Решение от 24 июля 2024 г. по делу № А40-76549/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-76549/24-91-656
г. Москва
24 июля 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 10 июля 2024года

Полный текст решения изготовлен 24 июля 2024 года


Арбитражный суд в составе: председательствующего судьи Попова А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Баймановым А.Х., рассмотрев в судебном заседании дело № А40-76549/24-91-656 по иску ООО "ВИРА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ответчику: ООО "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о признании п.6.10 и 3.3.4 общих условий лизинга утв. приказом ООО "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" №48/ЮД от 30.07.2021 г. недействительным и взыскании неосновательного обогащения, а также процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 556 601,42 руб., при участии: согласно протоколу предварительного судебного заседания

В судебном заседании в порядке ст. 163 АПК РФ объявлялся перерыв с 03.07.2024 по 10.07.2024,



УСТАНОВИЛ:

ООО «ВИРА» обратилось в суд с иском к ООО «Газпромбанк Автолизинг» о признании недействительной п. 6.10 и 3.3.4 Общих условий лизинга утв. приказом ООО «Газпромбанк Автолизинг» № 48/ЮД от 30.07.2021 г. и взыскании неосновательного обогащения 2 335 428,53 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 221 172,89 руб. за период с 18.08.2023 г. по 08.04.2024 г., а также за период с 21.02.2024 г. до даты фактического исполнения судебного акта процент в соответствии со ст. 395 ГК РФ с суммы 2 335 428,53 руб.

Определением от 22.05.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора в порядке ст. 51 АПК РФ привлечена ФИО1.

Исковые требования мотивированы тем, что договорные отношения между сторонами лизинга прекращены, предмет лизинга из аренды возвращен истцу. На основании изложенного истец просит соотнести взаимные представления сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой по правилам, предусмотренным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 14 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в заявленном размере.

Истец заявленные требования поддержал.

Ответчик заявленные требования не признал по доводам письменного отзыва на иск.

Третье лицо, представило свои письменные пояснения по делу.

Выслушав стороны, 3-е лицо, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, между ООО «ВИРА» (лизингополучатель) и ООО «Газпромбанк Автолизинг» (лизингодатель) заключен договор лизинга № ДЛ-59072-21 от 27.08.2021 г., в соответствии с которым лизингодатель обязуется приобрести в свою собственность выбранное лизингополучателем транспортное средство Lexus LХ570, описание и продавец которого приведён в спецификации предмета лизинга и передать его без оказания услуг по управлению и технической эксплуатации лизингополучателю в качестве предмета лизинга во временное владение и пользование за плату, а лизингополучатель обязуется принять предмет лизинга на условиях договора лизинга с его обязательным последующим выкупом (п. 1.1.).

В соответствии с п. 1.5 договора, к отношениям сторон применяются Общие условия, утверждённые приказом №48/ЮД от 30 июля 2021, расположенные на веб-сайте лизингодателя, которые являются неотъемлемой частью договора лизинга. При исполнении договора лизинга стороны руководствуются Общими условиями лизинга, как если был положения указанных Общих условий лизинга были бы включены в текст договора лизинга.

Из фактических обстоятельств дела следует, что во исполнение условии договора лизинга лизингополучателю 16.09.2021 г. передано транспортное средство Lexus LХ570 VIN <***> с закупочной ценой в размере 10 500 000 руб.

Авансовый платеж, уплаченный лизингополучателем, составил 525 000 руб.

Договор лизинга был расторгнут№ ДЛ-59072-21 от 27.08.2021 г в связи с нарушением лизингополучателем платежной дисциплины 19.04.2023 г., предмет лизинга возвращен лизингодателю согласно акту изъятия.

В качестве лизинговых платежей уплачено 3 392 257,46 руб.

Предмет лизинга был реализован по договору купли-продажи № РА-59072-21 от 17.08.2023 г. за стоимость в размере 11 886 000 руб.

