Постановление от 2 октября 2025 г. по делу № А43-39605/2021

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ФИО1 ул., д. 4, <...> http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>) телефон <***> / 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А43-39605/2021
город Владимир
3 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 3 октября 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Волгиной О.А., судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.04.2025 по делу № А43-39605/2021, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 ФИО4 о признании недействительным договоров купли-продажи от 08.07.2021, 31.08.2021, 31.08.2021 и применении последствий недействительности сделок,

при участии:

от ФИО5 лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации;

от ФИО6 лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился финансовый управляющий должника ФИО4

(далее – ФИО4, финансовый управляющий) с заявлением о признании договора купли-продажи от 08.07.2021 по отчуждению жилого помещения кадастровый номер № 13:60:0010001:5911, договора от 31.08.2021 по отчуждению 1/2 доли в праве собственности на жилой дом с кадастровым № 52:56:0200003:248, 1/2 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым № 52:56:0200003:57, 1/2 доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым № 52:56:0200003:56, договора от 31.08.2021 по отчуждению квартиры № 13:60:0010002:4280 по адресу: <...>

Маркса, дом 10, квартира 48, недействительными сделками, и применением последствий их недействительности.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 30.04.2025 признал недействительными договоры купли-продажи недвижимого имущества от 08.07.2021, 31.08.2021 и от 31.08.2021, заключенные между ФИО3 и ФИО2 (далее ‒ ФИО2); применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника 3 675 000 руб.; взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный акт.

По мнению заявителя, суд первой инстанции не дал мотивированного пояснения, каким образом ответчик знал о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Заявитель полагает, что сторонами был раскрыт добросовестный характер мотивов своего поведения при заключении оспариваемых сделок и наличие у этих сделок разумных экономических оснований.

Кроме того, заявитель считает, что представленные в подтверждение родственных взаимоотношений с ФИО3 доказательства к предмету рассматриваемого спора не относимы.

Более подробно доводы содержатся в апелляционной жалобе.

ФИО5 и ФИО6 в судебном заседании относительно доводов апелляционной доводы свою процессуальную позицию не высказывали. Пояснили, что они являются добросовестными приобретателями, имущество приобреталось ими у ответчика на кредитные средства, расчеты с покупателем произведены в полном объеме, с должником и продавцом лично не знакомы.

Апелляционная жалоба рассмотрена с участием в судебном заседании заинтересованных лиц: ФИО5 и ФИО6 Иные лица, участвующие в обособленном споре, явку в судебное заседание не обеспечили, извещены о месте и времени судебного заседания в порядке статей 121 (части 6) и 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей этих лиц.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции лиц, участвующих в рассмотрении настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 08.07.2021 между ФИО3 (продавцом) и

ФИО2 (покупателем) заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого продавец продает, а покупатель приобретает в собственность жилое помещение с кадастровым № 13:60:0010001:5911, расположенное по

адресу: <...>, общей площадью

75,3 кв.м. По согласованию сторон цена жилого помещения составляет

4 250 000 руб., продавец деньги получил от покупателя полностью до подписания настоящего договора (пункты 2.1, 2.2 договора). В последствие данное имущество ФИО2 продал ФИО7 и ФИО8 по договору купли-продажи от 31.08.2021 за 6 000 000 руб.

Кроме того, 31.08.2021 между ФИО3, ФИО9

(продавцы) и ФИО2 (покупатель) заключен договора купли-продажи, по условиям которого продавец обязуются передать в собственность, а покупатель обязуется принять и оплатить в соответствий с условиями настоящего договора следующее недвижимое имущество: одноэтажный бревенчатый жилой дом, инвентарный номер 03760, Литер А, общей площадью 24,5 кв.м, расположенное по адресу: <...>.; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 2440 кв.м, кадастровый номер 52:56:0200003:57, расположенный по адресу: <...>; земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для ведения личного подсобного хозяйства, общей площадью 1200 кв.м, кадастровый номер 52:56:0200003:56, расположенный по адресу: <...>. Указанный жилой дом с двумя земельными участками принадлежат продавцам на праве собственности, по 1/2 доли каждому в праве общей долевой собственности. Согласно пункту 3 договора, стороны оценили жилой дом в 30 000 руб., каждый из земельных участков оценили по 10 000 руб., сумма сделки составляет 50 000 руб. Покупатель обязуется в течение трех дней после государственной регистрации настоящего договора уплатить продавцам сумму, указанную в пункте 3 договора в полном объеме (пункт 5). В последствие данное имущество ФИО2 было продано ФИО10 на основании договора купли-продажи

20.10.2021.

