Постановление от 19 октября 2025 г. по делу № А56-84387/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-84387/2023
20 октября 2025 года
г. Санкт-Петербург
/сд.3 Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 октября 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой М.В., судей Морозовой Н.А., Радченко А.В., при участии:

ФИО1 (паспорт), его представителя ФИО2 (доверенность от 17.02.2025),

от конкурсного управляющего – представителя ФИО3 (доверенность от 09.04.2024),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 (регистрационный номер 13АП-17828/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2025 по обособленному спору № А56-84387/2023/сд.3 (судья Лобова Д.В.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Тарсир» ФИО4 к ФИО1 о признании сделки недействительной, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Тарсир»,

установил:

в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление ООО «Эко Дзен» о признании ООО «Тарсир» (далее – должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 19.09.2023 заявление принято к производству, возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением арбитражного суда от 11.10.2023 (резолютивная часть объявлена 10.10.2023) в отношении ООО «Тарсир» введена процедура наблюдения; временным управляющим утвержден ФИО4, член Союза «СРО АУ СЗ».

Решением арбитражного суда от 15.04.2024 (резолютивная часть решения объявлена 09.04.2024) ООО «Тарсир» признано банкротом, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий 11.10.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок должника по перечислению в пользу ФИО1 (далее – ответчик) в период с 04.08.2021

по 11.07.2021 денежных средств в размере 1 570 467 рублей, оформленных в назначении платежей как погашение займов по договорам от 23.07.2021, 26.07.2021, 03.09.2021, 18.02.2022, 25.02.2022, 16.05.2022, а также возврат использованных подотчетных сумм.

В качестве применения последствий недействительности сделок конкурсный управляющий просил взыскать с ФИО1 денежные средства в размере 1 570 467 рублей.

Определением арбитражного суда от 30.05.2025 требования конкурсного управляющего удовлетворены в полном объеме, с ФИО1 также взыскано 36 057 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение от 30.05.2025 отменить, в удовлетворении требований конкурсного управляющего отказать.

Податель жалобы настаивает на том, что оспариваемые сделки (договоры займа) по своей правовой природе являлись возвратом «компенсаторного» финансирования, предоставленного ФИО1 как руководителем подконтрольному обществу – ООО «Тарсир». Такие займы требовались должнику для осуществления деятельности по закупке древесины и пиломатериалов за рубежом. Предоставление «компенсаторного» финансирования оформлялось путем заключения договоров займа. Факт выдачи займов подтверждается документами, находящимися в распоряжении конкурсного управляющего. На дату совершения сделок должник обладал достаточным имуществом для расчетов с кредиторами, в том числе ООО «Логиком», долг перед которыми ООО «Тарсир» не признавало (задолженность взыскана в судебном порядке).

В отзыве на жалобу конкурсный управляющий возражает против отмены судебного акта, полагая выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, а также обращает внимание на то, что по ходатайству ответчика рассмотрение дела в суде первой инстанции 18.02.2025 откладывалось на 13.05.2025 для представления отзыва и оправдательных документов, однако в следующее заседание от ответчика представитель не явился, документов не представил.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании представитель ответчика ходатайствовал о приобщении дополнительных доказательств (справок ФИО1 из банков о получении кредитов) в целях подтверждения доводов о том, что финансировал сам деятельность должника посредством оформления займов.

ФИО1 пояснил, что деятельность ООО «Тарсир» была связана с закупкой древесины из Кении, потому должнику требовались денежные средства для совершения внешнеторговых сделок. Имуществом должник располагал, но денежных средств на счетах не имелось, в связи с чем руководитель должника предоставлял их на возмездной основе.

Представитель конкурсного управляющего возражал против приобщения новых доказательств и по доводам ответчика, обратил внимание на то, что сам ФИО1 подтвердил факт осуществления компенсационного финансирования, что является самостоятельным основанием для признания платежей недействительными сделками.

Заслушав доводы участников заседания, суд апелляционной инстанции отказал в приобщении новых доказательств (документы от ответчика не приняты), поскольку в нарушение части 2 статьи 268 АПК РФ ФИО1 не смог подтвердить наличие уважительных причин их непредставления в суд первой

инстанции. Рассмотрение спора откладывалось судом первой инстанции с 18.02.2025 на 13.05.2025 по ходатайству ответчика с целью сбора и представления им оправдательных документов, которые так и не были предъявлены в суд первой инстанции.

Законность и обоснованность обжалуемого определения проверены в апелляционном порядке.

В ходе проведения процедуры банкротства управляющим по результатам анализа движения денежных средств должника установлено, что в период с 04.08.2021 по 11.07.2022 произошло перечисление денежных средств должника в пользу ФИО5 в общем размере 1 570 467 рублей с указанием в назначении платежей на погашение займов и возврат использованных подотчетных сумм (платеж от 24.03.2022 на 29 167,75 рублей).

