Решение от 6 октября 2022 г. по делу № А33-15531/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


06 октября 2022 года


Дело № А33-15531/2022

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 29 сентября 2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 06 октября 2022 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Кошеваровой Е.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО1

к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании недействительным решения органа управления юридического лица,

с привлечением в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

- ФИО2,

- ФИО3,

в судебном заседании присутствуют:

истец – ФИО1, личность удостоверена паспортом,

от ответчика: ФИО4, представитель по доверенности от 18.02.2021 г., личность удостоверена паспортом, наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом,

от финансового управляющего: ФИО5, представитель по доверенности от 21.04.2022 г., личность удостоверена паспортом, наличие высшего юридического образования подтверждено дипломом,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО6,



установил:

ФИО7 и ФИО1 (далее – истцы) обратились в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» (далее – ответчик) о признании недействительным решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» №21-2Д от 27 января 2021 года.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 27.06.2022 г. возбуждено производство по делу.

Определением от 08.08.2022 принят отказ от исковых требований ФИО7, производство по делу в указанной части прекращено.

Ответчик в отзыве на иск возражал, заявил о пропуске срока исковой давности.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 20.07.2020 по делу № А33-23390/2019 ФИО1 признан банкротом, и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком до 21.12.2020. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО8.

ФИО1 является учредителем общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» (ИНН <***>, ОГРН <***>) с размером доли 100%.

Основным видом экономической деятельности указанного общества является передача электроэнергии и технологическое присоединение к распределительным электросетям.

Финансовым управляющим ФИО8 принято решение единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» (ИНН <***>, ОГРН <***>) № 21-2Д от 27.01.2021, согласно которому прекращены полномочия генерального директора ФИО7, на должность первого генерального директора избран ФИО2, на должность второго генерального директора избран ФИО3.

В Арбитражный суд Красноярского края 19.02.2021 поступило заявление ФИО1, согласно которому заявитель просил:

1) Признать действия финансового управляющего ФИО8 выразившиеся в принятии Решения № 21-2Д от 27.01.2021 единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибирские Коммунальные Системы» незаконным и необоснованным.

2) Отстранить финансового управляющего ФИО8 от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО1 в деле № А33-23390/2019.

Определением от 26.01.2022 по делу № А33-23390-14/2019, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 24.05.2022, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 25.07.2022, суд признал ненадлежащим исполнением обязанностей действия (бездействие) финансового управляющего имуществом ФИО1 – действия ФИО8, выразившиеся, в том числе, в принятии в отсутствие на то достаточных обстоятельств решения единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» (ИНН <***>, ОГРН <***>) № 21-2Д от 27.01.2021.

