Решение от 30 марта 2022 г. по делу № А33-36452/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ



ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


30 марта 2022 года


Дело № А33-36452/2020


Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 23 марта 2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 30 марта 2022 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Курбатовой Е.В., рассмотрев в судебном заседании дело по первоначальному иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310245706100081), г. Норильск

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Норильск

о взыскании убытков, неосновательного обогащения,

по встречному иску индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>), г. Норильск

к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310245706100081), г. Норильск

о взыскании штрафа, задолженности, ущерба

при участии в судебном заседании:

от ответчика по первоначальному иску (до перерыва): ФИО3, представителя по доверенности,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании 5 587 070,70 руб. убытков за период с 13.03.2020 по 29.05.2020 по договору субаренды от 01.07.2017 №ГД-01/17, 3 500 800 руб. неосновательного обогащения за период с января 2019 по ноябрь 2019 года.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 13.01.2021 возбуждено производство по делу.

Определением от 17.02.2021 к производству принято встречное исковое заявление о взыскании: 6 415 800 руб. штрафа, 2 196 400 руб. задолженности по субарендной плате по договору от 27.11.2019№ ГД-01/17, 67 382,46 руб. задолженности по коммунальным услугам, 3 883 878,38 руб. ущерба.

Представитель ответчика по встречному иску в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителя ответчика по встречному иску. Информация о дате и месте проведения судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru (портал Федерального Арбитражного Суда Российской Федерации: http: www.arbitr.ru/grad/).

14.03.2022 в материалы дела через систему «Мой Арбитр» от истца по первоначальному иску поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором истец по первоначальному иску просит суд взыскать 3 500 800 руб. неосновательного обогащения.

Суд удовлетворил заявление истца по первоначальному иску об уточнении исковых требований на основании статьи 49 АПК РФ.

В судебном заседании, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялся перерыв до 11 час. 20 мин. 23.03.2022.

После перерыва представители лиц, участвующих в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле. Информация о дате и месте проведения судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет по следующему адресу: http://krasnoyarsk.arbitr.ru (портал Федерального Арбитражного Суда Российской Федерации: http: www.arbitr.ru/grad/).

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

01.07.2017 индивидуальный предприниматель ФИО1 (субарендатор) и индивидуальный предприниматель ФИО2 (арендатор) заключили договор субаренды части нежилого помещения от 01.07.2017 № ГД-01/17 (далее - договор субаренды), согласно пункту 1.1. которого арендатор предоставляет субарендатору во временное пользование за плату часть нежилого помещения (далее – помещение), с целью размещения в нем мебели и оборудования для деятельности предприятия общественного питания, расположенного по адресу: г. Норильск Красноярского края, проспект Ленинский, дом 16, этаж 1, пом. 128 кадастровый (условный) номер 24-24-38/003/2006-809.

Согласно пункту 1.4. договора субаренды, помещение расположено на 1 этаже здания, его схема указана в Приложении № 2. Имеет отдельный вход, площадь 149 м2.

В соответствии с пунктом 4.4.1. договора субаренды, арендатор обязан предоставить часть нежилого помещения в состоянии пригодным для использования в соответствии с целями аренды.

Согласно пунктам 10.1. и 10.2. договор вступает в силу с даты его государственной регистрации в органах, осуществляющих государственную регистрацию прав на недвижимое имущества и сделок с ним. Любые изменения и дополнения могут вноситься в договор только в виде дополнительного соглашения, подписанного обеими сторонами и зарегистрированного в установленном действующем законодательном порядке.

Управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю произведена государственная регистрация договора аренды 22.08.2017 номер регистрации 24:55:0402011:3109-24/123/2017-2.

На момент заключения договора субаренды арендатор владеет помещением на основании договора аренды от 07.10.2016 № 5000-А заключенному с Управлением имущества Администрации города Норильска и зарегистрированного в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним за № 24-24/027-24/038/008/2016-19 от 20.12.2016.

Из материалов дела следует, что до заключения договора субаренды, арендатором была произведена реконструкция помещения.

По акту приема-передачи арендодатель передал, а арендатор принял в пользование нежилое помещение, расположенное по адресу: г. Норильск Красноярского края, проспект Ленинский, дом 16, этаж 1, пом. 128 кадастровый (условный) номер 24-24-38/003/2006-809.

Срок аренды части нежилого помещения по соглашению сторон устанавливается на период с «01» июля 2017 по «15» января 2025 года.

Дополнительным соглашением от 27.11.20019 стороны согласовали иной срок прекращения договора - 31.03.2020.

Предоставление помещения субарендатору производится по акту приёма-передачи №1, который подписывается арендатором и субарендатором в день подписания договора субаренды.

Актом от 26.07.2019 Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю произведена проверка, в ходе которой выявлены нарушения обязательных требований к данному помещению, выразившихся в нарушении санитарно-эпидемиологических требований.