Полагая, что указанные перечисления являются недействительными сделками на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Конкурсный управляющий настаивал на том, что договоры займа, поименованные в назначениях платежей, запрошены у ФИО5 (бывшего руководителя ООО «Тарсир», который осуществлял свои полномочия с 23.03.2015 по 16.04.2024), но так и не были представлены; доказательств встречного исполнения не обнаружено; платежи совершены в период неплатежеспособности ООО «Тарсир», в частности при наличии неисполненных обязательств по внесению арендных платежей перед ООО «Логиком» (после переименования ООО «Эко Дзен») в сумме 1 344 000 рублей долга и 279 800 рублей пеней (долг возник в апреле 2021 года, взыскан в судебном порядке решением арбитражного суда от 26.04.2022 по делу № А56-96263/2021).

Суд первой инстанции согласился с доводами управляющего и признал платежи недействительными сделками и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и по статьям 10, 168 ГК РФ.

Исследовав доводы подателя апелляционной жалобы, правовую позицию конкурсного управляющего в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и иного применения норм материального и процессуального права.

Оспаривание сделок при банкротстве, предусмотренное статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, направлено на достижение одной из основных целей банкротства - максимально возможное справедливое удовлетворение требований кредиторов.

В частности, статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»).

Таким образом, для правильного разрешения вопроса о наличии у оспариваемых перечислений пороков (признаков недействительности), предусмотренных положениями пунктов 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт совершения сделок в определенный период времени до возбуждения дела о банкротстве (3 года), причинение вреда имущественным правам кредиторов, наличие у должника на дату совершения сделки признаков неплатежеспособности, осведомленность об этом другой стороны сделки (недобросовестность контрагента).

Исходя из того, что настоящее дело о банкротстве возбуждено 19.09.2023, оспариваемые платежи совершены в период с 04.08.2021 по 11.07.2022, то есть в течение трех лет до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, то следует согласиться с тем, что оспариваемая сделка совершена в пределах срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Рассматривая доводы конкурсного управляющего об аффилированности должника и ответчика, суд первой инстанции исходил из следующего.

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо через подтверждение аффилированности не только юридической, но и фактической. О наличии аффилированности такого рода может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности заключение между собой сделок и последующее исполнение их на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Изучив представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что ответчик является заинтересованным по отношению к должнику лицом применительно к положениям пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, поскольку имел статус руководителя ООО «Тарсир».

Указанное обстоятельство ответчиком не оспаривается.

Данный факт предполагает презумпцию осведомленности заинтересованных лиц обо всех обстоятельствах совершения сделки и финансовом положении должника. Такая презумпция при рассмотрении настоящего обособленного спора ответчиком не была опровергнута, при том, что договоры займа так и не были представлены в материалы дела и конкурсному управляющему, а по доводам ФИО1 - заключались лишь формально, чтобы компенсировать ему возврат ранее предоставленных ООО «Тарсир» денежных средств на ведение текущей хозяйственной деятельности должника.

С учетом пояснений самого ФИО1 в жалобе и судебном заседании Тринадцатого арбитражного апелляционного суда, апелляционный суд пришел к выводу о том, что договоры займа фактически были заключены (оформлены

технически) не в коммерческих интересах кредитора и должника, а в целях финансирования деятельности последнего путем наделения его имуществом для ее осуществления, что подтверждается пояснениями ответчика о предоставлении должнику займа в качестве финансовой помощи и анализом фактических обстоятельств, проведенным управляющим (финансирование текущих расходов должника). Дополнительное финансирование в виде предоставления денежных средств по договору займа, с учетом заинтересованности должника и ответчика, необходимо рассматривать именно как выбранную форму выхода из кризисной финансовой ситуации должника путем увеличения оборотных средств общества (докапитализация).

Суд первой инстанции, оценив доводы конкурсного управляющего о наличии у должника в момент возврата сумм займа неисполненных обязательств перед иными независимыми кредиторами, проанализировав период, характер и обстоятельства возникновения таких обязательств, установил, что на момент совершения оспариваемых платежей по возврату должником ответчику сумм займа у должника имелись обязательства перед заявителем по делу – ООО «Эко Дзен», подтвержденные решением арбитражного суда от 26.04.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 21.12.2022 по делу № А56-96263/2021. Названными судебными актами с ООО «Тарсир» в пользу кредитора взысканы денежные средства в размере 1 344 000 рублей задолженности по арендной плате, 279 800 рублей пеней, 29 238 рублей судебных расходов. Указанный долг не погашен до настоящего момента и включен в реестр требований кредиторов ООО «Тарсир».

Вопрос о наличии у ООО «Тарсир» признаков неплатежеспособности уже являлся предметом судебного разбирательства – в постановлении Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2023 по настоящему делу, которым определение от 11.10.2023 о введении процедуры наблюдения оставлено без изменения, сделан вывод о наличии у ООО «Тарсир» иных обязательств (помимо долга перед ООО «Эко Дзен») на сумму, значительно превышающую ту рыночную стоимость активов, на которую должник ссылается (не подтвержденную документально), о чем свидетельствует информация из банка исполнительных производств, опубликованная на официальном сайте Федеральной службы судебных приставов.

О данных обстоятельствах (признаках неплатежеспособности на дату совершения платежей) не мог не знать ответчик как руководитель должника, однако доказательства, позволяющие прийти к иным выводам и подтверждающие погашение обязательств перед иными кредиторами должника, в материалы дела не представлены.

