Постановление от 24 сентября 2018 г. по делу № А70-1881/2016

ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А70-1881/2016
24 сентября 2018 года
город Омск



Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2018 года


Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Шаровой Н.А.,

судей Бодунковой С.А., Зориной О.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-9248/2018) ФИО2 на определение Арбитражного суда Тюменской области от 29 июня 2018 года по делу № А70-1881/2016 (судья Опольская И.А.), вынесенное по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, ФИО5, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Техноцентр» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании представителей:

конкурсный управляющий ФИО3 - лично (паспорт);



установил:

определением Арбитражного суда Тюменской области от 28.04.2016 в отношении общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО «Техноцентр», должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим назначена ФИО3.

Сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в печатном издании Газета «Коммерсантъ» №83 от 14.05.2016.

Решением Арбитражного суда Тюменской области от 23.11.2017 ООО Техноцентр» признано несостоятельным (банкротом), конкурсным управляющим должником назначена ФИО3 (далее – конкурсный управляющий должником, конкурсный управляющий).

В Арбитражный суд Тюменской области обратилась конкурсный управляющий с заявлением о признании сделок должника недействительными, применении последствий недействительности сделки, с учетом уточнений в порядке статьи 49 АПК РФ, просила признать недействительными:

- договор № 09 от 02.12.2009, договор № 39 о передаче права требования о предоставлении в собственность квартиры от 01.08.2013, заключенные между ООО «Техноцентр» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и ФИО2 (далее – ФИО2, податель жалобы, ответчик);

- справку ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 19, на основании которой зарегистрировано право собственности ФИО2 на трехкомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>;

- справку ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 18, на основании которой зарегистрировано право собственности ФИО2 на однокомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6156 по адресу: <...>. применить последствия недействительности сделок:

Кроме того, конкурсный управляющий просила возвратить в конкурсную массу должника трехкомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>., взыскать с ФИО2 2 000 000 рублей - стоимость однокомнатной квартиры с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>.

Конкурсный управляющий суду первой инстанции в ходе рассмотрения дела по существу пояснила, что оспариваемые сделки подлежат признанию не действительными на основании статьи пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, заключены с лицом, контролирующим деятельность должника, при неравноценном встречном исполнении обязательств, в отсутствие фактической оплаты по договорам.

Определением суда от 11.04.2018 к участию в деле в качестве второго ответчика привлечено ЖСК «Смоленский», в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований - ФИО4.

Определением Арбитражного суда от 29.06.2018 года заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны недействительными:

- договор № 09 от 02.12.2009, договор № 39 о передаче права требования о предоставлении в собственность квартиры от 01.08.2013, заключенные между ООО «Техноцентр» и И.Р.ГБ.;

- справка ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 19, на основании которой зарегистрировано право собственности ФИО2 на трехкомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>;

- справка ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 18, на основании которой зарегистрировано право собственности ФИО2 на однокомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6156 по адресу: <...>.

Применены последствия недействительности сделки:

- ФИО2 определено возвратить в конкурсную массу должника трехкомнатную квартиру с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>.

- С ФИО2 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 2 000 000 рублей - стоимость однокомнатной квартиры с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 по адресу: <...>.

Не соглашаясь с принятым по настоящему обособленному спору судебным актом, в арбитражный суд вышестоящей инстанции обратился ФИО2 с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать в полном объеме.

В обоснование жалобы податель указывает следующее:

1) В материалах дела имеются достаточные доказательства возмездного характера спорной сделки.

2) Вывод суда о недоказанности финансовой состоятельности ФИО2 для встречного исполнения обязательств по спорным сделкам не должен иметь принципиального значения в обособленном споре.

Однако ответчик по настоящему обособленному спору представил суду доказательства того, что на момент совершения спорных сделок имел источник получения денежных средств.

3) Вывод суда о заинтересованности должника и ответчика не состоятелен, так как ФИО2 являлся номинальным директором должника лишь с 21.08.2013 года, обществом не руководил, участия в финансово – хозяйственной деятельности должника не принимал.

4) Договор № 09 от 02.12.2009 года не подпадает под период подозрительности.