При этом из содержания судебного акта в целом следует, что сомнения в добросовестности и независимости арбитражного управляющего у суда возникли ввиду совокупности обстоятельств: к дате рассмотрения жалобы на действия финансового управляющего суду не представлены доказательства, подтверждающие обращение финансового управляющего ФИО8 к ФИО1 и ФИО7 о направлении информации о деятельности общества и мерах, направленных на обеспечение сохранности имущества, в рамках рассмотрения заявления финансового управляющего об истребовании документов и имущества у должника, требование о представлении документов, отражающих финансово-хозяйственную деятельность общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы», также не предъявлялось; решение о смене директора финансовым управляющим принималось до анализа тарифов на услуги по передаче электрической энергии по сетям Красноярского края, проведенного на основании Приказа Министерства тарифной политики Красноярского края от 11.02.2021 № 9-э (на момент принятия решения о смене директора общества указанная информация у финансового управляющего отсутствовала); суду не были представлены допустимые доказательства, подтверждающие, что в штате общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» имеются лица, не осуществляющие трудовую деятельность в обществе; при наличии сомнений в показателях финансово-хозяйственной деятельности финансовый управляющий заключил трудовые договоры с директорами, чей суммарный оклад составляет 135 000 руб., что в 3,2 раза превышает оклад ФИО7, назначение двух директоров привело к увеличению расходов юридического лица по заработной плате; судом отклонен довод о том, что в 2020 году суммарный доход ФИО7 составил 1 542 587,16 руб. в связи с чем суммарный доход двух директоров не превышает доход ФИО7, поскольку информация о доходе ФИО7 получена финансовым управляющим не ранее 25.06.2021 (письмо Инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Красноярска № 2.4-50/1106, представлено обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» 19.08.2021 через систему «Мой Арбитр»), то есть на момент установления должностных окладов ФИО2 и ФИО3 указанная информация у финансового управляющего отсутствовала; решением № 21-2Д от 27.01.2021 генеральному директору № 1 ФИО2 поручено провести аудит отчетности общества за 2020 год, однако при рассмотрении жалобы на действия финансового управляющего результаты аудита суду не были представлены, кроме того, на протяжении нескольких судебных заседаний (09.09.2021, 22.11.2021) финансовый управляющий указывал, что сведениями о результатах финансово-хозяйственной деятельности в 2021 году и о действиях генеральных директоров не располагает, указанные сведения будут запрошены финансовым управляющим по итогам 2021 года; такую позицию финансового управляющего суд воспринял как недобросовестную, поскольку в силу пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, кроме того, как лицо, контролирующее общество, обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно; сомнения в добросовестности финансового управляющего возникли у суда также в связи с тем, что одновременно с осуществлением полномочий генерального директора в период с февраля 2021 года по октябрь 2021 года ФИО3 состоял в трудовых отношениях с ФИО9 (ИНН <***>), являющейся единственным учредителем и генеральным директором ООО «КСК» (ИНН <***>, ОГРН <***>), которое действует с ООО «Сибирские коммунальные системы» на одном товарном рынке, в данном обстоятельстве суд усмотрел возможный конфликт интересов обществ; также должником представлено в материалы дела письмо Министерства Тарифной политики Красноярского края от 25.11.2021, согласно которому обществом с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» не представлены предложения о корректировке необходимой валовой выручки и тарифов на услуги по передаче электрической энергии на 2022 год в рамках открытого дела № 32-19 об установлении тарифов (цен) на 2020-2022; кроме того, должником в материалы дела представлен договор аренды от 19.10.2021, заключенный между ООО «Сибирские коммунальные системы» (арендодатель) и ООО «Крассети» (арендатор), согласно пункту 1 которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование 40 объектов электро-сетевого хозяйства, а также электрооборудования, при рассмотрении жалобы на действия финансового управляющего суду не представлены доказательства, подтверждающие экономическую целесообразность заключения указанного договора.

По результатам анализа всех перечисленных обстоятельств суд пришел к выводу о наличии риска причинения убытков кредиторам, рассчитывающим на удовлетворение своих требований, суд, констатировав возникновение существенных сомнений в добросовестности и независимости арбитражного управляющего, определением от 26.01.2022 отстранил ФИО8 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом ФИО1.

Определением от 17.02.2022 финансовым управляющим назначен ФИО10.

Ссылаясь на выводы суда, изложенные в определении от 26.01.2022 по делу № А33-23390-14/2019, положения пунктов 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В силу положений статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно статье 225.1 АПК РФ арбитражные суды рассматривают дела по спорам, связанным с созданием юридического лица, управлением им или участием в юридическом лице, являющемся коммерческой организацией, в том числе, споры об обжаловании решений органов управления юридического лица.

Правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности участников общества определяются в соответствии с Разделом 4 Параграфа 2 Главы 4 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также уставом общества.

В силу пункта 1 статьи 43 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований указанного федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Из приведенной нормы права следует, что для признания решения собрания участников общества с ограниченной ответственностью недействительным необходима совокупность следующих условий: противоречие такого решения требованиям законодательства и нарушение им прав и законных интересов конкретного участника общества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.3 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания недействительно по основаниям, установленным этим Кодексом или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) или независимо от такого признания (ничтожное решение). Недействительное решение собрания оспоримо, если из закона не следует, что решение ничтожно.

Согласно пункту 1 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если:

допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания;

у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия;

допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении;

допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола.

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения (пункт 3 статьи 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица (пункт 4 этой же статьи).

Статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно:

принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества;

принято при отсутствии необходимого кворума;

принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

противоречит основам правопорядка или нравственности.

Решение собрания, принятое с нарушениями, предусмотренными статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет недействительность (ничтожность) такого решения вне зависимости от факта нарушения или отсутствия нарушений таким решением законных прав и интересов заявителя.

Гражданский кодекс Российской Федерации дополнен статьями 65.2, 65.3, 66.3, 67.1 Федеральным законом «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации» от 05.05.2014 № 99-ФЗ (далее – Закон № 99-ФЗ), вступившим в силу с 01.09.2014 года.

Согласно пункту 3 статьи 3 Закона № 99-ФЗ положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. По правоотношениям, возникшим до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу настоящего Федерального закона, если иное не предусмотрено настоящей статьей.

