на месяц реализации возвращенного предмета лизинга сумма закрытия сделки составляет 3 304 949,15 руб.

Как указывает ответчик, методика расчета сальдо встречных обязательств через сумму закрытия не включает все лизинговые платежи до конца графика платежей. Сумма закрытия сделки изначально предусмотрена условиями Договора лизинга как способ при досрочном прекращении (при расторжении или досрочном выкупе) вернуть только вложенное финансирование и не платить плату за вложенное финансирование с даты возврата финансирования.

В соответствии с п. 10.10.1 Правил в контррасчет ответчика также подлежат включению любые расходы лизингодателя, связанные с заключением, исполнением, расторжением Договора лизинга, изъятием предмета лизинга (ремонт, хранение, страхование, восстановление документов, затраты на оценку, реализацию и т.п.).

По Договору лизинга были понесены расходы на оценку в размере 11 000,00 руб., расходы на хранение предмета лизинга после изъятия в размере 17 910,00 руб., расходы на розыск и изъятие предмета лизинга в размере 539 900,00 руб., расходы на реализацию предмета лизинга 16 257,62 руб.

Как указывают истцы, их разногласия с ответчиком заключаются в следующих доводах и расчетах:

- в части недопустимости расчета сальдо по формуле расчета ответчика, которая не соответствует Постановлению № 17 и ведет к необоснованному занижению сальдо;

- в части недопустимости включения в сальдо неотносимых и необоснованных расходов лизингодателя на агентские услуги;

- в части расчета неустойки.

По мнению истцов, в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, раскрывающие принцип определения «суммы закрытия сделки» и дающие возможность проверить обоснованность и разумность данной «суммы» с учетом баланса интересов сторон: какие расчетные параметры заложены в «сумму закрытия сделки»; какая процентная ставка применяется при расчете «суммы закрытия сделки»; какая формула расчета «суммы закрытия сделки» используется лизингодателем; на основании каких данных может быть проверена эквивалентность и разумность используемой «суммы закрытия сделки».

Таким образом, подобный порядок определения завершающей обязанности сторон имеет очевидные признаки нарушения эквивалентности встречных предоставлений и нарушает баланс интересов сторон.

Истцы обращают внимание, что именно к такому выводу пришел и Верховный Суд РФ в Определении от 06.10.2022 № 307-ЭС22-530 по делу АО «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ». При этом, ВС РФ прямо указал на необходимость расчета сальдо исходя из положений Пленума ВАС РФ № 17.

Напротив, вся приводимая ответчиком судебная практика базируется до выхода указанного Определения Верховного Суда РФ от 06.10.2022 № 307-ЭС22-530 и полностью ему не соответствует.

Ответчик также необоснованно включил в сальдо расходы на «розыск и изъятие» предметов лизинга в беспрецедентно чрезвычайном размере 539 900,00 руб.

По мнению истцов, данный довод является незаконным с учетом следующего. Не может быть признано обоснованным включение в сальдо убытков ответчика в виде агентской услуги по изъятию.

Как указывает агент с своих документах (Акт приема-передачи), фактически он понес расходы в размере лишь 13 500,00 руб. - за транспортировку предмета лизинга из г. Владивосток в г. Артем.

Оставшуюся сумму в размере 526 400,00 руб. агент записал себе в «гонорар успеха» за успешную транспортировку и не нес данные расходы.

Также не может быть признана разумной стоимость агентской услуги в размере 539 900,00 руб.

В свою очередь, истцы обратились в экспертную организацию для проверки обоснованности заявленного уровня расходов «на изъятие и розыск». По итогу исследования рыночной стоимости изъятия предметов лизинга по Договору лизинга экспертами было подготовлено заключение специалиста.

В данном заключении эксперты пришли к выводу о том, что рыночная стоимость услуги не может превышать 1 391,00 руб.

В эту стоимость входят в том числе все заявленные в одностраничном Отчетеколлектора расходы: стоимость транспортных пассажирских услуг в размере 1 162 руб.,расходы на перемещение легкового ТС (топливо) в размере 228,76 руб. т

Таким образом, заявленная лизингодателем стоимость агентских услуг «по изъятию» с учетом «гонорара успеха» в размере 539 900 не может быть признана обоснованной.

По мнению истцов, указанные агентские расходы подлежат включению в расчет сальдо лишь в размере 13 500,00 руб., как понесенные расходы. В оставшейся сумме расходы не подтверждены, не обоснованы и не законны.

В настоящем деле, поскольку предметы лизинга были возвращены лизингодателю и подлежит установлению сальдо, то начисление и взыскание задолженности по лизинговым платежам после расторжения договоров лизинга не допустимо и нарушает баланс интересов.

Указанный подход о недопустимости применения подобных условий также нашел отражение в Определении Верховного Суда РФ от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851.

Истцы также указывают, что начисление неустойки за просрочку возврата предмета лизинга исходя из суммы закрытия сделки является необоснованным (с учетом Определения ВС РФ № 307-ЭС22-530 от 06.10.2022 и п. 28 Обзора).