5) Спорные справки ЖСК «Смоленский» не соответствуют понятию сделки, следовательно, не подлежат оспариванию по правилам недействительности сделок.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

В отзыве от 16.08.2018 года конкурсный управляющий должником просила определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции конкурсный управляющий должником поддержала представленный ранее отзыв на апелляционную жалобу.

Иные участники обособленного спора, надлежащим образом извещенные в соответствии со статьей 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили. На основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса.

Рассмотрев материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, апелляционный суд не усматривает оснований для его отмены или изменения на основании нижеследующего.

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давность признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Законом. В пункте 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

Как следует из материалов дела, решением суда от 22.11.2017 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3

Конкурсный управляющий ФИО3 обратилась с настоящим заявлением в арбитражный суд 05.03.2018, о чем свидетельствует штамп входящей корреспонденции.

Таким образом, обратившись 05.03.2018 в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделки, конкурсный управляющий не пропустил предусмотренный пунктом 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве.

Как следует из материалов дела, на основании вступившего в силу решения Арбитражного суда Тюменской области от 13.01.2011 по делу № А70-10125/2010 признана за ООО «Техноцентр» доля в праве общей долевой собственности на незавершенное строительство первой секции (первого подъезда) жилого дома ГП-1 по ул. Кузнецова – Смоленская - ФИО6 в городе Тюмени, соответствующая трем квартирам общей площадью 260,87 кв.м., в том числе: однокомнатную квартиру номер по проекту 3, расположенную на первом этаже, площадь общая с площадью балконов 38,45 кв.м.; трехкомнатную квартиру номер по проекту 5, расположенную на первом этаже, площадь общая с площадью балконов 111,21 кв.м.; трехкомнатную квартиру номер по проекту 30, расположенная на шестом этаже, площадь общая с площадью балконов 111,21 кв.м.

Право собственности на долю признано на основании договора от 20.04.2002 долевого участия в строительстве жилого дома, заключенного между ООО «Техноцентр» и ООО «Тюмень-Лукойл-Строй».

Спорные в настоящем обособленном споре квартиры впоследствии получили номера №27 и №2.

В деле № А70-10125/2010 суд оценил указанный договор, как договор простого товарищества.

Многоквартирному дому после ввода в эксплуатацию присвоен адрес: <...>. Трехкомнатной квартире по проекту с номером 30 присвоен номер 27 жилого дома по адресу: <...>. Площадь квартиры составляет 107 кв.м. 25.04.2014 право собственности на квартиру № 27 с кадастровым номером 72:23:0216005:6160 зарегистрировано за ФИО2, о чем в ЕГРН содержится запись регистрации № 72-72-01/239/2014-007.

По данным ЕГРН право собственности ФИО2 на квартиру № 27 зарегистрировано на основании справки ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 19.

Однокомнатной квартире по проекту с номером 3 присвоен номер 2 жилого дома по адресу: <...>. Площадь квартиры составляет 34,7 кв.м. 23.04.2014 право собственности на квартиру № 2 с кадастровым номером 72:23:0216005:6156 зарегистрировано за ФИО2, о чем в ЕГРП внесена запись регистрации № 12-12-01/239/2014-006.

Право собственности ФИО2 на квартиру зарегистрировано на основании справки ЖСК «Смоленский» от 11.02.2014 № 18.

Согласно п. 1.1 договора № 09 от 02.12.2009 ООО «Техноцентр» принимает ФИО2 (дольщик) в долевое строительство 1 секции (подъезда) жилого дома ГП-1 ул. Кузнецова - Смоленская - ФИО6 г. Тюмени на условиях долевого участия в строительстве.

В соответствии с п. 1.3 договора № 09 от 02.12.2009 объем долевого участия дольщика в строительстве жилого дома составляет стоимость строительства следующих квартир по данным рабочего проекта:

- однокомнатная квартиры № 3, этаж 1, подъезд (секция) 1, общая площадь с учетом лоджий (балкона) 38,45 кв.м.;

- трехкомнатная квартира № 30, этаж 6, подъезд (секция) 1, общая площадь с учетом лоджий (балкона) 111,21 кв.м. Пунктом 2.1 договора № 09 от 02.12.2009 предусмотрена общая сумма договора в размере 2 619 050 руб. исходя из цены 17 500 руб. за 1 кв.м.