Между ФИО3 (продавцом) и ФИО2 (покупателем) также 31.08.2021 заключен договор купли-продажи, согласно условиям которого продавец продает, а покупатель приобретает в собственность жилое помещение с кадастровым № 13:60:0010002:4280, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 52,8 кв. м.

По согласованию сторон цена жилого помещения составляет 3 050 000 руб., продавец деньги получил от покупателя полностью до подписания настоящего договора (пункты 2.1, 2.2 договора) В последствие на основании договора купли-продажи от 20.10.2021 данное имущество было продано ФИО2 ФИО10. ФИО10, в свою очередь продал данную квартиру ФИО5 и ФИО6 по договору купли-продажи по цене 3 000 000 руб.

В Арбитражный суд Нижегородской области 09.12.2021 обратилась ФИО3 с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Решением от 04.04.2022 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества должника гражданина,

финансовым управляющим утвержден ФИО11. Определением от 17.07.2023 ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, новым финансовым управляющим утвержден ФИО4

Посчитав, что указанные сделки в силу статьей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является мнимыми, а также на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки совершены в отсутствие встречного предоставления, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку направлены на вывод актива должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии со статьей 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 этого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном

исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (последний абзац пункта 9 Постановления № 63).

При проверке наличия (отсутствия) совокупности установленных законом обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, установлено следующее.

Правовыми основаниями недействительности оспариваемых сделок, финансовым управляющим указаны пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сделки совершены 08.07.2021, 31.08.2021 и от 31.08.2021, тогда как производство по делу о банкротстве должника возбуждено 14.12.2021, то есть данные сделки попадают в период подозрительности, и соответственно могут быть оспорены на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с реестром требований кредиторов ФИО3 сумма задолженности должника перед кредиторами составляет 8 108 937 руб. 42 коп. Обязательства должника перед кредиторами сформировались в

2018-2019 (ПАО Сбербанк, ПАО Банк ВТБ), 2020 (АО Банк «ГПБ») годах.

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4) по делу

№ А40-177466/13, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

Таким образом, наличие либо отсутствие признаков недостаточности имущества на момент совершения оспариваемой сделки не подлежит обязательному доказыванию при оспаривании сделки на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и не носит решающего значения при рассмотрении требований об оспаривании сделки.

Для установления неплатежеспособности должника на момент совершения спорной сделки, финансовому управляющему необходимо представить соответствующие доказательства, провести среди прочего анализ не только кредиторской задолженности должника, но и всего принадлежащего ему имущества (активов). Вместе с тем, в данном случае данные разъяснения не подлежат применению, учитывая, что должник и ответчик являются аффилированными лицами.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63). При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя

требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора судом установлено, что оспариваемые сделки заключены между заинтересованными лицами, поскольку ФИО2 является сыном должника.

Заинтересованность сторон сделки предполагает наличие цели оспариваемой сделки ‒ причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, право на судебную защиту предполагает наличие конкретных гарантий, позволяющих реализовать его в полном объеме, а правосудие может признаваться таковым, только если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Суд при рассмотрении дела обязан исследовать по существу его фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным (пункт 2.3 Определения от 06.10.2015 № 2317-О).

Факт получения (неполучения) должником оплаты за спорное имущество является юридически значимым обстоятельством при рассмотрении требования о признании недействительной сделки по заключению договора купли-продажи и применении последствий ее недействительности (с учетом оснований заявленных требований), которое должно устанавливаться исходя из совокупности доказательств применительно к пункту 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Проанализировав счета ФИО2, в том числе тот, который указал сам должник, суд первой инстанции установил, что по указанным счетам движения денежных средств в обозначенном размере не установлено.