Ответчиком не представлено надлежащих доказательств того, что истец удерживал предмет лизинга, как и не представил подтверждения своевременного направления уведомления о расторжении и совершения действий по изъятию.

Согласно ст. 404 ГК РФ если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор не принял разумных мер к их уменьшению.

В любом случае, неустойка не должна являться средством обогащения и ставить кредитора в значительно более выгодные условия в сравнении с обычными условиями деятельности.

Доводы ответчика, подлежат отклонению, в силу следующего.

Ответчик указывает на несогласие с применением методики определения сальдо, отличной от методики, установленной пунктами положений п. 10.8 - 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг, настаивает на включении в размер представления Лизингодателя расходов на изъятие предмета лизинга, возражает против применения судом первой инстанции положений ст. 428 ГК РФ, полагая, что это привело к принятию неправильного Решения.

АО "Сбербанк Лизинг" указывает на необходимость применения положений п. 10.8 -10.10 Правил предоставления имущества, однако приведенные в обоснование данной позиций доводы Ответчика - не опровергают того обстоятельства (подтвержденного математическими расчетами), что, в противоречие правовой позиции, изложенной в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" (далее - Постановление Пленума ВС РФ N 17), при применении данной методики - Лизингодатель оказывается в лучшем имущественном положении, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями, в силу чего указанный подход -не может быть применен при разрешении настоящего спора.

Многочисленной актуальной судебной практикой установлено, что основной принцип постановления Пленума ВАС РФ N 17 заключается в том, что расторжение Договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ, и он не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021), условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. ст. 10. и 168 ГК РФ.

Помимо указанного порока, порождающего ничтожность указанных условий договора, пункты 10.8 - 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг также содержат следующие условия, являющиеся обременительными для Лизингополучателя, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, и в силу положений изложенных в разъяснениях, приведенных в пунктах 26, 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10,2021, - не подлежащих применению: - условие о невключении внесенных лизинговых платежей в расчет представления Лизингополучателя.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пунктах 3.2, 3.3 Постановления Пленума N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" следует, что одним из показателей для расчета сальдо встречных обязательств являются полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового).

Согласно же Правилам предоставления имущества в лизинг (пункты 10.8 - 10.10), внесенные лизинговые платежи не включаются в расчет сальдо встречных обязательств между сторонами договора лизинга, при расчете учитывается только сумма денежных средств, поступивших на расчетный счет лизингодателя в виде средств от продажи предмета лизинга, что существенно ухудшает положение лизингополучателя, поскольку в результате применения данного договорного условия лизингополучатель лишается прав, обычно предоставляемых по договорам выкупного лизинга.

Таким образом, применение методики расчета, установленная положениями пунктов 10.8.-10.10. Правил предоставления имущества в лизинг недопустимо ввиду наличия существенных противоречий разъяснениям, приведенных в пункте 28 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021.

Данная правовая позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2022 N 005-23871/2022 по делу N А40-17556/2022, принятого в разрешение спора с участием АО "Сбербанк Лизинг", именно в отношении применения положений пунктов 10.8 - 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг АО "Сбербанк Лизинг" т.е. позднее приведенного ответчиком Постановления АС МО от 12.09.2022 по делу N А40-244946/21.

В соответствии с Пунктами 10.8 - 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг платежи, установленные в графике платежей, начиная с месяца, следующего за месяцем расторжения договора и заканчивая месяцем реализации предмета лизинга (включительно) или месяце планового окончания срока лизинга согласно графику (в зависимости от того, что наступит раньше, также включаются в расчет представления лизингодателя.

При этом, Согласно п. 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, условие договора об уплате лизинговых платежей, причитающихся до окончания действия договора, несмотря на его расторжение и досрочный возврат финансирования, противоречит существу законодательного регулирования отношений сторон по договору выкупного лизинга и является ничтожным.

В настоящем деле п. п. 10.10 Правил предоставления имущества в лизинг содержит условие, которое устанавливает обязанность оплаты лизингополучателем лизинговых платежей как после расторжения договора лизинга, так и после реализации предмета лизинга, то есть после фактического возврата финансирования лизингодателем.

Соответственно; э силу ст. 10 и 168 ГК РФ, указанное условие является ничтожным и не подлежит применению.

Взыскание с лизингополучателя платы за финансирование, причитавшейся за весь предполагавшийся срок действия договора лизинга, означало бы, что лизингополучатель продолжает оплачивать пользование финансированием, которое им уже возвращено, а лизинговая компания - получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы.

Условие договора лизинга, определяющее права и обязанности сторон договора таким образом, что лизингополучатель обязан выплатить все лизинговые платежи, а предмет лизинга остается в собственности лизингодателя, который может осуществить его продажу, выручив денежные средства от реализации имущества, противоречит существу законодательного регулирования лизинга и нарушает баланс интересов сторон. Такого рода условие договора создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (пункты 3-4 статьи 1 ГК РФ), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании.

