Решение от 22 августа 2022 г. по делу № А23-10721/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248000, г. Калуга, ул. Ленина, д. 90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 599-457;

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ




Дело №А23-10721/2021
22 августа 2022 года
г.Калуга
Резолютивная часть решения объявлена 22 августа 2022 года

Полный текст решения изготовлен 22 августа 2022 года


Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Масенковой О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Аскон-Системы проектирования» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>, лит.А)

к обществу с ограниченной ответственностью «Интек» (ОГРН <***>, ИНН <***>, Калужская область, Боровский район, г.Балабаново, Промышленная зона 99 км. Киевского <...>)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, - ФИО2 (г.Калуга)

о взыскании компенсации,

в отсутствие сторон,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Аскон-Системы проектирования» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Интек» (далее - ответчик) о взыскании компенсации за нарушение авторских прав в размере 440 000 руб., а также государственной пошлины в размере 10 800 руб.

Определением суда от 02.02.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечена ФИО2 (далее - третье лицо).

Лица, участвующие в деле, в судебное заседание своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания в силу норм статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации извещены надлежащим образом.

В поступившем в суд ходатайстве истец просил рассмотреть дело по существу в отсутствие своего представителя.

В поступивших в суд отзывах ответчик и третье лицо возражали против удовлетворения исковых требований.

На основании положений статей 9, 65, 70 (часть 31), 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заявление рассмотрено при указанной явке по заявленным требованиям, представленным доказательствам с учётом надлежащего извещения участвующих в деле лиц, установленного распределения бремени доказывания, доводов заявления, объема и существа возражений.

Изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как усматривается из материалов дела, ООО «Аскон-Системы проектирования» является российским разработчиком и интегратором инженерного программного обеспечения и соответственно правообладателем исключительных имущественных и авторских прав на ряд программ для ЭВМ, в том числе «КОМПАС-3D-системы трехмерного моделирования».

Общество является правообладателем программного продукта «КОМПАС-3Dv16» на основании свидетельства о государственной регистрации программ для ЭВМ №2015615754.

24.01.2018 на основании рапорта КУСП от 24.01.2018 №335 сотрудниками УМВД России по Калужской области была проведена проверка в ООО «Интек» и ООО «Группа компаний «Интек» по адресу: Калужская область, Боровский район, г.Балабаново, промзона, 99 км Киевского шоссе, в ходе которой произведен осмотр в офисном помещении ООО «Интек» ИНН <***>.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 24.01.2018 при осмотре присутствовали понятые, специалисты в области компьютерной техники ФИО3, руководители ООО «Интек» ФИО4 и ООО «Группа компаний «Интек» ФИО5

Осмотром установлено, что офисные помещения ООО «Интек» ИНН <***> расположены на втором этаже нежилого административного здания, расположенного на территории промзоны по адресу: <...> км Киевского шоссе.

В ходе осмотра компьютерной техники в данных офисных помещениях, установлено, что она находилась в рабочем состоянии и на ней было обнаружено программное обеспечение, в том числе «КОМПАС-3Dv16» различных конфигураций с признаками контрафактности.

Также, в вышеуказанном протоколе осмотра отражено, что «осмотр произведен в офисных помещениях ООО «Интек» ИНН <***>».

Данный протокол осмотра места происшествия от 24.01.2018 подписан всеми участвующими при проведении проверки лицами, в том числе и генеральными директором ООО «Интек», без замечаний.

Постановлением СО по Боровскому району СУ СК РФ по Калужской области от 22.08.2018 возбуждено уголовное дело №11802290004000055 по признакам состава преступления, предусмотренного пунктом «в» части 3 статьи 146 УК РФ, по факту нарушения авторских прав работниками ООО «Интек».

Постановлением СО по Боровскому району СУ СК РФ по Калужской области от 20.09.2018 ООО «Аскон-Системы проектирования» признано потерпевшим по уголовному делу №11802290004000055.