Согласно статье 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе: участвовать в управлении делами корпорации, за исключением случая, предусмотренного пунктом 2 статьи 84 настоящего Кодекса; в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией; обжаловать решения органов корпорации, влекущие гражданско-правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом.

С учетом статьи 65.3 ГК РФ высшим органом корпорации является общее собрание ее участников. Компетенция этого органа и порядок принятия им решений определяются в соответствии с настоящим Кодексом законом и уставом корпорации.

Согласно пункту 3 статьи 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации принятие общим собранием участников хозяйственного общества решения посредством очного голосования и состав участников общества, присутствовавших при его принятии, подтверждаются в отношении общества с ограниченной ответственностью путем нотариального удостоверения, если иной способ (подписание протокола всеми участниками или частью участников; с использованием технических средств, позволяющих достоверно установить факт принятия решения; иным способом, не противоречащим закону) не предусмотрен уставом такого общества либо решением общего собрания участников общества, принятым участниками общества единогласно.

Пунктом 4 статьи 3 Закона № 99-ФЗ определено, что до приведения законодательных и иных нормативных правовых актов, действующих на территории Российской Федерации, в соответствие с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) законодательные и иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также акты законодательства Союза ССР, действующие на территории Российской Федерации в пределах и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации, применяются постольку, поскольку они не противоречат положениям Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона).

С учетом изложенного положения ст. 66.3, 67.1 Гражданского кодекса Российской Федерации имеет приоритетное значение перед нормами Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в силу прямого указания, содержащегося в пунктах 3, 4 статьи 3 Закона № 99-ФЗ.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным.

Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений.

Каждый участник общества имеет на общем собрании участников общества число голосов, пропорциональное его доле в уставном капитале общества, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Как следует из материалов дела, ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим был утвержден ФИО8

Согласно пункту 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» всем имуществом должника, признанного банкротом (за исключением имущества, не входящего в конкурсную массу), распоряжается финансовый управляющий (пункты 5, 6 и 7 статьи 213.25 Закона о банкротстве).

Абзацем четвертым пункта 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что в ходе реализации имущества гражданина финансовый управляющий осуществляет права участника юридического лица, принадлежащие гражданину, в том числе голосует на общем собрании участников.

Согласно позиции, приведенной в определении Верховного Суда РФ от 17.05.2018 по делу N 305-ЭС17-20073, в силу того, что финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, он имеет безусловное право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации (подпункт 4 пункта 2 статьи 33 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

Предоставление финансовому управляющему такого объема прав в отношении признанного банкротом гражданина-должника направлено, в том числе на обеспечение защиты имущества последнего и предотвращение ситуаций, когда должник с учетом принадлежащей ему доли в обществе, используя свое право на управление его делами, совершает недобросовестные действия по отчуждению имущества этого общества, направленные на уменьшение конкурсной массы и причинение вреда своим кредиторам.

Вместе с тем необходимо принимать во внимание следующее. Если должник до банкротства в связи с наличием у него прав участия (например, будучи единственным или доминирующим участником) в обществе являлся контролирующим его лицом, то осуществление финансовым управляющим должника прав последнего по управлению обществом фактически означает, что к нему переходит и контроль над этим обществом. В силу пункта 3 статьи 53.1 ГК РФ такой управляющий обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно. Действуя подобным образом в ситуации, когда должник является единственным участником общества, управляющий тем самым исполняет аналогичную обязанность (пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве) по отношению к самому должнику и его кредиторам.

В силу положений статьи 39 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично и оформляются письменно. При этом положения статей 34, 35, 36, 37, 38 и 43 указанного Федерального закона не применяются, за исключением положений, касающихся сроков проведения годового общего собрания участников общества.

В связи с этим суд пришел к выводу, что поскольку в рассматриваемом случае оспариваемое решение принято от имени единственного участника общества единолично финансовым управляющим должника и оформлено письменно, соблюдение предусмотренного Законом об обществах с ограниченной ответственностью порядка созыва и проведения собрания в данном случае не требуется.

Кроме того, суд отмечает, что Закон о банкротстве не предусматривает необходимость получения финансовым управляющим указаний от должника относительно осуществления его прав как участника юридического лица, финансовый управляющий должен действовать самостоятельно, но в интересах как должника, так и кредиторов.

В обоснование заявляемых доводов истец ссылается на определение Арбитражного суда Красноярского края от 26.01.2022 № А33-23390-14/2019, которым признаны ненадлежащим исполнением обязанностей действия (бездействие) финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО8, выразившиеся в принятии решения единственного участника ООО «Сибирские коммунальные системы» от 27.01.2021 № 27.01.2021, ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего.