Не усматривается и снятия сопоставимых сумм для того, что передать их своей матери ФИО3 для исполнения договоров купли-продажи, заключенных в течение двух месяцев, на общую сумму 7 350 000 руб. Это подтверждается и ответом налогового органа, который указал, что доход

ФИО12 в 2021 году составил 127 016 руб., в 2022 году почти отсутствовал, а в 2023 году ‒ составил чуть более 350 000 руб.

Таким образом, надлежащих и бесспорных доказательств фактической передачи денежных средств на момент совершения оспариваемых договоров в материалы дела не представлено, оспариваемые сделки совершены в отсутствие оправдательных документов, подтверждающих встречное исполнения по отношению к должнику.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника.

Коллегия судей обращает внимание, что менее чем за пять месяцев до подачи должником заявления о признании ее несостоятельной (банкротом),

ФИО3 в пользу своего сына было отчуждено имущество, посредством заключения договоров купли-продажи, в отсутствие надлежащих и бесспорных доказательств фактической передачи денежных средств на момент совершения оспариваемых договоров. При этом, ФИО3 в своем заявлении о признании ее несостоятельной (банкротом) указывала, что задолженность по кредитным обязательствам возникла у нее с 25.07.2021, по состоянию на 06.12.2021 задолженность составляет 1 961 930 руб. 70 коп.

Кроме того, судом установлено, что в последствие данное имущество было продано третьим лицам за короткий промежуток времени.

Так, имущество по договору купли-продажи жилого помещения от 08.07.2021 было продано 31.08.2021 ФИО2 ‒ ФИО7 и ФИО8 за 6 000 000 руб. Указанные лица оплатили стоимость квартиры за счет собственных средств и заемных средств в ПАО Сбербанк; имущество полученное по договору купли-продажи от 31.08.2021, продано ответчиком по договору от 12.10.2021 ФИО10 за ту же сумму; имущество проданное по договору купли-продажи от 31.08.2021, впоследствии было перепродано по договору от 20.10.2021 ФИО10 за 3 050 000 рублей, а ФИО10, в свою очередь продал данное имущество ‒ ФИО6 и ФИО5 за 3 000 000 рублей с привлечением последними заемных средств по договору от 24.05.2022.

Названные обстоятельства привели к существенному уменьшению размера имущества должника, которое могло привести и привело к полной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет отчужденному по договорам купли-продажи.

В данном случае коллегия судей полагает доказанным, что целью совершения оспариваемой сделки являлось причинение имущественного вреда кредиторам, которые в результате противоправных действий должника лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

При этом каких-либо убедительных мотивов совершения сделок по продаже имущества сыну, в условиях наличия в спорный период времени значительных обязательств перед кредиторами, чем в целях причинения вреда имущественным интересам последних, не раскрыто.

Сведения о том, как полученные должником по договорам денежные средства были израсходованы, также не представлены.

ФИО3 в своем отзыве дала пояснения, согласно которым все спорное имущество было приобретено в браке. Совершение всех указанных

сделок необходимо было, в связи с расторжением 11.02.2021 брака с ФИО9

После расторжения брака, денежные средства от продажи совместно нажитого имущества в сумме 7 250 000 руб. были поделены поровну между должником и ФИО9, где доля каждого из супругов составила

3 625 000 руб. Далее, 30.07.2021 ФИО3 заключила договор с

ИП ФИО13 (ОГРНИП <***> ИНН <***>) на строительство дома по каркасной технологии. Стоимость постройки дома по договору составила 3 000 000 руб., из которых 1 600 000 руб. были оплачены 30.07.2021, 1 400 000 руб. оплачены 28.08.2021. Также 07.04.2021 между должником и Мухой Т.Ю. был заключен договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером 52:55:0100007:380, расположенного по адресу: <...>, для дальнейшего строительства дома. Стоимость участка по договору составила

350 000 руб. Вышеуказанный дом является единственным жильем для должника, в котором она проживает с несовершеннолетней дочерью, которая имеет инвалидность.

