Решение от 5 мая 2024 г. по делу № А40-236187/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

г. Москва, № А40-236187/23-158-1401 06 мая 2024 г.

Арбитражный суд в составе: председательствующего: судьи Худобко И. В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Нечаевой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании суда дело по иску истца: Общество с ограниченной ответственностью "Ситрас" (107140, <...>, ОГРН: <***>, дата присвоения ОГРН: 05.10.2012, ИНН: <***>, КПП: 770801001)

к ответчикам: 1) ФИО1, 2) ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности с участием представителей: от истца – ФИО3 по доверенности от 23.10.2023

от ответчика ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 04.12.2023 (паспорт, диплом).

от ответчика ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 04.12.2023 (паспорт, диплом).

УСТАНОВИЛ:

Истец просит привлечь солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «УРАЛ-Ф» ФИО2 и ФИО1; взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО1 денежные средства в размере 1 128 759 руб. 94 коп.

В судебном заседании истец подержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске. Ответчики возражали против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва и дополнений к нему.

Суд, рассмотрев исковые требования, исследовав и оценив, по правилам ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав представителей сторон, приходит к следующим выводам.

Из предоставленных в материалы дела документов следует, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2021 по делу № А40-53695/21 с ООО «УРАЛ-Ф» в пользу истца взыскана задолженность по арендной плате в размере 1 104 712 руб. 94 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 24 047 руб., а всего 1 128 759 руб. 94 коп.

Также судом при рассмотрении дело установлено, что на основании исполнительного листа, выданного по делу № А40-53695/21, возбуждено

исполнительное производство № 383779/21/77056-ИП от 07.09.2021, которое в последующем 21.03.2022 окончено, в связи с невозможностью установления местонахождение должника, его имущества либо получения сведений о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вклада или на хранении в кредитных организациях. Данное обстоятельство подтверждается предоставленными в материалы дела доказательствами и не оспаривается сторонами.

Судом при рассмотрении дела установлено, что 20.10.2022 Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 46 по г. Москве исключила из ЕГРЮЛ ООО «УРАЛ-Ф» в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности. Данное обстоятельство подтверждается предоставленной в материалы дела выпиской из ЕГРЮЛ (ГРН 2227709963490 от 20.10.2022). Более того, из данной выписки следует, что единственным участником указанного Общества являлась ФИО1, тогда как единоличным исполнительным органом – ФИО2

Из искового заявления следует, что по мнению истца, необходимым и достаточным основанием для удовлетворения исковых требований является факт исключения ООО «УРАЛ-Ф» из ЕГРЮЛ в административном порядке, при наличии значительной кредиторской задолженности не только перед ООО «УРАЛ-Ф», но и иными лицами.

Согласно п. 1 ст. 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) обществом с ограниченной ответственностью признается хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества с ограниченной ответственностью не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Обществом с ограниченной ответственностью признается созданное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли; участники общества не отвечают по его обязательствам и несут риск убытков, связанных с деятельностью общества, в пределах стоимости принадлежащих им долей в уставном капитале общества (п. 1 ст. 2 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон № 14-ФЗ).

Учредитель (участник) юридического лица или собственник его имущества не отвечает по обязательствам юридического лица, а юридическое лицо не отвечает по обязательствам учредителя (участника) или собственника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или другим законом (п. 2 ст. 56 ГК РФ).

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 статьи 53.1 ГК РФ, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Пунктом 3.1 ст. 3 Закона № 14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-

следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Анализ названных законодательных положений позволяет сделать вывод о том, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверные сведения в отношении общества), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что истцом в материалы дела не предоставлено доказательств, свидетельствующих о том, что невозможность исполнения обязательства, описанного в основании искового заявления, обусловлена неразумными и недобросовестными действиями ответчиков, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Делая вывод о том, что истцом не доказана совокупность условий, позволяющих переложить обязательства ООО «УРАЛ-Ф» на ответчиков в порядке субсидиарной ответственности, суд исходит из особенностей такой ответственности, закрепленной в п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», которая не может отождествляться с ответственностью, предусмотренной ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», по причине того, что соответствующая процедура банкротства в данном случае не возбуждается.

Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также учитывает, то, что поскольку рассматриваемый иск подан не при рассмотрении дела, например, в ситуации банкротства той или иной организации, то именно на истце лежит бремя стандартного доказывания обстоятельств, свидетельствующих о наличии совокупности условий, позволяющих требовать взыскание спорных денежных средств.

Согласно ст. ст. 9 и 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Более того, поскольку право истца на обращение в суд с настоящим исковым заявлением обусловлено исключительно наличием у него статуса кредитора по отношению к ООО «УРАЛ-Ф», то истец, доказывая упречное и недобросовестное поведение ответчиков, должен доказать факт виновных действий (бездействия) данных лиц именно в части неисполнения обязательств перед ним, а не упречность поведения данных лиц в принятии тех или иных управленческих решений в отношении ООО «УРАЛ-Ф». В отсутствие подобных доказательств, сам факт принятия регистрирующим органом решения о прекращении деятельности того или иного юридического лица, применительно к положениям Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ), не может автоматически порождать у участников такого общества, генерального директора (иного лица, имеющего право действовать без доверенности от имени общества) общества безусловной обязанности

перед кредиторами, поскольку данные законодательные положения направлены на обеспечение достоверности сведений, содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц, доверия к этим сведениям со стороны третьих лиц. Данный вывод суда соответствует правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС19-18285 от 30.01.2020 по делу № А65-27181/18 согласно которой, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Суд отмечает, что указанное политико-правовое значение появления п. 3.1 в ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» позволяет прийти к выводу, что такая ответственность не тождественна субсидиарной ответственности, закрепленной в положениях ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Тогда как в ситуации, если бы в отношении ООО «УРАЛ-Ф» была бы инициирована соответствующая банкротная процедура, то истцу требовалось бы доказать (ответственность в рассматриваемом споре наиболее близка к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (ст. 61.1 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), что ответчиками были совершены неправомерные действия (бездействие) выраженные в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В подобной ситуации, учитывая указанную выше позицию Верховного Суда РФ при рассмотрении споров, связанных с применением п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», суд приходит к выводу, что в рамках рассматриваемого дела истец должен доказать, как минимум, совокупность указанных выше условий, поскольку в отличии от банкротного процесса, в рамках рассмотрения настоящего дела действует презумпция разумного и добросовестного поведения участников гражданских правоотношений (п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ)

Вместе с тем, истец указанную презумпцию не опроверг и не предоставил ни одного доказательств в опровержение данной презумпции.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также учитывает Постановление Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 12 статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданина И.И. Покуля», в котором не только закреплены общие принципы распределения бремени доказывания между сторонами, а также обращено внимание на добросовестность кредитора, который проявляет в отношениях с должником требуемую по условиям оборота заботливость и осмотрительность, включая своевременное использование

механизмов досудебной и судебной защиты прав и принудительного исполнения судебных решений. В частности, в данном Постановлении Конституционного Суда РФ прямо указано, что с учетом положений п. 3 ст. 307, пп. 1 п. 3 ст. 307.1 и п. 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации, правовой природы субсидиарной ответственности лица, контролирующего должника, и требований к добросовестному поведению участников гражданского оборота, в том числе когда речь идет о лицах, занимающихся профессиональной деятельностью, включая предпринимателей, поведение кредитора-предпринимателя не должно приводить к увеличению размера вреда, причиненного контролирующими должника лицами.

Кроме того, возлагая именно на истца бремя доказывания наличия обстоятельств для взыскания спорных убытков, суд также исходит из того, что в рамках рассмотрения настоящего дела истец не предоставил даже косвенных доказательств, свидетельствующих об упречности поведения ответчика. Тогда как в названном Постановлении Конституционного суда РФ прямо закреплено, что если кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения этих утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

Отказывая в удовлетворении исковых требований по причине именно недоказанности истцом совокупности условий, позволяющих переложить бремя доказывания на ответчиков, суд также учитывает правовую позиции, сформированную Верховным Судом Российской Федерации уже после принятия Постановление Конституционного Суда РФ от 07.02.2023 № 6-П. В частности, в Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020 указано, что исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 № 307- ЭС22-18671).

Верховный Суд Российской Федерации в данном Определении прямо указывает, что предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (п. 56 постановления № 53).