При проведении по данному уголовному делу 07.12.2018 следственных действий (обыска, выемки) у сотрудницы ООО «Интек» ФИО2, по адресу: <...>, были обнаружены и изъяты:

- ноутбук Хаеми (Xiaomi) 171501-AQ СМИТ ID: 2017 АР 4881;

- переносной жесткий диск ITE HDD Е 329786 Toshiba v63700-A 5000 GB PIN: HD ТВ 10SEK3AA; S/N: Y3DSTAT9TRE8.

Согласно экспертному заключению от 14.03.2019 №12 на изъятом ноутбуке был обнаружен контрафактный продукт - «KOMnAC-3Dvl6»; на изъятом переносном жестком диске - «KOMnAC-3Dvl6» (дистрибутив).

Согласно сведениям ООО «Аскон-Системы проектирования» стоимость указанного программного продукта составляет 110 000 руб. за один экземпляр, то есть стоимость обнаруженных на изъятых ноутбуке и жестком диске программ для ЭВМ, правообладателем которых является истец - ООО «АСКОН-Системы проектирования» составляет 220 000 руб.

Претензионным письмом от 02.08.2021 истец, ссылаясь на допущенное ответчиком нарушение авторских прав, потребовал выплатить соответствующую компенсацию в размере 440 000 руб. (220 000 руб. х 2).

Ответчик претензионных требований истца не исполнил, ответа на претензию не направил.

Ссылаясь на незаконное использование ООО «Интек» авторских прав на программу для ЭВМ, правообладателем которой является ООО «АСКОН-Системы проектирования», последнее обратилось в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

На основании пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными указанным Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1259 ГК РФ к объектам авторских прав также относятся программы для ЭВМ, которые охраняются как литературные произведения.

Авторские права на все виды программ для ЭВМ (в том числе на операционные системы и программные комплексы), которые могут быть выражены на любом языке и в любой форме, включая исходный текст и объектный код, охраняются так же как авторские права на произведения литературы. Программой для ЭВМ является представленная в объективной форме совокупность данных и команд, предназначенных для функционирования ЭВМ и других компьютерных устройств в целях получения определенного результата, включая подготовительные материалы, полученные в ходе разработки программы для ЭВМ, и порождаемые ею аудиовизуальные отображения (статья 1261 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 названной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

В отношении произведений не допускается: 1) воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме; 2) осуществление без разрешения автора или иного правообладателя действий, направленных на то, чтобы устранить ограничения использования произведения, установленные путем применения технических средств защиты авторских прав.

Согласно пункту 2 статьи 1270 ГК РФ использование произведения, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, относятся в частности воспроизведения произведения, то есть изготовление одного или более экземпляров произведения или его части в любой материальной форме. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также по общему правилу считается воспроизведением.

Согласно Договору Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву (вместе с «Согласованными заявлениями в отношении договора ВОИС по авторскому праву»), подписанному 20.12.1996 Дипломатической конференцией, право на воспроизведение, как оно определено в статье 9 Бернской конвенции и допускаемые этой статьей исключения полностью применяются в цифровой среде и в частности в отношении использования произведений в цифровой форме. Понимается, что хранение охраняемого произведения в цифровой форме в электронном средстве является воспроизведением и в смысле статьи 9 Бернской конвенции, согласно которой «любая звуковая или визуальная запись признается воспроизведением».

Таким образом, для привлечения к гражданско-правовой ответственности достаточно факта записи программных продуктов с признаками контрафактности в память ЭВМ.

По смыслу положений статьи 65 АПК РФ применительно к настоящему спору истец обязан доказать факт принадлежности ему авторских прав и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком. В свою очередь, ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что право совершения в отношении программы для ЭВМ или базы данных действий, предусмотренных статьей 1280 ГК РФ, принадлежит только лицу, правомерно владеющему экземпляром такой программы для ЭВМ или базы данных (пользователю). Такое право у пользователя возникает в силу закона.

Как следует из Определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 №305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Факт наличия у истца исключительных прав на программу для ЭВМ «KОMПAC-3Dv16» подтверждается представленным в материалы дела свидетельством и не оспорен ответчиком.