05.03.2020 решением Норильского городского суда по делу №2-1/2020 эксплуатация нежилого помещения запрещена до приведения ИП ФИО2 его в первоначальное состояние на момент заключения договора аренды недвижимого имущества муниципальной собственности №500-А от 07.10.2016. Судом установлено, что в помещении в нарушение норм действующего законодательства ИП ФИО2 проведены переустройства и перепланировка с нарушением несущих конструкций. В связи с чем, суд постановил привести помещение в первоначальное состояние с демонтажем опорных стенок, плиты перекрытия, омолочивании колон, без восстановления поздней антресоли, лестниц, дверного проема, признано незаконным ранее выданное разрешение на строительство. Судом также установлено, что для эксплуатации помещения в соответствии с требованиями пожарной безопасности оно должно иметь два выхода – основной и эвакуационный.

Фактически помещение не соответствует плану с даты заключения договора субаренды.

13.03.2020 на основании решения суда, нежилое помещение опечатано судебными приставами, его эксплуатация запрещена, а субарендатор утратил возможность использовать помещение в целях, предусмотренных договором субаренды. В результате чего у ИП ФИО1 образовались убытки виде упущенной выгоды за период 13.03.2020 по 29.05.2020.

29.05.2020 стороны подписали акт приёма-передачи помещения из субаренды.

Согласно пункту 3.1. договора субаренды, субарендная плата устанавливается в денежной форме и составляет 220 520 рублей в месяц. НДС не облагается. Субарендные платежи производятся ежемесячно, не позднее 5 (пятого) числа каждого месяца за текущий месяц субаренды.

Как указывает истец, в период с 10.01.2019 по 20.12.2019 сумма субарендной платы перечислялась истцом в большем размере, а сумма возникшей переплаты предполагалась к зачёту в счёт последующих арендных платежей. Поскольку срок субаренды согласно пункту 5.1. договора субаренды первоначально установлен по 15.01.2025, стороны 27.11.2019 заключили дополнительное соглашение к договору субаренды, в котором установили иной срок прекращения договора, а именно 31.03.2020. С учётом сложившихся между сторонами взаимоотношений нарушение прав истца произошло не в момент осуществления им платежа в размере большем, чем предусмотрено по договору субаренды, а после прекращения договора субаренды, когда оставшиеся у ответчика средства, перечисленные истцом, не могли более засчитываться в счёт уплаты будущих арендных платежей.

Как указывает истец, с момента прекращения договора 29.05.2020 ответчиком безосновательно удерживались денежные средства, перечисленные индивидуальным предпринимателем ФИО1. По мнению истца, образовалась переплата на сумму 3 500 800 руб. (с учетом уточнения), что составляет сумму неосновательного обогащения за период с января 2019 по ноябрь 2019 года.

Истец обратился к ответчику с претензией от 17.09.2020 о возмещении убытков в виде упущенной выгоды и взыскании неосновательного обогащения.

Вышеуказанная претензия ответчиком оставлена без удовлетворения.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств, истец обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с индивидуального предпринимателю ФИО2 5 587 070,70 руб. убытков по договору субаренды от 01.07.2017 №ГД-01/17 за период с 13.03.2020 по 29.05.2020, 3 500 800 руб. неосновательного обогащения (с учетом уточнения иска) за период с января 2019 по ноябрь 2019 года.

Возражая против заявленных первоначальных требований истец 16.02.2021 направил в арбитражный суд отзыв на исковое заявление, а также встречное исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 6 415 800 руб. штрафа, 2 196 400 руб. задолженности по субарендной плате (за период с 02.04.2020 по 29.05.2020) по договору № ГД-01/17 от 01.07.2017, 67 382,46 руб. задолженности по коммунальным услугам (за февраль-март 2020 года), 3 883 878,38 руб. ущерба.

В обоснование заявленного требования о взыскании штрафа в размере 6 415 800 руб. истец по встречному иску ссылается на следующие обстоятельства.

Вместе с тем, субарендатор фактически завладел и стал использовать все помещение целиком, то есть вместо использования 149 м2 как это предусмотрено договором субаренды, субарендатор использовал 357 м2. Согласно пункту 8.5. договора субаренды, в случае использования помещения без согласия арендатора не в соответствии с условиями договора или целевым назначением, субарендатор обязан выплатить истцу по встречному иску штраф в 2-кратном размере месячной арендной платы и возмещает все причиненные этим убытки (реальный ущерб).