Суд отмечает, что в рамках рассмотрения настоящего дела истцом не предоставлено ни одного подобного рода доказательства.

Кроме того, не соглашаясь с правовой позицией истца по настоящему делу, суд также учитывает, что в рамках рассмотрения настоящего дела ответчики предоставили в материалы дела мотивированные пояснения, свидетельствующие о том, что невозможность исполнения взятых на себя обязательств, по сути, обусловлена коронавирусной инфекции и спецификой деятельности ООО «УРАЛ-Ф». Так в части, из дополнения к отзыву на исковое заявление следует, что ООО «УРАЛ-Ф» создано с коммерческим целями - розничная реализация обуви через магазины (основной вид экономической деятельности 47.72.1 Торговля розничная обувью в специализированных магазинах), сотрудничество велось с крупным на тот момент российским производителем обуви ООО «Бразис Обувь».

Ответчики указывают, что в целях получения оптовой продукции по выгодным ценам от производителя, с производителем ООО «Бразис Обувь» достигнуты договоренности о поставке оптовых партий товара по приемлемым для ООО «УРАЛ- Ф» ценам для их последующей реализации ООО «УРАЛ-Ф» через розничные магазины. Условием ООО «Бразис Обувь» для предоставления оговоренного объема и цены на оптовый товар ООО «УРАЛ-Ф» явилось расширение производства производителя, что требовало инвестиционных вложений, для чего ООО «УРАЛ-Ф», заинтересованное в будущих оптовых поставках продукции, выступило поручителем по ряду кредитных договоров между банками и производителем. В свою очередь заемщиком погашение задолженности по кредитным договорам не обеспечено, что послужило причиной невозможности осуществлять коммерческую деятельность.

Так из решения Арбитражного суда г. Москвы по делу NºA40-5786/22-55-39 от 13.04.2022 следует, что между ПАО "ВОСТОЧНЫЙ ЭКСПРЕСС БАНК" и ООО "Бразис Обувь" (далее - заемщиком) заключен кредитный договор <***>/кр от 31.05.2017, согласно которому банк обязан выдать кредит (часть кредита) в срок, указанный в заявлении и согласованный сторонами. Сумма кредита составила 60 000 000 руб., проценты за пользование кредита 18 % годовых от суммы задолженности по кредиту; проценты по кредиту подлежат погашению ежемесячно в течение последних 5ти рабочих дней месяца, дата возврата кредита - 15 мая 2019 года.

Сторонами заключены дополнительные соглашения Nº 1,2,3,4,5,6,7,8,9 согласно которым условия кредитного соглашения изменились а именно сторонами согласованы условия о кредитной линии без ограничений по выдаче в течение срока кредита, срок погашения одного транша составляет не более 360 дней, согласован индивидуальный срок погашения долга по траншам от 08-09.06.2017, 14-15.06.2017, 20- 23.06.2017, 2627.06.2017, изменена процентная ставка по кредиту в размере 8% годовых.

В обеспечении исполнения обязательств заемщика по кредитному договору № º74- 17/кр от 31.05.2017 Банк заключил договоры поручительства с ООО «Фаббрис» № º74- 17/П1 от 31.05.2017; с ООО «Ветанна» <***>/115 от 27.07.2017; с ООО «Побережье» <***>/117 от 27.07.2017; с ООО «УРАЛ-Ф» <***>/П10 от 27.07.2017; с ООО «Гранд» <***>/118 от 27.07.2017; с ООО «Феникс» <***>/1113 от 27.07.2017; с ООО «Центр Логистик» <***>/116 от 29.11.2017; с ООО «ТК Привольный» № 7417/1115 от 17.06.2019; с ООО «Престиж» № º74-17/1114 от 17.06.2019г.; с ООО «Брис» <***>/П12 от 27.07.2017; с ООО «БРИС-БОСФОР» <***>/П12 от 31.05.2017

В соответствии с п. 2.1 и п 2.3 договоров поручительства, поручители обязуются отвечать перед банком в том же объеме, что и заемщик, за неисполнение всех обязательств по договору.

Кроме того, кредитор вправе требовать исполнения как от всех солидарных должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга.