Таким образом, стоимость трехкомнатной квартиры № 30 на 6 этаже составляет 1 946 175 руб.

Оплата договора производится путем перечисления денежных средств в размере 2 619 050 руб. на расчетный счет либо в кассу общества до 31.12.2009.

Согласно п. 1 договора № 39 от 01.08.2013 ООО «Техноцентр» (первоначальный кредитор), являющийся членом ЖСК «Смоленский» передает ФИО2 (новый кредитор) свое право требования от ЖСК «Смоленский» по окончании строительства дом ГП-1 (первого подъезда) по ул. Кузнецова - Смоленская - ФИО6 г. Тюмени передачи с собственность доли в вышеуказанном доме в размере, соответствующем сумме внесенного первоначальным кредиторов паевого взноса на строительство одной однокомнатной квартиры № 3 общей площадью по проекту, включая площадь балкона, 38,45 к.в.м на 1 этаже и одной трехкомнатной квартиры № 30 общей площадью по проекту, включая площадь балкона, 111,21 кв.м. на 6 этаже в 1 подъезде (1 секции) указанного дома, именуемой в дальнейшем «доля».

В соответствии с п. 7 договора уступки № 39 от 01.08.2013 он заключен во исполнение договора № 9 от 02.12.2009.

С момента настоящей уступки действие договора № 29 от 02.12.2009 прекращается. Уступка права требования оплате не подлежит, поскольку оплата произведена Новым кредитором по договору № 09 от 02.12.2009.

При таких обстоятельствах договор № 9 от 02.12.2009 является частью сделки по отчуждению квартир , исполнение которой и возможность причинения вреда произошло на ранее подписания договора №39 , поэтому он не «выходит» за пределы подозрительности для оценки по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Верховный суд РФ указал, что о взаимосвязанности сделок, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение проданного имущества, непродолжительный период между совершением нескольких сделок (подп. 4 п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью").

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции относительно того, что оспариваемые действия должника и ФИО2, имели целью вывод квартир № 2 и № 27 из собственности должника и являются взаимосвязанными и подлежат рассмотрению в совокупности, как единая сделка. Впоследствии по договору купли-продажи от 12.05.2015 ФИО2 продал квартиру № 2 гр. ФИО7 за 2 000 000 руб.

Получение денег ФИО2 подтверждается распиской в получении денег от 13.05.2015 на сумму 1 млн. руб. и распиской в получении денег от 22.05.2015 на сумму 1 млн. руб.

Переход права собственности на квартиру № 2 к покупателю - ФИО7 зарегистрирован в ЕГРН, о чем выдано свидетельство о государственной регистрации права от 25.05.2015, регистрационная запись № 72-72/001- 72/001/094/2015-3777/2 от 25.05.2015.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод ответчика о том, что справки ЖСК «Смоленский» не подлежат оспариванию по правилам недействительности сделок, поскольку не являются таковыми.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Спорные справки ЖСК «Смоленский» правомерно оспорены в деле о банкротстве, поскольку именно они указаны в качестве правового основания регистрации права собственности ФИО2 на спорное недвижимое имущество должника, соответственно, отвечают критериям ст.153 ГК РФ.


В соответствии с п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Оспариваемые договоры о долевом участии и передаче права требования о предоставлении в собственность квартиры подписаны сторонами 02.12.2009 и 01.08.2013, соответственно.

Согласно правовой позиции Верховного суда, изложенной в определении ВС РФ от 17.10.2016 №307-ЭС15-17721, установлено, что датой совершения сделки, которая имеет значение для соотнесения ее с периодом подозрительности, следует признать дату перехода права при государственной регистрации.