В период использования помещения необходимо включить период с 01.07.2019 по 29.05.2020, то есть всего 333 дня. Согласно достигнутым между сторонами договоренностям размер субарендной платы составляет 650 000 руб . При этом, письмом от 07.11.2019 № 402 по просьбе ИП ФИО1 ИП ФИО2 предоставил субарендатору скидку по субарендной плате в размере 72 000 руб. Следовательно, начиная с 01.10.2019 размер субарендной платы составляет 578 000 руб. Таким образом, штраф составляет 6 415 800 руб.00 коп. (19 266,67 руб. (578 000 руб. / 30 дней в месяце) 333 дня (с 01.07.2019 по 29.05.2020).

В обоснование заявленного требования о взыскании задолженности по субарендной плате в размере 2 196 400 руб. истец по встречному иску ссылается на следующие обстоятельства.

Между арендатором и субарендатор заключено дополнительное соглашение от 27.11.2019, по условиям которого, договор субаренды расторгается с 31.03.2020. Согласно пункту 5 дополнительного соглашения, возврат объекта должен быть осуществлен по акту не позднее 01.04.2020. В нарушение взятых на себя обязательств субарендатор обязательства по возврату объекта исполнил только 29.05.2020.

Таким образом, начиная с 02.04.2020 на ИП ФИО1 лежит обязанность внести ИП ФИО2 субарендную плату в размере 2 196 400 руб. ((578 000 руб. / 30 дней) * 2) * 57 дней (с 02.04.2020 по 29.05.2020).

В обоснование заявленного требования о взыскании причинённого ущерба в размере 3 888 878 руб. 38 коп. истец по встречному иску ссылается на следующие обстоятельства.

При возврате объекта из субаренды, между сторонами был составлен акт от 29.05.2020, в котором отражены все замечания и недостатки, который имел объект на указанную дату. Состояние объекта также отражено в акте технического состояния от 05.06.2020, составленного представителем арендатора с участием судебного пристава -исполнителя, представителя арендодателя – Управления имущества Администрации города Норильска и представителя управляющей компании – ООО «УК «Жилкомсервис». Из содержания перечисленных актов и результатов фотосъемки следует, что объекту причинен значительный ущерб. При этом ущерб причинен не только той части объекта, которая передавалась по договору субаренды, но и тем частям, на которые у субарендатора не было каких-либо прав.

Ответчик по встречному иску представил отзыв на встречное исковое заявление.

В связи с невнесением указанных субарендных платежей истец по встречному иску обратился к ответчику с претензией об оплате задолженности, штрафа, ущерба.

Таким образом, ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по внесению субарендной платы за пользование имуществом, возврата спорного нежилого помещения ответчику, истец по встречному иску обратился в арбитражный суд с иском о взыскании 415 800 руб. штрафа, 2 196 400 руб. задолженности по субарендной плате по договору № ГД-01/17 от 01.07.2017, 67 382,46 руб. задолженности по коммунальным услугам, 3 883 878,38 руб. ущерба.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Согласно статье 123 Конституции Российской Федерации, статьям 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Кодексом.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право и создающих угрозу его нарушения; присуждения к исполнению обязанности в натуре.

Согласно статье 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Из материалов дела следует, что 01.07.2017 индивидуальный предприниматель ФИО1 (субарендатор) и индивидуальный предприниматель ФИО2 (арендатор) заключили договор субаренды части нежилого помещения от 01.07.2017 № ГД-01/17.

Заключенный между сторонами договор является договором субаренды, отношения по которым регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ).

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью.

В силу пункта 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем), предоставлять арендованное имущество в безвозмездное пользование, а также отдавать арендные права в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственных товариществ и обществ или паевого взноса в производственный кооператив, если иное не установлено настоящим Кодексом, другим законом или иными правовыми актами. В указанных случаях, за исключением перенайма, ответственным по договору перед арендодателем остается арендатор. Договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды. К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Истец по первоначальному иску обратился с требованием о взыскании с ответчика 5 587 070,70 руб. убытков, составляющих упущенную выгоду за период с 13.03.2020 по 29.05.2020 по договору субаренды от 01.07.2017 №ГД-01/17, 3 500 800 руб. неосновательного обогащения, составляющего переплату по арендным платежам за период с января 2019 по ноябрь 2019г.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков, является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно лишь при наличии доказательств факта нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер понесенных истцом убытков и причинной связи между действиями ответчика и убытками. В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Истец, заключая 27.11.2019 с истцом дополнительное соглашение к договору субаренды, в котором установлен иной срок прекращения договора (31.03.2020) не мог не знать о том, что по результатам проверки Роспотребнадзора спорное помещение не пригодно для его использования в целях осуществления деятельности общественного питания. Вместе с тем, истец по первоначальному иску выразил волю на продолжение арендных отношений в спорном помещении.

Кроме того, истец был осведомлен о том, что 05.03.2020 решением Норильского городского суда по делу №2-1/2020 эксплуатация нежилого помещения запрещена до приведения ИП ФИО2 его в первоначальное состояние на момент заключения договора аренды недвижимого имущества муниципальной собственности №500-А от 07.10.2016.