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вместе с тем, как следует из содержания данного судебного акта, предмет судебного исследования и обстоятельства, подлежащие установлению в деле № А33-23390-14/2019, отличаются от обстоятельств и предмета доказывания в настоящем деле. Судом в деле А33-23390-14/2019, исходя из назначения процедуры банкротства, определяющего значения кандидатуры финансового управляющего в данной процедуре, проверялось наличие обстоятельств, позволяющих усомниться в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедуры банкротства (на что прямо указано в тексте судебного акта), суд исходил из возникновения у суда существенных сомнений в добросовестности и независимости арбитражного управляющего, возможного возникновения риска причинения убытков кредиторам, рассчитывающим на удовлетворение своих требований (в чем и заключается особенность предмета исследования суда, принимающего решения о назначении либо об отстранении арбитражного управляющего в деле о банкротстве). Кроме того, суд исходил из обстоятельств, указываемых должником по состоянию на 18.01.2022, данные обстоятельства, как следует из текста судебного акта, должны были быть достаточными для возникновения обоснованных сомнений в кандидатуре арбитражного управляющего, сами же называемые обстоятельства предметно не устанавливались (в частности, в каком размере у ООО «Сибирские коммунальные системы» возникли убытки в связи с заключением договора аренды от 19.10.2021, по какой цене и на каких условиях должен был быть заключен этот договор, какой бы финансовый результат получило общество без заключения этого договора, какие расходы несло общество по содержанию имущества до передачи его в аренду; какие действия совершены ФИО3 в интересах ООО «КСК» в ущерб интересам ООО «Сибирские коммунальные системы» и пр.).

Предмет доказывания по рассматриваемому делу иной, отличный от предмета доказывания в деле о банкротстве ФИО1, - исследуется наличие обстоятельств, в силу которых решение единственного участника ООО «Сибирские коммунальные системы» от 27.01.2021 № 21-2Д является недействительным.

Обстоятельства, изучаемые в настоящем деле, исследуются на другую дату – 29.09.2022 (спустя более 8 месяцев с момента принятия определения от 18.01.2022 № А33-23390-14/2019).

Оспариваемое решение принято уполномоченным лицом, без нарушения процедуры принятия решения, как указано выше, финансовый управляющий осуществляет права участника организации, принадлежащие должнику, имеет безусловное право на выражение волеизъявления относительно кандидатуры единоличного исполнительного органа такой организации, Закон о банкротстве не предусматривает необходимость получения финансовым управляющим указаний от должника относительно осуществления его прав как участника юридического лица.

Однако в такой ситуации управляющий обязан действовать в интересах подконтрольного лица разумно и добросовестно.

Судом установлено, что основания для принятия решения о смене единоличного исполнительного органа ООО «Сибирские коммунальные системы» у финансового управляющего имелись, такое решение обусловлено необходимостью обеспечения интересов кредиторов должника по пополнению конкурсной массы, выявлению и обеспечению сохранности имущества, подлежащего включению в конкурсную массу.

Из материалов дела не следует, что корпоративное решение от 27.01.2021 № 21-2Д изначально принималось исключительно с целью причинения вреда ФИО1 и интересам общества.

Так, о том факте, что в период деятельности ФИО8 должник ФИО1 препятствовал получению документации относительно фактического состояния принадлежащей ему доли в ООО «СКС» свидетельствуют определения суда по делу № А33-23390-16/2019 18 июня 2020 г., от 03 августа 2021 г., 02 июня 2021 г. об обязании должника ФИО1, ООО «СКС» передать, в том числе финансовому управляющему, сведения и документацию.

До настоящего времени на рассмотрении Арбитражного суда Красноярского края находится дело № А33-22131/2021 по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» к ФИО7 об обязании передать документы, касающиеся деятельности общества. Дело до настоящего времени не рассмотрено, что свидетельствует о том, что требования в добровольном порядке не удовлетворяются. В настоящее дело ответчиком представлен акт от 15.02.2021 приема-передачи документов ООО «СКС», но не действующему исполнительному органу общества, а от ФИО7 ФИО1

Относительно доводов истца о нецелесообразности заключения договора аренды от 19.10.2021 судом установлено, что оспаривание этого договора было предметом отдельного судебного разбирательства.