Судом апелляционной инстанции отклоняется довод подателя жалобы о том, что договор № 09 от 02.12.2009 не подпадает под период подозрительности, так как на основании вышеизложенной позиции Верховного суда РФ датой, имеющей значение для отнесения ее к периоду подозрительности следует считать дату перехода права при регистрации в государственном органе.

Из сведений Росреестра усматривается, что право собственности за ФИО2 на спорные квартиры зарегистрировано: 23.04.2014 и 25.04.2014.

Учитывая, что процедура банкротства в отношении ООО «Техноцентр» возбуждена 28.04.2016, то спорная сделка подпадает под период подозрительности.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Относительно применения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве даны разъяснения в Постановлении №63 (пункты 5 - 7), согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 указанного Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, определенных в статье 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления), в силу которых:

недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;

неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Суд первой инстанции, делая вывод о том, что при совершении оспариваемой сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, исходил из следующих обстоятельств.

По состоянию на 28.07.2014 уполномоченный орган обратился в суд с заявлением о признании ООО «Техноцентр» банкротом в связи с непогашенной в течение 3 месяцев задолженностью в размере 20 431 385,43 руб., возбуждено производство по делу №А70-8542/2014.

Указанная задолженность выявлена в ходе камеральной проверки, по результатам которой вынесено решение налогового органа №08-36/26 от 29.08.2013 и которым налогоплательщику доначислены налоги, пени за их несвоевременную уплату, а также налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности.

Таким образом, должник отвечал признакам неплатежеспособности с 29.08.2013.

Данное дело определением суда от 29.12.2014 было прекращено в связи с погашением основного долга. Вместе с тем на момент вынесения определения о прекращении производства по делу у должника имелась кредиторская задолженность перед заявителем в размере 7 394 76 рублей 14 копеек, из них: 5 936 969 рублей 34 копейки пени, 1 457 790 рублей 80 копеек штрафа.

Однако учитывая положения статьи 3, 4 Закона о банкротстве, принимая во внимание оплату основного долга перед уполномоченным органом, ООО «Техноцентр» не отвечало признакам банкротства.

При этом указанные обстоятельства, а именно, неуплата в бюджет обязательных платежей не свидетельствуют об отсутствии у должника признаков неплатежеспособности.

Таким образом, на момент совершения подозрительной сделки должник уже имел задолженность в сумме 20 431 385,43 рублей и обладал признаками неплатежеспособности в связи с неисполнением обязательства по уплате обязательных платежей.

Признак недостаточности имущества должника по состоянию на 23.04.2014 и 25.04.2014 подтверждается бухгалтерским балансом.

1) По состоянию на 31.12.2013 обязательства должника составляли 150 675 000. рублей (строка 1400, строка 1500), а активы общества 146 408 000 рублей. Следовательно, недостаточность имущества составила 4 277 000 рублей, и отражена в балансе, в строке 1370.

2) По состоянию на 31.12.2014 обязательства должника составляли 241 304 000 рублей (141 116 тыс. рублей плюс 227 188 тыс. рублей), а активы общества 230 934 000 рублей. Следовательно, недостаточность имущества составила 10 371 000 рублей, отражено в балансе в строке 1370. 3)

По состоянию на 31.12.2012 обязательства должника составляли 109 355 000 рублей (строка 1500 плюс строка 1400), а активы общества 105 204 0000 рублей (строка 1600). Следовательно, недостаточность имущества составила 4 152 000 рублей, и отражено в балансе в строке 1300.

4) По состоянию на 31.12.2011 обязательства должника составляли 73 549 000 рублей (строка 1500 плюс строка 1400), а активы общества 70 598 000 рублей. Следовательно, недостаточность имущества составила 2 953 000 рублей, и отражено в балансе в строке 1300.

Таким образом, должник обладал признаками недостаточности имущества с 2011 года.

При непогашении требования перед заявителем по делу с 2014 года недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отсутствии доказательств оплаты по договору купли-продажи, поступлений денежных средств на счета должника, финансовой возможности предоставления заемных денежных средств, что свидетельствует о безвозмездном отчуждении объекта недвижимости в собственность ФИО2

В качестве подтверждения оплаты за спорные объекты недвижимости, ответчик ссылается на приходный кассовый ордер от № Т0000000019 05.03.2014 на сумму 2 711 120 рублей.