Ссылка истца по первоначальному иску о том, что с 13.03.2020 истец не мог пользоваться спорным помещением, поскольку 13.03.2020 судебным приставом-исполнителем МОСП по г. Норильску УФССП России по Красноярскому краю ФИО5 требование решения Норильского городского суда Красноярского края от 05.03.2020 по делу № 2-1/2020 в части запрета эксплуатации помещения было приведено во исполнение путем опечатывания входной двери ведущий на проспект Ленинский в г. Норильске Красноярского края вследствие чего потерпел значительные убытки судом подлежат отклонению, как необоснованные.

В соответствии со статьёй 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Из пояснений предпринимателя ФИО2 следует, что на момент заключения соглашения к договору субаренды от 01.07.2017 № ГД-01/17 в производстве Норильского городского суда Красноярского края находилось гражданское дело № 2-1/2020 (ранее № 2-2/2019; 2-35/2018; 2-2673/2017) по иску: ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 к ИП ФИО2 и Управлению имущества Администрации г.Норильска, при участии третьих лиц: ООО «Норильскстройреконструкция»; ООО «Артстрой сервис»; ООО «Жилкомсервис»; ООО «МИМ-2»; ИП ФИО1; Службы по государственной охране объектов культурного наследия Красноярского края; Службы строительного надзора и жилищного контроля Красноярского края о признании незаконными выданных разрешений на проведение работ по сохранению объектов культурного наследия, проведенных на основании разрешений работ и акта их приемки, возложении обязанности расторгнуть договор аренды нежилого помещения, возложении обязанности привести нежилое помещение в многоквартирном доме в первоначальное состояние, возложении обязанности демонтировать установленные элементы наружной вентиляции и вывеску с фасадов жилого дома, запрещении эксплуатации нежилого помещения, признании недействительным протокола общего собрания собственников помещений многоквартирного дома.

В рамках названного гражданского дела определением Норильского городского суда Красноярского края от 08.09.2017 были приняты обеспечительные меры в виде запрета проведения ремонтно-строительных работ в помещении, на основании чего, 06.10.2017; 09.10.2017; 25.10.2017; 02.11.2017 в ходе совершения исполнительный действий судебный пристав исполнитель МОСП по г. Норильску выявил факт проведения в помещении ремонтных работ, о чем были составлены представленные ответчиком акты.

Следовательно, ссылки истца о том, что он не знал о состоянии помещения на момент заключения соглашения к договору субаренды от 01.07.2019 № ГД-01/17 и получения части помещения в субаренду, а также то, что ремонт помещения выполняется с нарушением установленных требований, судом отклоняются.

Позиция истца о невозможности использования помещения в связи с его несоответствием санитарным требованиям, что установлено в результате проверки Роспотребнадзора, противоречит тому, что названные им недостатки не являются скрытыми, могли быть выявлены в ходе приемки, и тем более эксплуатации помещения. С момента принятия помещения в субаренду и до заключения дополнительного соглашения от 27.11.2019 каких-либо замечаний или возражений от истца не поступало, истец продолжил эксплуатацию помещения даже после вынесения решения суда – 05.03.2020, осознавая правовые последствия судебного акта, тогда как разумно и необходимо было немедленное прекращение использования помещения, его освобождение и расторжения договора; опечатывание 13.03.2020 спорного помещения судебным приставом-исполнителем является лишь принудительным исполнением принятого судебного акта.

Согласно статье 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Отказ граждан и юридических лиц от осуществления принадлежащих им прав не влечет прекращения этих прав, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Учитывая изложенное, истец не доказал наличие всех условий, необходимых для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания с него убытков (упущенной выгоды) за указанный период (13.03.2020 – 29.05.2020). в размере 5 587 070,70 руб.

Истец по первоначальному иску также просит взыскать 3 500 800 руб. неосновательного обогащения за период с января 2019 по ноябрь 2019 года.

Согласно ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

По правилам ч.2 ст.1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

В силу ст. 606 ГК РФ по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Арендатор же обязан своевременно вносить арендную плату за пользование имуществом, порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды (ч.1 ст.614 ГК РФ). Арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества (ст.611 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что арендные платежи истец по первоначальному иску производил в соответствии с условиями заключенного сторонами договора аренды, в связи с чем, они не являются неосновательно полученными ответчиком с учетом следующего.

Суд не соглашается с доводами истца относительно того, что неосновательное обогащение возникло связи с внесением субарендной платы в период с января 2019 по ноябрь 2019 в большем размере в качестве предоплаты, то есть в счёт будущих субарендных платежей.

Судом установлено, что из выданных истцу квитанции к приходному кассовому ордеру (ПКО) нет указаний на то, что ответчик принял в субарендную плату в качестве «предоплаты» или «аванса». В назначение платежа квитанций к ПКО указано, что ответчик принимал от истца платеж в качестве субарендной платы за уже прошедший отчетный период, который к тому же относится к значительно позднему периоду.

