Постановление от 24 июня 2024 г. по делу № А51-15149/2020

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115,  Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-15149/2020
г. Владивосток
25 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 июня 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 25 июня 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Т.В. Рева,

судей А.В. Ветошкевич, К.П. Засорина,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-2824/2024

на определение от 19.04.2024

судьи А.В. Ягубкина

по делу № А51-15149/2020 Арбитражного суда Приморского края

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1

к Ведяшкину Дмитрию Алексеевичу

о признании недействительной сделки, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Агама Истра» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Компания Рыбный Штурман» (ИНН <***>; ОГРН <***>),

при участии:

лица, участвующие в деле, не явились, 



УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Агама Истра» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Компания Рыбный Штурман» (далее – должник, ООО «Компания Рыбный Штурман») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 06.11.2020 заявление принято к производству.

Определением суда от 06.04.2021 (резолютивная часть от 06.04.2021) в отношении ООО «Компания Рыбный Штурман» введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца; временным управляющим должником утверждена ФИО1.

Решением  суда от 08.02.2022 ООО «Компания Рыбный Штурман» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий, заявитель, апеллянт).

Определением суда от 10.01.2024 срок конкурсного производства продлен на шесть месяцев.

В рамках данного дела конкурсный управляющий 25.02.2022 обратился в суд с заявлением об оспаривании договора купли-продажи от 17.09.2019, заключенного ООО «Компания Рыбный Штурман» с ФИО2 (далее – ответчик), в отношении автомобиля Mitsubishi Pajero Sport 3.0, 2016 года выпуска, номер двигателя 6B31BJ3901, шасси (рама) MMCGUKS50GHZ01409, государственный регистрационный знак <***> РУС (далее – автомобиль).

Определением суда от 19.04.2024 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 17.09.2019, заключенного с ФИО2 отношении автомобиля, применении последствий недействительности сделки, отказано; с должника взысканы в доход федерального бюджета судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме: признать недействительной сделкой договор купли-продажи б/н от 17.09.2019 автомобиля; обязать ответчика со дня вступления судебного акта в законную силу возвратить в конкурсную массу автомобиль; в связи с тяжелым материальным положением, нахождением должника в процедуре конкурсного производства и отсутствием денежных средств на счете должника предоставить отсрочку по оплате государственной пошлины. В обоснование жалобы апеллянт привел доводы о том, что фактическое исполнение спорного договора в виде перечисления денежных средств по нему в конкурсную массу должника в размере 2 000 000 руб. не подтверждено: конкурсным управляющим представлены неоспоримые доказательства отсутствия поступления денежных средств от реализации автомобиля по спорной сделке на расчетный счет должника, в кассу должника, а также отсутствия отражения данной суммы в бухгалтерском балансе ООО «Компания Рыбный Штурман». Ответчиком не приведены какие-либо опровержения обоснованных сомнений в безвозмездности совершенной сделки с юридическим лицом, каких-либо документов в подтверждение финансовой возможности ее совершения. Таким образом, несмотря на установленную сторонами договора цену имущества, соответствующую рыночной, договор совершен безвозмездно, денежные средства за транспортное средство на счет должника не поступили.

Определением апелляционного суда от 20.05.2024 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 18.06.2024.

До судебного заседания от конкурсного управляющего поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие. Суд, руководствуясь статьями 156, 159, 184, 185, 258 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), рассмотрел заявленное ходатайство и определил его удовлетворить.

Лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Пятый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены обжалуемого определения, исходя из следующего.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ООО «Компания Рыбный Штурман» и ФИО2 17.09.2019 заключен договор купли-продажи б/н автомобиля, по условиям которого стоимость транспортного средства оценена сторонами в 2 000 000 руб.

Полагая, что данная сделка недействительна на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), а также статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением об ее оспаривании на том основании, что договор совершен безвозмездно (денежные средства от реализации автотранспортного средства на расчетные счета должника не поступали) или при неравноценном встречном исполнении другой стороной сделки, поэтому цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается; сделка совершена при злоупотреблении правом, с целью избежать наложения взыскания на принадлежащее должнику имущество кредиторами для удовлетворения своих требований, на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности.

Рассмотрев настоящий спор, суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего.

