Постановление от 21 октября 2024 г. по делу № А37-26/2023

Шестой арбитражный апелляционный суд улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 06АП-5177/2024
21 октября 2024 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 октября 2024 года. Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Воробьевой Ю.А., судей Ротаря С.Б., Сапрыкиной Е.И.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Щербак Д.А., при участии в заседании (в режиме веб-видеоконференции):

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

на определение от 02.08.2024

по заявлению конкурсного управляющего ФИО2

к индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

о признании сделок недействительными (вх. № 19) по делу № А37-26/2023 Арбитражного суда Магаданской области

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания 49» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании общества с ограниченной ответственностью «ТрансКомМаг» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес регистрации: 685000, <...>) несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Строительная компания 49» (далее - ООО «СК 49») 11.01.2023 обратилось в Арбитражный суд Магаданской области с

заявлением о признании ООО «ТрансКомМаг» несостоятельным (банкротом). Определением от 26.01.2023 заявление принято к производству.

Определением от 27.03.2023 заявление кредитора признано обоснованным, в отношении ООО «ТрансКомМаг» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО2, член некоммерческого партнёрства союза «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих «Альянс управляющих».

Решением от 27.06.2023 ООО «ТрансКомМаг» признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий 16.12.2023 обратился в суд к индивидуальному предпринимателю (далее – ИП) ФИО1 (далее также – ответчик) с заявлением о признании недействительными сделками платежей в общей сумме 7715107руб.45коп., совершенных за счёт должника и самим должником в период с 07.03.2018 по 02.06.2020, о применении последствий недействительности сделок в виде обязания ответчика возвратить в конкурсную массу денежные средства в сумме 7715107руб. (с учетом изменения (уменьшения) предмета заявления от 22.03.2024, принятого в соответствии со статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 02.04.2024).

Заявление подано со ссылкой на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и обосновано перечислением денежных средств ООО «ТрансКомМаг» в пользу ИП ФИО1 как аффилированного лица, которое не оказывало услуг должнику, а использовало приобретенное за счет должника имущество для извлечения собственной выгоды, для вывода активов с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и со злоупотреблением правом.

Определениями от 08.02.2024 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве заинтересованных лиц привлечены ФИО3 (бывший директор должника) и финансовый управляющий его имуществом ФИО4.

Определением от 02.8.2024 признаны недействительными сделками платежи ООО «ТрансКомМаг» в общей сумме 7715107руб.45коп. в пользу ИП ФИО1; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в конкурсную массу денежных средств в указанной сумме.

Не согласившись с определением от 02.08.2024, ИП ФИО1 28.08.2024 обратился в апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение и принять по делу новый судебный, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Указывает, что суд принял во внимание только доводы конкурсного управляющего и не дал оценки доводам ответчика, ограничившись признанием их не имеющими существенного правового значения при рассмотрении обособленного спора. Настаивает на том, что оспариваемые платежи совершены в процессе обычной хозяйственной деятельности должника и направлены на оплату грузовых перевозок, которые выполнены ответчиком с использованием собственного имущества (транспортного средства), что подтверждается представленными в материалы дела актами оказания услуг и товарными накладными. Также настаивает на отсутствии заинтересованности и аффилированности между ним и ООО «ТрансКомМаг», поскольку доверенность от имени общества действовала незначительный период (с 01.01.2020 по 31.12.2021) и предоставляла узкий круг полномочий в правоотношениях между должником и АО «Полюс Магадан» в рамках договора перевозки груза и не позволяла

ответчику контролировать деятельность должника или влиять на нее. Полагает, что материалами дела не подтверждаются доводы конкурсного управляющего о приобретении автомобиля на выведенные из ООО «ТрансКомМаг» денежные средства (поскольку ФИО3 приобрел имущество по договору лизинга и в ходе судебного разбирательства подтвердил внесение лизинговых платежей за счет денежных средств, полученных от ответчика) и вместе с тем подтверждается реальность оказания ответчиком должнику услуг по перевозке груза; конкурсный управляющий ссылается на начало формирования задолженности по обязательным платежам в 2018-2019 годах, поэтому отсутствует связь сделки по приобретению ФИО3 автомобиля в 2013 году и сделки по приобретению автомобиля у ФИО3 ответчиком в 2016 году. Обращает внимание, что должник в спорный период не имел дохода в таком размере, который получил ответчик, то есть не мог финансировать деятельность последнего. Ответчик ссылается на недоказанность оснований для признания сделки недействительной, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; на отсутствие доказательств наличия у ООО «ТрансКомМаг» признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок; в частности выводы суда об имущественном кризисе должника опровергаются тем обстоятельством, что общество в 2020 году исполняло арендные обязательства перед контрагентами в сумме 2159124руб. Также ссылается на отсутствие выхода обстоятельств совершения оспариваемых сделок за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Указывает, что судом оставлено без внимание его заявление о пропуске срока исковой давности.