Как указывает истец, обоснованными расходами лизингодателя является сумма в размере 23 831 руб., а именно: 18 150 руб. расходы на хранение за период с 19.04.2023 по 17.08.2023 г., т.е. 121 дней (150 (стоимость хранения в сутки)* 121 = 18 150). Стоимость мойки в размере 1 500 руб. и расходы на размещение объявлений в размере 4 181 руб. (Расчет: 18 150 + 1 500 + 4 181 =23 831).

Плата за финансирование по Договору лизинга № ДЛ-59072-21 от 27.08.2021 г. составляет 15,38 % годовых.

Лизингодатель, предоставив финансирование на сумму 9 975 000 рублей (10 500 000 (закупочная цена) - 525 000 (аванс) = руб.) получил 3 392 257,46 руб. лизинговых платежей и 11 886 000 руб. (рыночная стоимость предмета лизинга по ДКП), что превышает баланс взаимных имущественных предоставлений с учетом платы за финансирование.

Поскольку истец полагает, что установленный порядок сопоставления встречных предоставлений, установленный в Общих условиях лизинга (п. 6.10-6.12) не отвечает принципу справедливости, является обременительным, расчет сальдо произведен истцом исходя из формулы, закрепленной в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 17.

По проведенному расчету сальдо встречных обязательств в порядке, предусмотренным Постановлением Пленума ВАС РФ № 17 от 14.03.2014, по договору лизинга № ДЛ-59072-21 от 27.08.2021 г., складывается в пользу ООО «ВИРА» и составляет сумму в размере 2 335 428,53 руб., в связи, с чем у Лизингодателя возникло обязательство по перечислению Лизингополучателю указанной суммы.

О необходимости оплаты суммы в пользу ООО «ВИРА» ответчику была направлена досудебная претензия от 30.01.2024 г.

Оставление претензии истца без удовлетворения, послужило поводом для обращения истца с настоящими требованиями и признании недействительными п. 6.10, 3.3.4 Общих условий, утв. Приказом ООО «Газпромбанк Автолизинг» № 48/ЮД от 30.07.2021.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик заявил, что по требованию о признании пунктов Общих условий недействительными, истец пропустил срок исковой давности, в отношении расчета сальдо, ответчик настаивал, что общими условиями предусмотрен порядок закрытия сделки, в отношении которого истец при заключении договора не возражал, предусмотренная методика не является обременительной, все параметра проверяемы и не нарушает баланс интересов сторон.

Суд, анализируя представленные по делу доказательства, правовые позиции сторон, приходит к следующему:

В соответствии со статьей 625 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственности указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

Согласно статье 625 ГК РФ к договору лизинга применяются положения, предусмотренные ГК РФ для договора аренды.

В соответствии со статьей 666 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом договора финансовой аренды могут быть любые непотребляемые вещи, используемые для предпринимательской деятельности, кроме земельных участков и других природных объектов.

В силу статьями 307, 665 Гражданского кодекса Российской Федерации, между сторонами возникло двустороннее обязательство, вытекающее из договора финансовой аренды (лизинга).

В соответствии с пунктом 2 статьи 13 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, данным Федеральным законом и договором лизинга.

Возможность одностороннего внесудебного расторжения договора лизингодателем в предусмотренных договором случаях, в том числе и при нарушении лизингополучателем установленных договором сроков внесения лизинговых платежей (полностью или частично) два раза подряд, предусмотрена п. 5.2, 5.25 общих условий, что соответствует положениям статьи 310, части 1 статьи 450.1 ГК РФ.

Предоставленное договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором (часть 1 статьи 450.1 ГК РФ).

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (часть 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В связи с прекращением обязательств по передаче предмета лизинга в собственность лизингополучателя, у лизингодателя отсутствуют основания для удержания части выкупной стоимости, вошедшей в состав лизинговых платежей, в связи с чем, лизингополучатель заявил требования о ее взыскании в качестве неосновательного обогащения по основаниям ст. 1102 ГК РФ.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в Постановлении от 20.07.2011 №20-П. лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества, возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход от инвестиционной деятельности.

Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств. По смыслу статей 665 и 624 ГК РФ, статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)" применительно к лизингу с правом выкупа законный имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении денежных средств (посредством приобретения в собственность указанного лизингополучателем имущества и предоставления последнему этого имущества за плату), а интерес лизингополучателя - в пользовании имуществом и последующем его выкупе..

В силу п. 3.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563, разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ № 17 не являются императивными, в связи с чем, условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей (ст. 421 ГК РФ).

Согласно п.25 обзора судебной практики, утвержденного Президиумом ВС РФ 27.10.2021 (Обзор судебной практики), имущественные последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон в установленных законом пределах свободы договора.

Стороны предусмотрели в п. 6.10 общих условий договора лизинга последствия расторжения договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по договору лизинга (расчета сальдо встречных обязательств).

На основании абз. 2 п. 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» последствия расторжения договора, отличные от предусмотренных законом, могут быть установлены соглашением сторон с соблюдением общих ограничений свободы договора, определенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» п.9, 11.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»: п.45 по смыслу абз.2 ст.431 Гражданского кодекса РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Таким образом три постановления пленума ВАС РФ предписывают толковать условия договора однозначно в пользу слабой стороны договора - лизингополучателя, так как лизингодатель является профессионалом в соответствующей сфере лизинга.

Между тем, договор лизинга является договором присоединения в соответствии со ст. 428 Гражданского кодекса РФ.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом.

Присоединившаяся к договору сторона вправе потребовать расторжения или изменения договора, если договор присоединения хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось формальным, и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом (п. 3 ст. 4 ГК РФ) требования разумности и добросовестности поведения.

При оценке применяемой методики расчета закрытия сделки, установленной сторонами, суд, в случае соответствующего возражения стороны, с учетом представленных сторонами доказательств определяет, в какой мере оспариваемое договорное условие отвечает балансу интересов сторон и должно быть сохранено.

В данном случае, отклоняя обоснованность алгоритма итоговых расчетов сторон по договору, установленных в общих условиях (п. 6.10, 3.3.4), на котором настаивал ответчик, суд исходит из содержания статьи 406.1 ГК РФ и разъяснений о порядке ее применения, содержащихся в пунктах 15 и 17 постановления Пленума № 7, согласно которым договоренности о возмещении имущественных потерь по правилам названной статьи могли быть достигнуты в целях фиксации или перераспределения между сторонами договора рисков наступления тех или иных обстоятельств, связанных с исполнением договора и способных вызвать дополнительные имущественные потери у одной из сторон, либо в целях упрощенного привлечения одной из сторон к ответственности за нарушение обязательства, поскольку возмещение потерь осуществляется вне зависимости от наличия нарушения (неисполнения или ненадлежащего исполнения) обязательства соответствующей стороной и независимо от причинной связи между поведением этой стороны и подлежащими возмещению потерями, вызванными наступлением определенных сторонами обстоятельств (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.03.2023 № 305-ЭС22-21449).

При этом, как прямо разъяснено в постановлении Пленума № 7, возмещению подлежат лишь те потери, которые уже понесены или с неизбежностью будут понесены в будущем, а соглашение о возмещении потерь – должно быть явным и недвусмысленным. В случае неясности того, что устанавливает соглашение сторон – возмещение потерь или условия ответственности за неисполнение обязательства, положения статьи 406.1 ГК РФ не подлежат применению.

Таким образом, возможность применения статьи 406.1 ГК РФ к договорным отношениям должна быть прямо санкционирована их сторонами, а сама норма не допускает возмещения потерь в произвольном размере, поскольку не освобождает кредитора от раскрытия доказательств, подтверждающих как факт возникновения у него соответствующих потерь, так и разумность избранного сторонами алгоритма к определению их размера.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16, поскольку согласно пункту 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по статье 169 ГК РФ.

Истцом заявлено о признании п. 6.10 и 3.3.4 Общих условий лизинга недействительными.

Между тем, рассмотрев данное требование, суд оснований для его удовлетворения не усматривает.

По общему правилу, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

В соответствии с п.5 ст. 166 ГК РФ заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

Договор лизинга № ДЛ-59072-21 заключен Сторонами 21.08.2021.