Последовательные, продолжительные, и согласованные действия сторон указывают на то, что истец оплачивал ответчику субарендную плату в размере 578 000 руб. в период с января 2019 по сентябрь 2019 (с учетом письма истца), 650 000 руб. в соответствии с дополнительным соглашением сторон от 27.11.2019, часть из которых оплачивалась в безналичной форме, другая часть в наличной форме, которая в определенный период времени, на основании деловой переписки сторон, то незначительно снижалась, то оставалась неизменной.

Так, в пункте 3.1 договора субаренды от 01.07.2017 установлена субарендная плата в денежной форме в размере 220 520 руб. в месяц. НДС не облагается.

В материалы дела представлено дополнительное соглашение к договору субаренды, согласно которому стороны согласовали пункт 3.1 договора изменить в следующей редакции: субарендная плата в течение первых четырех месяцев с момента заключения настоящего договора устанавливается в денежной форме и составляет 650 000 руб.

В представленном в материалы дела письме от 07.11.2019 исх. №402 ИП ФИО2 сообщил ИП ФИО1, что арендатор считает возможным согласиться с изменением субарендной платы по договору субаренды от 01.07.2017 №ГД-01/17 путем ее снижения на 72 000 руб., т.е. с 650 000 руб. до 578 000 руб. в месяц, начиная с 01.10.2019 сроком до февраля 2020 года, включительно.

В силу п. 3 дополнительного соглашения от 20.11.2019 к договору субаренды от 01.07.2019 №ГД-01/17 предусмотрено, что размер субарендой платы составляет 578 000 руб.

Кроме того, исполнение договора сторонами посредством совершения конклюдентных действий в виде перечисления арендной платы не противоречит нормам Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и свидетельствует о выполнении обязательства стороной.

Суд приходит к выводу о том, что истец не доказал наличие у ответчика неосновательного обогащения (приобретение либо сбережение ответчиком имущества) за счет истца, размер данного обогащения, определяемый с разумной степенью достоверности, а также отсутствие обстоятельств, исключающий взыскание неосновательного обогащения.

Также является ошибочным довод истца о том, что размер субарендной платы 578 000 руб., должен определяться государственной регистрацией дополнительного 7 соглашения от 27.11.2019 № 2, то есть 11.03.2020, поскольку в соответствии с п. 3 ст. 433 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», момент заключения дополнительного соглашения определяется для его сторон момент его подписания, а не государственной регистрации.

Учитывая вышеизложенное, исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО1 о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 3 500 800 руб. неосновательного обогащения являются необоснованными и не подлежат удовлетворению.

Судом также принято к производству встречное исковое заявление, истец по встречному иску просит суд взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 6 415 800 руб. штрафа, 2 196 400 руб. задолженности по субарендной плате по договору № ГД-01/17 от 01.07.2017, 67 382,46 руб. задолженности по коммунальным услугам, 3 883 878,38 руб. ущерба.

Проанализировав материалы дела, арбитражный суд приходит к выводу об отсутствии у арендатора оснований для взыскания штрафа в размере 6 415 800 руб. , так как, довод ответчика относительно того, что по договору аренды муниципального имущества у субарендатора находится нежилое помещение площадью 357 м2 истцом по встречному иску документально не доказано.

Согласно представленному в материалы дела договору субаренды арендатор предоставил во временное пользование субарендатору часть спорного нежилого помещения площадью 149 м2.

Кроме того, представленным в материалы дела актом приёма-передачи в субаренду от 01.07.2017 и актом приёма-передачи из субаренды от 29.05.2020 подтверждается, что площадь передаваемого помещения составляет 149 м2.

Решением Норильского городского суда от 05.03.2020 по делу № 2-1/2020 также установлено, что в субаренду сдано 149 м2. В досудебной претензии от 24.04.2020 и повторной досудебной претензии от 14.05.2020 арендатор указывает, что площадь аренды составляет 149 м2. Кроме того, в период эксплуатации помещения стороны многократно вели деловую переписку, в том числе о техническом состоянии помещения, стоимости арендной платы и т.д., в которой указана площадь спорного нежилого помещения – 149 м2.

В материалы дела истцом по встречному иску не представлено доказательств согласования и передачи ответчику в субаренду нежилого помещения в иной площади, нежели указанной в договоре субподряда 149 м2. Претензий об использовании помещения в большей площади, чем предусмотрено договором до даты поступления встречной претензии от 26.10.2020 субарендатору не поступало. Таким образом, в период взаимоотношения сторон относительно эксплуатируемой площади отсутствовал.