Рассмотрев указанные доводы, коллегия судей признает их несостоятельными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Согласно пояснениям должника, полученные от продажи денежные средства она израсходовала на строительство дома, из которых 1 600 000 руб. были оплачены 30.07.2021, 1 400 000 руб. оплачены 28.08.2021. Вместе с тем, первый договор был заключен 08.07.2021, последующие договоры заключены 31.08.2021. Доказательств аккумуляции спорных денежных средств, их снятия ответчиком непосредственно перед передачей должнику, так и доказательств того, что денежные средства были переданы ФИО2 в материалы дела не представлены.

Кроме того, согласно ответу ГУ МВД России по Нижегородской области от 15.07.2022 № 3/225209636830 ФИО3, зарегистрирована по месту жительства с 24.05.2022 по настоящее время по адресу: <...>. В период с 04.02.2020 по 24.05.2022 была зарегистрирована по месту жительства по адресу: <...>. Согласно ответу МУ МВД России по ЗАТО города Саров от 29.08.2021 № 118/16-27795,

ФИО2 зарегистрирован по тому же адресу: <...>. Подтверждение факта регистрации должника по адресу: <...>, в материалах дела отсутствует.

Совокупность указанных обстоятельств указывает на то, что единственной целью сделок с объектами недвижимости являлось вывод активов должника перед банкротством, сначала в пользу аффилированного лица ‒ сына, а затем продажи их третьим лицам, не имеющим заинтересованности. Впоследствии денежные средства были израсходованы на неустановленные цели ФИО2, который пояснений по этому вопросу не дал, в том числе по факту передачи денежных средств в пользу ФИО3, о распределении их между супругами.

Не содержится в его пояснениях и фактов о передаче средств ФИО9

Учитывая указанное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что спорные сделки должником и ответчиком заключены с целью причинения вреда имущественным интересам должника и его кредиторам, в связи с чем обоснованно признал их недействительными применительно к пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, коллегия судей усматривает основания для применения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации к рассматриваемым отношениям. Указанный вывод обусловлен следующим.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).

Для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также для признания сделки на основании статьи 170 этого же кодекса необходимо установить, что сторона сделки действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности (пункт 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума от 23.06.2015 № 25 к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или части 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку ‒ ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» дана правовая позиция, согласно которой мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

В рассматриваемом случае спорная сделка совершена в обход норм закона, поскольку совершены должником в отношении лица, применительно к пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве, являющегося заинтересованным по отношению к должнику.

При этом далее, ответчик в короткий промежуток времени продолжил отчуждения данного имущества в пользу иных незаинтересованных лиц.

При исследовании истинных намерений сторон спорных сделок суд принял во внимание отсутствие надлежащих доказательств оплаты

ФИО2 имущества, приобретенного по договорам купли-продажи

от 08.07.2021, 31.08.2021 и от 31.08.2021, а равно доказательств отсутствия наличия у указанного лица финансовой возможности для оплаты приобретаемого имущества и расходования продавцом полученных от покупателя денежных средств (абзац третий пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В материалах дела содержатся сведения об отсутствии оплаты по договорам купли-продажи, то есть совершение договоров купли-продажи, прикрывающие договор дарения, прикрывающий вывод актива должника с целью недопущения обращения на него взыскания со стороны кредиторов. Также материалами дела не подтверждается наличие у ответчика финансовой возможности уплатить сумму, установленную спорными договорами.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, коллегия судей приходит к выводу о том, что ФИО2 является аффилированным лицом, воля обеих сторон сделок ‒ ФИО3 и

ФИО2 была направлена на одностороннюю передачу активов

ФИО3 без встречного предоставления в пользу ФИО2 во избежание обращения на него взыскания по обязательствам перед кредиторами, что говорит о том, что обжалуемые спорные сделки заключены при злоупотреблении их сторонами правом, являются притворными и прикрывают единую сделку по безвозмездному выводу имущества из собственности должника. В результате заключения договоров купли-продажи имущества был причинен вред имущественным правам кредиторов, выразившийся в соответствующем уменьшении активов должника, за счет которых могли быть удовлетворены их требования.