Повторно исследовав конкретные обстоятельства и оценив представленные в материалы дела документальные доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу статьи 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Во избежание нарушения имущественных

прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63)).

В пункте 9 Постановления № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом установлено, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству суда определением от 06.11.2020, оспариваемая сделка совершена 17.09.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 5, 6 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

Противоправная цель заключения сделок презюмируется при условии аффилированности сторон (прямой (статья 19 Закона о банкротстве) или косвенной (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475)).

Проверив наличие совокупности признаков, необходимой для признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, коллегия пришла к следующим выводам.

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Владимирской области от 06.11.2019 по делу № А11 -10566/2019 с ООО «Компания Рыбный Штурман» в пользу ООО «Торговый дом Вкусное море» взыскан долг в размере 4 264 260 руб. по договору поставки рыбопродукции. Указанная задолженность образовалась у должника за оплаченную, но не поставленную рыбопродукцию 17.01.2019.

Также решением Арбитражного суда Приморского края по делу № А51-24218/2019 от 08.07.2020 взыскано с ООО «Компания Рыбный Штурман» в пользу ООО «Рыбторг» 2 463 261,33 руб., в том числе 2 260 000 руб. задолженности по предварительной оплате, 203 261,33 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных за период с 25.01.2019 по 20.02.2020, а также судебные расходы по оплате госпошлины по иску в сумме 35 083 руб., по заявлению об обеспечении иска в сумме 3000 руб; взысканы с ООО «Компания Рыбный Штурман» в пользу ООО «Рыбторг» проценты за пользование чужими денежными средствами, начисленные на сумму долга 2 260 000 руб. за период с 21.02.2020 до фактической оплаты долга, по правилам статьи 395 ГК РФ. Исполнение обязательств перед ООО «Рыбторг» прекращено 25.01.2019.

Таким образом, на дату совершения сделки, у должника имелась задолженность, в том числе установленная вступившими в законную силу судебными актами, в размере 6 524 260 руб., платежи в счет гашения данной задолженности с момента ее образования не производились

Однако указанного недостаточно для того, чтобы доказать цель причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Как верно установлено судом первой инстанции по представленным в материалы дела сведениям и документам, а также сведениям, размещенным в отрытых источниках, в том числе на официальном сайте Федеральной налоговой службы в сети «Интернет», в настоящем случае не усматривается наличие признаков юридической или фактической аффилированности ответчика и должника. Таким образом, ФИО2 является независимым контрагентом должника, иное не доказано.

В связи установленными обстоятельствами судом первой инстанции учтено, что в зависимости от состава участников сделки будет различаться и используемый судами стандарт доказывания: в случае совершения сделки с «внешними» контрагентами (при отсутствии юридической либо фактической аффилированности) используется стандарт обычной осмотрительности, в случае совершения сделки с аффилированным лицом используется более жесткий стандарт доказывания, а именно: расширяется предмет доказывания путем включения в него дополнительно более широкого круга фактических обстоятельств, предшествующих совершению сделки и последующих при ее исполнении, соответственно, требуется полное раскрытие экономических отношений между должником и совершившим сделку аффилированным лицом.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве закон не устанавливает обязанность контрагентов должника, являющихся обыкновенными участниками гражданского оборота, в период подозрительности сделки проверять в условиях повышенных стандартов сомнительности финансовое состояние должника, в том числе оценивать бухгалтерские балансы должника, изучать информацию из открытых источников о наличии судебных споров с участием должника, в связи с чем само по себе наличие на момент заключения сделки должником судебных споров без учета иных фактических обстоятельств, не может однозначно свидетельствовать о том, что такому контрагенту должно быть известно о просроченных обязательствах должника, тем более о неплатежеспособности или недостаточности имущества продавца.

Как следует из ответа на запрос МОРАС ГИБДД № 1 УМВД России по Приморскому краю, в период с 17.09.2019 по настоящее время за ФИО2 зарегистрирован автомобиль.