В ходе осмотров, проводимых службой судебной приставов представитель субарендатора не участвовал, вопрос занимаемой им площади не исследовался, фотографии спорного помещения также не позволяют установить занимаемую площадь. Наличие недостатков в спорном помещении, как указывает истец по встречному иску, по мнению суда, не могут подтверждать факт использования субарендатором помещения в размере 357 м2.

Следовательно, довод истца по встречному иску о том, что нежилое помещение использовалось арендатором площадью 357 м2, является необоснованным и документально не подтвержденным.

В части требований о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО1 2 196 400 руб. задолженности по субарендной плате за период с 02.04.2020 по 29.05.2020 по договору, суд пришел к следующим выводам.

В материалы дела истец представил расчет субарендной платы на сумму 2 196 400 руб. (578 000 руб. / 30 дней * 2 * 57 дней (с 02.04.2020 по 29.05.2020).

Как указывает ответчик по встречному иску, 06.03.2020 субарендатором внесена частичная субарендная плата за март 2020 года, а с 13.03.2020 на основании решения суда нежилое помещение опечатано судебными приставами, его эксплуатация запрещена. В письме от 25.05.2020 ответчик по встречному иску подтверждает, что ему известен факт о запрете эксплуатации помещения, путём опечатывания судебными приставами входных дверей в помещение. Таким образом, период пользования помещением с 01.03.2020 по 12.03.2020 субарендатором оплачен, что не оспаривается сторонами. Начиная с 13.03.2020 пользоваться помещением, субарендатор объективно не мог по основаниям, не зависящим от субарендатора, основания для уплаты субарендной платы в данном случае отсутствуют.

Согласно статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки.

В соответствии со ст. 616 Гражданского кодекса РФ арендодатель обязан производить за свой счет капитальный ремонт переданного в аренду имущества, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором аренды. Капитальный ремонт должен производиться в срок, установленный договором, а если он не определен договором или вызван неотложной необходимостью, в разумный срок.

По правилам ст. 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках.

В соответствии с пунктами 2.4-2.5 договора субаренды от 01.07.2017 № ГД-01/17, при прекращении настоящего договора по любым предусмотренным законом или настоящим договором основаниям (в том числе вследствие истечения срока аренды или расторжения настоящего договора) ответчик по встречному иску возвращает истцу по встречному иску Объект, имущество и/или оборудование в состоянии, не худшем (с учетом естественного износа), чем то, в котором оно находилось на момент заключения настоящего договора и подписания Акта приема-передачи в субаренду № 1.

Под естественным износом для целей названного договора субаренды стороны понимают следующее: Объект и его инженерные сети соответствуют состоянию, зафиксированному на момент подписания Акта приема-передачи помещения в субаренду, пригодны к использованию по функциональному назначению без проведения ремонта, имеют незначительные дефекты (волосяные трещины и сколы краски, штукатурки, единичные повреждения окрасочного слоя, царапины, отдельные мелкие повреждения покрытий стен и полов, загрязнения и потертости стен, полов, потолка), устранимые с помощью косметического ремонта без замены оборудования, его узлов, деталей, агрегатов.

При этом, в силу пункта 2.6 договора субаренды от 01.07.2017 № ГД-01/17, ответчик по встречному иску взял на себя обязательства, в случае неудовлетворительного состояния Объекта до даты возврата Объекта произвести за свой счет ремонт или возместить истцу по встречному иску стоимость такого ремонта. Размер возмещения ремонта Объекта устанавливается истцом по встречному иску по смете с учетом сложившихся рыночных цен на строительные работы и материалы на день возврата Объекта.

При возврате объекта из субаренды, между сторонами был составлен акт от 29.05.2020 (приложение к встречному иску № 2), в котором отражены все замечания и недостатки, которые имел Объект на указанную дату. В момент передачи объекта из субаренды, представителем ФИО2 осуществлялась фото и видеосъемка объекта.

Как указывает истец по встречному иску ущерб причинен не только той части объекта, которая передавалась по договору субаренды от 01.07.2019 № ГД-01/17, но тем частям, на которые у ответчика не было каких-либо прав. Имеющиеся в передаточном акте от 29.05.2020 ссылки на то, что до возврата объекта из субаренды ответчиком по встречному иску было демонтировано принадлежащее ему имущество, противоречит условиям пункта 6.9 договора субаренды, которым определен четкий перечень имущества, которое относится к отделимому, которое может быть демонтировано с объекта. Повреждения, которые отражены в вышеперечисленных документах, не являлись отделимым улучшением, которые могли быть демонтированы из объекта без причинения ему вреда.

При этом материалами дела установлено, что арендатор сдавал помещение, в котором ранее были последним проведены переустройство и перепланировка с нарушением несущих конструкций.