В п. 1.5 Договора дано подтверждение Лизингополучателя, что положения Общих условий лизинга ему известны и он с ними согласен.

Таким образом, именно с момента заключения Договора лизинга Истец узнал и о праве Ответчика начислять неустойку за нарушение платежной дисциплины, и о последствиях расторжения Договора лизинга при нарушении им его условий.

В этой связи требований о признании недействительным спорных пунктов, действительно заявлено за пределами срока исковой давности, что в силу ст. 199 ГК РФ является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

При этом, суд при рассмотрении требования о взыскании итогового сальдо сторон при прекращении договорных отношений, не лишен возможности оценить справедливость применяемого расчета закрытия сделки, установленного в общих условиях.

В п. 6.10 Общих условий лизинга, разработанных лизингодателем, закреплен нарушающий баланс учет предоставлений сторон при расчете сальдо. Произведенный лизингодателя расчет сальдо исходя из указанного порядка суммы прекращения договора носит непрозрачный характер, приводит к нарушению эквивалентности встречных предоставлений и непропорциональному обременению лизингополучателя.

Согласно ст. 2, 4 и 19 Закона о лизинге и разъяснениям п. 2 Постановления Пленума ВАС № 17, договор выкупного лизинга относится к сделкам, опосредующим предоставление и пользование финансированием. Денежное обязательство лизингополучателя в договоре выкупного лизинга состоит в возмещении затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю (возврат вложенного лизингодателем финансирования), и выплате причитающегося лизингодателю дохода (платы за финансирование).

Расторжение договора лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Этот основной принцип Постановления Пленума № 17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон (абз. 1 п. 4 ст. 453 ГК РФ, п. 4 ПП ВАС № 35 «О последствиях расторжения договора», определение ВС от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301).

Однако из спорного условиях 6.10 Общих условий лизинга следует, что сумма досрочного выкупа не включает и не учитывает лизинговые платежи, имевшие место до расторжения договора; формула расчета сальдо при расторжении договора лизинга, закрепленная в п. 6.10 ОУЛ включает в себя к выгоде Лизингодателя такие «искусственные» составляющие, как: «НДС» (20%); лизинговые платежи после расторжения договора; формула не учитывает предоставления Лизингополучателя в виде фактически уплаченных лизинговых платежей в размере 3 392 257,46 рублей, которая сама по себе уже превышает размер исковых требований.

Как видно из содержания п.6.10 Общих условий лизинга (ОУЛ), основу расчета сальдо составляет «сумма досрочного выкупа», учитываемая на стороне лизингодателя. Сальдо = СПД + У (убытки) - Ц (цена предмета лизинга), где

СПД - это сумма оплаты досрочного выкупа, установленная в графике лизинговых платежей (п. 1.1.24 ОУЛ), увеличенная на неуплаченные лизинговые платежи, в том числе после расторжения договора до реализации предмета лизинга (п. 1.1.26 ОУЛ).

Вместе с тем наличие подобного условия с учетом принципа свободы договора само по себе не должно обеспечивать возможность имущественного обогащения одной из сторон сделки в размере, не обеспечивающем компенсацию негативных имущественных последствий вследствие прекращения договора, нарушать баланс прав и имущественных интересов сторон договора (Определение ВС от 28.06.2017№ 309-ЭС17-1058).

Лизингодателем не представлено никаких данных и доказательств, свидетельствующих о возможности возникновения у него убытков в размерах, аналогичных размерам сумме оплаты досрочного выкупа.

В свою очередь, формула расчета сальдо в соответствие с Постановлением Пленума ВАС РФ №17 следующая:

(Размер финансирование + плата за финансирование + убытки) - (сумма уплаченных лизинговых платежей + цена изъятого предмета лизинга). Данная формула закрепляет общий баланс сторон и потому является критерием для сравнения и опенки договорного условия на предмет наличия «исключения из правила».