Согласно договору купли-продажи стоимость транспортного средства оценена сторонами в 2 000 000 руб., что, как установлено судом по имеющимся в деле доказательствам, согласуется со средними рыночными ценами на аналогичные автомобили в спорный период времени. Доказательств обратного не представлено, ходатайств о назначении судебной экспертизы рыночной стоимости транспортного средства не заявлено. При рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции доводов о несоответствии цены автомобиля рыночной стоимости аналогичного транспортного средства финансовым управляющим не заявлено. По сути, основные возражения финансового управляющего, касающиеся неравноценного встречного предоставления по оспариваемой сделке, базируются на том, что денежные средства в размере 2 000 000 руб. не были переданы ответчиком должнику.

Отклоняя возражения финансового управляющего, коллегия исходит из того, что отсутствие в распоряжении конкурсного управляющего доказательств фактического перечисления (передачи) денежных средств по данной сделке на расчетный счет или в кассу должника, само по себе не свидетельствует о том, что фактическая оплата по договору осуществлена, учитывая наличие возможности передачи денежных средств иным образом, в частности, как правильно указал суд первой инстанции, путем их передачи непосредственно подписанту договора, действовавшего от имени продавца (должника).

Как верно заключил суд первой инстанции, каких-либо мотивов, позволяющих усомниться в намерении продавца получить от реализации имущества его рыночную стоимость, а также позволяющих признать договор совершенным без получения встречного исполнения, заявителем и иными участвующими в деле лицами не приведено.

Относительно добросовестности покупателей, формируемая высшей судебной инстанцией судебная практика исходит из того, что гражданский оборот между независимыми и незаинтересованными лицами строится на принципах возмездности и эквивалентности обмениваемых ценностей, знание чего сторонами сделки купли-продажи предполагается. В силу чего продавец, разумно соблюдающий свои интересы, не отдаст свое имущество за бесценок. Если покупатель и продавец - незаинтересованные лица, то покупатель, приобретая по явно и чрезмерно заниженной цене имущество, должен предположить неадекватное восприятие продавцом условий, в которых сделка совершается, и воздержаться от нее, либо обязан предположить, что должник действует фактически не за свой счет, а за счет средств своих кредиторов, и также воздержаться от сделки на таких условиях.

В определении от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396 Верховный суд Российской Федерации указал, что при применении к независимому покупателю критерия осведомленности о цели сделки следует руководствоваться разъяснениями, приведенными в абзаце 3 пункта 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», абзаце 7 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которым о явной и очевидной невыгодности сделки свидетельствует кратное (в два и более раза) превышение рыночной стоимости имущества над ценой, установленной условиями оспариваемой сделки, что в настоящем случае отсутствует.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что передача за спорный автомобиль денежных средств в размере 2 000 000 рублей, не свидетельствует о явной и очевидной невыгодности сделки, равно как и о недобросовестности, заинтересованности сторон сделки.

Кроме того, как следует из составленного посредством автомобильного Интернет-портала «Дром» отчета об истории автомобиля, 16.10.2018 последний выставлен на продажу на сайте автомобильного Интернет-портала «Дром» в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», цена транспортного средства установлена в размере 2 400 000 руб., 11.01.2019 тип владельца обозначен как «юрлицо», 17.09.2019 произведена смена собственника, тип владельца изменен на «физлицо».

Таким образом, суд пришел к выводу, что должник приобрел автомобиль по цене не выше 2 400 000 руб., а реализовал за 2 000 000 руб., а сформированная сторонами цена автомобиля определила правомерную волю на куплю-продажу транспортного средства по рыночной цене, что исключает признак направленности действий должника и ответчика на вывод ликвидных активов по заниженной цене в целях причинения вреда кредиторам.

Более того, судом установлено, что ФИО3 на момент приобретения автомобиля являлся учредителем и единоличным исполнительным органом ООО «Камчатские ресурсы», выручка которого согласно сведения из Государственного информационного ресурса Бухгалтерской (финансовой) отчетности в 2019 году составила 22 142 000 руб., что может свидетельствовать о наличии у ответчика финансовой возможности оплатить стоимость приобретенного транспортного средства. Доводы апеллянта об обратном коллегией отклоняются как необоснованные.

С учетом абзаца четвертого пункта 1 статьи 8, статья 28 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также того, что ФИО3 является единственным участником и генеральным директором общества со 100 % долей в уставном капитале, ответчик фактически является бенефициарным владельцем ООО «Камчатские ресурсы», имеет возможность контролировать действия хозяйствующего субъекта, правомочен свободно распоряжаться всем имуществом общества и его денежными потоками посредством распределения прибыли.