Задолженность заемщиком не погашена, ее размер по договору 74-17/кр от 31.05.2017г. составляет: основной долг в размере 59 988 956 руб. 51 коп., проценты за пользование кредитом в размере 6 297 677 руб. 32 коп.

Также из названного судебного акта следует, что 23.08.2019 между ПАО КБ «ВОСТОЧНЫЙ» и ООО «Бразис Обувь» был заключен кредитный договор Nº0001-19- 064/КОРП согласно которому банк обязан выдать кредит (часть кредита) в срок, указанный в заявлении и согласованный сторонами.

Сумма кредита составила 170 000 000 руб., проценты за пользование кредита 15 % годовых от суммы задолженности по кредиту; проценты по кредиту подлежат погашению ежемесячно в течение последних 5 - ти рабочих дней месяца, дата возврата кредита - 22 августа 2020 года.

В обеспечении исполнения обязательств заемщика по кредитному договору <***> от 23.08.2019 банк заключил договоры поручительства: с ООО «Ветанна» <***>-П2 от 23.08.2019; с ООО «Фаббрис» № 0001-19064/КОРП - ПЗ от 23.08.2019.; с ООО «Побережье» <***> - П8 от 26.08.2019; с ООО «Урал-ф» <***> - П6 от 23.08.2019; с ООО «Гранд» <***> - П9 от 23.08.2019; с ООО «Феникс» № 0001-19- 064/КОРП - П17 от 23.08.2019; с ООО «Центр Логистик» <***> - П от 23.08.2019; с ООО «ТК Привольный» <***> - ПО от 23.08.2019; с ООО «Престиж» № 000119-064/КОРП - П11 от 26.08.2019; с ООО «Брис» № 0001-19- 064/КОРП - П4 от 23.08.2019; с ООО «БРИС-БОСФОР» <***> – Ш от 23.08.2019.

В соответствии с п. 2.1 и п 2.3 договоров поручительства, поручители обязуются отвечать перед банком в том же объеме, что и заемщик, за неисполнение всех обязательств по договору.

Кроме того, Банк вправе требовать исполнения как от всех солидарных должников совместно, так и от любого из них в отдельности, при том как полностью, так и в части долга.

Задолженность заемщиком не погашена, ее размер по договору № 0001-19064/КОРП от 23.08.2019г. составляет: основной долг в размере 169 981 891 руб. 96 коп., проценты за пользование кредитом в размере 29 162 852 руб. 23 коп.

По результатам рассмотрения дела № A40-5786/22-55-39 с ООО «УРАЛ-Ф» как поручителя ООО «Базис Обувь» взыскана задолженность по кредитному договору <***>/кр от 31.05.2017 в размере 69 935 681 руб. 15 коп., задолженность по кредитному договору <***> от 23.08.2019 в размере 227 821 020 руб. 29 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 200 000 руб. 00 коп.

Ответчики в судебном заседании также пояснили, что на условиях будущих поставок по льготным ценам от крупной оптовой компании ООО «Фаббрис», ООО «УРАЛ-Ф» заключены договора в обеспечение обязательств оптовой компании ООО «Фаббрис», которые до настоящего времени не исполнены, что послужило основанием для невозможности продолжения ООО «Урал-Ф» коммерческой деятельности. В частности, из решения Арбитражного суда г. Москвы по делу 07.07.2022 по делу № 40-8235/22-31-63 от 07.07.2022 следует, что между ПАО КБ «Восточный», правопреемником которого является ПАО "СОВКОМБАНК" (далее - Банк, Кредитор) и ООО «Фаббрис» (далее - заемщик, должник) заключен кредитный договор Nº 75-17/Кр от 31.05.2017 (далее - Кредитный договор), сумма кредита составила 20 000 000 руб. с взиманием 18 процентов годовых от суммы задолженности по кредиту со сроком возврата кредита - 15.05.2019, проценты по кредиту подлежат погашению ежемесячно в течение последних 5-ти рабочих дней месяца. В последующем, дополнительными соглашениями № 1,2,3,4,5,6,7,8,9 условия кредитного договора изменялись, а именно, сторонами согласованы условия о кредитной линии без ограничений по выдаче в течение срока кредита; согласован график погашения долга по траншам от 13.06.2017, 14.06.2017, 16.06.2017; изменена процентная ставка по кредиту в размере 8% годовых; дата возврата кредита установлена - 25.12.2027.