Суд первой инстанции указал, что в материалы дела представлена копия поименованного приходно - кассового ордера, оригинал в дело (на обозрение суда) лицами участвующими в дело не представлен.

Вместе с тем, как усматривается из условий договора № 09 от 09.12.2009 сумма приобретенного имущества составила 2 619 050 рублей, а из договора № 39 от 01.08.2013 следует, что оплата за квартиру по договору № 09 от 02.12.2009 произведена в полном объеме.

В бухгалтерском учете ООО «Техноцентр» операция по поступлению в кассу организации платежа от ФИО2 по приходному кассовому ордеру № Т0000000019 от 05.03.2014 в размере 2 711 120 рублей отражена 05.03.2014, то есть на момент заключения договора №39 от 01.08.2013 оплата не была произведена.

Следовательно, оплата по договору № 9 от 02.12.2009 в размере 2 619 050 руб. в срок, указанный в договоре, не производилась.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что ФИО2 не смог дать разумных объяснений внесения в кассу денежных средств, размер которых превысил стоимость приобретенного имущества почти на сто тысяч рублей.

Ввиду отсутствия у конкурсного управляющего всей бухгалтерской документации, данный приходный ордер может быть доказательством оплаты денежных средств в кассу по другому договору и иным покупателем. Достаточными доказательствами обратного ответчиком не доказано.

ФИО8, как руководитель общества, требование конкурсного управляющего передать кассовые документы, документы с контрагентами не исполнила вопреки определению Арбитражного суда Тюменской области по делу №А70- 1881/2016 и исполнительного производства на принудительное истребование.

В отсутствие иных документов, подтверждающих реальность внесения ФИО2 денежных средств в указанной сумме в кассу предприятия (кассовая книга, оригинал приходно кассового ордера, фискальные отчетов ККМ, журнал кассира-операциониста, справки-отчеты кассира-операциониста), принимая во внимание, что бухгалтерский учет находится под контролем генерального директора (ФИО2, ФИО8, в соответствующие периоды), совокупность данных обстоятельств правомерно является основанием судам относиться критически к записям о факте поступления денежных средств.

Показания ФИО2 в уголовном деле, зафиксированные в приговоре Калининского районного суда г. Тюмени от 07.03.2017 по делу № 1-22-2017, квартиры, оформляемые на ФИО2, ему никогда не принадлежали, он никогда на них не претендовал, правомочий собственника не осуществлял. Намерений завладеть квартирами у него не было, он ими не распоряжался.

Можно согласиться с заявителем жалобы, что эти показания касаются других квартир (кроме №27 и №2) .

Между тем, данный приговор не был вынесен в отношении деяний по поводу отчуждения спорных квартир (№27 и №2) в связи с наличием формальных документов об их оплате, что не исключает возможности оспаривания этих документов по специальным основаниям в деле о банкротстве.

В свою очередь, установленные уголовные деяния в отношении трех других квартир в пользу ФИО2 свидетельствуют о его положении как лице действительно контролирующем должника (и его имущество), поскольку безвозмездный вывод активов производится именно при таких отношениях.

Довод подателя жалобы о наличии благополучного финансового состояния для исполнения встречного обязательства по спорной сделке суд апелляционной инстанции счел несостоятельным.

Особенности оценки достоверности требования, вытекающего из отношений по передаче должнику в виде займа наличных денежных средств, подтверждаемой только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, разъяснены в абзаце 3 пункта 26 Постановления №35, в соответствии с которым суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и так далее.

В обоснование финансового положения ФИО2 в апелляционной жалобе ссылается на договор займа от 14.06.2018, заключенный между родственником ответчика (дядей) - ФИО9 и ФИО2 на сумму 8 000 000 рублей.

Из условий договора следует, что последний заключен взамен утраченной Заимодавцем расписки Заемщика от 23.02.2014, обязательства по которому выполнены займодавцев в полом объеме 23.02.2014.