Факт незаконного использования ответчиком исключительных прав истца, подтверждается процессуальными документами, полученными в ходе оперативно-розыскных мероприятий и предварительного расследования по уголовному делу №1180229004000055, а именно:

- постановлением о возбуждении уголовного дела, согласно которому при проверке помещений ООО «Интек» обнаружено контрафактное программноеобеспечение.

- протоколом осмотра места происшествия от 24.01.2018, согласнокоторому «рабочее место инженера ООО «Интек» ФИО2 осмотреноспециалистом ФИО3 на ноутбуке обнаружено программное обеспечение«KОMПAC-3Dv16».

Кроме того, в данном протоколе осмотра места происшествия указано, что «в ходе осмотра генеральным директором ООО «Интек» ФИО4 представлены документы - заверенная копия Приказа №8 от 11.06.16 о приеме на работу ФИО2».

- показаниями инженера ООО «Интек» ФИО2, согласнокоторым она в 2018 году работала в ООО «Интек», с которым у нее заключентрудовой договор и во время проверки 24.01.2018 у нее на рабочем месте былизъят ноутбук с установленной на нем программой «KОMПAC-3Dv16».

- протоколом обыска от 07.12.2018, согласно которому во время проведения обыска в квартире сотрудницы ООО «Интек» ФИО2 по адресу: <...>, были изъяты следующие предметы: чертеж, изображенный на листе бумаги А4 с указанными реквизитами в нижней части чертежа ООО «Интек», разработал - ФИО2, Projekt - УПСТ - 1000М, дата - 18.06.2018; ценовое предложение KHAUS 180037 - 1 от 26.08.2018 адресат ООО «Интек» - на 4 листах; ноутбук Хауми (Hiaomi) 171501-AQ СМИТ ID: 2017 АР 4881 с зарядным устройством; переносной жесткий диск ITE HDD Е 329786 Tochiba v63700-A 500 GB P/N : HD ТВ 10SEK3AA; S/N: Y3DSTAT9TRE8.

- экспертным заключением от 14.03.2019 №12, согласно которому на ЖМД №1 (ноутбука) обнаружена программа «KОMПAC-3Dv16», дата установки которой 20.06.2018; на ВЖМД (переносного жесткого диска) обнаружена программа «KОMПAC-3Dv16» (дистрибутив), дата установки которой 11.07.2017. В составе дистрибутива содержатся программы, направленные на нейтрализацию средств защиты.

Дистрибутив, с точки зрения законодательства и судебной практики является программой для ЭВМ, которой предоставляется правовая охрана.

Признаками контрафактности указанных программ является их запуск без ключа аппаратной защиты.

Оригинальные (лицензионные) программные продукты комплектуются ключом аппаратной защиты для USB - порта. Ключ аппаратной защиты представляет собой аппаратно-программную систему для защиты программного обеспечения от незаконного копирования и тиражирования. Программная компонента системы защиты встроена в тело программы, взаимодействует с электронным ключом защиты и участвует в обработке данных, влияет на логику выполнения программ и является составной и неотъемлемой их частью. Работоспособность программы обеспечивается за счет обмена кодами между программой и электронным ключом защиты.

Кроме того, в вышеуказанном заключении эксперта указаны файлы, созданные с помощью программы «KОMПAC-3Dv16», в том числе имеющие название «Интек».

Обнаруженные файлы, свидетельствуют о том, что программный продукт «KОMПAC-3Dv16» Система трехмерного моделирования» использовался в период с 11.12.2017 по 07.12.2018, при этом, 07.12.2018 является днем изъятия у ФИО2 вышеуказанных ноутбука и жесткого диска.

На основании вышеуказанных доказательств судом установлено, что после проведенной проверки в ООО «Интек» 24.01.2018 инженер ФИО2 продолжала выполнять свои трудовые обязанности по месту своего проживания по адресу: <...>, где во время обыска были изъяты спорные ноутбук и жесткий диск. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Таким образом, поскольку ФИО2 использовала нелицензионные программы, установленные на ноутбуке, в интересах работодателя - ООО «Интек», суд приходит к выводу о том, что последнее является надлежащим ответчиком по настоящему делу.