Согласно п. 15 Обзора судебной практики ВС РФ № 1 (2024) (утв. Президиумом ВС РФ от 29.05.2024 г.) включение явно обременительных положений в договор, условия которого определены одной из сторон и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, не допускается. Предусмотренный пунктом Общих условий принцип определения завершающей договорной обязанности (в части включения в расчет задолженности по лизинговым платежам) имеет характер несправедливого договорного условия, создающего искусственные основания для занижения величины встречного предоставления лизингополучателя.

Презумпция лизингополучателя как слабой стороны договора в отношении правил, сформулированных лизингодателем в общих условиях лизинга, закреплена во всех трех упомянутых выше определениях ВС от 18.10.23 г.; 10.10.23 г.; 14.11.23 г., а ранее -определении ВС от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954. Данная презумпция сохраняется пока лизингодателем не доказано иное. т.е. переносит бремя доказывания на лизингодателя.

Несоответствие динамки уменьшения суммы оплаты досрочного выкупа размерам ежемесячных лизинговых платежей.

Несоответствие «суммы досрочного выкупа» на момент возврата финансирования сумме уплачиваемых по договору лизинговых платежей (сумма гораздо выше, чем могла бы быть при ее уменьшении на лизинговые платежи); сумма досрочного выкупа» не учитывает размер финансирования и лизинговые платежи на дату возврата финансирования.

Лизингодатель не раскрыл логику и формулу расчета «суммы досрочного выкупа» на соответствующий период, сумма досрочного выкупа» не учитывает размер финансирования и лизинговые платежи на дату возврата финансирования, лизингодатель не раскрыл логику и формулу расчета «суммы досрочного выкупа» на соответствующий период, на основании пункта 3.3.4 ОУЛ ответчик заявляет требование об уплате неустойки на будущее время.

Указанные обстоятельства исключают применение данного расчета, как содержащегося несправедливые условия.

В этой связи, суд полагает правомерным применить к отношениям сторон в рамках рассматриваемого дела, расчет сальдо по правилам, установленным п. 3.2.-2.6 Постановления Пленума № 17.

Согласно расчету истца, сальдо в сумме 2 335 428 руб. 53 коп., определен из следующих параметров:

Общий размер платежей по договору лизинга (с НДС), П 18 189 890,90 руб., авансовый платеж 525 000 руб., закупочная стоимость предмета лизинга 10 500 000 руб., дополнительные расходы лизингодателя, связанные с реализацией предмета лизинга отсутствуют., убытки 18 150 руб. расходы на хранение за период с 19.04.2023 по 17.08.2023 г., т.е. 121 дней (150 (стоимость хранения в сутки)* 121 = 18 150). Стоимость мойки в размере 1 500 руб. и расходы на размещение объявлений в размере 4 181 руб. Расчет: 18 150 + 1 500 + 4 181 = 23 831 руб.,

Размер финансирования, предоставленного Лизингодателем Лизингополучателю, Ф (стоимость предмета лизинга с Дополнительными расходами за вычетом аванса) (Ф = С + Д - А) 10 500 000 - 525 000 = 9 975 000 руб., срок договора лизинга в днях, С/дн С 27.08.2021 г. (дата подписания Договора лизинга) по 31.08.2026 г. 1830/365 =5,011; плата за финансирование (в процентах годовых), ПФ = ((П-А-Ф)/(Ф*Сдн))*365*100. ((18 189 890,90 - 525 000 - 9 975 000)/(9 975 000 * 1830)365 * 100 = 15,38%)

Плата за финансирование за весь срок действия договора лизинга, ПФО (ПФО = Ф х ПФ % годовых х срок договора в годах/100): 9 975 000 * 15,38 % * 5,011 / 100 = 7 685 922,225

Фактический срок финансирования, ФСФ - с даты передачи предмета лизинга Лизингополучателю до даты реализации возращённого предмета: С 16.09.2021 г. (дата передачи тс) по 17.08.2023 г. (заключение договора купли-продажи) 700/365 = 1,919 года

Плата за финансирование за время до фактического возврата финансирования, ПФФ (за период пользования Лизингополучателем суммой финансирования) (ПФФ = Ф х ПФ % годовых х ФСФ/100) 9 975 000* 15,38 * 1,919 / 100 = 2 943 997,93.