В судебном заседании, которое проведено с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел», приняли участие представитель ФИО1 и конкурсный управляющий. Суд, руководствуясь статьёй 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассмотрел апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Судом удовлетворено ходатайство представителя ООО «СК 49» ФИО5 об участии в судебном заседании в режиме веб-конференции. В назначенное время судебного заседания представитель кредитора не подключился к веб-конференции, о причинах суду не сообщил.

До начала заседания через систему подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» поступил отзыв (письменные прения) ООО «СК 49» на апелляционную жалобу, в которых вновь указало, что представленными в материалы дела товарно-транспортными накладными подтверждается факт оказания услуг по грузоперевозкам именно должником, ответчиком не доказана возможности выполнения перевозок своими силами (отсутствие водителей в штате); по условиям договора поставки от 27.12.2018 № ПМ744-18 товар поставлялся с использованием автомобиля, который находился во владении должника; отсутствуют доказательства наличия у ИП ФИО1 финансовой возможности приобрести автомобиль, с использованием которого выполнялась поставка контрагенту должника.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на неё, возражения конкурсного управляющего, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на расчётный счёт ИП ФИО1 перечислены денежные средства в общей сумме 7715107руб.:

- со счёта ООО «Трансэнергострой» 07.03.2018 в сумме 2000000руб. и 19.03.2018 в сумме 500000руб. в качестве оплаты за ООО «ТрансКомМаг» за щебень по акту сверки на 07.03.2018;

- со счёта ООО «ТрансКомМаг» в ПАО «Сбербанк России» в период с 06.02.2019 по 10.07.2020 в общей сумме 4065987руб.45коп. в качестве оплаты услуг по перевозке груза и песка по актам сверки;

- со счёта ООО «ТрансКомМаг» в Банке ВТБ (ПАО) в 02.06.2020 перечислено 1149120руб. в качестве оплаты по акту сверки за перевозку груза.

Как указывает конкурсный управляющий, оспариваемые платежи совершены должником и за его счёт с заинтересованным по отношению к нему лицом: от имени ООО «ТрансКомМаг» в лице ФИО3 01.02.2020 ответчику выдана доверенность, ответчик и ФИО3 состоят в дружеских отношениях, а также заинтересованность подтверждается платежными операциями, совершенными с расчетного счета ответчика в пользу ФИО3 (платежи от 13.12.2017, 27.12.2017, 29.12.2017, 09.01.2018).

Доводы сводятся к тому, что группой контролирующих должника лиц реализована схема, при которой часть прибыли общества выводилась напрямую в пользу бенефициара ФИО3 и его сына ФИО6, другая часть прибыли выводилась на аффилированных лиц, в том числе на ИП ФИО1; директор ФИО3 незаконно вывел денежные средства должника, на которые приобрел автомобили, один из которых отчуждён в собственность ИП ФИО1; после реализации указанной схемы ООО «ТрансКомМаг» продолжало пользоваться транспортными средствами, приобретенными за счёт его активов и выведенными в пользу заинтересованных лиц, на которых в том числе концентрировалась прибыль общества и которые получали доход путём использования имущества, приобретенного за счет должника. Так, ФИО3 на незаконно выведенные средства должника приобрел автомобиль «МЗ МК 40.530.3R6- 6X4» (идентификационный номер <***>), затем формально передал его аффилированному лицу ИП ФИО1, после чего за счёт должника и от своего имени перечислял в пользу ИП ФИО1 денежные средства за услуги, оказанные с использованием данного автомобиля, за который ответчик с обществом не рассчитался.