ФИО1 обратился в Арбитражный суд Красноярского края с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Крассети» об оспаривании договора аренды от 19.10.2021 № 1-ЭЛ/21. Решением от 28.03.2022 по делу № А33-32308/2021, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.07.2022, в удовлетворении исковых требований отказано. В рамках указанного дела суд установил, что истец не доказал осведомленность ответчика о характере оспариваемой сделке как крупной и нарушении процедуры её одобрения. Оспариваемый договор заключался для поддержания ведения текущей деятельности общества. Истец не раскрыл какие-либо недобросовестные мотивы, объясняющие заключение спорного договора во вред ему и обществу «Сибирские коммунальные системы», вредоносную направленность спорного договора. Договор заключен по результатам торгов. Экспертная оценка не всегда отражает реальную рыночную стоимость имущества, и, как правило, носит предварительный, предположительный характер. Достоверной же в таком случае будет являться цена, определенная на торгах посредством конкурентного состязания между участниками рынка как такового (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.03.2022 N 304-ЭС21-17926 по делу N А27-19044/2020). Ответчик в лице своего агента – ФИО11 победил на торгах ввиду того, что на втором этапе их проведения другой участник торгов не предложил более высокую цену сделки. Таким образом, процесс заключения спорного договора в конкурентной процедуре отражает действительную конъюнктуру рынка, существовавшую к моменту заключения спорного договора. Иные доказательства, свидетельствующие о действительной стоимости аренды имущества, ставшего предметом оспариваемого договора, в материалы дела не представлены. Суду не представлены доказательства наличия сговора между лицами, заключившими спорный договор, и направленности сделки на причинение вреда интересам арендодателя, а также существенного занижения цены сделки в существовавших рыночных условиях.

Оставляя решение Арбитражного суда Красноярского края от 28.03.2022 по делу № А33-32308/2021 без изменения, Третий арбитражный апелляционный суд в постановлении

от 20.07.2022 по делу N А33-32308/2021 указал, что вопрос о назначении нового руководства корпорации разрешался финансовым уполномоченным в связи с исполнением им профессиональных обязанностей, но от имени истца. Хотя истец формально и не совпадает в одном лице с единоличным исполнительным органом корпорации, но он признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества. По существу истец оспаривает сделку ввиду наличия у него конфликта интересов с финансовым управляющим, утвердившим новое руководство корпорации. Отстранение ФИО8 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом истца (определение Арбитражного суда Красноярского края от 26.01.2022 по делу N А33-23390-14/2019) не влечет само по себе признание недействительной оспариваемой сделки. Наличие отношений аффилированности, связанности ФИО3, ФИО2 или финансового управляющего в рамках настоящего спора ответчиком также не подтверждено. Истец не раскрыл какие-либо недобросовестные мотивы, объясняющие заключение спорного договора во вред ему и обществу «Сибирские коммунальные системы». При таких обстоятельствах, а также в отсутствие доказательств наличия сговора между лицами, заключившими спорный договор, и направленности сделки на причинение вреда интересам арендодателя, а также существенного занижения цены сделки в существовавших рыночных условиях, в удовлетворении иска судом первой инстанции правомерно отказано.

Обоснованной суд признает и ссылку ответчика на результат рассмотрения дела № А33-18127/2020 (решение от 17.03.2021), которым по результатам зачета встречных и первоначальных требований с публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сибирские коммунальные системы» взыскано 1 554 139 руб. 52 коп. долга.

Судом установлено, что после смены руководства общества поддержание интересов общества в этом деле было продолжено – на основании доверенности от 18.02.2021, выданной генеральным директором № 1 ФИО2, в процесс в целях защиты интересов общества вступил представитель ФИО12

Само по себе назначение финансовым управляющим двух директоров, установление большей заработной платы руководителю (в разумных пределах) недействительность решения единственного участника общества от 27.01.2021 № 21-2Д не влечет.

В условиях конфликта в обществе между его учредителем, предыдущим руководством – с одной стороны, финансовым управляющим, новым руководством – с другой стороны, отсутствия (непередачи) документации, увольнения сотрудников, лояльных к предыдущему руководству, назначение двух управленцев (антикризисного менеджера и технического специалиста) может и не быть явно неразумным и заведомо направленным на причинение ущерба интересам общества.