В подтверждение финансовой состоятельности ФИО9 в материалы дела также представлен договор купли - продажи от 14.08.2013, согласно условиям которого ФИО9 произвел продажу незавершенного строительством нежилого строения, расположенного по адресу: г. Тюмень, <...>, а также земельного участка, общей стоимостью 9 500 000 рублей.

Согласно представленным выпискам по лицевым счета <***> проведены операции от 11.09.2013 на сумму 550 510,51 рублей и 5 949 489,49 рублей с назначением платежа «оплата по счет-фактуре от 14.08.2013 по договору от 14.08.2013 за ДКП ЗУ и ОНС»; 12.09.2013 по счету №42304810500000000084 осуществлен расход наличными в сумме 5 500 000 рублей; 02.10.2013 по счету №42304710700000000091 – на сумму 2 511 000 рублей.

Проанализировав указанные документы, суд апелляционной инстанции не усматривает, что ФИО9 были предоставлены денежные средства ФИО2 в сумме 8 000 000 рублей.

Согласно договору займа, подписанному между ответчиком и ФИО9, заемные денежные средства были переданы наличными, однако, указанные выписки не подтверждают снятие в спорный период заявленной суммы и их направленность именно на предоставление займа ответчику.

При этом согласно имеющимся в материалах дела данным ИФНС России по г. Тюмени №3 в отношении ФИО2 имеются сведения о доходах от налоговых агентов:

2012 год - 285 138,26 рублей;

2013 год -321 535,62 рублей;

2014 год - 345 864,09 рубля.

Наличие иных источников доходов ФИО2 не раскрыто.

Размер доходов ответчика не создает предпосылок принимать займы на заявленную сумму (8 млн. руб.) даже и при родственных отношениях с займодавцем. О дарении не объявлено.

Таким образом, среднегодовой доход составил 317 000 рублей. Более того, выписки по счетам ответчика из Альфа Банк представлены за период с 01.01.2012 по 31.12.2014. Остаток по состоянию на 31.12.212 составлял 743,48 рублей.

Движение по счету представляет собой преимущественно переводы внутри собственных счетов и списание комиссии банка за переводы.

Однако 16.05.2014 от продажи автомобиля МERSEDES BENZ GL 350 CDI 4MATIC, приобретенного ФИО2 10.04.2012 по цене 3 461 300 рублей, на счет зачислены денежные средства в сумме 2 200 000 рублей.

Далее 29.01.2014 ФИО2 заключил договор с ООО «Адонис-Авто» о приобретении автомобиля МERSEDES BENZ GL 500 4MATIC по цене 6 390 000 рублей.

Таким образом, принимая во внимание уровень дохода ответчика, совершение последним сделок по приобретению дорогостоящий транспортных средств, в отсутствие надлежащих доказательств фактического предоставления ему заемных денежных средств, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, выявив явные неустранимые сомнения в реальности заемных отношений сторон, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчиком не доказано наличие у него финансовой возможности расчета с должником по спорной сделке.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что оснований для переоценки выводов суда первой инстанции апелляционная жалоба, как и материалы дела, не содержат.

ФИО2 не представлены допустимые доказательства своей платежеспособности, не доказано, что последний располагал наличными денежными средствами в заявленной сумме в том числе, полученные: от осуществления трудовой деятельности и получения от нее доходов (трудовой договор, сведения о размере должностного оклада, справки по форме 2-НДФЛ), налоговые декларации, доказательства получения денежных средств в заем либо в кредит (договоры займа, кредитные договоры), доказательства наличия вкладов, лицевых счетов в банках и снятия наличных денежных средства (договор банковского вклада, чек, выписка по счету из банка и т.п.), другие источники доходов (от реализации имущества, получение прибыли и дивидендов от участия в коммерческих организациях, доходы от ведения предпринимательской деятельности и т.п.), получение денежных средств в порядке наследования и других надлежащих и бесспорных доказательств, достоверно подтверждающих финансовую возможность ФИО2 произвести оплату по оспариваемым договорам.

Суд апелляционной инстанции также отклоняет довод подателя жалобы об отсутствии заинтересованности между должником и подателем жалобы.