В материалы дела представлены договор на грузовые перевозки от 01.09.2016 № 2, договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 01.11.2018 № 17/18 между ООО «ТрансКомМаг» (заказчик) и ИП ФИО1 (исполнитель, перевозчик), акты оказания услуг, товарно-транспортные и транспортные накладные. Услуги оказаны с использованием автомобиля-самосвала «МЗ МК 40.530.3R6-6X4» с государственным регистрационным знаком <***>, который приобретен ФИО3 по договору лизинга от 01.07.2013 у ООО «Экспо-лизинг», а затем продан ИП ФИО1 по договору от 22.08.2016.

Ссылаясь на то, что в результате перечисления денежных средств должником и за его счёт в пользу аффилированного лица совершена сделка по выводу активов ООО «ТрансКомМаг» с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, со злоупотреблением правом, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно руководствовался следующим.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным

судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Для соблюдения интересов кредиторов Закон о банкротстве предписывает арбитражному управляющему принимать меры, направленные на выявление и возврат имущества должника. К таким действиям относится и право на обращение в суд с заявлением о признании недействительными отдельных сделок должника, совершенных как до, так и после возбуждения процедуры банкротства и нарушающих интересы кредиторов.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве).

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной нормы (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 указанного постановления).

Поскольку производство по делу о признании ООО «ТрансКомМаг» банкротом возбуждено 26.01.2023, а оспариваемые платежи совершены в период с 19.03.2018 по 10.07.2020, то часть платежей за период с 19.03.2018 по 23.01.2020 совершена за пределами периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а остальные платежи от 18.02.2020, 19.02.2020, 21.05.2020, 02.06.2020, 10.07.2020 совершены в пределах периода, установленного указанной нормой.

Из заявления конкурсного управляющего следует, что нормативным обоснованием заявления являются пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и пункт 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из содержания пункта 1 статьи 170 ГК РФ следует, что при совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие правовые последствия. При этом мнимая сделка не предполагает исполнения. Если же сделка исполнялась, она не может быть признана мнимой.

Оспариваемые платежи фактически совершены за счёт должника, в связи с чем не могут быть признаны мнимыми сделками.

Вместе с тем в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ ничтожной является также притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Притворная сделка характеризуется тем, что стороны умышленно искажают свое волеизъявление таким образом, чтобы вместо той сделки, которую они на самом деле хотят совершить, внешне это выглядело как иная сделка. Воля совершающих сделку лиц направлена не на те правовые последствия, которые отражены в волеизъявлении.

Как разъяснено в пунктах 87 и 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Законодательство исходит из того, что именно прикрываемая сделка, которая действительно имелась в виду, подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 № 301-ЭС17-19678). При этом признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия: применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки.

Как следует из пояснений ответчика и ФИО3, ООО «ТрансКомМаг» и ответчик заключили следующие договоры:

- договор грузовых перевозок от 01.09.2016 № 2, по условиям которого исполнитель (ИП ФИО1) обязуется оказать заказчику (ООО «ТрансКомМаг») услуги по организации перевозки грузов. Исполнитель обязуется подавать под погрузку исправный передвижной состав, обеспечивать безопасность перевозки и сохранность груза, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в порядке и сроки, определенные договором (раздел 1 договора);

- договор перевозки грузов автомобильным транспортом от 01.11.2018 № 17/18, по условиям которого перевозчик (ИП ФИО1) обязуется доставить вверенный ему заказчиком (ООО «ТрансКомМаг») груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (грузополучателем) на условиях, указанных в договоре, а заказчик обязуется уплачивать за перевозку груза установленную плату в порядке и на условиях, указанных в договоре.

Ответчик в ходе рассмотрения спора настаивал на том, что денежные средства в спорной сумме получены от должника за оказание услуг по перевозке различных грузов.

Согласно сведениям Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей (далее – ЕГРИП) ФИО1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 11.05.2013, основным видом его экономической деятельности является деятельность автомобильного грузового транспорта и услуги по перевозкам, дополнительные виды деятельности также связаны с оказанием услуг перевозки.

Основным видом деятельности ООО «ТрансКомМаг» является вспомогательная прочая деятельность, связанная с перевозками.