Имеющиеся в передаточном акте от 29.05.2020 ссылки на то, что до возврата объекта из субаренды ИП ФИО1 было демонтировано принадлежащее ему имущество, противоречит условиям пункта 6.9. договора субаренды, которым определен четкий перечень имущества, которое относится к отделимому, которое может быть демонтировано с объекта. Истец по встречному иску считает, что повреждения, которые отражены в вышеперечисленных документах, не являлись отделимым улучшениям, которые могли быть демонтированы из объекта без причинения ему вреда. На основании этого истец по встречному иску обратился в ООО «Таймырский центр независимых экспертиз» для определения размера ущерба, причиненного объекту (помещению целиком). На основании представленных истцом по встречному иску акта технического состояния от 29.05.2020, акта технического состояния от 05.06.2020 и результатов фотосъемки помещения, специалистами ООО «Таймырский центр независимых экспертиз» составлен отчет № 33/2020 от 08.10.2020, согласно которому размер причинённого помещению ущерба составляет 3 883 878 руб.38 коп.

Анализ акта приёма-передачи в субаренду от 01.07.2017 свидетельствует о том, что в нем не отражены детально какие-либо характеристики, связанные с внешним видом передаваемого помещения и детальным описанием находящегося в нем имущества (в частности состояние стен, потолка, напольного покрытия, электротехнической и сантехнической части и т.д.). Отсутствует подробное описание состояния помещения.

При этом проанализировав акт передачи спорного нежилого помещения от 29.05.2020, суд приходит к выводу, что помещение возвращено арендатору в состоянии с учётом естественного износа, что не препятствующем его дальнейшей эксплуатации.

Следовательно, замечания к состоянию помещения, указанные арендатором в акте приёма-передачи из субаренды от 29.05.2020 относятся к естественному износу и обусловлены, в том числе монтажом и демонтажем оборудования субарендатора, установленного в помещении для его эксплуатации в соответствии с целями договора.

Кроме того, с учетом возложения обязанности на арендатора по приведению первоначального состояния спорного нежилого помещения повлечет за собой невозможность взыскания с ответчика по первоначальному иску 3 883 878,38 руб. ущерба.

Судом также принимается во внимание следующее.

Относительно содержания акта приёма-передачи помещения от 01.07.2017 судом установлено, что на момент приёмки части помещения, вся площадь помещения находилась в состоянии ремонта, который производился с 10.10.2016 по 12.10.2017. Так, согласно представленного Арендатором общего журнала работ, 30.09.2017 - производилась установка канальных вентиляторов, 02.10.2017 - установка приборов отопления, 05.10.2017 - монтаж приточной установки, 06.09.2017 - монтаж выключателей, розеток, светильников, 10.10.2017 - установка тепловой завесы. По сравнению с состоянием помещения на дату приёмки (01.07.2017), переданное помещение (29.05.2020) находится в улучшенном состоянии с учётом естественного износа и последствий демонтажа тех неотделимых улучшений, которые предусмотрены договором субаренды, т.е. без ущерба арендатору и влияния на возможность использования помещения по назначению.

Арендатор также не указывает, какие именно неотделимые улучшения были демонтированы субарендатором в нарушение условий договора субаренды, в связи, с чем стороны не могут выделить из них отделимые улучшения, демонтаж которых является правом субарендатора, что прописано в акте возврата и обратного из договора не следует. Арендатор также не учитывает содержание п. 6.9 договора субаренды, в котором содержится перечень неотделимых улучшений подлежащих демонтажу по окончанию срока субаренды, кроме них субарендатор, в период пользования частью помещения осуществлял только монтаж оборудования и мебели, являющихся его собственность. Иное имущество по окончанию срока договора субаренды не демонтировалось.

Кроме того, суд учитывает, что поскольку решением Норильского городского суда от 05.03.2020 по делу № 2-1/2020 суд обязал арендатора привести помещение в первоначальное состояние на момент заключения договора аренды недвижимого имущества муниципальной собственности от 07.10.2016, т.е. на момент предшествующий проведению всех строительных работ, что означает необходимость демонтажа опорных стен, плиты перекрытия и омоноличивание стен. Проведение этих работ исключает возможность сохранения внутренний отделки, включая покрытие пола, стен и потолка. Таким образом, требование о компенсации причиненного ущерба, фактически приведет к получение необоснованной выгоды и будет являться злоупотреблением правом со стороны арендатора.

Учитывая вышеизложенное, оснований для удовлетворения требований истца по встречному иску о взыскании с ответчика 3 883 878,38 руб. ущерба, являются заявленными необоснованно и не подлежат удовлетворению.

Согласно разъяснениям Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 38 информационного письма от 11.01.2002 N 66 "Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой", прекращение договора аренды само по себе не влечет прекращение обязательства по внесению арендной платы, оно будет прекращено надлежащим исполнением арендатором обязательства по возврату имущества арендодателю. Взыскание арендной платы за фактическое пользование арендуемым имуществом после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором.