Таким образом, оценив в совокупности в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, учитывая конкретные обстоятельства спора и установив, что оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора сделки являются взаимосвязанными, объединены единой целью вывода имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, заключены между заинтересованным по отношению к должнику лицом в течение непродолжительного промежутка времени, в отсутствие встречного предоставления, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу что оспоренные сделки являются недействительными

сделками в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах – если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В рассматриваемом случае, после продажи должником спорного имущества по договору от 08.07.2021, данное имущество ФИО2 продал

ФИО7 и ФИО8 по договору купли-продажи от 31.08.2021; имущество проданное по договору от 31.08.2021 ФИО2 было продано ФИО10 на основании договора купли-продажи от 20.10.2021; имущество отчужденное по договору от 31.08.2021 было продано ФИО2 на основании договора купли-продажи от 20.10.2021 ФИО10, который, в свою очередь, продал данную квартиру ФИО5 и ФИО6 по договору купли-продажи от 24.05.2022.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2018 № 305-ЭС17-13675, если при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества, такой приобретатель не может быть признан добросовестным.

В данном случае судом первой инстанции не установлено признаков аффилированности ФИО7, ФИО8, ФИО10, ФИО5 и ФИО6 по отношению к ФИО3 и

ФИО2 Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

В материалы дела от заинтересованных лиц поступили доказательства, свидетельствующие о реальности расчетов с ФИО2, и соответственно, с ФИО10 последующем продавцом по сделке с Б-выми,

надлежащем несении ими взятых на данные нужды обязательств перед кредитными организациями.

Учитывая обстоятельства совершения последующих сделок по

купле-продаже спорного имущества, суд первой инстанции пришел к выводу о

добросовестности ФИО7, ФИО8, ФИО10 ФИО5 и ФИО6, отсутствии доказательств злоупотребления правом с их стороны при покупке спорного имущества, в связи с чем, не усмотрел оснований для истребования у них объектов недвижимости. Более того, последующие сделки конкурсным управляющим не оспаривались. Совершение данных сделок судом исследовалось для установления наличия добросовестного поведения должника и ответчика, а также установления порядка применения последствий при признании сделок недействительными.

Поскольку в результате недобросовестных действий ФИО3 и

ФИО2 из конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, которое впоследствии было реализовано добросовестным приобретателям, что указывает на невозможность истребования имущества в натуре, ответчик в силу положений пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обязан возвратить в конкурсную массу должника его действительную стоимость.

Согласно позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, если до совершения дарения квартира являлась общей совместной собственностью супругов, то после признания договора дарения недействительным и возвращения имущества в натуре, режим общей совместной собственности должника и его супруги на спорную квартиру сохраняется. Кредиторы могут рассчитывать только на обращение взыскания на принадлежащую должнику долю в праве общей собственности на квартиру, а супруга должника обладает правом на получение половины денежных средств, вырученных от реализации спорной квартиры, после их поступления в конкурсную массу должника. Распространение последствий недействительности сделки на долю супруги должника в совместно нажитом имуществе, на чем настаивают кредиторы, приведет к фактическому лишению супруги должника права собственности на долю в совместно нажитом имуществе способом, не предусмотренным законом (определении от 14.10.2022 № 304-ЭС22-13086)

Как отмечено выше, и на это ссылался должник, спорное имущество приобретено в период брака с ФИО9, который в настоящее время расторгнут.

Таким образом, установив, что спорное имущество находится у третьих лиц

ФИО7, ФИО8, ФИО10 ФИО5 и ФИО6 ‒ добросовестных приобретателей, которые объективно не могли усомниться в праве продавца на отчуждение имущества и не знали о притязаниях третьих лиц, суд правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 3 675 000 руб., поскольку ФИО3 в связи с расторжением брака, имеет право лишь на половину стоимости имущества.

Иные доводы апелляционной жалобы рассмотрены судом апелляционной инстанции и признаются неправомерными по изложенным мотивам.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, в том числе аналогичны доводам, заявленным в суде

первой инстанции, которые получили надлежащую правовую оценку суда первой инстанции. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Несогласие заявителей с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 30.04.2025 по делу № А43-39605/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья О.А. Волгина

Судьи С.Г. Кузьмина

К.В. Полушкина