Услуги оказаны должнику с использованием автомобиля-самосвала марки «МЗ МК 40.530.3R6-6X4» с государственным регистрационным знаком <***>. В подтверждение фактического оказания услуг представлены сведения о детализации движения транспортных средств системы «Платон» за период с 01.01.2019 по 31.12.2019 и за период с 01.01.2020 по 31.12.2020; копии актов оказания услуг, товарно-транспортных накладных, из содержания которых следует, что грузоотправителем является ООО «ТрансКомМаг», а грузополучателем является АО «Полюс Магадан».

В ходе рассмотрения спора ответчик пояснил, что по требованию АО «Полюс Магадан» на его имя выдана представленная в материалы дела доверенность от 01.01.2020, на которую в качестве доказательства аффилированности сторон указывал конкурсный управляющий.

Также из материалов дела следует, что АО «Полюс логистика» (заказчик) и ООО «ТрансКомМаг» (исполнитель) 01.09.2071 заключили договор об организации перевозок грузов автомобильным транспортом № ПЛ-669-17, по условиям которого исполнитель обязуется оказать услуги заказчику по организации перевозки грузов, подавать под погрузку исправный подвижной состав, обеспечивать безопасность перевозки и сохранность груза, а заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в порядке и сроки, определенные договором.

По условиям пункта 2.2 договора от 01.09.2017 на каждую партию груза, следующего в одном транспортном средстве, исполнителем письменно оформляется транспортная накладная по форме согласно приложению № 4.

По условиям пункта 4.1.2 договора от 01.09.2017 исполнитель обязуется выполнить работы собственными транспортными средствами. В случае привлечения исполнителем иных транспортах средств, предварительно согласовать данное привлечение заказчиком и направить договор аренды транспортного средства.

В соответствии с пунктом 4.1.3 договора от 01.09.2017 исполнитель имеет право осуществлять перевозку грузов по договору, используя только те транспортные средства, которые указаны в приложении № 2 к договору.

В приложении № 2 к договору от 01.09.2017 установлен перечень транспортных средств, используемых при перевозке грузов, в пункте 20 которого указан самосвал «МАН» с государственным регистрационном знаком <***>, его собственником указан ФИО1, основанием использования должником транспортного средства указан договор аренды без реквизитов.

Конкурсный управляющий и кредитор полагают, что перевозка груза на объект АО «Полюс Магадан» в пос.Омчак Магаданской области выполнялась должником, что также подтверждается записями в журналах регистрации входящего/выходящего автотранспорта КПП БРУ, из содержания которых следует, что услуги самосвала «МАН» с государственным регистрационном знаком <***> под управлением водителей ФИО7 и ФИО8 оказывались непосредственно должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 785 ГК РФ по договору перевозки груза перевозчик обязуется доставить вверенный ему отправителем груз в пункт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (получателю), а отправитель обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату.

Заключение договора перевозки груза подтверждается составлением и выдачей отправителю груза транспортной накладной (коносамента или иного документа на груз, предусмотренного соответствующим транспортным уставом или кодексом) (пункт 2 статьи 785 ГК РФ).

Статьёй 10 ГК РФ установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений.

Вместе с тем при рассмотрении дел о банкротстве установлены повышенные стандарты доказывания при рассмотрении заявлений сторон, в том числе, при доказывании наличия правоотношений с должником.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 17 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, арбитражный управляющий и кредиторы должника должны заявить доводы и (или) указать на доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных должником и лицом, вступившим в правоотношения с должником. Бремя опровержения этих сомнений лежит на таком лице как на лице, которое при наличии фактических отношений имеет возможность для подтверждения своей позиции и опровержение разумных сомнений.

Применение повышенного стандарта доказывания может выражаться в необходимости представления доказательств фактической возможности совершения сделки на основании имевшихся на момент исполнения обязательств активов, наличие финансовых возможностей, привлечения иных лиц для исполнения сделки с должником, материалами проведенного налогового контроля в отношении должника или кредитора (пункт 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016).

В апелляционной жалобе ответчик указал, что фактическое оказание услуг перевозки подтверждается представленными в материалы дела первичными документами (товарно-транспортными накладными).

В копиях части товарно-транспортных накладных указано транспортное средство, с использованием которого выполнялась грузоперевозка: автомобиль «MAN» с государственным регистрационным знаком <***>. Грузоотправителем в товарных накладных указано ООО «ТрансКомМаг», имеется оттиск печати должника.

