Постановление от 6 августа 2019 г. по делу № А41-79336/2017

587/2019-69625(2)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А41-79336/17
06 августа 2019 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 30 июля 2019 года Постановление изготовлено в полном объеме 06 августа 2019 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В., судей Катькиной Н.Н., Мизяк В.П., при ведении протокола судебного заседания ФИО1, при участии в заседании:

от ООО «Тула Вентмонтаж»: ФИО2 (доверенность № 71 ТО 1653070 от 23.01.2019 г);

от конкурсного управляющего АО «Сантехэлектромонтаж-2001» ФИО3: ФИО4 (доверенность от 27.10.2018 г);

от ФИО5: ФИО6 (доверенность № 77 АГ 1720484 от 13.07.2019 г);

от остальных лиц, участвующих в деле, не явились, извещены,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ООО «Тула Вентмонтаж» на определение Арбитражного суда Московской области от 23.03.2018 по делу № А41-79336/17, принятое судьей Колисниченко Е.А.,

по заявлению ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов должника АО «Сантехэлектромонтаж-2001»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Московской области от 08.12.2017 в отношении акционерного общества «Сантехэлектромонтаж-2001» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим утвержден ФИО3.

ФИО5 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требований в размере 1 702 550 руб. 61 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 535 руб. 61 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 43 666 руб. 37 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 23.03.2018 в реестр требований кредиторов должника была включена задолженность ФИО5 в размере 1 702 550 руб. 61 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 12 535 руб. 61 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 43 666 руб. 37 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Тула Вентмонтаж» обратилось в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит суд восстановить срок на подачу апелляционной жалобы, определение Арбитражного суда Московской области от 23.03.2018 отменить, отказать ФИО5 во включении в реестр в полном объеме.

Пунктом 24 постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - постановление Пленума № 35) разъяснено, что, если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе


обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт.

При этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов.

В силу положений части 2 статьи 117 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными, и если не истек предусмотренный статьей 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предельно допустимый срок для восстановления.

Подача ходатайства о восстановлении процессуального срока на обжалование судебного акта, сама по себе, не является основанием для восстановления процессуального срока. Уважительными причинами пропуска срока для обжалования судебного акта признаются такие причины, которые объективно препятствовали участнику процесса своевременно подать жалобу.

Право на судебную защиту, включая право на пересмотр принятого по делу судебного акта судом вышестоящей инстанции, относится к основным неотчуждаемым правам и свободам человека и гражданина, одновременно выступая гарантией всех других прав и свобод. В то же время правосудие по своей сути может признаваться таковым только в том случае, если оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах. Это означает, что лицо, намеренное воспользоваться правом на судебную защиту, должно обладать реальной правовой возможностью для обращения в суд, в том числе, с заявлением пересмотре ранее принятого судебного акта в порядке апелляционного или кассационного производства.

При проверке конституционности положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 17.11.2005 № 11-П, а также в Определениях от 16.01.2007 № 233- ОП и № 234-О-П пришел к выводу о том, что отсутствие возможности восстановления пропущенного процессуального срока на обращение о пересмотре акта арбитражного суда для лиц, пропустивших его по не зависящим от них


обстоятельствам, противоречит статьям 17 (части 1 и 2), 18, 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации и не согласуется с пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации процессуальный срок, предусмотренный частью 2 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не может считаться пресекательным для лиц, у которых отсутствовала возможность обратиться с соответствующим ходатайством в течение шести месяцев, в частности, по причине того, что они не были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, не получили в установленном порядке копии решения либо по другим объективным причинам.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы, поскольку до даты принятия его заявления к производству - 06.05.2019 г. кредитор не имел процессуального права на обращение в суд с жалобой.

Изложенное является основанием для восстановления срока на подачу апелляционной жалобы.

Иной подход свидетельствовал бы о нарушении права лица на судебную защиту - проверку законности и обоснованности судебного акта первой инстанции в апелляционном порядке.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции находит основания для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В обоснование заявления ФИО5 указал, что задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением должником обязательств по договору беспроцентного займа от учредителя общества № 2 от 18.05.2016. Займы


предоставлялись наличными денежными средствами, что подтверждается квитанциями к приходно-кассовым ордерам.

По смыслу статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права должны осуществляться добросовестно и разумно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (утв. Президиумом ВС РФ от 04.03.2015), в силу абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских нрав (злоупотребление правом).

Учитывая специфику и характер рассмотрения требований в делах о банкротстве, выходящих за рамки частных отношений кредитора и должника, в случае наличия признаков злоупотребления, а также мнимости сделки суд обязан проверять требования, которые могут затрагивать права и законные интересы других лиц в рамках дела о банкротстве.

Как усматривается из оспариваемого определения, займы были предоставлены ФИО5 как учредителем должника. ФИО5 приобрел акции должника по договору купли - продажи от 18.03.2016 г. Таким образом, ФИО5 на дату выдачи займов (21, 22 марта и 18 мая 2016 г.) являлся акционером Должника, которому принадлежал 51 % акций Должника.

В соответствии с абз. 1, 2 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35, В силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо ог наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть


признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований: также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (ст. 2).

Целью такой проверки является установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку включение таких требований приводит к нарушению нрав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также интересов должника.

В круг доказывания по спору об установлении размера требований кредиторов в деле о банкротстве в обязательном порядке входит исследование судом обстоятельств возникновения долга.

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только такие требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.


В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно абзацам 1, 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3-5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Не подлежит включению в реестр требований кредиторов должника требование участника должника, основанное на притворной сделке, прикрывающей обязательства, вытекающие из факта участия заявителя в хозяйственном обществе, признанном банкротом (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.18 N 310-ЭС17-17994).

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается.

При этом сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей


банкротства, вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о несостоятельности (банкротстве)), признав за спорным требованием статус корпоративного.

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 No 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 No 309-ЭС17-1801).

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе.

При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де- факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных


средств, увеличения объемов производства (продаж), а также до капитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов, либо иным образом.

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами.

Таким образом, заключение договора займа с лицом являющимся участником/руководителем должника, может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

По смыслу пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.12 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения "попадания в реестр" недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

При этом согласно позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 нюня 2016 года N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.


В соответствии с абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 (ред. от 21.12.2017) "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Вместе с тем, из оспариваемого судебного акта не усматривается, что суд первой инстанции, среди прочих обстоятельств, при рассмотрении вопроса об обоснованности требований ФИО5. основанных на договорах займа, проверял фактические обстоятельства и реальность совершенной сделки по выдаче займа путем предоставления наличных денежных средств.

В материалах дела отсутствуют доказательства как финансовой возможности выдачи ФИО5 займов, так и сведения о том, куда эти денежные средства были израсходованы должником.

Таким образом, реальность совершенных сделок по выдаче займов не доказана.

Учитывая изложенное, у суда есть все основания полагать, что договоры займа являются безденежными, заключены были с намерением создать искусственную кредиторскую задолженность уже в период, когда Должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Поскольку договоры займов были заключены заинтересованными лицами и предъявленные требования носят характер корпоративных, у суда первой инстанции не имелось оснований для включения их в реестр требований кредиторов должника, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене, а заявление ФИО5 оставлению без удовлетворения.


На основании изложенного, руководствуясь статьями 223, 266, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 23.03.2018 по делу № А41-79336/17 отменить.

Заявление ФИО5 оставить без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий cудья А.В. Терешин

Судьи Н.Н. Катькина

В.П. Мизяк