Судом первой инстанции также исследован довод о том, что, заявляя о недействительности сделки, конкурсный управляющий сослался на отсутствие у него документов бухгалтерского учета, в том числе касательно оспоренного договора купли-продажи, в связи с неисполнением руководителем должника обязанности по передаче данной документацию должника. Такая позиция, как верно указал суд, создает для конкурсного управляющего привилегированное процессуальное положение и фактически освобождает его от обязанности доказывания своей позиции. Однако утверждение об отсутствии документов бухгалтерского учета должника автоматически не свидетельствует о недобросовестном поведении ФИО3 при совершении оспариваемой сделки. Факт непередачи документации должника может быть положен в основу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника, но не может обладать заранее установленной силой при рассмотрении обособленного спора о признании сделки недействительной.

Судом также установлено отсутствие в материалах дела убедительных доказательств, свидетельствующих о мнимости либо притворности спорного договора купли-продажи от 17.09.2019, доказательств того, что при совершении оспариваемой сделки стороны не намеревались породить правовые последствия, присущие сделке подобного рода, равно как и подтверждения того, что ими преследовалась иная цель, нежели отчуждение продавцом и приобретение покупателем автомобиля.

Доказательств того, что после отчуждения автомобиля ООО «Компания Рыбный Штурман» фактически владело и пользовалось имуществом, не представлено. Напротив, согласно ответу МОРАС ГИБДД № 1 УМВД России по Приморскому краю в период с 2019 года по 2023 год ФИО2 привлекался к административной ответственности за правонарушения в области безопасности дорожного движения с использованием автомобиля; ФИО2 застраховал свою гражданскую ответственность при управлении спорным транспортным средством, что в совокупности подтверждает реальность выбытия автомобиля из владения должника в пользу ответчика.

Установив, что в условиях отсутствия оснований полагать, что контрагент по спорной сделке является заинтересованным либо аффилированным по отношению в должнику лицом, реальность передачи денежных средств должнику за приобретенное транспортное средство подтверждена, сделка совершена на условиях, обыкновенных и свойственных подобного рода сделкам на автомобильном рынке, в процессе нормальной хозяйственной деятельности должника, доказательств обратного конкурсным управляющим в материалы дела не представлено, а также что цель причинения вреда интересам кредиторов не доказана, а неплатежеспособность или недостаточность имущества должника при таких условиях не имеет правового значения, суд пришел к верному выводу о том, что в отсутствие одного из обязательных элементов состава недействительности оспариваемого договора купли-продажи неплатежеспособность (недостаточность имущества) должника на момент совершения спорной сделки, даже будучи доказанной, сама по себе не имеет правового значения, так как не является самостоятельным основанием для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом полно исследованных материалов дела и установленных обстоятельств, коллегия признает отказ суда первой инстанции в признании оспариваемого договора недействительной сделкой в порядке пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве законным и обоснованным.

В соответствии с разъяснениями Постановления № 63 (пункт 4) наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из правовой позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, предоставленная возможность квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом как ничтожную распространяется только на сделки с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное при отсутствии равноценного встречного предоставления по сделке, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о действительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2. Закона о банкротстве. 

Иной подход приводит к тому, что содержание статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковой давности по оспоримым сделкам, что является недопустимым (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Заявленные основания недействительности охватываются диспозицией статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем апелляционный суд признает правильным вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для квалификации сделки как ничтожной на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

Учитывая изложенное, арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции сделаны в соответствии со статьей 71 АПК РФ на основе полного и всестороннего исследования всех доказательств по делу с правильным применением норм материального права.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

В силу пункта 19 Постановления № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в связи с предоставленной отсрочкой по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе с ООО «Компания Рыбный Штурман» надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 19.04.2024 по делу № А51-15149/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Компания Рыбный Штурман» в доход федерального бюджета государственную пошлину по апелляционной жалобе в сумме 3 000 (три тысячи) рублей.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.


Председательствующий

Т.В. Рева


Судьи


А.В. Ветошкевич


К.П. Засорин