Ответчиком не представлены путевые листы, доказательства приобретения и расходования топлива для оказания должнику услуг, вместе с тем фактическое передвижение автомобиля подтверждается сведениями системы «Платон», которая распространяется на все автомобильные дороги общего пользования федерального значения.

Согласно пояснениям ответчика о приобретении им автомобиля с государственным регистрационным знаком <***> в период с 1992 года по 2009 год он работал на руднике имени Матросова, который затем переименован в АО «Полюс Магадан»; в августе 2013 году он передал ФИО3 1050000руб. для внесения авансового платежа по договору лизинга, который ФИО3 заключил с ООО «ЭКСПО- лизинг», и заключил с ФИО3 08.08.2013 договор аренды автомобиля с правом выкупа; фактически автомобиль выкуплен в 2016 году путем отработки на нём по перевозке различных грузов для ИП ФИО3, который самостоятельно рассчитывался с лизингодателем.

При этом вопреки вышеуказанным пояснениям ответчика по его же пояснениям денежные средства в сумме 1050000руб. переданы ИП ФИО3 по договору беспроцентного целевого займа от 01.07.2013 для приобретения заёмщиком в лизинг грузового самосвала «MAN» (для внесения аванса в виде первого лизингового платежа).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической, но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056).

Из возражений ФИО3, поступивших в суд 20.06.2024, следует, что договор аренды самосвала с правом выкупа от 08.08.2013 и договор беспроцентного целевого займа от 01.07.2013 действительно заключены с ФИО1 ФИО3 подтвердил свои подписи в указанных договорах.

Исходя из того, что ФИО1 и ФИО3 знакомы более 10 лет (пояснения ответчика в заседании 08.02.2024), изначально автомобиль «MAN» с государственным регистрационным знаком <***> приобретен ФИО3 для ИП ФИО1 (что следует только из пояснений названных лиц и не следует из договора займа от 01.07.2013), принимая во внимание характер расчетов между сторонами договора аренды от 08.08.2013 и последующие совместные действия по использованию автомобиля, апелляционный суд приходит к выводу о наличии между контролирующим должника лицом и ответчиком общего имущественного интереса не только в хозяйственной деятельности, но и при рассмотрении настоящего обособленного спора, то есть фактической аффилированности. ФИО1 и ФИО3 не раскрыли, по какой причине ответчик не мог самостоятельно заключить договор лизинга и вносить по нему платежи, а не действовать через ФИО3

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она совершена, так, сделка может быть признана недействительной по статье 10 и пунктам 1 или 2 статьи 168 ГК РФ, а при наличии в законе специального основания недействительности сделка признается недействительной по этому основанию (по статье 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Обязательным признаком сделки для целей квалификации как ничтожной по пункту 1 статьи 10 ГК РФ является направленность сделки на причинение вреда кредиторам, под чем в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При этом для квалификации сделки как недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о злоупотреблении правом и со стороны контрагента (пункт 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»), а для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 ГК РФ требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1)).

Определением от 29.09.2023 с бывшего генерального директора ООО «ТрансКомМаг» ФИО3 в пользу общества должника взыскана компенсация убытков в размере

138661318руб.61коп. При рассмотрении обособленного спора установлено, что денежные средства в сумме 128496318руб.61коп. выведены со счёта должника в ПАО «Сбербанк России» в период с 07.03.2013 (день открытия счета).

При рассмотрении настоящего обособленного спора не опровергнуты доводы конкурсного управляющего о приобретении автомобиля «MAN» с государственным регистрационным знаком <***> за счёт выведенных из активов ООО «ТрансКомМаг» денежных средств (договор лизинга заключен 01.07.2013).

Возражения ИП ФИО1 относительно наличия у него финансовой возможности внести аванс за автомобиль в сумме 1050000руб. достоверно не подтверждены: отсутствуют доказательства накопления денежных средств в течение десяти лет при наличии ежедневных текущих расходов в размене не менее величины прожиточного минимума, а квартира в п.Омчак Тенькинского района продана за пять лет до заключения договора аренды с правом выкупа от 08.08.2013, и доказательства хранения выручки на банковском счете также отсутствуют.

В подтверждение доводов о расчетах за автомобиль путем выполнения работ для ИП ФИО3 также представлены только составленные аффилированными лицами акты оказания услуг и счета и не представлены какие-либо внешние документы, исходящие от независимых лиц. В этой связи пояснения ФИО3 о внесении платежей по договору лизинга за счет ФИО1 суд также не принимает, поскольку не обоснована необходимость приобретения имущества в лизинг именно через бывшего директора должника как посредника.