Из содержания решения также следует, что в целях обеспечения исполнения обязательств ООО «Фаббрис» по кредитному договору заключен договор поручительства с ООО «УРАЛ-Ф» Nº 75-17/П1-10 от 27.07.2017.

По результатам рассмотрения дела № А40-8235/22 с ООО «УРАЛ-Ф», как поручителя ООО «Фаббрис», взыскана задолженность в размере 19 988 000 руб., проценты за пользование кредитом в размере 2 138 505 руб. 02 коп., неустойка за нарушение срока возврата кредита в размере 1 095 232 руб. 88 коп., неустойка за нарушение сроков оплаты процентов за пользование кредитом в размере 162 487 руб. 57 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 720 руб.

Таким образом, указанные выше обстоятельства, позволяют прийти к выводу, что невозможность исполнения ООО «УРАЛ-Ф» обязательств перед истцом обусловлено исключительно характером предпринимательской деятельности, поскольку ООО «УРАЛ-Ф» действительно рассчитывало на приобретение оптом обуви для последующей ее реализации, и как следствие, возможности рассчитываться перед истцом за предоставленном им в аренду помещение.

Не соглашаясь с правовой позицией истца по настоящему делу, суд также считает необходимым обратить внимание на то, что при рассмотрении дела судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о наличии в действиях ответчиков модели недобросовестного и неразумного поведения, которое могло бы выражаться в том, что ответчики искусственно использовали конструкцию юридического лица для возможности в целях уклонения в будущем ответственности по обязательствам ООО «УРАЛ-Ф».

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд также отмечает, что выводы суда относительно распределении бремени доказывания по настоящему делу подобным образом, в настоящее время соответствует сформировавшему правому подходу, о чем свидетельствую постановления Арбитражного суда Московского округа от 15.01.2024 по делу № А40-55793/2023, от 01.02.2024 по делу А40-118058/22. Суд кассационной инстанции в данных постановления прямо указывает, что возможность взыскания убытков на основании ст. 3.1 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственности» должна быть поставлена в зависимость от установления конкретных обстоятельств избрания контролирующим лицом модели недобросовестного и неразумного поведения, свидетельствующего о том, что конструкция юридического лица использовалась исключительно с целью умышленного причинения вреда его кредиторам (контрагентам).

Вопреки доводам искового заявления, что со стороны ответчиков имеет место вывод активов ООО «УРАЛ-Ф», судом при рассмотрении дела подобных обстоятельств не установлено

Не соглашаясь с заявленными истцом требованиями, суд также полагает необходимость обратить внимание на необоснованность некоторых возражений ответчиков. В частности, довод о не приобщении к материалам дела документов, обосновывающих право требование к ООО «УРАЛ-Ф» не имеет правового значения, поскольку ранее судом установлено, что не приобщил доказательства наличия оснований возникновения права требования к ООО «УРАЛ-Ф». Ранее судом установлено, что статус истца, как кредитора ООО «УРАЛ-Ф» основан на вступившем в законную силу судебном акте.

Доводы ответчиков о том, что положения п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» не могут распространяться на возникшие между сторонами правоотношения, также отклоняется судом, поскольку юридическое значение имеет в данном случае не дата введения указанного пункта корпоративного закона, а наличие оснований для применения нормы. Такие основания связываются не с моментом заключения договора, а с моментом, когда имело место ненадлежащее исполнение договора и пассивное поведение ответчиков. Из представленных суду

документов видно, что ненадлежащие исполнение договора и исключение 20.10.2022 ООО «УРАЛ-Ф» из ЕГРЮЛ состоялось тогда, когда п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью уже действовал и возникли основания применения указанной нормы. Таким образом, суд приходит к выводу, что правоотношения, связанные с привлечением к субсидиарной ответственности возникли после вступления в силу п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Согласно требованиям ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца в соответствии со ст. ст. 102, 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. ст. 4, 9, 65, 67, 71, 102, 110, 121, 123, 156, 167-170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья И. В. Худобко