Истцом по встречному иску заявлены требования о взыскании с ответчика по встречному иску 67 382,46 руб. задолженности за жилищно-коммунальные услуги.

В обоснование заявленных требования истец указывает, что данные встречные требования основаны на пункте 3.1 договора, согласно которому по договору субаренды в субарендную плату не входит стоимость коммунальных услуг (электро-, водоснабжение, интернет и телефония). Субарандатор возмещает субарендодателю стоимость данных услуг на основании платежных документов, выставляемых организациями, предоставляющими услуг.

За ответчиком по встречному иску числится задолженность за коммунальные услуги за февраль и март 2020 года в размере: 287 902,46 руб., в том числе: 162 967,30 руб. – февраль и 124 935,16 руб. – март.

В соответствии с пунктом 3.5 договора субаренды, истец по встречному иску получил от ответчика по встречному иску 220 520,00 руб. обеспечительного платежа. На основании статьи 381.1 ГК РФ и пункта 3.10 договора субаренды, истец по встречному иску вправе удовлетворить свои денежные требования за счет находящегося у него обеспечительного платежа.

Истец по встречному иску указывает, что руководствуясь статьей 410 ГК РФ, встречной претензией от 26.10.2020 № 10 (приложение к встречному иску № 7) ФИО2 уведомил ФИО1 о зачете суммы долга за жилищно-коммунальные услуги в сумме 287 902,46 руб. в счет возврата обеспечительного платежа в сумме 220 520,00 руб., вследствие чего, за ответчиком по встречному иску остается неисполненным обязательство на сумму 67 382,46 руб. (287 902,46 руб. - 220 520 руб.)

Проверив расчет задолженности за жилищно-коммунальные услуги, суд приходит к выводу, что данный расчет является неверным, поскольку произведен без учета фактических обстоятельств по делу.

Суд признает обоснованными заявленные требования истца по встречному иску о взыскании долга за жилищно-коммунальные услуги за февраль 2020 года в заявленном размере 162 967,30 руб., а также за период с 01.03.2020 по 12.03.2020 (до даты окончания фактической эксплуатации нежилого помещения в связи с его опечатыванием судебными приставами на основании решения Норильского городского суда по делу №2-1/2020) по доводам, изложенным выше.

Требования о взыскании долга за жилищно-коммунальные услуги за период с 13.03.2020 по 31.03.2020 являются необоснованными и не подлежат удовлетворению, поскольку в данный период ответчик по встречному иску не находился в спорном нежилом помещении ввиду ограничения доступа, следовательно не являлся потребителем коммунальных услуг, а нахождение его имуществ а в помещении не влечет начисление долга за услуги, поскольку субарендатор был лишен произвести действия по вывозу и освобождению имущества. Поскольку ответчик по встречному иску жилищно-коммунальным услугами фактически не пользовался, обязательства по оплате коммунальных платежей за заявленный истцом период с 13.03.2020 по 31.03.20202 отсутствуют.

Судом произведён расчет задолженности за жилищно-коммунальные услуги за период с 01.03.2020 по 12.03.2020: 124 935,16 руб. / 31 день * 12 дней = 48 362 руб. (иной объем услуг за данный период истцом не доказан).

Следовательно, обоснованно предъявленной к взысканию является задолженность по жилищно-коммунальным услугам в размере 211 329,30 руб. (48 362 руб. + 162 967,30 руб.).

Учитывая, что по условиям пункта 3.5 договора субаренды от 01.07.2019 истец по встречному иску получил от ответчика по встречному иску обеспечительный платеж в сумме 220 520,00 руб., данный платеж подлежит зачету в счет оплаты задолженности на сумму 211 329,30 руб.

Таким образом, задолженность у субарендатора отсутствует. При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для взыскания долга по коммунальным платежам.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд отказывает в удовлетворении иска индивидуального предпринимателя ФИО1 и встречного иска индивидуального предпринимателя ФИО2

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Государственная пошлина за рассмотрение первоначального иска составляет 68 439 руб. При подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 70 662 руб. платежным поручением от 28.12.2020 №1156.

Учитывая результат рассмотрения первоначального иска, индивидуальному предпринимателю ФИО1 возвращаются из федерального бюджета 2 223 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 28.12.2020 № 1156.

Государственная пошлина за рассмотрение встречного иска составляет 85 817 руб. При подаче иска истцом уплачена государственная пошлина в размере 85 817 руб. платежным поручением от 29.01.2021 №88.

Учитывая результат рассмотрения встречного иска, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 85 817 руб. подлежат отнесению на индивидуального предпринимателя ФИО2

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

В иске индивидуального предпринимателя ФИО1 отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП 310245706100081) из федерального бюджета 2 223 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 28.12.2020 № 1156.

В удовлетворении встречного иска индивидуального предпринимателя ФИО2 отказать. 31 марта 2022 года

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.


Судья

Е.В. Курбатова