В любом случае факт расчетов между ФИО1 и ФИО3 не имеет правового значения для рассмотрения спора, поскольку вышеуказанный автомобиль приобретен не за счет личных средств ФИО3, а за счёт должника. С учетом изложенного не имеет правового значения для рассмотрения обособленного спора факт ремонта автомобиля за счет ИП ФИО1 и факт предоставления им автомобиля в пользование третьим лицам.

В этом случае использование автомобиля для извлечения собственной выгоды и оплата его использования также за счёт ООО «ТрансКомМаг» свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны ответчика и бывшего руководителя общества в целом и о совершении прикрываемой сделки по выводу активов ООО «ТрансКомМаг» (пункт 2 статьи 170 ГК РФ) как частного случая злоупотребления правом. Данные обстоятельства помимо изложенного являются подтверждением совершения платежей с выходом за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: перечисления совершались не на оплату фактически не оказанных услуг, а на оплату услуг, оказанных с использованием имущества, приобретенного за счет самого должника.

В этой связи доводы ИП ФИО1 об отсутствии у ООО «ТрансКомМаг» в спорный период признаков неплатёжеспособности и о наличии у него иных контрагентов по грузоперевозкам не влияют на обоснованность заявления конкурсного управляющего. Более того суд установил, что основным источником дохода ответчика являлись перечисления от должника и ИП ФИО3, и только в 2020 по 2021 годах (после завершения перечисления денежных средств с расчетного счета должника) ответчику начали поступать платежи от независимых контрагентов.

Разумные сомнения конкурсного управляющего и кредитора относительно приобретения автомобиля с использованием личных средств ФИО1 и ФИО3 при рассмотрении дела не устранены достаточными и бесспорными доказательствами.

При этом сделки, признанные судом недействительными, совершены за период, когда у ООО «ТрансКомМаг» начала формироваться задолженность по обязательным платежам

в бюджет, которая также включена в реестр требований кредиторов, не погашена до настоящего времени и составляет 4825347руб.45коп.

ИП ФИО1 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на оспаривание платежей.

При оспаривании совершенных должником сделок по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, специальные правила о сроках исковой давности, установленные законодательством о банкротстве (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве) не применяются (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.03.2012 № 15051/11).

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

ФИО2 утвержден временным управляющим по настоящему делу решением от 27.03.2023 и обратился в суд с заявлением о признании сделок недействительными 16.12.2023.

Следовательно, поскольку управляющий не является стороной оспариваемых сделок, а исполнительный орган должника не был заинтересован в их оспаривании, течение срока исковой давности исчисляется в соответствии со статьей 181 ГК РФ, то есть с момента, когда управляющий ФИО2 узнал или должен был узнать о начале исполнения сделок. Таким образом заявление в любом случае подано в суд в пределах срока исковой давности, а доводы ответчика по существу сводятся к неправомерности оспаривания сделок, совершенных за пределами трёхлетнего периода до возбуждения дела о банкротстве ООО «ТрансКомМаг». Однако в рассматриваемом случае заявителем является должник в лице конкурсного управляющего как нового руководителя при очевидном отсутствии у предыдущего руководителя интереса в оспаривании платежей в пользу ИП ФИО1 При этом конкурсный управляющий в окончательной редакции заявления просил признать недействительными только те платежи, которые совершены в период накопления кредиторской задолженности.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку ответчик получил от должника денежные средства, суд правомерно применил последствия недействительности оспариваемых сделок в виде взыскания с ответчика в пользу конкурсной массы выведенных денежных средств. Основания для восстановления ИП ФИО1 какого-либо требования к должнику отсутствуют.

Все доводы заявителя апелляционной жалобы по существу сводятся к иному пониманию и толкованию законных и обоснованных выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеют правовое значение для принятия судебного акта по существу, влияют на обоснованность и законность судебного акта либо опровергают выводы суда

первой инстанции, в связи с чем не могут служить основанием для отмены обжалуемого определения.

Руководствуясь статьями 223, 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Магаданской области от 02.08.2024 по делу № А3726/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение месяца со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Ю.А. Воробьева

Судьи С.Б. Ротарь

Е.И. Сапрыкина