Исходя из норм действующего законодательства, если другая сторона сделки признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если сделка была совершена безвозмездно, предполагается, что она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника.

Пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Статьей 19 Закона о банкротстве определено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3). Одним из доводов конкурсного управляющего является, что спорная сделка совершена с лицом, контролирующим деятельность должника.

ФИО2 с 01.09.2010 по 20.08.2013 являлся заместителем генерального директора по капитальному строительству с возложением обязанностей по техническому надзору за строительством объектов, а с 21.08.2013 являлся генеральным директором ООО «Техноцентр», ФИО2 являлся все это время лицом, контролирующим деятельность должника.

Таким образом ФИО2 не мог не знать о признаках банкротства должника, послуживших для налогового органа основанием обратиться 28.07.2014 в суд с заявлением о возбуждении процедуры банкротства, с требованием в размере 20 431 385,43 руб.

Ссылка ответчика о номинальности занимаемой должности подлежит отклонению как не состоятельная, поскольку ФИО2 заключал договоры долевого участия в строительстве, имел право подписи, а также ранее занимал должность генерального директора должника.

Более того, как следует из уголовного дел, ФИО2 достоверно было известно о схемах по мнимому отчуждению должником квартир на работников ООО «Техноцентр», в том числе на ФИО2

Таким образом, принимая во внимание вышеизложенные нормы права, ФИО2 в силу занимаемой должности было или должно было быть известно об ущемлении прав кредиторов.

Иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Следовательно, условия совершения сделок указывают на то, что действия должника и ФИО2 по отчуждению спорных квартир № 2 и № 27 были направлены на безвозмездный вывод имущества должника.

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ФИО2 о том, что бухгалтерской экспертизой, которая проводилась в рамках уголовного дела, установлено что от ФИО2 в ООО «Техноцентр» поступали денежные средства за спорные квартиры, о чем имеется запись в бухгалтерском учете.

В рамках уголовного дела установлено, что расчет произведен, однако, экспертом в указанном деле лишь констатирован факт наличия документации, фиксирующей расчет, но не установлено, был ли таковой произведен в действительности.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце втором пункта 86 Постановление от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Кроме того приговором Калининского районного суда г. Тюмени от 07.03.2017 по делу № 1-22-2017 установлено, что с период с 21.11.2013 по 17.05.2015 ФИО2 и ФИО8, выполняя управленческие функции, действуя умышленно, из корыстных побуждений, использовали свои полномочия вопреки законным интересам общества, под видом намерения сохранения имущества общества от наложения на него ареста, заключили 7 договоров участия в долевом строительстве многоквартирного жилого дома по ул. Каспийкая, д. 3, корп. 1, без их фактической оплаты, на сотрудников общества, в том числе на себя, чем причинили ООО «Техноцентр» существенный материальный вред на общую сумму 20 229 000 руб.

При таких обстоятельствах оспариваемые договоры от 02.12.2009 №09 и от 01.08.2013 №39 с указанием в справках об их оплате заключены с единой целью причинения вреда кредиторам и подлежат признанию недействительными по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии в материалах дела совокупности достаточных, допустимых, достоверных и относимых доказательств для признания спорной сделки недействительной:

1) Материалами дела подтверждается наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника на момент совершения спорной сделки.

2) Признак безвозмездности совершенной сделки не опровергнут представленными в материалы дела достаточными доказательствами, доводами апелляционной жалобы.

3) Сделка совершена в отношении заинтересованного лица.

4) В результате совершения спорных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов должника, а именно – отчуждено недвижимое имущество на безвозмездной основе.

Общие последствия признания сделки недействительной в рамках дела о банкротстве установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Таким образом, суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции не имеет оснований для переоценки фактических обстоятельств дела, установленных судом первой инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, судебный акт суда первой инстанции в обжалуемой части подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь частью 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Тюменской области от 29 июня 2018 года по делу № А70-1881/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.


Председательствующий


Н.А. Шарова

Судьи


С.А. Бодункова

О.В. Зорина