Из определения определение Арбитражного суда Красноярского края от 26.01.2022 по делу N А33-23390-14/2019 следует, что суммарный оклад ФИО2 и ФИО3 составляет 135 000 руб. При этом был заявлен довод о том, что в 2020 году суммарный доход ФИО7 составил 1 542 587,16 руб., в связи с чем суммарный доход двух директоров не превышает доход ФИО7, информация о доходе ФИО7 получена финансовым управляющим из письма Инспекции Федеральной налоговой службы по Октябрьскому району г. Красноярска № 2.4-50/1106. Согласно представленной информации в 2020 году общая сумма дохода ФИО7 составила 1 542 587, 16 руб., сумма налога 200 536 руб., при таких обстоятельствах общий размер дохода за вычетом налога составил 1 342 051,16 руб., в месяц 111 837,60 руб. Согласно сведениям Государственного учреждения – отделения Пенсионного Фонда Российской Федерации по Красноярскому краю от 22.12.2021, заработная плата в трудовых договорах № 1-ГД от 04.02.2021 и № 2-ГД от 04.02.2021 указана с учетом удержанного налога, то есть общий размер заработной платы двух директоров составляет 135 000 руб. в месяц.

Такая разница (135 000 руб. и 111 837 руб. 60 коп. в месяц) применительно к настоящему делу не свидетельствует о принятии решения от 27.01.2021 № 21-2Д с целью явного намерения на причинение вреда обществу.

Ссылки должника на недобросовестность и неразумность действий финансового управляющего, прекращение хозяйственной деятельности общества, не принимаются судом, так как в предмет настоящего спора, с учетом его корпоративного характера, не входит оценка эффективности принятого финансовым управляющим решения, а также последующей хозяйственной деятельности общества.

ФИО1 не лишен возможности защиты своих прав в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве, путем оспаривания действий (бездействия) финансового управляющего должника, а также в соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ путем предъявления требования о возмещении убытков лицом, уполномоченным выступать от его имени, при наличии таковых.

Учитывая изложенное, суд пришёл к выводу о том, что решение финансового управляющего № 21-2Д от 27.01.2021, принятое от имени участника ООО «СКС» ФИО1, об увольнении директора ФИО7 и назначении новых руководителей ФИО2 и ФИО3, не противоречит закону.

Оснований, предусмотренных как статьей 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации, так и статьей 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

В обоснование исковых требований истец ссылается на недействительность оспариваемого решения, поскольку оно принято с признаками злоупотребления правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, вопреки интересам общества и его кредиторов.

Согласно части 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого части 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании части 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Согласно части 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы, либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, поэтому такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015).

Для признания сделки недействительной в связи с ее противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сделки на ее недобросовестное совершение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли всех участников на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 N 1795/11.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. При этом установление судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Таким образом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

Так для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В настоящем случае такие доказательства отсутствуют.

Принятие ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО8 как единственным участником ООО «СКС» решения о досрочном прекращении полномочия директора общества ФИО7 и назначении новых двух директоров общества, является корпоративным решением должника, данное решение не является сделкой, совершенной за счет имущества должника, поэтому подлежит рассмотрению в исковом порядке (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018).

Ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как следует из п. 1 ст. 197 Гражданского кодекса РФ для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В соответствии с п. 4 ст. 43 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», заявление участника общества о признании решения общего собрания участников общества и (или) решений иных органов управления обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным.

В соответствии с п. 5 ст. 181.4 Гражданского кодекса РФ, решение собрания может быть оспорено в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом.

В соответствии с требованиями п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Оспариваемое решение № 21-2Д принято финансовым управляющим ФИО8 от имени ФИО1 27.01.2021.

04.02.2021 в ЕГРЮЛ внесена запись о назначении новых генеральных директоров в соответствии с указанным решением.

Как указывалось выше, 19.02.2021 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление ФИО1, согласно которому он просил признать действия финансового управляющего ФИО8 выразившиеся в принятии решения № 21-2Д от 27.01.2021 единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Сибирские Коммунальные Системы» незаконным и необоснованным; отстранить финансового управляющего ФИО8 от исполнения обязанностей финансового управляющего.

Таким образом, ФИО1 знал о нарушении своего права, по крайней мере, 19.02.2021, соответственно, установленный двухмесячный срок на подачу искового заявления о признании недействительным решения истёк 19.04.2021; шестимесячный срок истёк 19.08.2021; годичный срок исковой давности по требованию о признании решения как оспоримой сделки недействительным и о применении последствий ее недействительности, установленный Гражданским кодексом РФ, истёк 22.02.2022.

Исковое заявление подано в арбитражный суд 20.06.2022.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В связи с истечением срока исковой давности основания для удовлетворения иска отсутствуют.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Учитывая результат рассмотрения иска, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 6000 руб. относятся на истца.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Е.А. Кошеварова