Таким образом, на основании пункта 1 статьи 168 и пункта 1 статьи 422 Гражданскогокодекса условия договора, устанавливающие обязанность по внесению всей суммы лизинговыхплатежей, несмотря на досрочный возврат финансирования, вне зависимости о используемыхформулировок, являются недействительными (ничтожными). „

Также, в рамках настоящего дела установлено, что Правила предоставления имущества в лизинг разработаны лизинговой компанией для всех клиентов и носят типовой характер, к данным Правилам применяются положения статьи 428 ГК РФ о договоре присоединения. В таком случае, пока не доказано иное, предполагается, что лизингополучатель ограничен в возможности влиять на содержание договорных условий, то есть является слабой стороной договора.

Учитывая, что лизингополучатель является слабой стороной договора лизинга, он не мог повлиять на условия Правил.

В соответствии соположениями пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 421 ГК РФ свобода договора относится к основным началам гражданского законодательства. Это предполагает предоставление участникам гражданского оборота возможности по своему взаимному усмотрению решать, заключать или не заключать договор, выбирать вид заключаемого договора, определять его условия.

В то же время свобода договора не является абсолютной. В силу пункта 4 статьи 421, пункта 1 статьи 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующими в момент его заключения.

В соответствии с разъяснениями пункта 45 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" по смыслу абзаца второго статьи 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Как указано в абзаце втором пункта 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Таким образом, отсутствие возражений одной из сторон договора относительно включения в него тех или иных условий на стадии заключения договора, а равно наличие у стороны возможности заключения аналогичного договора с другими участниками оборота на иных условиях не исключает квалификацию соответствующего условия договора как недействительного (ничтожного), если спорное условие противоречит императивным нормам по своей сути, в том числе входит в противоречие с существом законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, приводя к грубому нарушению баланса интересов сторон договора.

Поскольку финансовый результат сделки, заключенной между истцом и ответчиком, составляет неосновательное обогащение на стороне ответчика, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 580 704,50 руб., в соответствии со статьями 309, 310, 1102 ГК РФ.

Истцами также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в пользу истца 1, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 948 422,70 руб. за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты и в пользу истца 2, рассчитанных на сумму неосновательного обогащения в размере 632 281,80 рублей за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты.

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержанияденежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплатепроценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России,действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размерпроцентов не установлен законом или договором. ,

Согласно пункту 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» су

Сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Произведенный истцами расчет процентов за пользование чужими денежными средствами проверен судом и признан верным. Оснований для изменения или признания данного расчета не правильным не установлено.

Таким образом, исковые требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также подлежат удовлетворению.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 71 АПК РФ Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы относятся на ответчика.

Суд, руководствуясь ст. ст. 309, 310, 395, 1102 ГК РФ, ст. 13, 15, ФЗ от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» и ст. ст. 4, 49, 65, 71, 75, 110, 170, 171, 180, 181, 259, 276 АПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» (143003, РОССИЯ, МОСКОВСКАЯ ОБЛ., ОДИНЦОВСКИЙ Г.О., ОДИНЦОВО Г., ОДИНЦОВО Г., МАРШАЛА НЕДЕЛИНА УЛ., Д. 6А, ЭТАЖ/ПОМЕЩ. 5 /512,513, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.07.2002, ИНН: <***>) в пользу ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «КАМ-ДВ» (690039, ПРИМОРСКИЙ КРАЙ, ВЛАДИВОСТОК ГОРОД, РУССКАЯ <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 25.07.2017, ИНН: <***>) неосновательное обогащение по договору лизинга № ОВ/Ф-79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 948 422 (Девятьсот сорок восемь тысяч четыреста двадцать два) руб. 70 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 948 422,70 руб. за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ, с АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «СБЕРБАНК ЛИЗИНГ» (143003, РОССИЯ, МОСКОВСКАЯ ОБЛ., ОДИНЦОВСКИЙ Г.О., ОДИНЦОВО Г., ОДИНЦОВО Г., МАРШАЛА НЕДЕЛИНА УЛ., Д. 6А, ЭТАЖ/ПОМЕЩ. 5 / 512,513, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 11.07.2002, ИНН: <***>) в пользу ИП ДАРИЖАПОВА ЭРДЭМА НИКОЛАЕВИЧА (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 07.04.2016) неосновательное обогащение по договору лизинга № ОВ/Ф79864-02-01 от 12.03.2020 в размере 632 281 (Шестьсот тридцать две тысячи двести восемьдесят один) руб. 80 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 632 281,80 рублей за период с 02.10.2022 по день фактической оплаты неосновательного обогащения по правилам ст. 395 ГК РФ, расходы на оплату госпошлины по иску в размере 59 441 (Пятьдесят девять тысяч четыреста сорок один) руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в месячный срок со дня принятия решения.


Судья:

Ю.Б. Моисеева