Суммы платежей, полученные от лизингополучателя (за исключением авансового) 3 392 257 руб. 46 коп.

Стоимость возвращенного предмета лизинга (на дату возврата предмета лизинга лизингодателю) 11 886 000 руб. согласно договору купли-продажи № РА-59072-21 от 17.08.2023.

Расчет сальдо встречных предоставлений (размер неосновательного обогащения на стороне Лизингополучателя), Р = (ПЛ+СВ+ возврат премии) - (Ф+ПФФ+У) (3 392 257,46 + 11 886 000+0) -(9 975 000 + 2 943 997,93 + 23 831) = 2 335 428,53 руб.

Суд, проверив данный расчет сальдо, находит его неверным.

При расчете платы за предоставленное финансирование датой исчисления периода начала финансирования следует считать дату заключения договора лизинга, а не дату передачи предмета лизинга лизингополучателю, что согласуется с обозначенным в Постановлении Пленума от 14.03.2014 N 17 интересом лизингодателя, связанного с необходимостью возврата вложенного финансирования, независимо от факта передачи предмета лизинга лизингополучателю.

Финансирование обеспечивается и предоставляется лизингодателем, а обязанность лизингополучателя оплачивать лизинговые платежи, и, тем самым, вносить плату за финансирование не зависит от момента передачи ему предмета лизинга (пункт 3 статьи 28 Федерального закона "О финансовой аренде").

В этой связи период фактического пользования предметом лизинга, количество дней до даты возврата составит 720 дней (с 27.08.2021 по 17.08.2023), истец неверно определил 16.09.2021 с даты передачи ТС.

С учетом произведенного перерасчета произведенного судом, плата за финансирование будет составлять 3 025 539 руб. 85 коп. (9 975 000 руб. * 15,38/100)/365*720).

Следовательно расходы лизингодателя составляют 13 028 362 руб. 85 коп. (9 975 000 + 3 025 530,85 + 0+27831); доходы лизингодателя 14 753 257, 46 руб. (3392257,46 – 525 000 + 11886000); итоговое сальдо взаимных предоставлений составляет 14 753 257,46 – 13 028 361,85 = - 1 724 895 руб. 61 коп..

Разница составляет 1 724 895 руб. 61 коп на стороне лизингополучателя, следовательно, истец (лизингополучатель) доказал факт возникновения на стороне ответчика неосновательного обогащения на указанную сумму, в связи с чем заявленные требования о взыскании неосновательного обогащения по договору лизинга № ДЛ-59072-21 от 27.08.2021 является обоснованным в размере 1 724 895 руб. 61 коп. В остальной части исковые требования удовлетворению не подлежат, ввиду недоказанности.

Истцом заявлено о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 221 172 руб. 89 коп.. за период с 18.08.2023 по 08.04.2024 на сумму неосновательного обогащения 2 335 428 руб. 53 коп.

В силу ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга.

Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Представленный расчет процентов судом проверен и признан подлежащим корректировке, с учетом установленной суммы неосновательного обогащения за период с 18.08.2023 по 08.04.2024 (235 дн) на сумму 1 724 895 руб. 61 коп. составляет 163 353 руб. 39 коп.

В указанной сумме, требование о взыскании процентов является обоснованным, в удовлетворении остальной части суд отказывает.

При таких обстоятельства, иск подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судебные расходы, как по уплате госпошлины распределены в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 10, 12, 309, 310, 796 ГК РФ, ст.ст.4, 65, 75, 110, 137, 167, 170, 171, 180, 181 АПК РФ, суд



РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ООО "ВИРА" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) неосновательное обогащение в размере 1 724 895,61 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18 августа 2023 г. по 08 апреля 2024 г. в размере 163 353,39 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные на сумму неосновательного обогащения за период с 09 апреля 2024 г. по дату фактического исполнения, а также расходы по оплате госпошлины в сумме 24 142,18 руб. В удовлетворении остальной части требования отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

А.В. Попов