При этом ссылка ответчика на то, что изъятые у ФИО2 во время следственных мероприятий ноутбук и жесткий диск не являются собственностью ООО «Интек», а являются собственностью ООО «Группа компаний «Интек», которое должно быть привлечено в качестве надлежащего ответчика, не принимается судом во внимание, поскольку не подтвержден соответствующим доказательствами и фактически противоречит материалам дела.

Так, представленные в материалы дела экспертное заключение и изъятые при обыске документы, подтверждают принадлежность и использование изъятого компьютера именно в интересах ООО «Интек», что также опровергает довод ответчика о том, ООО «Интек», а равно и его сотрудники не устанавливали и не использовали спорный программный пакет.

Кроме того, стоит отметить, что ООО «Группа компаний «Интек» ликвидировано - 19.12.2019.

Относительно ссылки ответчика на то, что доказательства, полученные при проведении оперативно-розыскных мероприятий, не имеют заранее установленной доказательственной силы и должны оцениваться судом по правилам статьи 71 АПК РФ, суд считает необходимым отметить, что возможность привлечения к имущественной ответственности юридического лица на основе доказательств, собранных в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий, не противоречит разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 №12 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности».

Довод ответчика о том, что истцом не представлено доказательствнахождения спорного программного продукта на ноутбуке и переносном жесткомдиске, изъятых в квартире ФИО2, также не принимается судом во внимание, поскольку противоречит представленному в материалы дела экспертному заключению от 14.03.2019 №12.

Таким образом, представленные истцом доказательства вины ответчика в незаконном использовании программных продуктов, правообладателем которых он является являются одной цепочкой неоспоримых доказательств вины ответчика в нарушении исключительных прав истца.

Применение к лицу, нарушившему интеллектуальные права на результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, мер административной или уголовной ответственности не исключает возможности применения к этому же лицу мер защиты интеллектуальных прав в гражданско-правовом порядке. При этом следует иметь в виду, что сам по себе отказ в привлечении лица к административной или уголовной ответственности не означает невозможности применения гражданско-правовых мер защиты.

В ходе проведенного в рамках проверки исследования было выявлено, что установленные на изъятых у ФИО6 ноутбуке и переносном жестком диске программы являются нелицензионными (контрафактными).

Ссылка ответчика на то, что вышеуказанное экспертное заключение не может быть принято судом в качестве надлежащего доказательства, поскольку проведено не в рамках настоящего гражданского дела, является несостоятельной, поскольку у суда отсутствуют основания сомневаться в правильности выводов эксперта.

Экспертное исследование было проведено экспертом компетентной организации, имеющим соответствующую квалификацию и образование, эксперт до начала проведения экспертизы предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за заведомо ложное заключение или показание эксперта, одновременно эксперту были разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 57 УПК РФ, о чем отобрана подписка, доказательств, свидетельствующих о прямой или косвенной заинтересованности эксперта в результатах исследования либо иных обстоятельств, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности в материалах дела не имеется.

К письменным доказательствам статья 75 АПК РФ относит содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела, договоры, акты, справки, деловую корреспонденцию, иные документы, выполненные в форме цифровой, графической записи, или иным способом, позволяющим установить достоверность документа. К письменным доказательствам относятся так же протоколы судебных заседаний, протоколы совершения отдельных процессуальных действий и приложения к ним. Перечень письменных доказательств не является исчерпывающим.

Поскольку законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения исключительных прав (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ) при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд, в силу указанных статей, вправе признать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

Предоставленное истцом экспертное заключение является письменными доказательствами и в порядке статьи 64 АПК РФ может быть признано судом допустимым, наряду с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Ссылки ответчика на то, что экспертное исследование, проведенное в рамках проверки, проведено без применения технических способов определения признаков контрафактности с использованием соответствующих методик исследования для подтверждения наличия, либо отсутствия признаков контрафактности, специалист не проводил сравнительный анализ обнаруженных им программных продуктов с оригинальными образцами, являются необоснованными, ввиду следующего.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 20.11.2014 №2545-0, пункт 9 части первой статьи 204 УПК РФ обязывает эксперта отразить в своем заключении содержание и результат исследований с участием применимых методик. Выбор методов и методик экспертного исследования является прерогативой эксперта».