Приняв во внимание, что при наличии названной выше кредиторской задолженности были исполнены требования перед аффилированным лицом, и в результате совершения оспариваемых платежей кредиторы должника лишились денежных средств, которые могли быть использованы для погашения уже существующих и непогашенных требований, следует сделать вывод, что платежи совершены в отсутствие на то какого-либо экономического обоснования, в целях возврата ответчику компенсационного финансирования деятельности должника в условиях наличия у должника неисполненных обязательств перед ООО «Эко Дзен» и отсутствия у должника самостоятельной финансовой возможности для их погашения. Такие платежи привели к уменьшению имущественной массы должника, как следствие, - причинение вреда имущественным правам кредиторов, выразившегося в уменьшении размера имущества должника, отчужденного им в пользу заинтересованного лица, и утрате возможности

кредиторов получить за счет такого имущества частичное удовлетворение своих требований. Между тем, доказательства, свидетельствующие о том, что на момент совершения спорных перечислений у должника имелись имущество и денежные средства, в размере, достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами в полном объеме, судам первой и апелляционной инстанций не представлены (статья 65 АПК РФ).

В силу актуальных правовых подходов, в том числе поддержанных Верховным Судом РФ, и отраженных в пункте 11 (вопрос 5) Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, сделки, опосредующие возврат компенсационного или корпоративного финансирования, могут быть оспорены на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В таком случае суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии условий для признания спорных платежей, произведенных в качестве возврата займов, недействительными сделками по заявленным основаниям.

Определяя подлежащие применению последствия недействительности сделки, руководствуясь положениями статьи 167 ГК РФ) пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд первой инстанции применил в качестве последствий недействительности сделки реституцию, взыскав с ФИО5 в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 1 570 467 рублей.

Таким образом, удовлетворяя требования конкурсного управляющего, суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела требований о признании сделки недействительной, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения апелляционной жалобы полагает, что вышеуказанные выводы суда первой инстанций сделаны на основании исследования и совокупной оценки приведенных доводов и доказательств, исходя из конкретных обстоятельств дела. Изложенные в обжалованном определении выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм права.

Доводы апелляционной жалобы об отсутствии у должника на дату совершения платежей признаков неплатежеспособности апелляционная коллегия отклоняет, поскольку требования ООО «Эко Дзен» в размере более 1,5 млн рублей, возникшие ранее, признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013).

Более того, отсутствие у должника видимых признаков неплатежеспособности не исключает осведомленности ФИО5 как аффилированного к должнику лица об их существовании.

Судебной практикой выработан подход, согласно которому контролирующее лицо, предоставляя должнику, находящему в условиях имущественного кризиса компенсационное финансирование, берет соответствующий риск непреодоления кризиса на себя и не вправе перекладывать его на других кредиторов, что обеспечивается понижением очередности удовлетворения такого требования (пункты 3.1 и 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, далее - Обзор).

В данном случае апелляционным судом установлено, что признанные недействительными сделками платежи по возврату займов совершены уже в условиях формирования у должника неисполненных обязательств перед независимым кредитором, а в дальнейшем размер кредиторской задолженности должника лишь продолжал расти. При этом доказательств иного, равно как и каких-либо документально подкрепленных свидетельств того, что ФИО5, как руководителю должника, не было и не могло быть известно о данных обстоятельствах, последним не представлено.

В данном случае вред имущественным правам кредиторов должника заключается в том, что ФИО5, предоставив по договорам займа должнику по своей сути компенсационное финансирование (докапитализация в целях осуществления текущей деятельности) и возвратив его себе по оспариваемым перечислениям только после наступления кризисной ситуации (в ситуации наличия у должника задолженности перед кредиторами, в последующем включенной в реестр требований кредиторов), фактически уменьшил размер имущественной массы должника, за счет которой должны были быть приоритетно погашены требования независимых кредиторов (заинтересованное лицо переложило собственный риск непреодоления кризиса на иных независимых кредиторов).

Неустраненные разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

ФИО5 сам настаивает на том, что финансирование являлось компенсационным.

Указанные обстоятельства в совокупности подтверждают совершение заинтересованным лицом в условиях объективного банкротства должника действий по возврату денежных средств, предоставленных в качестве компенсационного финансирования (отсутствует характер гражданско-правовых отношений).

С учетом изложенного, апелляционная коллегия считает выводы суда первой инстанции о недействительности оспариваемых перечислений применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, правильными, обособленный спор разрешен по существу верно.

Поскольку оспариваемая сделка не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, оснований для применения положений статей 10, 168 ГК РФ в данном случае не имеется. В этой части судебного акта выводы суда ошибочны.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают обстоятельств совершения аффилированным лицом перечислений в ущерб имущественным правам добросовестных, независимых кредиторов должника, в связи с чем подлежат отклонению.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 270 АПК РФ), судом апелляционной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение от 30.05.2025 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению в соответствии со статьей 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2025 по обособленному спору № А56-84387/2023/сд.3 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова

Судьи Н.А. Морозова А.В. Радченко