В силу части 2 статьи 207 УПК РФ необоснованным следует считать такое заключение эксперта, в котором недостаточно аргументированы выводы, не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.10.2012 №28 «О судебной экспертизе по уголовным делам»).

Суд не усматривает наличия недостаточной аргументации выводов эксперта, при этом доказательств того, что экспертом не применены или неверно применены необходимые методы и методики экспертного исследования суду не представлено.

Ссылка ответчика на то, что результаты представленной истцом в суд экспертного заключения не могут свидетельствовать о том, что спорное программное обеспечение находилось на ноутбуке и на переносном жестком диске, изъятых у ФИО2 и что данная экспертиза в силу требований постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» не может признаваться экспертным заключением, является необоснованной, поскольку, как было указано выше, в силу положений статьи 64 АПК РФ данные доказательства, наряду с другими являются допустимыми доказательствами по делу и оцениваются судом в совокупности.

Согласно статье 1262 ГК РФ правообладатель в течение срока действия исключительного права на программу для ЭВМ, базу данных может по своему желанию зарегистрировать такую программу или такую базу данных в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности.

Программное обеспечение имеет соответствующую регистрацию, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации.

При таких обстоятельствах, факт наличия у ответчика программного обеспечения, авторские права на которое принадлежит истцу, признается доказанным.

Между тем, доказательств, свидетельствующих о наличии у ответчика прав на использование спорного программного обеспечения, а также подтверждающих наличие у ответчика лицензии на программное обеспечение, не представлено.

На основании изложенного, исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьями 65-71 АПК РФ, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании доказательств, представленных в материалы дела, доводы сторон в совокупности и взаимосвязи, суд полагает установленным факт незаконного использования ответчиком программы «KOMПAC-3Dv16» с конфигурациями «Машиностроительная», «Приборостроительная» и «Строительная», входящими в состав указанных программ и программой «KOМПАС-3Dv16 Электрик».

Согласно статье 1301 ГК РФ, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В пунктах 59, 60, 61, 62, 63, 64, 68 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

В силу пункта 61 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), то при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам. Так, если контрафактные экземпляры (товары) проданы или предлагаются к продаже нарушителем на основании договоров оптовой купли-продажи, должна учитываться именно оптовая цена экземпляров (товаров).

В настоящем деле стоимость прав использования экземпляров программ для ЭВМ определена истцом исходя из стоимости лицензионных экземпляров обнаруженных у ответчика произведений (программ).

При этом, расчет заявленной суммы компенсации за нарушение исключительных прав на программы для ЭВМ произведен истцом на основании данных прайс-листа о розничной стоимости лицензионного продукта.

Проверив представленный истцом расчет суммы компенсации с учетом установленных по делу обстоятельств, суд признает его верным.

Возражений относительно заявленного истцом ко взысканию размера компенсации, не представлено.

Учитывая изложенное, исковые требования истца о взыскании с ответчика 440 000 руб. (110 000 + 110 000*2) компенсации за нарушение исключительных прав на программы для ЭВМ подлежат удовлетворению в полном объеме.

На основании статьи 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на ответчика.

Истцом при обращении в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением платежным поручением от 29.11.2021 №3788 была уплачена государственная пошлина в установленных порядке и размере, в связи с чем, на основании статьи 110 АПК РФ, с ответчика в пользу истца следует взыскать 10 800 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 65, 110, 112, 167-171, 180, 181 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Интек» (ОГРН <***>, ИНН <***>, Калужская область, Боровский район, г.Балабаново, Промышленная зона 99 км. Киевского <...>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аскон-Системы проектирования» (ОГРН <***>, ИНН <***>, <...>, лит.А) компенсацию за нарушение исключительных прав в размере 440 000 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 10 800 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путём подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.



Судья О.А. Масенкова